Святая Параскева со сценами жития и страстей (икона) XV век
Админ уже рассказывал о своем посещении филиала национального музея Кракова в Дворце епископа Эразма Циолека. Там мне удалось посетить выставку православная иконопись на территории Речи Посполитой от XV века. Поскольку группа посвященна средним векам, представлю вам иконы именно этого периода. Начнем со Святой Параскевы.
Святая Параскева Мученица изображена в полный рост с крестом в поднятой руке. По бокам и в нижней части иконы расположены клейма со сценами из её жизни и мученичества. Архаичные черты иконы позволяют считать её, возможно, древнейшей в краковских собраниях. Тем самым, это одно из старейших изображений святой Параскевы на землях Руси в составе Речи Посполитой, где она была чрезвычайно популярна в XV и XVI веках. Об этом свидетельствует значительное количество не только икон, но и храмов, освящённых в её честь. Этому, безусловно, способствовало включение святой Параскевы в литургический календарь Православной церкви на Руси, однако следует помнить, что существовало несколько святых с этим именем, которых часто путали между собой или сознательно не различали.
Введение культа святой Параскевы связывают с именем митрополита Григория Цамблака, болгарина, который проповедовал о святой болгарской отшельнице из Эпивата, жившей в X веке, называемой по месту её первоначального почитания, то есть столице Болгарского царства, — Параскевой Тырновской.
Житие святой Параскевы Тырновской наполнено описаниями её отшельнической жизни, без упоминания мученичества. В случае с данной иконой боковые клейма связаны с раннехристианской мученицей из Икония в Малой Азии (совр. Конья в Турции), подвергнутой пыткам за отказ отречься от веры при императоре Диоклетиане, то есть в III веке. Таким образом, её легенда отличается от жития святой Параскевы из Эпивата — монахини и отшельницы, чьи мощи переносились из Софии в Видин, затем в Белград и Яссы вследствие наступления турецких армий, из-за чего судьба святой стала метафорой судьбы балканских народов, бежавших от нашествия иноверцев. Многие факты указывают на то, что к идентификации обеих святых подходили довольно свободно, хотя крайне интригующим на этом фоне является пример иконы из львовских собраний с фигурой святой Параскевы и помещённой рядом с её головой небольшой фигуркой святой с тем же именем, где сцены отшельнической жизни на одном поле намеренно соединены со сценами мученического жития на другом.
Рассматриваемый образ отличается особой благородной суровостью и простотой. Сцены, окружающие средник, акцентируют прежде всего мученичество святой, делая её фигурой, подобной Христу. Характерно, что сцены рождения или страстей на иконах других *milites Christi* (воинов Христовых) близки к ней также с точки зрения композиции. При этом обращает на себя внимание необычайная точность комментариев, например, церковнославянское слово «оудица» в восьмой сцене, которое можно перевести как «удила» или «крюк», соответствует греческому и библейскому слову *ankistros* (1 Цар 2:13; 4 Цар 19:28). Интригует пятая сцена — «сокрушение идолов», то есть языческих божков, поскольку использованное здесь церковнославянское слово «кумирница» означает «капище» (Иез 6:4). В XIV-вечном апокрифе сербской редакции мы находим запись о том, что христианская мученица низвергла с пьедестала Аполлона и Артемиду; таким образом, святая Параскева сокрушает, ломает и стирает их статуи в мелкую пыль подобно тому, как Моисей поступил с золотым тельцом (Втор 9:21).
Записки о Средневековье
Админ уже рассказывал о своем посещении филиала национального музея Кракова в Дворце епископа Эразма Циолека. Там мне удалось посетить выставку православная иконопись на территории Речи Посполитой от XV века. Поскольку группа посвященна средним векам, представлю вам иконы именно этого периода. Начнем со Святой Параскевы.
Святая Параскева Мученица изображена в полный рост с крестом в поднятой руке. По бокам и в нижней части иконы расположены клейма со сценами из её жизни и мученичества. Архаичные черты иконы позволяют считать её, возможно, древнейшей в краковских собраниях. Тем самым, это одно из старейших изображений святой Параскевы на землях Руси в составе Речи Посполитой, где она была чрезвычайно популярна в XV и XVI веках. Об этом свидетельствует значительное количество не только икон, но и храмов, освящённых в её честь. Этому, безусловно, способствовало включение святой Параскевы в литургический календарь Православной церкви на Руси, однако следует помнить, что существовало несколько святых с этим именем, которых часто путали между собой или сознательно не различали.
Введение культа святой Параскевы связывают с именем митрополита Григория Цамблака, болгарина, который проповедовал о святой болгарской отшельнице из Эпивата, жившей в X веке, называемой по месту её первоначального почитания, то есть столице Болгарского царства, — Параскевой Тырновской.
Житие святой Параскевы Тырновской наполнено описаниями её отшельнической жизни, без упоминания мученичества. В случае с данной иконой боковые клейма связаны с раннехристианской мученицей из Икония в Малой Азии (совр. Конья в Турции), подвергнутой пыткам за отказ отречься от веры при императоре Диоклетиане, то есть в III веке. Таким образом, её легенда отличается от жития святой Параскевы из Эпивата — монахини и отшельницы, чьи мощи переносились из Софии в Видин, затем в Белград и Яссы вследствие наступления турецких армий, из-за чего судьба святой стала метафорой судьбы балканских народов, бежавших от нашествия иноверцев. Многие факты указывают на то, что к идентификации обеих святых подходили довольно свободно, хотя крайне интригующим на этом фоне является пример иконы из львовских собраний с фигурой святой Параскевы и помещённой рядом с её головой небольшой фигуркой святой с тем же именем, где сцены отшельнической жизни на одном поле намеренно соединены со сценами мученического жития на другом.
Рассматриваемый образ отличается особой благородной суровостью и простотой. Сцены, окружающие средник, акцентируют прежде всего мученичество святой, делая её фигурой, подобной Христу. Характерно, что сцены рождения или страстей на иконах других *milites Christi* (воинов Христовых) близки к ней также с точки зрения композиции. При этом обращает на себя внимание необычайная точность комментариев, например, церковнославянское слово «оудица» в восьмой сцене, которое можно перевести как «удила» или «крюк», соответствует греческому и библейскому слову *ankistros* (1 Цар 2:13; 4 Цар 19:28). Интригует пятая сцена — «сокрушение идолов», то есть языческих божков, поскольку использованное здесь церковнославянское слово «кумирница» означает «капище» (Иез 6:4). В XIV-вечном апокрифе сербской редакции мы находим запись о том, что христианская мученица низвергла с пьедестала Аполлона и Артемиду; таким образом, святая Параскева сокрушает, ломает и стирает их статуи в мелкую пыль подобно тому, как Моисей поступил с золотым тельцом (Втор 9:21).
Записки о Средневековье
