EN
Psychosearch
Psychosearch
3 subscribers

Теория власти в книге «Лестница в небо»

Веками люди стремились понять сущность власти – загадочной
силы, которая как магнит притягивает и разделяет, создает порядок и вызывает
беспорядок. Теория власти – это исследование этой загадочной и всеобъемлющей силы, которая оказывает влияние на наши жизни, общество и политические структуры.
Исследователи, философы и политологи вкладывают свои умы и души в попытки разгадать этот парадоксальный феномен.
Ключевым открытием этой книги стала новая формулировка понятия власти. Автор представляет собой новую интерпретацию этого концепта, предлагая свежий взгляд, который пересматривает привычные представления и аспекты власти, представляя его в новом свете.
Власть - конкурентное взаимодействие малых организованных групп.
Второстепенное, но не менее важное достижение книги — это
попытки ответить на вопрос: «как все устроено»:
1. Экономика и общество устроены условно пост
индустриально или индустриально (сложно). Постиндустриальная модель
характеризуется смещением акцентов от традиционной промышленности к
информационным технологиям, услугам и знаниям. Экономика в этой модели больше основывается на информационных потоках, инновациях, образовании и знаниях.  Производство остается важным элементом, но более умные и инновационные подходы становятся определяющими.
2. Управленческая структура организована по принципу феодальной системы, что предполагает вертикальную иерархию власти, где каждый уровень или слой оказывает влияние и контроль на следующий уровень или нижестоящие элементы. Это организационное устройство характеризуется строгой
иерархией, где власть и управление передаются от высшего звена к нижним
уровням, подчиняясь вертикальной структуре власти и контроля.
3. Структура элит организована по принципу родоплеменной системы, что подразумевает, что в типичной ситуации каждое поколение элит включает около 20% индивидуумов, не являющихся членами данного сообщества, которые вступают в эту группу через браки и согласованные кандидатуры. Это явление отражает тенденцию к небольшому, но постоянному включению внешних личностей в структуры власти и приветствует их в общество элит.
Оставшаяся часть текста книги представляет собой обширный
корпус цитат из авторитетных источников, принадлежащих ученым, изучающим теорию власти. Эти цитаты служат подтверждением высказанных ранее утверждений и гипотез.
Ибн Хальдун: что являлось источником власти?
Ибн Хальдун, полное имя Абд ар-Рахман ибн Халиль ибн Мухаммад аль-Хадрами, был выдающимся арабским исламским мыслителем, историком, социологом и философом, жившим в XIV веке. Он известен как основоположник сравнительной истории, социологии и демографии.
Его наиболее известным трудом является "Мукаддима" («Вступление»), обширное произведение, в котором он затронул множество тем, включая историю, политику, экономику, социологию и культуру. В "Мукаддиме" Ибн Хальдун выдвинул ряд теорий о поведении общества, эволюции цивилизаций, роли правительства и власти, а также о влиянии окружающей среды на развитие человеческой истории.
Его работы оказали значительное влияние на развитие социологии, истории и философии, и его мысли продолжают рассматриваться и обсуждаться в научных кругах по всему миру.
Цитата из книги «Лестница в небо»:
 «Слово «необходимый» не случайно так часто встречается приведенном тексте. Ибн Хальдун полагал, что действия людей, вызванные необходимостью (то есть единственно возможные) намного более предсказуемы, и именно их нужно исследовать в первую очередь. Поэтому Жизнь на открытых пространствах, полностью контролируемая необходимостью (не будешь разводить верблюдов — умрешь с голоду), представлялась ему основой человеческой жизни, на которой периодически расцветают и тут же опадают «цветы цивилизации».
Обнаружив разницу между «бидава» и «хидара» — открытое и
огороженное пространство, отсутствие и наличие «роскоши» (потребления сверх
необходимого), — Ибн Хальдун задается следующим вопросом: а как эти различия отражаются на «человеческих качествах» населения?
Здесь снова обнаруживается существенная разница:
«Нравы людей таковы, что меж приглянулось имущество брата,
тот уж тянет к нему руки ними царит несправедливость и вражда: кому, если
только не сдержит его какой-нибудь усмиритель...
