Сергей Нижегородцев

Слышу ветер, он щекочет мои уши. От этого моё тело покрывается "гусиной
кожей", но мне не холодно. В груди тепло, а ногам прохладно, они немеют.
Сердце быстро бьётся, учащается дыхание, мне становится тяжело дышать. Ветер усиливается и начинает давить на тело, слёзы не дают разглядеть, что впереди. Я задыхаюсь! Яркая вспышка! Мысль осенила моё сознание: "Я падаю!" Удар! Всё погасло.

Знаю, где нахожусь. Я здесь уже не первый раз. Что я должен сделать? Не понимаю. Зачем здесь двери, которые никуда не ведут? Они все одинаковые, дверь в дверной коробке стоит в пространстве и всё. Она никуда не ведёт, ни с одной стороны, ни с другой. Её можно обойти вокруг, с обеих сторон дверь одинаковая. Непонятно, с какой стороны находишься в данный момент с той или с этой. И это ощущение усиливается тем, что двери друг от друга находятся далеко, и нет им конца, и нет края у этого места. Я ходил в разные стороны, но окружение не менялось. Казалось, что иду на месте или по кругу, точнее, по шару. Можно предположить, что это место большой шар, допустим, как земной шар и он утыкан дверьми. Отсюда напрашивается вывод: если идти в одном направлении, то никуда не придёшь, потому что остаёшься здесь. Но это всего лишь предположение. Двери не открываются ни в одну из сторон. А может они
не открываются потому, что я не могу их открыть? Вот я возле двери, ну и как я
её открою, чем? У меня нет рук, я смотрю по сторонам вокруг и не вижу рук. Не
вижу ног, ни тела своего, ничего нет. Меня нет! Меня здесь нет! Темнота поглотила окружение.

Открываю глаза. Эта обстановка мне знакома. Пошёл девятый месяц, как я здесь нахожусь. Это моя тюремная камера. Проснулся рано, баланду ещё не раздавали. Опять мне приснились двери. Интересно, все люди во снах не видят своих тел? Конечно, исключая те сны, когда ты видишь себя со стороны. Когда смотришь на происходящее, как зритель, и понимаешь, что в этой сцене есть ты. Почему я не могу контролировать себя во сне? Взять предмет и бросить его туда, куда пожелаю. Обычно предмет прилетает в меня, и я просыпаюсь. Почему мне не снится пляж на лазурном берегу, а снятся закрытые двери? Неплохо было бы уметь контролировать сны и себя в них. Контроль. Контролёр.

Всех служащих в следственном изоляторе я называю контролёрами. Во времена Советского Союза была такая должность - контролёр, это сотрудник рядового состава, который  нес службу на посту. Но со временем контролёры стали младшими инспекторами. Я считаю, что слово контролёр точно характеризует работу тюремного служителя любого звания и должности. У одних власти побольше, чем у нижестоящих. Одни считают, что находятся на своём месте. Это их призвание – служить закону. Есть и такие служители закона, которые на службу ходят как на каторгу, отбывая срок до пенсии. Но, так или иначе, все они осуществляют контроль и надзор за заключёнными под стражу. Откуда я это знаю? От самих тюремных служителей, это они мне всё рассказали. Ну конечно не в личной беседе, они говорят об этом друг другу, а я слушаю. Не только я слушаю, все слушают, есть такое выражение: "И у стен есть уши". Так вот, тюрьма это большое ухо. Коридоры, их ещё называют продолы, это каналы, по которым течёт информация, в том числе и звуковая. Тюрьма была построена в царской России. Потолки высокие, до четырёх метров, а в коридорах местами до шести метров достигают. Звук в таких коридорах усиливается и слышен гораздо лучше, чем в обычных коридорах. "Уши" у стен называют кабурами, это отверстия в стене соединяющие две камеры. Кабуры делают заключенные  для передачи информации, а контролёры находят их и закладывают. Но это не даёт гарантии, что "уши" не вырастут в другом месте. Вчера меня водили к адвокату и на обратном пути в камеру поместили в "стакан", он же маршрутный бокс.
"Стакан" - маленькое помещение без окон, в котором могут  поместиться два человека. Тот, в который меня поместили, находился рядом с дежурным помещением, и в нём была ещё не заложенная кабура в соседний "стакан" с открытой дверью. Из-за высокой слышимости я стал невольным слушателем разговора двух контролёров: