Я – Легенда!

Фандом: Bangtan Boys (BTS)

Рейтинг: NC-17

Пейринг/Персонажи: Чон Чонгук/Ким Тэхён; ОЖП; ОМП

Размер: Планируется макси (до 100 фикбуковских страниц)

Метки: Счастливый финал; Упоминания изнасилования;
Вторжение пришельцев; Насилие; Нецензурная лексика; Юмор; Драма; Омегаверс; Смерть второстепенных персонажей; Boypussy; Girlpenis

Описание: Они почти всех съели.

Глава 1

Такого громкого крика мир ещё не слышал. Он пронзил пространство и время, вышел за пределы человеческих возможностей. Эхо отразилось от скал, окружавших небольшой уютный город, с некоторых пор погруженный в хаос. Пронеслось меж заброшенных высоток, прорвалось через маленькую щель прежде, чем бункер наглухо закрылся.

— Они оставили нас умирать! — отчаяние, первозданный страх и упрёк смешались. Голос рвался, слёзы жгучими, солёными ручьями жгли разгорячённую кожу. Человек упал на колени, схватился за голову. Толпа продолжала нестись, затаптывая отстающих или замешкавшихся насмерть.

Ребёнок ли под стопой, стар ли млад — не важно. Мертвец он. Остановился, значит погиб.

— Грозры! — вопли несутся быстрее мыслей.

Холодящий ужас ведёт выживших. Первые из толпы влетают в бронированную часть массивной двери. Стучат ладонями и молят пустить их. В них вжимаются остальные, давка лишает обессиленных возможности дышать. Паника убивает любой намёк на гуманизм. Она вырывает на корню всё то, что ещё какие-то несколько лет назад считалось важной частью человеческой натуры.

Клубы туманной дымки принимают облик газового чудища. Спустившийся с заснеженных вершин монстр окутывает непроглядной пеленой всё живое и мёртвое. Спешит, чтобы успеть урвать побольше мяса.

— Они уже тут… — безнадёга лупит по сердцу. Всхлипы омег словно упрёк и кара, вздохи альф, как позор. Не защитили, бессовестно бросились наутёк, спасая свои шкуры.

Смерть близко. Жаждет, пасть разевает. Холодком выдыхает, волоча за собой суматошные терзания.

Грохочущий воздушный поток поглощает улицу за улицей. Ржавеющие машины словно приобретя последнюю искру зажигают фары, издают гудки, наполняя округу симфонией панического беспорядка. Некоторые стёкла, на которых уже виднелась паутина трещин, разлетаются из-за внутреннего давления, дым полон тайн и загадок.

Кто успел потерять сознание вызывает зависть, им не будет больно. Если они прямо сейчас умрут, то спасутся от раздирающей рассудок тьмы. А уж она умеет пытать. Медленно разрывать плоть острыми клыками. Пить алую кровь словно воду. Бьющееся в конвульсиях тело считается у них лакомством.

Мертвечина им противна.

— Нет! Это невыносимо! За что?!

Перед гибелью каждый думает, что не заслужил такого. А если мог, то грешил машинально, потому что так делали другие. Обстоятельства складываются не лучшим образом и в своё время на долю каждого человека выпадает тяжёлый выбор. Находятся слабые. Их отказ продолжать бессмысленную борьбу выражается протестом самолишения.

— Твари не жрут трупы, — выстрел.

Те, что ещё слабее, смотрят на самоубийц и осуждают. Обернувшись, сталкиваются лицом к лицу со страшной мордой. Та рычит и скалится, а в ответ резкий вскрик.

Серая муть останавливается резко. Неестественной стеной зависает, уходя на сотни метров ввысь.

Секундная тишина. Перепуганные лица рдеют, глаза широко распахнуты и глядят, ждут! Разум просит смилостивиться и закончить эту невыносимую пытку. Безответность лишь пуще пугает. Сердце стучит на износ, забирая последние капли сил. Адреналин в крови помогал забыть про усталость и голод.

Боги покинули мир людской. Ниспослали кару за грехи и гордость. Искалеченные, не знающие долгого сна, не имеющие постоянного пристанища брошенки вздрагивают, едва утробное гуденье пронзает слух.

— Откройте, сволочи проклятые!

— Тут дети!

— Да чтоб вам в аду сгореть!

Гром и блики молний пускают вторую волну истерики. Люди стирают руки в кровь, царапая чёрную сталь. Едва мгла вбирает жертвенные души, возгласы рвут связки. Земля принимает струйки крови, а те медленно превращаются в тонкие реки. Хруст костей долетает до крыш. Последние вздохи замирают на синеющих губах.

Истерзанные куски, больше похожие на фаршированное месиво валяются объедками. Глаз с синей радужкой укатывается по склону, попадает в канаву, вязнет в ней. Он отражает сумасшествие жестокости. На нём замер облик Грозра. Здоровенной лапой он оторвал добрую часть лица и впился в источающую пар плоть. Жадно, с аппетитом всосался в неё. Было мало, чтобы унять буйство алчности монстр едва проглотил добытое, тут же кинулся за следующей порцией.

Бойня кончилась быстро. Началась резко, прекратилась точно так же. С безоружной, напуганной добычей легко справиться.

Запах железа зависает над опустевшей площадкой. Насытившись, дымка отползает. Возвращается туда, откуда приходила. Забирает с собой хмарь и непогоду. Небо медленно отбрасывает рваные облака вдаль. Голубеет, озаряется солнцем. Природа оживает, наливается красками.

Безмолвие отступает. Птицы, сорвавшиеся с веток, возвращаются. Сверчки и цикады заводят трель. Обыденность жизни постепенно приходит в призрачный город. Скользит по улочкам, поросшим сорной травой. Перебирается через кучи мусора, в пустые рамы заглядывает. Покинутые пристанища ещё хранят запах людских тел. Лица, запечатлённые на фото, позируют с довольными улыбками редким гостям в виде бродячих котов. Это всё, что им осталось.

Тем, кто сумел сегодня спастись — везёт меньше, чем убитым. Ведь им уже всё равно. А выжившие так и будут просыпаться в холодном поту, мучиться в надежде прожить лишний день. Вечное урчание в животе, зудящая, давно немытая кожа, усталость и ненавистный страх погонят человека куда глаза глядят. И нет больше покоя.

Мира прежнего нет!

***

Звук шагов разбудил его. Страх мигом закрался в тело, сжал каждую мышцу. Он всеми силами пытался отогнать сон, но не сумел долго сопротивляться. Тэхён распахнул глаза и напрягся. Подступивший к горлу ком начинал першить. Очень хотелось откашляться. Нельзя. Шум привлечёт то, что сейчас приближается к омеге.

«Только бы быстро и без мучений» — думал юноша. Он видел то, что почти свело его с ума. Ночами истерзанные люди приходили к нему во снах и пытались схватить за руки, уволочь за собой в пустоту.

Тэхён потерял семью сразу после того, как метеориты упали на землю. Атаковать пришельцы начали резко и с бешеной дикостью. Их не брало биологическое или химическое оружие, а обычное могло несильно ранить, если человек успеет выстрелить. Омега был вынужден бежать с другими. Куда именно он не знал. Прибивался то к одной, то к другой группе. Ему постоянно везло, ведь какой-то внутренний голос успевал подсказать, где и в какое время будет атака.

По близким парень не скучал. Мать-альфа излишне жестокая, мать-омега умерла при родах. Хотя это не точно. До Тэхёна дошли слухи что родившую его женщину убила жена из ревности. Звать вторую мать родной он не мог, потому что очень боялся её. В момент вторжения она собиралась отлупить его битой, просто потому что очередной омега отшил её, заявив о её неспособности сдерживать гнев.

Виною всему алкоголь.

Старший брат от первого брака матери был альфой и с тринадцати лет насиловал Тэхёна. После очередного раза Тэ стал молить небеса о каре. Он просил возмездия и его мольбы были услышаны. Через два года сошедшие с небес чёрные лавовые булыжники, каждый размером с маленький посёлок, принесли в себе внеземной разум и войну, которая продлилась еще пару лет. И по сей день мучает обитателей зелёной планеты.

Неделю, после падения, метеориты щепетильно изучали. Брали анализы, осматривали, отчаявшись — нюхали. Но никто из учёных даже предположить не смел, что это на самом деле коконы, в которых дремлют оголодавшие твари. А пробудило их яркое сияние дневной звезды. Туман разросся очень быстро и люди не сразу поняли, что происходит. А потом Грозры атаковали. Вместо современных технологий у них когти и клыки. А ещё сила и скорость.

Прирождённые хищники. Смертоносные твари, принимающие только себе подобных и жрущие всё, до чего сумеют дотянуться.

Шаги ускорились. Тэхён подавил дрожь в руках. Серая футболка быстро намокла, впитав холодные капли пота. Ждать смерти тяжело. Просить её несуразно. Бояться — естественно. Тяжёлый вздох за стенкой почти лишил парня чувств.

— Хёти? — знакомый тихий голос моментально успокоил. Правда Тэ не был уверен, что это действительно его друг, а не издёвка в виде иллюзии. Человек, помогающий и спасающий вот уже который день подряд. Может померещилось? — Тэхён? — чуть громче.

Испуганное лицо озарилось улыбкой.

— Гидеон?! — парень поспешил выбраться из-под кучи строительного хлама. Рванул к забаррикадированному проходу. — Где ты был?!

Охотник стоял за хлипкой дверью. Терпеливо ждал, когда его друг откроет ему. Тэхён оттащил от замочной скважины тяжёлую подпорку. Потянул за ручку. Гидеон протиснулся в узкую щель, а после они заперлись вместе. Тэхён сходу обнял альфу, прижался к нему.

— Тебя не было сутки, я так испугался, — глаза моментально наполнились слезами. Гидеон стёр влагу с длинных ресниц и зашептал с широкой улыбкой…

— Я нашёл кое-что, гляди…

Он снял с плеч рюкзак, раскрыл его и стал выкладывать различные консервы, медикаменты и вытащил с самого дна походную газовую плитку на одну конфорку.

— Это просто чудо, откуда?

Парни говорили полушёпотом. Страх научил жить в вечном стрессе. Адаптация прошла слишком быстро. А тот, кто замешкался — погиб. Тэхён видел на что способны люди, и монстры. Тэхён понимал, однажды ему не удастся убежать. Глубоко в душе он смирился с исходом. Деваться парню не куда, выбор не велик.

— Из одного подвала. Там был дом богатых людей, пришлось повозиться, но зато смотри сколько всего. Давай скорее подогреем воду, я уже забыл какого это, пить что-то тёплое.

Омега быстро справился с подготовкой. Набрал в старую медную посуду отстоянную в бутылке воду. Вскипятил её вместе с несколькими веточками высушенной душистой травы. Чай согревал изнутри и давал сил. И как же это вкусно. В обычной жизни многое казалось привычным, лишившись этого Тэхён и его сильный защитник поняли, что вскоре люди будут драться за последний кусок дешёвого печенья. А в это время на них спустится клубящаяся погибель.

— Господи, — Тэхён забыл про манеры. Несмотря на то, что омега вырос в бедном районе он с детства воспитывал в себе сдержанность, культуру речи и поведения. Но сегодня, да и в целом в нынешней обстановке юноша отступил от этикета. Он взял пальцами кусок мяса и сунул его в рот. Прикрыл глаза от удовольствия, смакуя еду долго и наслаждаясь каждым мигом. — Это самая вкусная тушёнка в моей жизни.

— Ешь-ешь, — Гидеон подкинул парню из своей порции. — Я там натрескался знатно. Всё равно утащить всё не смог бы. Так хоть наелся от пуза.

Карканье вороны вынудило друзей замереть. Птица волновалась. Её что-то беспокоило. По характерным звукам можно догадаться, внизу под деревом дерутся одичавшие собаки. Животные чуют угрозу и сбегают. Борются за территорию, значит всё хорошо, Грозры далеко. Заседают меж ущелий, прячутся по пещерам, впадая во временную спячку. По одиночке они почти не передвигаются. Держатся скопом, воссоздавая серые клубы дыма. Можно предположить, что это их маскировка. Масса воздушная и непроглядная. Если отстреливаться, то лишь наугад.

— Скоро закат, наконец-то, — Тэхён закашлялся. Альфа подал ему стакан с отваром, бережно похлопал по спине. Несильно, скорее из желания лишний раз коснуться красивого омегу. — Извини, — Тэхён с трудом сглотнул. Гидеон улыбнулся.

— Предлагаю пройтись к озеру, нам нужна вода, — альфа кивнул на пустые тары. — Я ещё пару свечек нашёл. Но они немного… того…

— Чего? — Тэхён распахнул глаза, пытаясь всмотреться в полумраке в лицо собеседника.

— С запахом… — Гидеон притянул полупустой рюкзак. Открыл кармашек поменьше и протянул омеге ароматизированную свечу.

— Водная лилия… — удивился Тэхён. — Какова гарантия, что кто-то сможет найти такой аромат? — юноша тихо хохотнул. — Я и в прежней жизни не видел ничего подобного в супермаркетах. Водная лилия… чудеса.