В городах взаимную вражду людей сдерживают правители и
государство: они связывают руки всем нижестоящим, так что одни не могут
затронуть Других или напасть на них. Внешних врагов сдерживают укрепленные
стены...
Что касается жителей открытых пространств, то у них
[порядок] поддерживают шейхи и старейшины благодаря всеобщему почтению и
уважению к ним. От внешнего нападения их очаги охраняют защитники из числа
воинов и юношей... Однако они станут охранять и обороняться, только если
представляют собой спаянность...» [Смирнов, 2008, с. 21-22].»
 «Со сплоченностью у них тоже все было в порядке, хотя они и не «пасли верблюдов»! Если Ибн Хальдун знал только один способ производства сплоченности (жизнь кочевого племени), это вовсе не означает, что других способов не существует. Понимание, что источником власти является сплоченность — это открытие, а то, как ее создавать — изобретение. Но мы уже договорились, что открытие важнее изобретения; если вы знаете общий принцип, придумать его конкретную реализацию —дело
техники.»
Гаэтано Моска и его исследования теории власти
Гаэтано Моска (Gaetano Mosca) - итальянский политический ученый и социолог, родившийся в 1858 году. Он известен как один из основателей теории элиты в политической науке. В своих работах он исследовал природу политической власти, структуры общества и эволюцию политических систем.
Знаменитым его произведением является книга "Правящий класс" (1896), в которой он изложил теорию элиты. Согласно его взглядам, в обществе всегда существует маленькая группа людей, обладающая наибольшей властью и контролирующая большинство ресурсов. Моска анализировал, как эти элиты формируются, удерживают свою власть и влияют на политические решения.
Моска внес значительный вклад в изучение политической теории, его работы остаются важным источником для понимания природы политической власти и общественных структур.
Цитата из книги «Лестница в небо»:
«Тем самым он успешно обосновывает малую численность
правящего класса (герои и богачи всегда наперечет), а вместе с ней и
центральный пункт своей теории: правит всегда меньшинство, а, следовательно,
рационально мыслящий человек не должен воспринимать его правление как нечто несправедливое.
В то же время правдивое раскрытие причины, помогающей
меньшинству оставаться у власти (лучшая организованность), совсем не в
интересах этого меньшинства: того и гляди, подданные сами захотят
организоваться. Поэтому правящий класс и вырабатывает идеологию, ложную, но убедительную легенду, оправдывающую его пребывание у власти:
«...политический класс никогда не утверждает свою власть
только в виде фактического господства, а пытается придать ей моральную, а также юридическую санкцию, представив ее как неизбежное следствие из учений и верований, общепризнанных и общепринятых в руководимом им обществе... Эта юридическая и моральная база, на которую в любом обществе опирается господство политического класса, и является тем, что в одной работе мы называли политической формулой» [Моска, 1995(1),
c. 138].
Сам Моска скептически относился к таким формулам, полагая,
что они служат исключительно для успокоения масс, но не должны приниматься за чистую монету самими представителями правящего класса:
«... Это заметил еще Спенсер, который писал, что
божественное право короля было великим суеверием ушедших веков и что божественное право ассамблей, избираемых
посредством народных выборов, великое суеверие нашего века
» (Моска,
1995(1). с. 139].
Итак, во все времена и у всех народов правит меньшинство,
умеющее выступать единым фронтом и объясняющее свое господство с помощью популярной в массах идеологии.»
Проводятся параллели между работами Вильфредо Парето и Гаэтано Моска
Параллели
между работами Вильфредо Парето и Гаэтано Моска часто проводятся в контексте их
общих исследований в области социологии и политической науки, особенно в
контексте их теорий об элитах.
Идеи Парето
о "левой" и "правой" элитах, а также его концепция
"объясняющих" и "неспособных" элит, нашли отражение в
работах Моска. Оба ученых рассматривали общество как состоящее из элит,
небольшой группы людей, обладающих властью и влиянием.
Кроме того,
как Парето, так и Моска в своих исследованиях акцентировали внимание на неравенстве
в обществе и наличии постоянного дисбаланса в распределении власти и ресурсов.
Они оба исследовали процессы формирования и удержания власти, объясняя, как
элиты в обществе создаются, поддерживаются и влияют на социальные процессы и
политику.
Таким образом,
работы Парето и Моска обладают сходствами в их анализе элитарных структур и
власти в обществе, предлагая подходы к пониманию природы и функционирования
элитарных групп.
Цитата из книги «Лестница в небо»:
«Парето скептически относился к возможности добровольного
обновления элиты. Куда чаще «циркуляция элит» заключается просто в замене одной
элиты на другую:
«Пусть А – это элита находящаяся у власти; В — элита,
пытающаяся оттеснить от власти элиту А, чтобы самой занять ее место; С —
остальная часть населения, включающая неадаптированных людей, оставшихся вне
элиты. А и В главенствуют и стремятся заручиться поддержкой своих сторонников
от используемых ими как орудие. Одни С были бы беспомощны, как армия без
командиров; они приобретают значимость и вес только тогда, когда их возглавляют
А или В. Очень часто и даже почти всегда именно В оказываются во главе их, в то
время как А усыпляют себя надеждами на собственную безопасность и презирают
С... Если В постепенно занимают места, принадлежащие А, благодаря медленной
инфильтрации, если социальная циркуляция не прерывается, то с лишаются лидеров,
которые могли бы побудить их к бунту, и наблюдается период процветания. Но
обычно А стремятся противодействовать этой инфильтрации... [и тогда] В могут
захватить власть, только сразившись с А и обратившись к по- мощи С [Парето,
2007].
В этом описании под «элитами» снова понимаются
организованные сообщества (фактически - властные группировки), соответствующие
«церквям, партиям и сектам» у Моски.
Однако, как элита, не шваль
какая-нибудь! описание (те, кому достает «энергии, характера, ума») создает у
читателя впечатление, что в этих группировках действительно собираются лучшие
представители конкретного общества. Смена одной элиты на другую происходит не в
силу абсолютного развращения правящего класса, как это было у Моски, а
исключительно потому, что тот не допускает в свои ряды выдающихся людей из
другой элиты. Революции Парето описывает в столь же хвалебном по отношению к
«элитам» духе:
"Когда элита В приходит к власти и сменяет элиту А,
дошедшую до ночного упадка, как правило, наступает период высшего процветания.
Некоторые историки видят в этом исключительно заслугу «народа». С. В таком
утверждении верно только одно то, классы производят новые элиты. Что же
касается самих низших классов, то они не способны управлять, и охлократия не
приводила никогда ни к чему другому, кроме бедствий» [Парето, 2007].»
Еще один исследователь теории власти Флойд Хантер
Флойд Хантер (Floyd Hunter) - американский социолог и
политолог, известный своими исследованиями в области политики и социальной
теории, в частности, по теме политической власти и групповых структур в
обществе.
Одной из его наиболее известных работ является книга
"Community Power Structure: A Study of Decision Makers" (Структура
власти в общине: исследование принимающих решения), опубликованная в 1953 году.
В этой работе Хантер исследовал структуру и динамику власти в небольших
городских общинах. Он выявил группы и индивидуумов, которые контролировали
принятие ключевых решений в данных общинах и анализировал их влияние на
принятие политических решений и развитие сообщества.
Работа Хантера подчеркнула значимость изучения структуры
власти в местных сообществах и ее влияния на принятие решений. Его исследования
в области политической власти и групповой динамики оказали значительное влияние
на социологию и политическую науку, способствуя более глубокому пониманию
процессов принятия решений и структур власти в обществе.
Цитата из книги «Лестница в небо»:
«Флойд Хантер являл собой полную противоположность
привычному нам облику «исследователя Власти» (выросшему в хорошей семье и
приближенному, вплоть до личного членства, к правящему классу своей страны).
Хантер в полном соответствии с американской традицией «сделал себя сам», и крайне
критически относился к богачам, получившим свои состояния по наследству или в
силу принадлежности к высшим слоям общества. Приступая к изучению Власти на
примере крупного американского города, Хантер не располагал никакой
инсайдерской информацией о ее внутреннем устройстве и искренне удивился
полученным результатам (которые нам с Вами, уважаемый читатель, вряд ли могут
показаться сколько-нибудь новыми). Столь же поразительными оказались его
открытия и для американских ученых, уже привыкших к неожиданностям прикладной
социологии, но еще ни разу не сталкивавшихся с применением ее методов в
отношении Власти.
Вслед за Моской и Парето Хантер предполагал существование
за фасадом «американской демократии» реального правящего класса и видел свою
задачу в его достоверном обнаружении:
«На первой же странице своей книги он утверждает, что
существующая политическая система в США не соответствует общепринятому
пониманию демократии, что между лидерами и массами нарушена коммуникация и
важные общественные проблемы решаются в интересах меньшинства. Чтобы изменить
ситуацию, необходимо знать, кто на самом деле обладает властью и каковы
взаимоотношения между этими людьми» [Ледяев, 2012, с. 225].
Как же выявить это меньшинство, умеющее решать вопросы в
свою пользу и потому обладающее реальной властью? Хантер в своей жизни не раз
сталкивался с похожей задачей к кому лучше обращаться за пожертвованиями?»
Следующий исследователь Чарльз Райт Миллс
Чарльз Райт Миллс (Charles Wright Mills) — американский
социолог, чьи работы оказали глубокое влияние на социологию, политическую науку
и критическую теорию. Его основные идеи сфокусированы на анализе власти,
элитарных структурах общества и социальной структуре в современном мире.
Одной из наиболее известных его работ является книга
"Власть над людьми" (The Power Elite), опубликованная в 1956 году. В
этой книге Миллс исследовал концепцию "властной элиты" в американском
обществе, выявляя небольшое число индивидуумов и групп, контролирующих ключевые
институты и принятие важных политических решений.
Чарльз Райт Миллс также изучал социальную структуру и ее
взаимосвязь с политической властью. Он уделял внимание не только описанию и
анализу социальных и политических феноменов, но и активно выступал за то, чтобы
социология стала инструментом понимания и изменения социальной
действительности.
Работы Чарльза Райта Миллса считаются фундаментальными для
понимания социальной структуры и власти в обществе, а его идеи и подходы
остаются актуальными и влиятельными для современных исследований в области
социологии и политической науки.
Цитата из книги «Лестница в небо»:
«Ядро властвующей элиты состоит прежде всего из тех людей,
которые свободно переходят от командных ролей в верхах одной из господствующих
иерархий к подобным же ролям в другой иерархии...» [Mills 1956, р. 288].
Именно эта особенность элиты отношение к организациям как к
ресурсу, который можно и нужно выдоить досуха, проявляется в отсутствии
формальных организаций внутри самой элиты. Не существует никаких «тайных советов»,
никакого «комитета 300», все вопросы решаются исключительно в рамках закулисных
обсуждений, созываемых по мере необходимости теми, кто знает, кого на них
приглашать.
«... властвующая элита по самой своей природе более склонна
пользоваться уже существующими организациями (действуя внутри последних и
посредничая между ними), чем создавать определенные организации, в которые
входили бы ее члены, и только ее члены» [Mills, 1956, р. 293].
Нарисовав столь впечатляющую картину «невидимой власти»
корпоративной элиты, Миллс приступает к решению последнего вопроса. Как насчет
«этих, в Вашингтоне»? Неужели и высшая власть в Америке — государственная тоже
принадлежит корпорациям? Как тогда быть с американской демократией, выборами,
Конгрессом и Сенатом? Ответ дает очередное исследование, биографий
государственных служащих федерального уровня. Получить соответствующую
должность могут два типа людей - профессиональный политик, принадлежащий к
литической партии и сделавший карьеру с уровня штата или же сторонний назначенец,
никогда не занимавшийся публичной политикой. Миллс называет вторых
«политическими аутсайдерами» и приводит статистические данные (не столь
впечатляющие, как в предыдущем случае, но вполне показательные):
«Доля людей из состава политической элиты, работавших
когда-либо в местных органах власти или в правительственном аппарате штатов,
сокращалась из поколения в поколение; с 1789 по 1921 г. она уменьшилась с 93 до
69%. В правительстве Эйзенхауэра она упала до 57%. Укажем далее, что из состава
политической элиты наших дней только 14% (а из руководящих политических
деятелей начала XX в. только около 25%) когда-либо состояло в законодательных
собраниях штатов. Во времена отцов-основателей, в период 1789-1801 гг., такие
люди составляли 81% всего состава высших политических деятелей» [Mills, 1956,
р. 229].
«В нынешней эйзенхауэровской группе [только] 36% людей,
принадлежащих к политическим верхам, получили все посты (вплоть до самых
высоких), которые они когда-либо занимали, в результате выборов; 50% чаще назначались,
чем избирались, а 14% никогда ранее не занимали политических постов» [Mills,
1956, р. 230].
Подобное положение дел означает, что для достижения
контроля над государственным аппаратом достаточно провести через выборы одного
человека (президента); после этого расстановка своих людей на ключевые посты
происходит автоматически.
Миллс недвусмысленно намекает, что именно так и
действовали «рокфеллеровские республиканцы», выдвинувшие Эйзенхауэра в
президенты:
«За два месяца до выдвижения партиями кандидатов в
президенты США, которые должны были баллотироваться на выборах 1952 г., Гарольд
Тэлботт [633] , нью-йоркский финансист (а позднее министр авиации,
уличенный в использовании своего поста в личных интересах), поручил одной
фирме, консультирующей по вопросам управления, определить, какие посты должна
будет забрать в свои руки республиканская администрация для того, чтобы
установить контроль над правительством Соединенных Штатов. Через несколько дней
после избрания Эйзенхауэра ему было вручено 14 томов, содержавших в себе полную
характеристику каждого из 250-300 высших постов, позволяющих влиять на
политику» [Mills, 1956, р. 238].
Вот так, начав с классового анализа «буржуазии», Миллс в
процессе своего исследования вышел на следующий уровень понимания общественного
устройства и открыл реальный правящий класс - властвующую элиту. Ну а открыв
ее, он с полным правом перешел с позиции исследователя на позицию радикального
критика. Свое отношение к элите Миллс в полной мере выразил в заголовке
последней главы своей книги - The Higher Immorality, «высшая аморальность» и
«аморальность верхов» одновременно. С точки зрения Миллса, эволюция
американского общества от государства мелких частных собственников к
государству корпораций, над которыми стоит властвующая элита, была безусловным
шагом назад. «Человеческие качества» представителей новой элиты не шли ни в
какое сравнение с американскими «отцами-основателями» (принадлежавшими к
исчезнувшему к ХХ веку классу состоятельных землевладельцев):
«Нет ничего поучительнее, писал Джэймс Рестон, сравнения
дебатов в палате представителей, происходивших в 30-х годах XIX в. по вопросу о
борьбе Греции с Турцией за Независимость, с дебатами в конгрессе в 1947 г. по
греко-турецкому вопросу. В первом случае дебаты были преисполнены достоинства и
отличались красноречивой убедительностью, рассуждения правильно развертывались
от известного принципа, через иллюстрацию, к выводу; во втором случае дебаты
представляли собой унылое зрелище подтасовки обсуждаемых вопросов, содержали в
себе множество не относящихся к делу моментов и обнаруживали плохое знание
истории". В 1783 г. Джордж Вашингтон проводил свой досуг за чтением
"Писем" Вольтера и "Опыта о человеческом разуме" Локка,
Эйзенхауэр же почитывает рассказы о ковбоях и детективные повести» [Mills,
1956, р. 350].
Необходимость руководствоваться во всех своих действиях
интересами престижа, поддержания своей репутации в среде властвующей элиты,
накладывает на ее представителей жесткое ограничение: морально то, что идет на
пользу своей группировке и, уже потом, всей властвующей элите. Умение заводить
связи и закулисно решать вопросы - вот единственный навык, требующийся этим
людям; все остальное (культура, интеллект, интерес к наукам) мешает делу, и
хотя не поставлено под явный запрет, не одобряется в рамках корпоративной
этики. Как следствие, средний представитель элиты представляет собой
посредственность, вознесенную на вершины власти лишь принадлежностью к той или
иной группировке. Вне ее он – никто:
«Если мы возьмем сотню наиболее могущественных
американцев, сотню самых богатых, сотню самых знаменитых и лишим их позиций,
которые они занимают в главенствующих социальных институтах, отнимем у них
людские и денежные ресурсы, которыми они распоряжаются, средства массовой
рекламы, которые ныне работают преимущественно на них, то они сразу окажутся
безвластными, безвестными и бедными» [Mills, 1956, р. 10].
Carroll Quigley Tragedy and Hope: A History
of the World in Our Time 1966
Кэрролл Куигли (Carroll Quigley) был известным американским историком,
который родился 9 ноября 1910 года и скончался 3 января 1977 года. Он получил
широкое признание благодаря своей работе в области истории и политической
науки, а также своему вкладу в понимание глобальных процессов.
Куигли
обучался в Гарварде, где затем и преподавал историю. Его работа фокусировалась
на мировой истории, особенно на периоде с XIX века до середины XX века, и он
стал известным благодаря своему многотомному труду "Tragedy and Hope: A
History of the World in Our Time" (Трагедия и надежда: История мира в наше
время), опубликованному в 1966 году. В этой книге он рассматривает мировую
историю, обращая внимание на роль элиты в формировании общественных и
политических процессов.
Однако его
известность вышла за рамки университетского мира благодаря тому, что его работы
были упомянуты в различных книгах и публикациях, вызвав интерес к его идеям о
влиянии элит и их роли в формировании мировой истории. Куигли также обладал
репутацией отличного преподавателя, который вдохновлял и мотивировал своих
студентов.
Книга, о которой идет речь, называется "Tragedy and Hope: A History of
the World in Our Time" ("Трагедия и надежда: История мира в наше
время"), написанная профессором и историком Кэрроллом Куигли (Carroll
Quigley) и опубликованная в 1966 году. В этой книге Куигли анализирует историю
мира с конца XIX века до середины XX века, описывая глобальные политические
события и экономические трансформации, влияние элит и организаций на
формирование мирового порядка.
Одним из
основных тезисов в книге является идея о существовании скрытой
"элиты" или "господствующего класса", который контролирует
ключевые аспекты общества, включая политику и экономику. Куигли обсуждает
влияние этой элиты на формирование мировой истории и подчеркивает ее роль в
процессах, определяющих ход событий в течение длительного времени.
"Tragedy
and Hope" вызвала значительный интерес у исследователей и читателей,
вызвав обсуждения о влиянии элит на историю и развитие общества, а также об их
роли в формировании мировых событий.
Цитата из книги «Лестница в небо»:
«Действительно, эта группировка, которую мы называем
Общество Круглого Стола, не испытывает отвращения к сотрудничеству с
коммунистами, или с любыми другими политическими силами, и частенько к нему
прибегает. Я знаю о деятельности этой группировки, поскольку я изучал ее
двадцать лет и был допущен, в начале 1960-х, к работе с их документами и
секретными записями...» [Quigley, 1966, р. 950].
Мало того, Квигли пошел гораздо дальше и пофамильно перечислил участников
одной из упомянутых группировок, а также с академическим бесстрастием описал их
цели, предпринятые действия и достигнутые результаты. Многие события XX века в
изложении Квигли оказались следствием решений не государств и правительств, а
стоявших за ними властных группировок, действовавших в своих частных (хотя и не
всегда корыстных) интересах. Фактически книга Квигли представляла собой
частичную реализацию «программы Моски» – рассказать об истории государств и
народов как о результатах действий их правящих классов. Существование властных группировок было для
Квигли самоочевидным фактом – еще бы, ведь он сначала «вычислил» одну из таких
группировок по открытым источникам, а потом познакомился с ее представителями и
лично убедился в ее существовании!
Маурицио Дрелихман
Маурицио
Дрелихман (Mauricio Drelichman) - известный исследователь в области
экономической и финансовой истории, преподаватель и профессор в университетах.
Он специализируется на изучении экономических исторических процессов,
финансовых систем, задолженности и денежных отношений в историческом контексте.
Дрелихман
известен своими работами, в которых исследуются финансовые аспекты истории
Латинской Америки, особенно в раннеколониальный период, и влияние финансовых
систем на экономическое развитие региона. Его книга "Lending to the
Borrower from Hell: Debt, Taxes, and Default in the Age of Philip II"
привлекла внимание своим анализом экономических и финансовых аспектов
колониальной Латинской Америки.
"Кредиторам
земли ада: власть и торговля в ранней колониальной Латинской Америке"
("Lending to the Borrower from Hell: Debt, Taxes, and Default in the Age
of Philip II") - это книга Маурицио Дрелихмана (Mauricio Drelichman),
опубликованная в 2014 году.
В этой книге
автор исследует финансовые и экономические аспекты ранней колониальной
Латинской Америки в период правления Филиппа II, обращая внимание на вопросы
задолженности, налоговой политики и дефолтов. Дрелихман анализирует, как
правительство испанской империи взаимодействовало с торговцами и финансистами в
то время, и как эти отношения влияли на экономику и общество в регионе. Книга
рассматривает проблемы задолженности, налогообложения и дефолтов, предлагая
новый взгляд на финансовую историю Латинской Америки в этот период.
Цитата из книги «Лестница в небо»:
В знаменитой книге Фернана Броделя «Средиземноморье и средиземноморский мир
в эпоху Филиппа II» рассказывается в числе прочего о нескольких дефолтах короля
Испании, разоривших огромное число кредитовавших его банкиров. В начале XXI
века историки Дрелихман (профессор Ванкуверской школы экономики) и Вот
(завкафедрой Цюрихского университета) заинтересовались вопросом: а чем думало
следующее поколение банкиров, снова давая кредиты столь ненадежном заемщику?
Неужели они были настолько наивны, что не понимали, чем дело кончится?
Исследователи на пять лет погрузились в архивы, изучили более 5000 страниц
кредитных договоров, создали целую базу данных по всем финансовым операциям
между банкирами и Филиппом II и написали интереснейшую книгу «Кредитование
заемщика из ада» [Drelichman, 2014], раскрывшую подлинную «кухню» имперских
финансов.
Что же обнаружилось в ходе проверки бухгалтерских книг? Во-первых, и это,
наверное, стало главным открытием, кредитовали короля одни и те же банкиры.
Да-да, не было никаких массовых банкротств, и никаких «новых дурачков»,
польстившихся на королевские обещания. В период с 1566 по 1600 год круг
кредиторов короны был ограничен 60 банковскими семьями, и 70% общего количества
займов пришлось на 10 самых богатых. Несмотря на дефолты, только пять семей из
60 в конечном счете потеряли на этом часть своих денег, и только девять семей
заработали меньше тогдашней «безрисковой» ставки процента (7,14% годовых).
[Drelichman, 2014, р. 183]. Фактическая средняя доходность кредитования Филиппа
II (с учетом дефолтов!) составила 15,5% [там же, р. 192], вдвое больше обычной
процентной ставки. Так были ли банкиры наивными дурачками? Вовсе нет, они были
профессионалами своего дела.
Почему же Филипп II после дефолтов шел на попятную, снова занимая у тех же самых
банкиров и выплачивая им компенсации? Дело в том (и это стало вторым открытием
исследователей), что основные кредиторы короля выступали единым фронтом.
Они создали большую банковскую группу, где каждый участник нес свою часть
риска, а также практиковали объединение нескольких семей в одном договоре. В
результате Филипп II имел дело не с многими отдельными банками, а с
организованным сообществом, способным в случае дефолта практически полностью
отрезать короля от будущих кредитов. Большинство семей обнаруженной группировки
относились к числу генуэзских банкиров (самые крупные – Спинола, Гримальдо,
Ломелин, Малуэнда, Центурион, Джентил, Марин), в нее же входило крупнейшее
испанское семейство Торре. Если бы Филипп II решился окончательно разорвать
отношения с этой группировкой, он больше нигде не смог бы найти нужный ему
объем средств: в неудачные годы ему требовалось от трех до пяти миллионов
дукатов, в то время как крупнейший из оставшихся банков Европы, Фуггеры, мог
предоставить не более полутора. В 1575-1585 годах Филипп II предпринял попытку
обойтись без услуг банкиров (кредитование в этот период практически
прекратилось), но два «голодных» года подряд заставили его вновь обратиться к
генуэзцам.
Как видите, у достаточно интенсивного капитала имеются
способы защитить свои интересы, не прибегая к прямому принуждению (никто
Филиппу II пистолет к голове не приставлял). Для этого самому капиталу
потребовалось организоваться в целую властную группировку,
построенную по олигархическому принципу (и завести себе целое государство,
Республику Генуя, но это уже другая история).
Выводы и заключения. Почему нужно изучать теорию власти?
Изучение теории власти не только обогащает нашу понимание политических и
социальных процессов, но и имеет ключевое значение для формирования
гражданского общества и демократического участия. Вот несколько выводов и
заключений, которые можно использовать для эссе на эту тему:
1.      Понимание
функционирования общества: Изучение теории власти помогает нам
разобраться в том, как устроены политические, экономические и социальные
системы. Это позволяет нам лучше анализировать и понимать сложные взаимосвязи в
обществе.
2.      Способствует
развитию критического мышления: Изучение теории власти развивает
навыки анализа и критического мышления. Это позволяет гражданам более осознанно
воспринимать информацию из политических источников и принимать обоснованные
решения.
3.      Содействует
гражданской активности: Знание о теории власти позволяет гражданам
участвовать в политической жизни общества. Оно дает возможность эффективно
выражать свои взгляды, а также более эффективно общаться с политическими
представителями и влиять на принятие решений.
4.      Помогает
предотвращать злоупотребления властью: Знание теории власти может
служить защитой от злоупотреблений властью и коррупции. Чем более осведомлены
граждане, тем лучше они могут распознавать и предотвращать потенциальные
негативные последствия.
5.      Формирует
основы для разработки политических решений: Изучение теории власти
помогает политическим лидерам и принимающим решениям формировать более
обоснованные и эффективные стратегии и политики, учитывая сложность социальных
взаимодействий.
6.      Содействует
стабильности и развитию общества: Понимание механизмов власти
способствует стабильности и развитию общества, помогая создать более
справедливые и устойчивые институты и системы.
Изучение теории власти становится основой для эмансипации, формирования
гражданского общества и эффективного участия в политической жизни. Оно не
только расширяет кругозор, но и стимулирует активное участие в формировании
своего общества и будущего.
Цитата из книги «Лестница в небо»:
«опубликовал у себя в блоге ее неожиданный результат: почти
половина из топ-500 акционерных обществ оказалась под контролем тесно связанной
между собой десятки крупнейших инвестиционных фондов. Эта публикация доступна
по адресу https://schegloff.livejournal.com/101198.html Смотри, например,
статью в Форбс: «The 147 Companies that controleverythings, http://www.forbes.com/sites/bruceupbin/2011/10/22/the-147-companies-that-control-everything
Мировая экономика оказалась куда ближе к «плановому
хозяйству» с единым центром принятия стратегических решений, нежели к стихии
«свободного рынка». Через пять лет, в 2011 году, схожую работу проделала группа
швейцарских исследователей во главе с Джеймсом Глаттфельдером; они
проанализировали данные о владельцах 37 миллионов (!) компаний, и пришли к тому
же самому выводу: во главе мировой экономики стоит кластер из большой десятки
инвестфондов. Но как именно эта десятка управляет своими активами? Какие законы
экономические, социальные или политические, могут позволить нам понять
поведение людей, стоящих у руля всей мировой экономики?»
Источники:
1.      
Хазин М.,
Щеглов С. «Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите», 2018.
2.      
Гаэтано Моска «Элементы политической науки»,
1995.
3.      
Парето Вильфредо «Социалистические системы»,
2007.
4.      
Чарльз Райт Миллс «Теория властвующей элиты»,
1956.
5.      
Carroll Quigley «Tragedy and Hope: A
History of the World in Our Time», 1966.
6.      
Mauricio Drelichman «Lending to the Borrower
from Hell: Debt, Taxes, and Default in the Age of Philip II», 2014

Subscription levels

No subscription levels
Go up