Гарри Поттер и Философский камень: большой разбор (сценарий, часть 2)
Текстовая версия видео(с некоторыми вырезанными в ролике фрагментами). Часть 2.
Ключевые темы: порог между мирами, чрево кита, мотив смерти-воскрешения в истории, роль Хагрида как проводника между мирами.
Большое Спасибо за поддержку: Лена, art.freja, Аполлинария Ая.
***
История продолжается сценой с легендарной платформой девять и три четверти. Гарри не просто отправляется в волшебный мир, он обязательно должен пройти через барьер. У Кэмпбелла эта стадия путешествия зовётся порогом между мирами. Это вход в царство неизвестности, начало большого приключения.
Барьер на Кингс-Кросс, конечно, не единственный порог между мирами в Поттериане (достаточно вспомнить стенку на заднем дворе Дырявого котла). Однако он наиболее важен для главного героя в том смысле, что после перехода через барьер жизнь уже никогда не будет прежней. Вот, что пишет об этой стадии Кристофер Воглер:
«Если герой не наберётся смелости и не шагнёт в неизвестность, приключение никогда не начнётся. [...] Он стоит, как дурак из колоды таро, занеся одну ногу над пропастью неизвестности, и готовится совершить шаг в неведомое. Эту особую отвагу называют скачком веры. Подобно прыжку с самолёта, этот акт необратим. Назад дороги нет. Отважиться на такой поступок помогает вера в то, что нам повезёт и мы благополучно приземлимся».
В «Философском камне» всё это реализовано, что называется, один в один. В книжке Молли Уизли оперирует почти теми же словами:
«Самое главное — тебе нельзя останавливаться и нельзя бояться, что ты врежешься в барьер. Если ты нервничаешь, лучше идти быстрым шагом или бежать».
Сам Гарри мыслит в том же духе:
«Барьер все приближался, и Гарри понимал, что остановиться уже не сможет, потому что ему не удастся удержать разогнавшуюся тележку. Оставалось каких-то два шага. Гарри прикрыл глаза, готовясь к удару. Удара не произошло, и он, не замедляя бега, открыл глаза».
Кстати, для самой Роулинг вокзал Кингс-Кросс имеет очень личное значение. Именно там познакомились её родители.
Следующая стадия путешествия, согласно Кэмпбеллу, зовётся «чрево кита». Попадание в чрево кита символизирует окончательное отделение героя от обыкновенного мира. У Роулинг эту стадию воплощает Хогвартс-Экспресс. Взойдя на поезд, Гарри начинает абсолютно новую жизнь. Для оставшихся за барьером Дурслей и других маглов он перестаёт существовать, теперь его поглотила неизвестность.
Здесь же, на этой стадии, открываются некоторые тайны, случаются судьбоносные встречи. Происходит символическое перерождение: именно в поезде Гарри избавляется от магловской одежды, на конечной станции он выходит уже в мантии волшебника.
Термин «чрево кита» отсылает к ветхозаветной истории пророка Ионы, который был проглочен, три дня и три ночи провёл в брюхе морского существа, беспрестанно молился, и затем был исторгнут обратно уже просветлённым человеком.
Jonah and the Whale by Pieter Lastman (1621)
Есть и множество других историй, основанных на том же самом сюжете, например, легенда о спасении троянской царевны Гесионы знаменитым Гераклом. Герой забрался в брюхо морского чудовища и поверг его изнутри. Символизм данного мотива может сводиться к тому, что пребывание внутри чудовища есть этап инициации героя, на котором он получает некоторое подспорье в жизни, например, знания. Старая личность погибает и наружу выходит новая.
Тут нужно добавить, что морское чудовище и кит в мифах — это очень часто змей или дракон. «Чрево кита» можно читать как «чрево змея». В этом контексте интересно, что Хогвартс-Экспресс тоже похож на змею, если брать вид сверху. Во второй книжке серии «Гарри Поттер и Тайная Комната» Роулинг сама указывает на этот символизм:
«Экспресс Лондон — Хогвартс извивался внизу, как длинная пунцовая змея».
Опять же, повествование вплоть до мельчайших деталей соответствует всему, о чём пишет Кэмпбелл. Кстати, сам Хогвартс тоже можно увидеть, как чрево кита. Это предположение подтверждается сценой перевозки первокурсников через озеро. Хагрида здесь легко ассоциировать с древнегреческим Хароном, который переправлял души в загробный мир Аид на лодке.
Звучать может страшновато, но на самом деле всё не так плохо: суть здесь в том, что дети проходят обряд инициации, а значит, старая, незрелая форма их личности навсегда погибает. Теперь они отделены от родителей и опекунов, становятся самостоятельнее, взрослее, вступают на путь превращения в настоящих волшебников.
Die Barke des Charon by Otto Brausewetter (before 1904)
Вспомните сюжет мономифа: герой покидает обыденный мир, проходит множество испытаний, затем одерживает решающую победу, сопровождаемую метафорической гибелью и воскрешением, и только после этого возвращается назад. Всё это не что иное, как описание трансформации личности.
Получая уроки, герой взрослеет, меняется, а значит его старая форма неминуемо умирает. В жизни мы можем видеть множество примеров, когда это происходит: юноша погибает, чтобы возродиться мужчиной, как Джон Сноу («Убей мальчишку и дай родиться мужчине»), девушка уступает место матери, когда у неё появляется ребёнок, профессионал, меняя место работы, перестаёт существовать для старой, неактуальной позиции.
Иногда нужно убить в себе прежнюю привязанность, чтобы идти дальше, например, в личной жизни. Принять и отпустить моменты поражений, чтобы идти к новым победам и радостям этого мира. Если этого не сделать, груз прошлого будет омрачать сегодняшний день, отбирая возможность жить полноценно.
Таким образом, человек постоянно совершает переходы, метафорически гибнет и заново воскресает в новом обличье подобно птице феникс. Также устроена и природа: взять те же деревья, которые ежегодно сбрасывают листву и засыпают, чтобы снова возродиться весной.
В Гарри Поттере мотив смерти-возрождения становится ключевым во всех семи частях серии. Каждый учебный год завершается главным испытанием, выраженным в символической форме спуска героя в загробный мир.
На первом курсе это спуск за Философским камнем. Чтобы мы точно не ошиблись, Роулинг подчёркивает образ иного мира через отсылку на Цербера — трёхголового пса-стража подземного царства Аид. В следующих сериях всё идёт по той же схеме: героя ждёт спуск в Тайную Комнату, спуск под Гремучую Иву к Визжащей Хижине, затем и вовсе попадание на кладбище. И так далее вплоть до финала саги.
Василиса Прекрасная, И. Я Билибин (1899 г.)
Поттериана в этом аспекте опирается на богатейшее сказочно-мифологическое и религиозное наследие. В иной мир спускались герои Одиссей, Эней, Геракл, Орфей, боги Один и Осирис. Конечно же, Иисус Христос. Примеров очень много. Кстати, путешествия героев русских сказок в Тридесятое царство могут быть отнесены к тому же типу историй. Владимир Пропп, известный советский исследователь, считал, что любая сказка неизменно рассказывает о путешествии в иной мир. И любое такое путешествие символизирует процесс трансформации личности.
Как однажды сказал Джордж Лукас:
«Мифы рассказывают старые истории, не угрожая нам. Они — воображаемое место, где вы в безопасности. Но они заключают в себе реальные истины, о которых надо говорить. Иногда эти истины так болезненны, что выдуманные истории становятся единственным способом их воспринять».
Интересна в этом контексте роль Хагрида. Уже упоминалось, что его можно рассматривать, как перевозчика душ в сцене с первокурсниками и озером. И неспроста именно Хагрид играет такую роль, поскольку это персонаж, который сам как бы застрял в процессе перехода между различными формами.
Он принадлежит сразу несколькими мирам, хотя ни в одном из них не присутствует полноценно. Его исключили из Хогвартса на третьем курсе, а значит он не вполне взрослый волшебник, но вместе с тем и не магл-ребёнок. Не совсем человек и не до конца великан. Живёт в человеческом обществе, но всей душой тяготеет к миру волшебных существ.
И нельзя сказать, что такое промежуточное положение делает его счастливым. Напротив, Хагрид часто демонстрирует сожаление и печаль. Мы то и дело видим намёки на злоупотребление алкоголем. Сама Роулинг в одном из интервью говорила, что Hagrid — это старое английское диалектное слово, которое означает: «тот, кто так страшно пьянствовал всю ночь, что теперь жалеет об этом». Дополняет картину имя Rubeus, которое происходит от латинского слова «красный».
Неудивительно, что Хагрид почти фанатично предан Дамблдору. Только благодаря мудрости Дамблдора Хагрид не потерялся в жизни, поскольку директор определил ему едва ли не единственную подходящую роль — роль проводника между формами и мирами.
В Философском Камне он особенно часто совершает такие переходы. На старте Хагрид перевозит Гарри из разрушенного дома Поттеров к маглам. Затем забирает Гарри обратно в магический мир. Причём, Дамблдор недаром посылает именно его: полуребёнок-полумаг Хагрид гораздо ближе выросшему в обыденности мальчику, чем любой из волшебников.
Дальше великан сопровождает героя в Косой Переулок и подземелья Гринготтса. Выдаёт билет на поезд в Хогвартс. Затем, как мы уже говорили, перевозит первокурсников через озеро на лодке. Он же в дальнейшем курирует первую прогулку в Запретный Лес. И снова Хагрид выступает посредником между территорией школы и лесной зоной. Там только с ним, среди всех магов (за единственным исключением в лице Директора), готовы считаться. Хотя, опять же, и в лесу он не вполне свой.
Хагрид — первый наставник Гарри в волшебном мире, и первый, кого Гарри должен перерасти психологически. Хотя и далеко не последний. В конечном счёте, он вырастет по отношению ко всем своим наставникам и опекунам, включая самого Дамблдора, который несмотря на удивительную мудрость, всё-таки не смог в абсолютном совершенстве освоить искусство отпускать и идти дальше. Но это произойдёт уже гораздо-гораздо позже.
гарри поттер
перечитываем гп и философский камень