— У меня дома пожар был из-за такой свечки. Брату руку обожгло, когда он меня выносил из моей комнаты.

— Сколько тебе лет? — Тэхён и думать о таких мелочах забыл. Они с Гидеоном столкнулись случайно. Альфа оглядел его с головы до ног, схватил за руку и потянул за собой. Так они и стали неразлучны. Омега понимал, что он просто понравился незнакомцу. В былые времена он бы скандалил. Вырывался, кусался. Сейчас не мог себе такое позволить.

Пацифист, мягкий и беззащитный хрупкий омега прекрасно понимал — в одиночку ему не выжить.

А Гидеон крепкий, высокий альфа. Он владеет оружием, умеет охотиться и он очень сильный. Его храбрости позавидуют многие. Гидеон принимал правильные решения, причём быстро. Он ничего не просил, он просто был рядом. Если получалось, оказывал помощь нуждающимся. Но в первую очередь он оберегал Тэхёна.

— Мне шестнадцать, — ответил юноша. — А тебе? Пятнадцать, да?

— Мне вчера было семнадцать, — Тэхён горько плакал. Он думал, что его друг погиб. Судьба сделала омеге подарок, когда привела его обратно невредимого, с полным рюкзаком еды.

— Милый, с днём рождения! — альфа подался вперёд. Схватил хрупкого юношу в объятия и прижал к своей крепкой, надёжной груди. — Если бы я знал, я бы… я…

— Ты и так! — возразил Тэхён. — Еда, свечки.

— Нет, это не подарки. — мотнул головой альфа. — Обещаю, что как только смогу, я раздобуду для тебя что-то действительно стоящее и красивое.

— Гидеон, — Тэхён опустил на щёку парня свою изящную ладошку. Заглянул ему в глаза и улыбнулся. — Ты столько делаешь для меня. Без тебя я бы давно…

— Не надо, — альфа погладил Тэхёна по пшеничным волосам. Оставил скромный поцелуй на тыльной стороне его ладони. — Не хочу даже думать о таком.

Гидеон прежде не позволял себе подобной близости. Скромные объятия на прощание и только. А сейчас они прижаты друг к другу. Омега чувствует горячее дыхание на своей шее и по его телу бегут мурашки. Сердце Тэхёна стучит сильнее, потому что он слышит, как у Гидеона из груди его колотится словно сумасшедшее. И взгляд у альфы такой пронзительный. Он размыкает пересохшие губы, подаётся к омеге, чуть склоняет голову на бок.

Слишком страшно. Тэхён делает быстрее, чем думает. Отстраняется, приседает и схватив бутылку, судорожно шарит по полу свободной рукой.

— Ты чего? — хмурится ошарашенный альфа.

— Солнце ушло, можно идти за водой, — Тэхён ругает себя за грубость. Он не должен так поступать. Хотя надежду он не давал. Да и Гидеон вёл себя сдержанно. Видимо альфа стал понимать свои чувства, а вот Тэхён даже думать боится о чём-то подобном. Ведь если копнуть, то неприятная правда вскроется и ошпарит.

Гидеон очень красивый. Он сильный и добрый, а если нужно — хладнокровный. С таким альфой любой омега найдёт свое счастье, а вот Тэхён — нет. Гидеон ему друг, может даже брат! Но любви в сердце омеги нет. Ни намёка на симпатию в романтическом плане не отыскать в его душе. И это больно.

Тэхён чувствует себя лицемерным лгуном. Он пользуется всем, что альфа отдаёт ему, а взамен просто кивает и пустыми словами благодарит. Тэ больше обуза, чем помощник. Настанет день, когда ему придётся отдать альфе чуть больше. И от этого осознания всё нутро горит. Тэхён иногда чувствует к себе отвращение, потому что он замечает этот тёплый, нежный взгляд пылкого парня, а ответить взаимностью не может.

Омега никогда не влюблялся. С момента своего рождения и по сей день его не покидало ощущение одиночества. Что сказать, каким тоном и в какой момент — вот главный навык. Куда спрятаться, под кровать или в шкаф — ещё один, на случай если мать всё-таки напьётся. Она часто злилась, дралась со старшим сыном, таскала за волосы младшего.

Посреди ночи Тэхён чувствовал над ухом чужое дыхание. Брат закрывал ему рот, когда залазил сверху. Омеге приходилось терпеть. Он пытался заставить себя скорбеть по семье, не вышло. Радости тоже не было. Лишь сплошная, всеобъемлющая пустота.

Пусть это неприемлемо, и кто-то его начнёт судить, но он всего лишь хочет выжить.

— Давай я возьму их, а ты… — Гидеон отдаёт парню зажжённую свечу, а сам забирает пустые бутылки и бидон из рук омеги. — Неси, ладошкой прикрывай от ветра. И от меня ни на шаг не отходи, а то мало ли какие выродки могут на пути повстречаться.

Тэхён цепляется за ремень на поясе Гидеона и семенит рядышком. С приходом ночи люди могут жить без страха. Грозры активны при свете солнца, с приходом сумерек засыпают. Пока мир утопает в грёзах, немногие выжившие ищут пропитание и безопасное место. Атаки могут происходить с периодичной последовательностью. Раз в неделю или две. Видимо твари нажираются и уходят.

Альфа и омега выбираются из общежития, выбранного ими в качестве временного пристанища. Власти до побега советовали разбрасываться по городу. Грозры предпочтут одиночке толпу. Они чуют теплоту и запах, несутся на них как на приманку. Кучковаться идея плохая, хотя многие этим грешат по сей день, из-за чего расплачиваются непомерно высокой ценой.

Парни подходят к источнику. Очередь собирается быстро. Вдали плывут огонёчки, уцелевших не мало, это радует. Одно печалит — завтра ночью их может быть меньше. И причина не только в прилетевшей на землю угрозе…

— Я слышал крики, они сегодня спустились.

— Наелись значит, — Гидеон шагнул к источнику, когда пара, предположительно муж-омега и жена-альфа, отошли наполнив свои фляги. Струйка воды зажурчала, успокаивая своим мерным урчанием. Тэхён присел на сухой камень и поглядел вдаль. Закутался плотнее в лёгкий кардиган чёрного цвета. Луна отражалась в водной глади озера. Кто-то купался, кто-то молча смотрел на звёзды.

— Как думаешь, они вернутся завтра?

— Вряд ли, — Гидеон почесал щёку. Поглядел на Тэхёна и невольно облизал губы. Омега выглядел задумчивым. Это делало его ещё более прекрасным в глазах альфы. — Когда мы найдём моего брата, он, я в этом уверен, точно расскажет, как истребить этих тварей.

— Скорее бы найти его, — вздохнул Тэхён. Гидеон часто упоминал брата. И говорил о нём с восторгом. Тот заменил ему отца. Все альфы у них в роду были мужчинами, за редким исключением. И по традиции все они становились военными или полицейскими, порой пожарными. После гибели отца главным добытчиком и защитником семьи стал именно Чонгук. Он воспитал троих братьев включая самого младшего, Гидеона.

В момент вторжения Гидеон как раз получил грамоту за отличие в учёбе. В свои тогда четырнадцать парнишка был на добрую голову выше сокурсников. Он шутил, что кашку любит. Всё дело в хороших генах.

— Да, Чонгук крутой.

— Разве есть кто-то круче тебя? — Тэхён тихонечко засмеялся, прикрывая рот рукой.

— Только Чонгук, — кивнул альфа. — Он в числе первых отправился охранять учёных, изучающих метеорит, — Гидеон резко замолчал. Отвёл взгляд и поникшим голосом произнёс… — Я знаю, он жив. Он ищет меня.

Вода пошла через край и Тэхён потянул к бидону руки. Гидеон жестом призвал омегу не беспокоиться. Он заменил полную тару на пустую, они продолжили ждать.

— Он жив, — кивнул Тэхён. — И он тебя найдёт. Вот увидишь.

Альфа не ответил, но его печаль незаметно сменил взгляд, полный надежды.

— Может он уже и отряд из военных собрал, чтобы воевать с ублюдками, — глаза альфы загорелись, а может это лепесток огонька от свечки в глазах отразился, когда Гидеон подсел к омеге.

— Я бы в этот отряд первым пошёл, — раздался голос из темноты. Тэхён отвёл свечу подальше. Перед ними стоял взрослый мужчина, на вид лет пятьдесят, по признакам альфа. — Порезал бы всех этих мразей и отправил бы их потроха туда, откуда они явились.

— А что мешает нам сейчас такой отряд собрать? — Гидеон поднялся на ноги. Мужчина поднял голову, чтобы задержать взгляд на молодом лице. — Я много раз пытался, все только и могут что пиздеть!

