Мелакрион 

В моих мечтах о человечестве царят свобода и равенство, остаётся только хорошенько постараться и дожить до столь славного воплощения мира. Оглядываясь вокруг, мне начинает казаться, что Мы, Люди, прежде чем заявлять невозможно-амбициозные притязания (на космос, жизнь за пределами планеты Земля и прочее), должны были воплотить эту самую Землю в виде единого сообщества, разнообразного и многомерного. Возможность делиться и проникаться эмпатией в таком случае, кажется и целью, и путём, и необходимостью - дабы при этом не прослыть циником, остаётся только начать с себя и выкладывать бесплатно любые виды моего творчества. Пока я не бедствую в силу своего скромного образа жизни - это более чем посильно, поэтому все уровни подписки, скорее всего, будут отличаться только вашим желанием кинуть в меня деньгами. Учтите, я не думая потрачу их на еду, одежду, краски и кисточки, ручки-лайнеры и экскизники, а если денег будет много - на подарки родным и путешествие к друзьям, с которыми меня разлучает существование на краю географии, и кусачая стоимость билетов.

Порою дико быть Твоим, —Дышать тобой, но просыпатьсяУзлом меж дробных половин.Опять учиться подниматься,
Холодным станом рваться ввысь,Врезаясь взором в мелких мошек,Что тошнотою разлилисьМгновенно. Биться о порожек...
Я древо вечности! Увы,Но крона тянет спотыкаться, —В ней птицы рыкают как львы,А белке нечем заниматься.
Я так ужасен и хорош!Мне так смешно! А ты? Хохочешь?Клонит к земле обидно. Что ж...Пока ты небу рожи корчишь,
Вгрызаюсь взглядами в рассвет.Привет, мы разве не встречались?Вот Твой момент — скажи мне Нет,Скажи "Вы верно обознались!",
Пока я слаб, пока я чуждИ по частям ещё раздроблен,Пока не стал превыше нужд.Наш мир так мило обособлен!
Одумайся! В себя приди!(Меня прими!) Ну, что, так сложно?!Так много судеб впереди —Искать до Рагнарёка можно
Всего и сразу, без затейИдей и гордости, — мир тесен!Пока шепчу я, как злодей,Что Ты Моя от первых песен,
Ты чувствуешь? Ну да же! Да!Твердит твоя же сердцевинаЧто быть со мною, навсегда, —Божественно неотвратимо.

Посмейся надо мной. Давай же.Скажи как бледен я и глуп,Что полон жизни словно трупИ чувствами ушёл не дальше,
Способный только рвать цветыНе создавая новых жизней.От года к году лишь капризнейМой лик, лишаясь красоты,
Блуждает взором слеповатым,Храня в бледнеющих глазахСвои обиды, - каждый крахЦарящий в мозге бесноватом,
Что сильным не был никогдаДостаточно. К чему притворство? —Одно сплошное крючкотворствоНесу сквозь веси и года...
Я к жизни мало приспособлен, —Не зол оскал моих зубовИ если бы под градом словАлмаз родиться был способен,Тогда б давно богатым стал,Коль не друзьями, так вещамиИ лёд топил бы между намиЦеной бриллиантовых зерцал,
А так... тащу свои дарыИ прогибаюсь под их прессомТак будто обладают весомИ ценностью души миры.
Выходит не о чем лить слёзы.Утри лицо. Гляди вперёд.Напрасны неприязнь и гнётЧужие для практичной прозы.
Не знай. Не чувствуй. Не борись.Тот кто воздушный замок строитНи злости ни любви не стоит...Логично очень, согласись?

День неутомимо
Проносится мимо, —
Мерцают снаружи
Небесные лужи,

Звенят расстояния
Чуть дальше касания
И каждая нота —
Сплошная зевота.

Воззвания никнут,
Но Мойры не пикнут, —
Ведут посиделку
Играя в гляделку.

Ища твои следы, впотьмах,
Как мне, скажи, проковыряться
Сквозь ненадёжный липкий страх
И вновь и вновь не повторяться?
Смычком по ниточкам внутри
Отчаянно как не елозить?
Не повторяться вновь? Смотри,—
Как свой и твой апломб отбросить,
Навеянный ничьим стыдом, —
Налётом пыльных убеждений,
Идущих квёло в каждый дом
Гуськом, за возом сожалений?
Виски промяты до кости
Массажем кровных перестуков.
Я так устал опять нести
Настырный зов сердечных звуков,
Моргнул — на четверть век минул,
Остались в прошлом стул и стульщик,
Ни строчки писем, только гул.
Уместно злится твой попутчик,
За миром дыма и зеркал
Заметив пляску отражений,
Пустой предбанник, полный зал
Даже не страхов, не сомнений,
А лучезарной красоты,
Пожизненной, пускай кисейной;
Не избежавшей остроты
Но стержневой, благоговейной
И для него, увы, чужой
Едва ли не потусторонней
Бегущей на берег крутой
Словами ночь от ночи вздорней
Мне обратить бы в мелкий пар
Маршрут навязанных распутий,
Где перегар — почти что дар,
Забвенных дум. Химозной мути,
Где в жалкой копии меня,
Такой неверно отражённой,
Висит струна смычком звеня,
Гармонией кормя нестройной.
Что ни попытка то этюд,
Что не огреха то попытка,
Внутри пожар, коты скребут
От пустоты и чувств избытка...
Заметить плохо. Не смотреть? —
Подавно хуже. Притворяться? —
Я не смогу. Придётся рдеть
И ждать. И верить. Повторяться,
Проигрывать из раза в раз
Игру больных воспоминаний
Не зная правил. Бездной фраз
Тушить фитиль своих признаний...
Такой духовный аффинаж
Чуть-чуть жестокий, не находишь? —
Я вот трясусь, противно аж.
В каких потьмах, скажи, Ты бродишь
И стоит ли в итоге свеч
Отказ от свойства и натуры
Прервавший и любовь и речь
Носителя твоей культуры?

Напуганный и сбитый с толку играми,

Не знаю, что сказать и то возможно ли

Спастись от этой грусти, в сердце иглами

Мне не хватит тебя. Мне тебя не хватает.

Я священный ребёнок перемазанный ужасом,

Чей кумир и защитник его не замечает

Горишь вечной раной сквозь тело и думы,

Всё время пронзая, чуть мозг потревожится

Какой-то фантазией задевающей струны.

Ты моя — мой комплекс неполноценности,

Без тебя полноценным быть — оксюморон.

Я, наверно, впервые так сильно взбешён

Росчерк золота лампы мир делит повдоль,
Разбивает меня на сумрак и звёзды...
Ты пойми, я так ярко пишу свою боль,
Чтобы за её счёт демонстрировать грёзы, —

Чтобы грусть, а не мы, оплатила долги
Наших будущих встреч в мире без расставаний.
Я канючу, что врозь я не вижу ни зги,
Чтобы Ты была мерой моих состояний.