Тэхён поджал ноги. Если его друг злится, лучше не провоцировать его. Пару недель назад, когда они перебирались с одного места на другое, на них напала толпа из пяти человек. Гидеон убил их быстро и тихо. Перочинный нож всегда при нём. Либо в берцах, либо в рукаве. Альфа рассказывал, как Чонгук учил его драться чуть ли не с младенчества.

Потом парень вступил в секцию самообороны. Также навык отточили годы обучения в военной академии для подростков. Может альфа не разбирался в искусстве, порой был резок и грубоват, но зато он никогда не сдавался и если надо, мог биться до последнего вздоха.

— Что молчишь?

Мужчина не ответил. Отошёл к жене, та как раз набирала воду из другого источника. Она отчитала его негромко, а после они быстро ушли.

— Можно мне искупаться? — Тэхён несколько дней был лишён стандартной радости купания. Тёплая погода и прихваченное с собой мыло, которое Тэхён таскал в кармане вместо оружия, подначивали.

— Давай отойдём туда, — Гидеон кивнул на невысокие скалы. Там купались омеги. — Я буду ждать в стороне, — он указал на группу альф. По всей видимости они ожидали, когда их партнёры закончат водные процедуры.

Тэхён взял бутылки, а Гидеон бидон. Омега направился к купающимся. Ночь скрывала наготу, так удачно. Тэ смущался обнажаться перед кем-то. Именно поэтому он отошёл подальше, чтобы другие омеги не имели соблазна заговорить с ним. Стянув с себя одежду, парень вошёл в тёплую воду. Ласковые волны океана приняли юношу в свою обитель.

Парень несколько раз намылился, волосы тоже пришлось мыть мылом. Они становились из-за этого жестковатыми, зато очень приятно пахли. На несколько мгновений омега засмотрелся на небосвод. Мириады звёзд сияли и таили в себе тайны вселенной. Тэхён ощутил боль, которой не смог сопротивляться и заплакал. Лучше бы она была физической, чем душевной.

На обратном пути Гидеон сказал, что Тэхён слишком прекрасен для этого мира. Омега не знал что ответить, промолчал. Альфа спросил, помнит ли омега свою первую любовь? Тэ сказал, что нет. Не стал уточнять подробности. Такие личные вещи обсуждать Тэхён не хотел. Хотя он чувствовал, альфа желает что-то сказать. Может ему хочется завести определённую тему, чтобы плавно подвести к вопросу их отношений? И был прав, Гидеон зажёг все три свечи, поглядел на Тэхёна и с улыбкой признался…

— Хёти, ты моя первая любовь.

Тэ застыл.

— Не пугайся, — отмахнулся альфа. — Я уверен, ты это не раз слышал.

— Нам лучше поспать, — Тэхён забрался в халабуду из досок. В аналогичную напротив залез Гидеон.

— Ты не думай, — донёсся приглушённый голос. — Я серьёзный человек. Не смотри, что мал. У меня мозги на месте.

Тэхёна бросило в жар. Он очень боялся этого момента. Альфа не хочет понять намёк и омега трёт ладонью лицо. Сейчас Гидеона занесёт, он углубится в запретную для Тэхёна тему и задаст вопрос. Станет ждать ответа. Получит отрицательный — бросит. А если Тэхён ответит взаимностью, то рано или поздно ему придётся раздвинуть ноги перед другом. Новая порция отвращения засела горечью на языке. Единственный вариант отвлечь Гидеона, это завести разговор о его брате.

— А сколько Чонгуку лет?

— Хороший вопрос, — недолгая пауза. По всей видимости Гидеон подсчитывал. — Ему должно было исполниться в сентябре двадцать шесть. Сейчас середина лета… Ему двадцать седьмой год стало быть…

— Взрослый, — вздохнул Тэхён. — Наверное омега есть?

— У Чонгука? — из другого угла помещения раздался кроткий смешок. — Не, он грубиян и хулиган. Не любят его омеги. Да и он их не особо. Но это и хорошо.

— Почему? — Тэ ощутил, как на веки навалилась усталость. Расслабление после ужина и купания блаженной негой освободили тело и разум от постоянного стресса. Ответ очень хотелось услышать. И перед тем, как погрузиться в глубокий сон, до Тэхёна долетела уверенная фраза…

— Он не уведёт у меня тебя.

От автора: Дорогие читатели, ранний доступ к главам вам откроет подписка на уровень "Минимальный".

Гидеон: