Длинная вереница телег с
золотом была одним из самых хорошо охраняемых караванов, которые когда-либо
видел Север.

На каждую телегу
приходилось по пятнадцать стражников, и на десять телег — более сотни охранников
из домов Старков, Мандерли, Амбер и других, которые окружали их до тех пор,
пока они наконец не добрались до Винтерфелла.

Нед, возглавлявший
колонну с дочерью и Большим Джоном, ехавшими за ним на своих лошадях, был почти
доведен до нервного срыва постоянной мыслью о том, что в любой момент на них
нападут, а количество золота сильно отягощало его разум. Это было, пожалуй,
самое важное, что случилось с Севером за то время, что он был его главой. С
таким богатством многое стало возможным... О чем он раньше даже не мечтал.
Винтерфелл можно было полностью отремонтировать впервые за много веков, Ров
Кейлин можно было перестроить в оборонительную крепость и хранилище для дома
Старков.

Ему было немного не по
себе от того, какой эффект может оказать это знание, если оно слишком быстро
распространится, но он мало что мог с этим поделать. Он знал, что Русе узнает
об этом достаточно скоро, так как юный Домерик обязательно расскажет ему,
молодой парень покинул их компанию ещё в Белой Гавани и отправился на другом
корабле в Долину, где он станет оруженосцем лорда Редфорта, а дальше, конечно,
расскажут другие мужчины.

Теперь, когда ему было
комфортно находиться в собственных стенах, его мысли немного рассеялись, однако
вид всех телег и стражников привлек внимание, когда они проезжали через земли и
затем въезжали в замок. Все люди оборачивались и смотрели с любопытством,
гадая, что же такое везет их господин в замок, что требует десять телег и
нуждается в такой охране.

Однако сердце Эддарда
сжалось, когда он увидел не только жену и детей, стоящих здесь, чтобы
поприветствовать его, но и младшего брата. Бенджен тоже улыбнулся, когда их
взгляды встретились, он был рад видеть брата после долгих скитаний по Крайнему
Северу. Они оба сильно постарели с тех пор, как виделись в последний раз, но,
тем не менее, крепкие узы братства сохранились.

— Добро пожаловать
домой, Нед, вижу, твое путешествие было успешным, — сказал Бенджен, глядя на
многочисленные сундуки и телеги и гадая, чем занимался его старший брат с тех
пор, как он в последний раз был у него в гостях.

— Хорошо быть дома после
опасностей Браавоса, но это стоило всех потраченных усилий.

Нед слез с коня и
повернулся к сиру Родрику и Лювину.

— Проследите, чтобы эти
сундуки были перенесены в сокровищницу и хорошо закреплены.

Двое мужчин кивнули и
немедленно отправились выполнять его приказ. Хранилище Винтерфелла было очень
надежным, были добавлены некоторые из новых замков, придуманных его собственной
дочерью, для повышения безопасности. Как бы он ни доверял своим людям, жажда
золота может сгубить даже самых преданных, поэтому он хотел, чтобы золото было
заперто как можно скорее. Он доверился двум людям, которые, хотя и были
любопытны, сначала выполняли свою работу, а потом спрашивали его о ней.

Мейра с радостью слезла
с лошади и подбежала к своему дяде Бенджену. Тот редко наведывался в
Винтерфелл, разве что раз в пару лет, и она давно его не видела. Он улыбнулся,
увидев ее, наклонился и крепко обнял.

— Ты так выросла с тех
пор, как я видел тебя в последний раз, — Бенджен с улыбкой сказал, что говорит
правду, ведь в последний раз он смог приехать и повидать свою семью, когда
родился Бран. Теперь дети его брата выросли настолько, что он едва узнавал их,
и на мгновение ему стало грустно от того, что его не было рядом, но его обязанности
на Стене помогли сохранить их в безопасности, и это немного утешило его.

— Я скучала по тебе,
дядя, — радостно сказала Мейра, обнимая его. Увидев дядю, она почувствовала
себя немного лучше после отъезда Домерика.

— Каким был Браавос? Ты
видела Титана?

Голоса ворвались в этот
момент, и Мейру почти раздражало, что ее донимают вопросами братья и сестры,
появившиеся вокруг них. Она нахмурилась, и Бенджен, видя это, сказал им.

— Давайте удалимся в
главный зал и перекусим, там ваша сестра сможет рассказать вам о своих
приключениях в Браавосе. Я тоже, поскольку никогда там не был.

Он улыбнулся, и все с
готовностью кивнули и повели дядю в главный зал.

Увлекая братьев и сестер
подробностями своего путешествия в Браавос, пока Теон фыркал и дулся в углу,
Мейра вместе с дядей отправилась в солярий отца, где он решил немного
отдохнуть, так как золото было надежно спрятано. Он приветствовал их с улыбкой
и обнял младшего брата, а Мейра улыбнулась, заметив в углу мать, которая
выглядела немного ошеломленной. Однако она отвлеклась от этого, так как старшие
Старки разошлись и теперь сидели в креслах вокруг отцовского стола. Мейра тоже
так поступила, пока не вошли мейстер Лювин и сир Родрик. Последний, как она
заметила, выглядел не самым довольным, и она догадалась, что это из-за нового
жителя замка. Мейра надеялась, что он не будет сильно возражать против
присутствия Ланны.

Ей нужен был дом, люди,
которым она небезразлична. Внутри Мейры поднялась яростная волна защитного
чувства, то, что девочка была сиротой, задело ее за живое, и она вспомнила
одиночество и отчаяние, которые пришлось пережить Гарри в том, другом мире.

Она не допустит, чтобы
это случилось с Ланной. Рем и Ромул начали хныкать, и она с улыбкой опустилась
на колени, чтобы обнять их. Их шерсть на ее руках успокаивала, и они прижались
к ней, радуясь, что она дома.

Однако тут она заметила,
что ее отец начал говорить, и, желая уловить суть разговора, сосредоточилась на
нем.

— Часть золота пойдет
Мандерли, Мормонтам и Гловерам, чтобы увеличить число их кораблей. Возможность
ловить больше рыбы зимой, несомненно, поможет, не говоря уже о том, что у
Севера будет больше судов на случай войны и для торговли, — Нед рассказал о
своем плане, и Мейра кивнула, что это хорошая идея. Ее идиотский предок, Бран
Факельщик, стоил Северу его флота своим глупым решением сжечь некогда хороший
флот Севера. Его потомки тоже не помогли, так как не потрудились его
восстановить, из-за чего западное побережье находилось в таком плачевном
состоянии. Любые укрепления там не имели кораблей, необходимых для их
поддержания и защиты, не говоря уже о том, что это мешало торговле с большей
частью юга на западной стороне Вестероса. Кроме того, учитывая недавнее
«присвоение» Лебединого корабля, Мандерли надеялись, что, изучив его
конструкцию, они смогут научиться улучшать свои собственные корабли.

Однако у матери была
просьба.

— Я хотела бы узнать,
можно ли заказать платье из Мирра, хотя бы одно.

То, что о Мейре никто не
думал, даже не приходило ей в голову, Кейтлин просто хотела, чтобы ее старшая
дочь ушла как можно скорее. Мысли Кейтлин возвращались к кошмарам, и она
надеялась, что ее план выдать Мейру замуж сработает.

Мейра уже готова была
возразить, считая это бессмысленной тратой денег, но отец с улыбкой сказал.

— Думаю, я смогу
выделить на это золото.

— Но мы не должны
увлекаться, заказывая роскошь, так мы только быстрее истощим золото. Для этого
мы с мейстером Лювином придумали несколько напитков, которые можно делать на
севере и которые будут хорошо продаваться на юге. Мейстер! — Мейра сказала, и
Лювин принес небольшую коробку с несколькими стеклянными бутылками внутри,
каждая из которых была разного цвета. В одной была желтоватая жидкость, другая
была прозрачной, как чистая вода. Другая была коричнево-оранжевого цвета, а
третья — такого же цвета, но немного светлее.

— Это разные виды
алкоголя, которые мы создали, мы назвали их: скотч, водка, бренди и зола.
Некоторые из них можно использовать, чтобы очистить раны или заглушить боль, не
говоря уже о том, что водка помогает согреться, — она предложила их отцу и
дяде, которые с некоторой опаской отпили из бокалов, расширив глаза от крепости
некоторых из них, особенно водки.

— Это... очень...
сильная штука, — сказал Бенджен, его голос слегка дрожал, а Нед некоторое время
пытался говорить. Обычный для Вестероса эль не шел ни в какое сравнение с этими
напитками, он предпочитал скотч, но знал, что Роберту особенно понравятся зола
и водка.

— Нед, ты же не думаешь
продавать алкоголь! Это самое идиотское использование золота! — вдруг сказала
Кейтлин, с отвращением глядя на бутылки. Мейра бросила на нее взгляд, который
мгновенно охладил комнату, хотя ее слова, конечно, помогли.

— Это, по крайней мере,
принесет прибыль, а не убытки. С помощью Лювина мне даже удалось использовать
зелья, которые мы сделали, чтобы помочь растениям адаптироваться и расти в
холоде. Таким образом, мы можем использовать огромные открытые пространства
Севера для выращивания ингредиентов, включая новые яблони. Они более кислые,
чем обычные яблоки, что делает их еще более полезными для золы, кормления
животных и приготовления пищи, — Мейра сказала, что ее план гораздо полезнее
для Севера, чем бессмысленное платье ее матери.

После этого они еще
сильнее смотрели друг на друга, и Нед, Бенджен, сир Родрик и Лювин
почувствовали себя очень неуютно, с каждым днем эта пара все больше напоминала
двух злобных соперников, а не мать и дочь. Со временем ситуация только
ухудшалась, и Нед с ужасом думал о том, что может произойти, когда Мейра станет
подростком.

Хотя сам он пил мало, он
знал, что эти творения могут хорошо продаваться как на Севере, так и на Юге.
Его поразил тот факт, что его дочь и мейстер сумели создать растения, которые
могли расти в суровом климате Севера без необходимости в оранжереях, и он
каждый раз поражался, когда она что-то придумывала. Она утверждала, что все это
делается в сотрудничестве с Лювином, но он давно понял, что движущей силой и
творческим гением большинства работ была она.

Благословенная богами,
как говорили Большой Джон и некоторые другие.

Он не знал, откуда она
черпает все свои идеи, и мысль о том, что, что-то манипулирует его дочерью, не
раз приходила ему в голову, сильно беспокоя его, но со временем он убедился,
что она и есть истинная первопричина всего этого. Она поражала его, и он
задавался вопросом, не даровали ли ему боги такую дочь для какой-то другой
цели, которую он пока не понимал.

— Основав пивоварню или
две, мы сможем использовать эти ваши новые напитки. А теперь, Бенджен, ты
собирался рассказать мне, что нашел в горах к северу от Стены?

Он сменил тему, прежде
чем его жена успела возразить по поводу последней затеи их дочери. Бенджен, все
еще задаваясь вопросом, насколько плохи дела в его семье, взял паузу для
ответа, прежде чем стать очень серьезным.

— Мы отправились в
указанное тобой место, и Нед... не представляю, как ты мог догадаться, но ты
был прав. Золотые жилы, и очень глубокие, достаточные для того, чтобы Утес Рок
мог похвастаться своими деньгами, — Бенджен сказал им с подозрением, как он мог
предположить, что там может быть золото? Если не знать, где именно искать, то
никогда бы не нашел.

— Недавно были
обнаружены записи древних Старков, я тоже сначала не поверил, но теперь мы
знаем, что это правда. Вопрос лишь в том, сможем ли мы воспользоваться этими
ресурсами, — Нед рассказал, как его дети придумали управлять шахтой.

— Есть предположение,
что мы можем использовать одичалых для добычи золота в обмен на проход на юг,
интегрировать их в Север контролируемым образом. Бенджен, ты знаешь одичалых
лучше, чем кто-либо из нас... как думаешь, это сработает? — спросил Нед,
надеясь, что у его брата есть знания, которые они могли бы использовать.

— За Стеной есть много
людей, которые, возможно, согласятся некоторое время добывать золото в обмен на
свободный проход на юг, но это место должно быть сильно укреплено, так как
другие обязательно нападут на него, как бы близко оно ни находилось к Стене. Не
говоря уже о том, что Ночной Дозор будет не в восторге от того, что одичалые
пройдут через Стену, — Бенджен предупредил их, и хмурые взгляды на их лицах
разделили все, кроме Мейры, которая почти сразу же придумала, как обойти
последнюю проблему.

— Что, если Ночной дозор
будет получать часть золота на содержание своих замков и снаряжения? Тогда это
принесет им выгоду, и не только, они смогут нанять несколько кораблей, чтобы те
путешествовали по обоим побережьям и забирали потенциальных рекрутов для
Дозора. Пираты, бандиты, кто угодно — это поможет Дозору с его нынешней
ограниченной численностью. Что касается северных лордов, возражающих против
прихода одичалых на Север, то я придумала, как сделать это более привлекательным.

Мейра улыбнулась, когда
взрослые вокруг нее обратили на нее внимание.

— Если они или их семьи
готовы обучиться какому-то навыку, который поможет им обосноваться на Севере,
мы предлагаем одичалым, работающим на рудниках, стимул, они сразу же получают место
для проживания, немного денег, чтобы начать работу, и средства, чтобы
прокормить не только себя, но и свои семьи. Фермерство, кузнечное дело, шитье и
любое другое ремесло, — она сказала.

— Если наши новые фермы
начнут развиваться, им понадобится много рабочей силы, возможно, больше, чем
может предоставить сам Север, так что это только усилит нас. Кроме того, если
лорды вложат средства в охрану шахты, они смогут получать часть ее доходов. Не
говоря уже о том, что это даст нам больше людей на случай войны, — добавила она
тихо.

Нед со вздохом кивнул,
как и она зная, что единственной константой в этом мире являются конфликты.
Всегда где-то идет какая-то война, и хотя он очень надеялся, что в течение его
жизни не случится еще одна, ведь он уже видел две, но знал, что это
маловероятно. Мысль о том, что его сыновьям придется сражаться с ними, да и
дочерям, которые, похоже, не из тех девушек, что прячутся за стенами замков,
вселяла в него безмерный ужас.

— Нед! Это же одичалые!
Все истории о них говорят, что они едят себе подобных! Ты не можешь допустить
их на Север и слушать демона, которого мы называем дочерью!

Кейтлин внезапно
вскрикнула, шокировав всех. Все забыли, что она вообще здесь, и тут она
повернулась к ней с горящими от ярости глазами и раздувающимися ноздрями, как у
разъяренного животного. На мгновение она надвинулась на Мейру, словно собираясь
ударить ее, и Мейра была так потрясена, что ни она, ни другие люди в комнате не
смогли ничего сделать.

Однако ее суровые волки,
которым уже было больше года и которые стали такими большими, что и маленький
ребенок мог бы ездить на них, как на лошадях, вскочили на ноги, встали между
ними и начали лаять и рычать в сторону Кейтлин. Два волка остановили Кейтлин
прямо на ее пути и с яростью смотрели на нее, готовые разорвать ее на части.

В другой жизни она
мечтала о настоящей матери, которая любила бы ее, а в этой жизни у нее
действительно была мать, но такая, которая отказывала ей в любви, которую
никогда не давали Гарри. То, что она действительно считала ее демоном... Это
было больно.

Волки почувствовали ее
боль и, убедившись, что опасность для их хозяйки миновала, повернулись к ней и
осторожно потерлись о ее голову, пытаясь утешить. Мейра крепко обняла их и
пустила слезу из глаз, а затем посмотрела на Кейтлин, которая смотрела на них в
замешательстве, не понимая, что только что произошло.

— В следующий раз... я
не буду их удерживать, — она предупредила ее, прежде чем снова обратиться к
отцу.

— Лорды захотят получить
золото, которое принесут рудники, и Ночной Дозор тоже. Они могут немного
поворчать по поводу прихода одичалых на юг, но если это позволит нам
контролировать их, а не пробираться через Стену, то это будет гораздо лучший
способ справиться с ними. Мы с Лювином поищем в записях изображения или описания
Рва Кейлин и постараемся найти для него подходящий план, прежде чем пытаться
усовершенствовать старую конструкцию. У нас также есть несколько планов
мельниц, которые могут приводиться в движение ветром или водой. Я покажу вам их
позже, а пока я пойду что-нибудь перекусить.

Мейра вышла из комнаты,
прежде чем кто-то успел ее остановить, а за ней последовали ее волки.

Мейра наконец поняла,
что вся любовь матери к ней исчезла, почему она не может принять ее, и это
глубоко ранило ее самолюбие, но ей пришлось смириться с тем, что теперь они
никогда не будут друг другу близкими... Возможно, соперниками в решении
будущего дома Старков.

А вот врагами... она
очень надеялась, что нет.

* * *

Видя дочь на полпути
между плачем, попыткой сохранять спокойствие и собранность, Нед разбил себе
сердце. Он встал и обратился к Лювину и сиру Родрику.

— Отправьте письма
лордам о новом плане, мы встретимся через одну луну, чтобы обсудить его. Тогда
и будет принято окончательное решение.

Оба мужчины даже не
колебались, желая поскорее покинуть комнату и не видеть того, что произошло
дальше между лордом Эддардом и леди Кейтлин.

Нед смотрел на жену
холодным и сердитым взглядом, а Кейтлин просто смотрела на него, не в силах
смириться с тем, что только что произошло.

— Я очень надеялся, что
до этого не дойдет, что моя жена и моя старшая дочь будут презирать друг друга.
Она — наша дочь Кэт, она — упрямая девушка с умом, сильнее любого, о котором я
даже не слышал. Ей еще многое предстоит узнать о жизни, но я надеялся, что вы
сможете понять, что при всех своих дарованиях она еще ребенок.

— Она владеет магией,
Нед!

Кейтлин выкрикнула, не в
силах больше сдерживаться.

— Я видела, как она
тренировалась в Богороще, нельзя допустить, чтобы она распространяла эту тьму
среди других наших детей! — в отчаянии сказала она, и Эддард, терпение которого
и без того было на пределе, с силой хлопнул кулаком по столу, заставив ее
замолчать.

— ЭТО НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО
ДОЛЖНО БЫТЬ ЗЛОМ! — крикнул он, окончательно потеряв самообладание, что
повергло ее в шок.

— ТО, ЧТО ЛЮДИ БОЯТСЯ
ЕГО, НЕ ДЕЛАЕТ ЕГО ЗЛОМ! МАГИЯ ПОСТРОИЛА СТЕНУ! МАГИЯ ПОСТРОИЛА ЭТОТ ЗАМОК! —
Нед со злостью сказал, что она настолько слепа, что не видит того, что на самом
деле находится перед ней.

— Позвольте спросить,
когда Мейра обижала своих братьев и сестер? И я не говорю о твоих идеях по их
воспитанию! Разве она когда-нибудь обижала их?

Кейтлин хотела начать
говорить, но не смогла. Она просмотрела все свои воспоминания, пытаясь найти
момент, который бы доказал ее правоту... но споткнулась, не найдя ни одного
случая, когда бы Мейра когда-либо обидела своих братьев и сестер. Их связывала
та связь, на которую она рассчитывала, когда они родились, следуя словам своего
дома.

Семья, долг, честь.

Они заботились друг о
друге, ее сыновья делали все возможное, чтобы защитить своих сестер, а дочери
поддерживали своих братьев, чем могли. Они учились выполнять свой долг перед
домом Старков, и даже Мейра, похоже, смирилась с тем, что ей предстоит выйти
замуж ради блага их семьи. Но больше всего они держались своего слова, все до
единого.

Кроме того, что она
вернула копье в свою руку, что такого плохого сделала Мейра? Что можно назвать
злом?

Она остро ощутила
чувство вины, понимая, что совершила ошибку... которую ее дочь и муж быстро не
забудут.

Но тут же вернулись
волны гнева и недоверия, нахлынувшие на нее, как повозка, катящаяся с холма.

Она окинула взглядом
двор и увидела своих детей и бастарда, играющих с лютоволками, и даже маленькую
девочку, которую привез Джори, обнимающуюся с ними, а Теон стоял в стороне и со
страхом смотрел на этих двух огромных зверей.

Кейтлин на мгновение
задумалась, действительно ли эти мысли принадлежат ей, ведь они так отличались
от остальных повседневных чувств, полных ярости и гнева. Ей не нравилось, что
она не доверяет Мейре, но вскоре мысли о том, что они ей не принадлежат, стали
уходить из ее памяти, и она с беспокойством наблюдала за детьми.

Утро на севере выдалось
на удивление светлым, солнце светило ярко, и было не так холодно, как обычно.
Замок, как обычно, встал рано, повара одними из первых приготовили утреннюю
еду, остальные проснулись вскоре после них.

Мейра потянулась,
вставая с постели, и улыбнулась, увидев, что в окно пробивается солнце, однако
ей пришлось подойти и открыть его, прежде чем она смогла вдохнуть чистый
утренний воздух. Одно из ее последних нововведений заключалось в использовании
стекол, деревянных рам и небольших металлических петель, чтобы несколько
отгородиться от ветра и холода. Их все равно можно было открыть, но это
помогало сохранить тепло в замке и было очень полезно в предстоящие зимы.

Одеваясь, она посмотрела
на своих волков, которые все еще спали у подножия ее кровати, и улыбнулась этим
грозным, но очень любящим существам. Они уже полностью выросли, были размером с
небольшую лошадь и занимали почти столько же места, сколько ее кровать, но все
равно с удовольствием играли и обнимались с ней и ее братьями и сестрами. Она
оставила их спать, пообещав проверить их позже.

Настроение в замке в эти
дни было радостнее, чем когда-либо за долгое время, ведь совсем недавно родился
новый Старк. Рикон, ее младший брат, появился на свет ранним утром, и его крики
вызвали улыбки на лицах многих людей. Мейра, как и ее братья и сестры, одними
из первых увидели своего нового брата, и все они были поражены, даже те, кто
видел младенцев раньше.

Арья не была столь
впечатлена, но в кои-то веки придержала язык, возможно, потому, что Сансе
только-только исполнилось семь лет, а Арья была лишь немногим младше, и Мейра
скоро начнет обучать ее магии, не говоря уже о боевой подготовке. Кейтлин, к
счастью, была отвлечена маленьким Риконом и не знала об этом, пока они не
начали.

Поэтому позже, после
утренней трапезы, три сестры спустились в оружейную, где на стеллажах лежало
множество оружия разных видов и размеров. На стенах висело множество мечей,
копий, топоров, луков, арбалетов и даже боевых молотов — девушкам было на что
посмотреть, и они с трепетом разглядывали коллекцию, не зная, с чего начать.

— Посмотрите, может вас
что заинтересует, — сказала Мейра с улыбкой. Она позволила им увидеть то, что
привлекло их внимание, и на основании этого решила, что им больше всего
подходит. Увидев, что Арья с тоской смотрит на мечи, она поняла, что младшая
сестра выберет один из них, и, когда девушка попыталась взять в руки большой
меч, каким владел их отец, улыбнулась и направила ее в более... подходящее
русло.

— Возможно, тебе нужно
оружие полегче?

Предположила Мейра, и
Арья тут же смутилась.

— Но отец пользуется
огромным мечом, почему я не могу?

— Потому что это оружие
слишком тяжелое, и только благодаря тому, что это валирийская сталь, отец может
его поднять. Тебе же лучше подойдет что-то вроде этого и... этого.

Мейра взяла со стены
небольшой меч и кинжал из Браавоса. Арья с глубоким недоумением смотрела на
гораздо меньшее оружие, пока Мейра не передала ей его и не объяснила.

— Это легкое и точное
оружие, ты быстрая и ловкая, поэтому вместо того, чтобы нападать на врага лоб в
лоб, ты огибаешь его, прежде чем нанести удар, в то время как он движется,
пытаясь попасть по тебе. Таким образом, ты берешь слабость и превращаешь ее в
силу, именно так ты учишься быть сильным воином. Определи свои слабые стороны и
используй их, — Мейра ласково сказала сестре, которая в замешательстве смотрела
на два оружия в своих руках, не понимая, как это на самом деле работает.

Санса же, несмотря на
желание научиться сражаться, была совсем другой, она уже была достаточно
высокой для своего возраста, и Мейра не думала, что это изменится с возрастом,
так что у нее не будет тех же возможностей, что у Арьи. К тому же ей
понадобится двуручное оружие, и Мейра задумалась, какое оружие ей дать.

Санса сама решила эту
проблему, взяв со стены копье, сделанное из древа «Золотое сердце» и подаренное
Старкам Мандерли год назад. Один из их торговых знакомых приобрел несколько
штук во время торговли с Летними островами, и лорд Мандерли подарил одно из них
в благодарность за то, что они дали им деньги на строительство новых кораблей,
причем кораблей более совершенных, поскольку они извлекли уроки из «Лебединого
корабля».

Мейра одобрила выбор
Сансы, она была достаточно высокой для копья или скоро станет такой, и это было
хорошее оружие для женщины, позволявшее ей защищаться и вкладывать всю свою
силу в удары, а ещё у них уже был учитель для нее. Хотя ее сестры не были так
сильны, как она, они могли бы развить большую силу, тренируясь с новым оружием,
не говоря уже о режиме упражнений, который она разработала.

— Хорошо, мы начнем
тренироваться с ними завтра, но сначала в Богорощу.

Она улыбнулась, и
девочки растерянно переглянулись, не понимая, зачем ей понадобилось вести их
туда. Они последовали за ней и увидели огромное дерево, стоящее перед ними, но,
что еще более удивительно, Джон и Робб тоже ждали их там. Они оба улыбнулись
Мейре, что заставило Сансу и Арью задуматься, не является ли это подготовкой к
какому-то розыгрышу.

— Девочки, пришло время
открыть вам секрет дома Старков, который не знает даже отец, — сказала Мейра с
небольшой ухмылкой.

— Что за секрет нашей
семьи, о котором не знает даже отец? — Удивленно спросила Санса, а Арья
добавила.

— Он же отец, он все
знает!

Она была немного
рассержена оскорблением, нанесенным их общему отцу.

Однако Мейра, Джон и
Робб слегка улыбнулись и вместо этого сказали.

— Положите руки на
Чардрево и скажите мне, что вы чувствуете.

Санса и Арья были
озадачены этой странной просьбой, не были уверены, что они как-то издеваются
над ними, но все же сделали то, что им было сказано. Медленно пройдя вперед,
они положили руки на белую кору, и глаза их слегка расширились, а затем они
быстро отстранились.

— Что это было? —
спросила Арья, потрясенная ощущением, которое она испытала, прикоснувшись к
великому дереву, — ничего подобного она никогда не испытывала, и, судя по тому,
как широко раскрыла глаза Санса, ее сестра чувствовала то же самое.

Мейра улыбнулась своим
младшим сестрам, прежде чем объяснить им.

— Через землю и Чардрево
магия течет по всему миру и, что более важно, по нам тоже, — она сказала,
заставив Сансу и Арью вздрогнуть.

— Когда вы прикоснетесь
к дереву, оно обострит ваши способности, и, научившись управлять ими, вы
научитесь помещать себя в сознание животных, видеть прошлое, настоящее и
будущее. Это может ошеломить, но с практикой ты сможешь открыть для себя мир
так, как даже не можешь себе представить.

Мейра объяснила, пока
Робб не вмешался.

— Это правда, сестры, мы
можем с легкостью наблюдать за прошлым и настоящим сквозь деревья. Мы наблюдали
за битвами прошлого и даже видели мир глазами птицы в полете или зверя,
свободно бегущего по лесу.

Ему не терпелось
поделиться с ними этим даром. Все они, по словам Мейры, обладали им, и когда
они станут достаточно взрослыми, Бран и Рикон тоже научатся. Все годы, что они
тренировались, это оставалось их маленьким секретом, никто, даже отец, мать и
Теон, не знал об этом. Однако теперь настало время рассказать об этом Сансе и
Арье и ввести их в круг.

Обе девочки были поражены
идеей научиться магии, пусть и не такой, как у их сестры с копьем, и без
колебаний положили руки на кору, присоединившись к старшим братьям и сестрам.

Как обычно король
отсутствовал, на Малом совете, но, по крайней мере, сейчас он не занимался
блудом и пьянством, чтобыло его самым частым занятием, и хотя он регулярно
выезжал на охоту за разбойничьими отрядами, и иногда даже сражался с опасными
племенами в Долине. Такие поездки случались лишь раз или два в год, но он всегда
возвращался оттуда здоровым.

В результате на лорда
Аррена легло больше ответственности за управление Семью Королевствами, чем
когда-либо. Многие могли бы подумать, что старик, находящийся на последнем
этапе жизни, будет раздражен или даже зол на это, но на самом деле все было
наоборот. Без Роберта, который был рядом и создавал проблемы, ему было гораздо
легче справляться с делами.

В связи с этим он сидел
в Малом совете и обсуждал новые дела, слушая, как Варис сообщает, что последняя
попытка убийства оставшихся в живых Таргариенов провалилась. Джон с подозрением
посмотрел на евнуха: он давно считал, что тот несерьезно выполняет приказ
устранить Визериса и Дейенерис Таргариен и, возможно, даже помогает им. Он не
хотел держать его в городе и предпочел бы казнить, но не слишком хорошо знал
его ремесло, а хороших мастеров шпионажа найти было очень трудно.

Поэтому, если тот не
даст более веских причин убить его, человек останется там, где Джон надеялся за
ним присмотреть.

— В поместье, где они
сейчас живут, увеличили число охранников, и на организацию ещё одной попытки
может уйти некоторое время, — Варис произнес это со своим легким иностранным
акцентом, и Джон кивнул ему.

— Если представится
возможность, я ожидаю, что вы немедленно ей воспользуетесь, — сурово сказал
Джон Варису, и тот, даже не моргнув глазом, медленно кивнул, что лишь придало
Джону уверенности в том, что он что-то замышляет, а затем обратился к мастеру
над законом Ренли Баратеону.

— Ну, лорды заверили
меня, — с улыбкой сказал Ренли, но Станнис, к счастью, прервал его, сообщив
гораздо более короткую и ясную информацию.

— В последние месяцы
беззаконие по всему Вестеросу пошло на убыль, особенно на Севере. Похоже, их
новая система работает очень хорошо, — Станнис рассказал им, глядя на простую,
но эффективную систему, которую ввели Старки.

В сотрудничестве с
несколькими картографами были проложены новые, более короткие и удобные дороги,
соединившие все северные поселения, а также построено несколько новых мостов.
Вся торговля теперь шла по этим маршрутам, которые регулярно патрулировались
новым отрядом, созданным Недом с помощью своей дочери, — конными лучниками.

Быстрые лошади с людьми,
обученными стрелять из луков во время езды, — это было так просто, и невероятно
эффективно. Большинство налетчиков, если им удавалось подобраться достаточно
близко, чтобы попытать счастья, либо попадали под лошадей, либо их
подкарауливали, когда они пытались бежать, поскольку у них не было собственных
лошадей. Так, что это давало Северу элитные боевые силы, которые можно было
использовать в случае войны, не осталось незамеченным ни Джоном, ни Станнисом.

Новость о продаже
доспехов из валирийской стали, найденных Старками, потрясла страну, особенно
если учесть, за какое количество золота они их продали в Браавосе. Но на этом
потрясения не закончились. Старки обнаружили золотую жилу и завладели ею, став
богатыми наравне с Ланнистерами.

То, как переживал по
этому поводу Старый Лев, едва не рассмешило Джона, если бы он не волновался за
безопасность Неда.

Однако на этом дело не
остановилось, за последние два года на Севере появились новые мельницы,
приводимые в движение ветром и водой, и новые культуры, которые можно было
выращивать в условиях сурового рельефа. Был изобретен новый способ печатания
страниц для книг, с Севера пришли новые лекарства для восполнения крови после
ее потери, заживления ожогов, избавления ран от болезней и лечения нарывов.
Поначалу мейстеры быстро осудили их как мошенничество, но когда они стали
действовать лучше, чем существующие лекарства, Цитадель быстро изменила свое
мнение, и теперь они были одними из крупнейших клиентов Севера. По всему
Вестеросу теперь использовались их снадобья.

Кроме того, они даже
превратили свою величайшую потенциальную слабость в силу.

Север — единственное
королевство в Вестеросе, имеющее границу с враждебной территорией, — постоянно
сталкивался с опасностью вторжения, в большинстве случаев его останавливала
Стена, но набеги одичалых были обычным делом. С ними хорошо справлялись конные
лучники, потому что пешие одичалые передвигались гораздо медленнее, но,
северянам удалось привлечь некоторых одичалых к работе на них в надежде, что им
разрешат поселиться на Севере и научат новому ремеслу, например земледелию или
строительству.

Теперь у них было больше
рабочей силы, чем когда-либо, и богатства, чтобы поддержать ее. Они платили
высокие налоги, хотя сначала они были выше, чем в Западных Землях, но Роберт в
редкий момент утверждения своей воли настоял на том, чтобы они платили столько
же или меньше.

Тем не менее лишняя
монета помогла предотвратить столь стремительный рост долга короны, за что Джон
был ему благодарен.

Но все же его мысли
вернулись к дому Старков, а вместо этого к очевидной причине всех этих перемен
старшей дочери — Мейре. Старшая девочка Неда, как ему говорили, обладала мощным
умом и волей, из-за чего часто сталкивалась с собственной матерью, но у нее
было такое новаторское мышление, что сам Джон испытывал перед ней благоговение.
За сотни лет на Севере не происходило таких перемен, как при ней, и постепенно
они разрастались на юг. Подобные мельницы создавались в Речных землях и Риче, а
картографы уже получили приказ работать с лордами Западных Земель и Дорна,
чтобы создать более проходимые и безопасные дороги. Девушка, как ему
рассказывали, была гением, обладавшим волей и воображением, чтобы решить
практически любую проблему.

И по возрасту она была
не слишком далека от принца Джоффри.

Он знал, что пока она не
обручена, но если девушка так сильна и так умна, как его убеждали, то,
возможно, когда-нибудь она справится с задачей стать королевой, и за нее будет
много конкурентов, поскольку за нее будут бороться другие, но, зная, как
непостоянен наследный принц... ему нужна королева, которая сможет с ним
справиться.

Мейра Старк также
получила бы благословение Роберта, Роберт все еще мечтал, чтобы дом Баратеонов
и дом Старков объединились в браке, а Тайвин Ланнистер хотел бы иметь
влиятельную жену для Джоффри, чтобы закрепить свои права. Единственной
потенциальной соперницей была Маргери Тирелл, но она не заслуживала доверия и
вряд ли могла оказать реальную поддержку, кроме как просто символически, чтобы
убедиться, что если ситуация будет складываться не в их пользу, они смогут
отступить без особых потерь.

Джон тоже считал Мейру
Старк лучшим вариантом — возможно, это один из немногих случаев, когда они с
Робертом были хоть в чем-то согласны.

Мейра улыбалась, слушая,
как Санса вместе с Ланной Кассель и Дженной Пул шьет плащ, который она готовила
для Робба. Три девушки улыбались и хихикали вместе, как это делают подруги,
когда делятся секретами. Она была рада, что Ланну приняли, и что сестра взяла
девушку под свое крыло.

По мере взросления их
связь друг с другом оставалась очень сильной, однако по мере роста они также
находили себе и собственных друзей. У Сансы был свой небольшой круг друзей
среди других девушек в Винтерфелле. У Арьи было несколько конюхов и других
слуг, а у Брана — почти то же самое. Робб проводил большую часть времени с
Джоном и Теоном, который, к удивлению всех, с течением времени немного
смягчился. Он все еще оставался заносчивым придурком, но, по крайней мере, чаще
держал свое мнение при себе и гораздо меньше оскорблял.

У самой Мейры, к
сожалению, было меньше друзей, чем у ее братьев или сестер. Время от времени ее
навещала Дейси Мормонт, и она часто общалась с друзьями братьев и сестер, но
своих друзей у нее было немного. Вместо этого к ней приходил целый парад
потенциальных женихов, и от некоторых из них ей хотелось биться головой о
стену: они были так самоуверенны и полны собственного достоинства или так
унизительно обращались с ней, что она, словно нежный цветок, была только рада,
что большинство из них ушли. Некоторые, к ее отвращению, были старше ее на
целую голову, а некоторые даже старше ее отца; она содрогаясь и была рада, что
их отвергли.

Хотя Домерик все еще
писал ей, первый из ее женихов вызвал на ее лице улыбку. Он служил сквайром в
Долине и теперь, навестив отца, возвращался домой, чтобы встретиться с ней на
пиру. Она все еще не хотела думать о себе с каким-либо мужчиной, но Домерик, по
крайней мере, был порядочным человеком, которому было не все равно, чего она
хочет.

Там они узнали, почему
погибли Лили и Джеймс Поттер.

Теперь, оглядываясь
назад, она понимала, что Дамблдор, как бы она ни восхищалась им, манипулировал
ими, но с какой целью — оставалось только ждать, пока она не восстановит больше
воспоминаний.

Затерянный мир магии был
теперь яснее, чем когда-либо, и, хотя она мечтала о таких вещах, как мётлы, к
своему разочарованию, не могла найти магию, чтобы заставить их работать. Она
все еще не могла произнести ни одного заклинания, и, несмотря на копье и те
силы, которые ей удалось обрести, она все еще чувствовала, что ей не хватает
части себя. Лютоволки Рем и Ромул прижались к ней, чувствуя ее грусть, и она
нежно почесала их за ушами в знак благодарности, почувствовав, что два ворона
тоже изучают ее с края окна неподалеку.

Нед чувствовал себя
лучше после встречи со своим казначеем. Казна росла, а торговля значительно
увеличилась, причем настолько, что с Севера вывозилось больше товаров, чем
ввозилось... Это значительно отличалось от того, чтобыло двадцать лет назад.

Многие ставили ему это в
заслугу, но он всегда воздавал хвалу по заслугам... своей дочери.

Мейра принесла столько
перемен, что иногда ему казалось, будто он правит совсем другими землями,
нежели теми, что достались ему в наследство после гибели отца и брата от руки
Безумного короля, — так многое изменилось. Теперь еду и одежду было гораздо
легче достать, продукты можно было выращивать почти круглый год, а преступность
резко сократилась. Дом Старков и другие северные дома были богаче, чем
когда-либо в течение столетий или вообще когда-либо. Крепость Рва Кейлин была
отстроена, как будущее владение для одного из его сыновей, и впервые за много
веков у них появился собственный флот.

Но он поклялся себе не
допускать этого, он был очень экономным в своих расходах, тратя их только там,
где это было необходимо для расширения их интересов, например, на пивоварни,
фермы или ремонт, где это было необходимо. Сейчас он осторожно начинал
строительство замка на Мысу Морского Дракона, который хоть и не был желанным
местом для любого лорда, но был хорошим плацдармом для отражения атак
Железнорожденных на побережье и имел доступ ко всей древесине, необходимой для
строительства кораблей и их последующей швартовки.

Сохранить это в тайне от
Железнорожденных будет крайне сложно, но он надеялся, что после завершения
строительства это позволит им защитить свое самое слабое место. Гловеры и
Мормонты были начеку и следили за любым кораблем Железнорожденных, который
подходил слишком близко, и имели приказ останавливать их любыми средствами,
даже убивая. Суровый приказ, но единственной причиной, по которой они оказались
бы так далеко на севере, был их набег, и он хотел сохранить эту стройку в
тайне, пока оно не будет завершено. Тот факт, что это даст ему еще один замок,
который он сможет передать своим сыновьям, был лишь бонусом.

Но сейчас он был
сосредоточен на другой цели, гораздо более личной для него... Найти Мейре более
постоянного спутника. Он знал, что у его дочери есть друзья, но их часто не
было здесь подолгу, поэтому он хотел, чтобы у нее был кто-то, с кем она могла
бы проводить время.

С этой целью он позвал
Миру Форрестер на воспитание к себе.

Девочка была из хорошей
и преданной семьи, и, имея Форрестера в Винтерфелле, он был уверен, что их
связи с этим домом сохранятся. Лорд Форрестер был одним из самых верных его
вассалов, и это было то, что он хотел вознаградить.

Однако возникло
осложнение, когда его жена приняла решение о том, чтобы Гвен Уайтхилл будет
находиться здесь в то же самое время.

Зная о давней вражде
Уайтхиллов и Форрестеров, он был не в восторге от этой затеи. Он бы разрешил
отправить девочку сюда, но не одновременно с Форрестером. Учитывая, что обе
девушки были молоды, он надеялся, что они не станут враждовать здесь. Он
вздохнул, размышляя о том, почему его жена поступила так глупо: это все равно
что согласиться на то, чтобы Блэквуд и Брекен жили в одной комнате целый год, и
ожидать, что не начнется драка.

Он лишь надеялся, что девочки
не испытывают той же ненависти, что и остальные члены их семей.

* * *

Винтерфелл был самым большим замком, который она
когда-либо себе представляла!

Это была первая мысль,
которая пронеслась в голове Миры Форрестер, когда она увидела столицу Севера.
Древний дом дома Старков и ее ближайший родственник. Она так обрадовалась,
когда от лорда Старка прилетел ворон с приглашением взять ее на воспитание! Вся
ее семья была в восторге, несмотря на то, что это означало, что она проведет
остаток детства вдали от дома, не говоря уже о ее братьях и сестрах, по которым
она так скучала! Она будет расти рядом с детьми Старков, ее будущими сеньорами.

Мать говорила ей, что
это хороший шанс подружиться с ними, но эти слова пролетели мимо ее сознания,
когда она задумалась о том, какой будет жизнь в Винтерфелле? Ей предстояло
стать фрейлиной леди Мейры Старк, что, честно говоря, немного пугало ее,
поскольку Волчица Винтерфелла имела репутацию воина, лудильщика, пивовара и
хитрого управленца. Ей предстояло учиться у нее, несмотря на то, что леди Мейра
была всего на три года старше ее, а ее братья скоро соберутся вместе с
остальными членами семьи на пир, так что, по крайней мере, она скоро их увидит.

Оставалось надеяться,
что она понравится леди Мейре.

Мужчины проехали с ней
через ворота Винтерфелла и увидели лорда Старка и девушку, которая, по ее
мнению, могла быть леди Мейрой, стоящих там в ожидании. Она улыбнулась и легко
спустилась с лошади, радуясь, что отец настоял на том, чтобы они все умели
ездить верхом. Она сделала реверанс перед лордом Старком и леди Мейрой и
подождала, пока они ее признают. Лорд Старк, как она заметила, был очень похож
на ее отца — сильный северянин, который, казалось, возвышался над всеми ними,
но не ростом, а своим присутствием, а глаза его были теплыми, и он добродушно
улыбнулся ей.

— Добро пожаловать в
Винтерфелл, леди Форрестер, надеюсь, вам будет здесь комфортно. Как поживает
ваш отец? — спросил лорд Старк, с сильным северным акцентом, но в его тоне
звучала искренняя забота. Мира улыбнулась и сказала.

— Очень хорошо, лорд
Старк, и он очень благодарен вам за предложение взять меня на воспитание. Моя
семья всегда восхищалась Домом Старков за его стойкость и честность, —
Взволнованно сказала Мира. Затем она перевела взгляд на леди Мейру, которая
смотрела на нее, приподняв бровь. Мира не была уверена, что это хорошо, поэтому
обратилась к ней.

— Леди Старк, это
большая честь для меня.

Леди Мейра ничего не
ответила, что заставило Миру занервничать, леди Старк изучала ее с ног до
головы. Однако небольшой толчок от отца заставил леди Мейру признать ее.

— Добро пожаловать в
Винтерфелл, леди Форрестер. Железное дерево, которое добывает ваша семья,
отличается исключительным качеством. Прошу вас, я провожу вас в вашу комнату.

Сказав это леди Мейра,
не говоря ни слова, повернулась, чтобы войти в замок. Мира посмотрела на лорда
Старка, который кивнул, понимая, что она должна следовать за ним, и поспешила
за леди Мейрой.

Старые коридоры замка
были обычными для северных крепостей: в них не было почти никаких украшений,
кроме случайных вещей, которые попадались то тут, то там. Количество людей
вокруг тоже удивило ее: несмотря на то, что Айронрат был замком со своими
слугами, стражниками и прислугой, здесь их было гораздо больше. Ведь Винтерфелл
был одним из трех крупнейших замков во всем Вестеросе и сердцем северной
промышленности.

— Я хочу еще раз
поблагодарить вас, леди...

Начала было говорить
Мира, но Мейра внезапно обернулась с поднятой рукой.

— Стой.

Нахмурилась Мейра.

— То, что сюда постоянно
кого-то приглашают, меня раздражает. Мне нужен собеседник, на которого я могу
положиться и который расскажет мне, что он чувствует на самом деле и о чем
думают люди. Понимаешь?

Мейра Старк окинула ее
взглядом, от которого Мира слегка вздрогнула, и слова на мгновение прервались,
прежде чем она смогла что-то сказать.

— Да... да, я могу, — с
нервозностью сказала Мира, пока леди Мейра продолжала смотреть на нее.

— Ты уверена?

Мира почувствовала
всплеск раздражения от того, что ее так спрашивают в первый же день пребывания
здесь, и ответила.

— Да, я уверена, и мне
не нравится, когда меня поджидают в такой засаде! — Горячо заявила Мира, отводя
взгляд, слишком нервный в данный момент, чтобы испугаться.

Леди Мейра слегка
наклонила голову, изучая ее, и слегка улыбнулась, чем привела в замешательство
все еще раздраженную Миру.

— Думаю, мы достигли
прогресса, так что можешь называть меня Мейрой.

Она улыбнулась и
повернулась, чтобы продолжить путь комнате нового воспитанника. Мира на
мгновение задумалась, прежде чем последовать за ней, но ей показалось, что она
только что прошла какое-то испытание.

В другом месте в
Винтерфелл прибыла еще одна леди, только вместо мужа ее встречала леди Кейтлин.
Она села напротив молодой женщины и властно посмотрела на нее.

— Я ожидаю от вас
максимальной осмотрительности, моя дочь — проблемная девушка, и я обеспокоена
тем, что ее действия могут быть потенциально опасными. Я ожидаю, что вы будете
наблюдать за ее действиями и ставить меня в известность о том, что она делает.
Понятно?

Кейтлин строго посмотрела
на нее.

— Да, леди Старк, — Гвен
Уайтхилл ответила, отводя взгляд, чтобы леди Кейтлин не увидела, как ей
неловко. Она надеялась, что это знак того, что дом Старк признает дом Уайтхилл
и она сможет заключить с ним брак. Но когда она приехала, леди Старк, по сути,
притащила ее в зал и заставила поклясться, что будет шпионить за её дочерью,
леди Мейрой.

Ее разочарование было
велико, но что еще она могла сказать, кроме «да»? Форрестеры пользовались
благословением и дома Старков, и дома Гловеров, в то время как на стороне ее
семьи был только лорд Болтон, и это был в лучшем случае неудобный союз. Ее отец
надеялся, что она выйдет замуж за Домерика Болтона и станет новой леди Болтон,
но всякий раз, когда он намекал об этом лорду Болтону, в ответ получал лишь холодный
взгляд.

Это может быть их
единственным шансом улучшить свое положение на Севере, с неприятным чувством
осознавала она, но чувствовала себя грязной и виноватой. Кейтлин тем временем
просто улыбалась, ведь она получила еще один слой защиты от своей дочери и
будет прославлять тот день, когда она наконец-то уедет навсегда.

Ланна Кассель улыбалась,
сидя на уроках с мейстером Лювином вместе со своей сводной кузиной Бет и
другими девочками. Больше всего на свете она любила читать, и Лювин часто
шутил, что она была единственной настоящей соперницей леди Мейры, когда речь
шла о том, кто больше всех читает книг.

Она не была Кассель по
крови, а ее мать была шлюхой.

Она не помнила почти
ничего о той ночи, когда умерла ее мать, но знала достаточно, чтобы понять ее
профессию, но все же помнила, как мать пела ей и укладывала на ночь. Может,
Джори и не был ее кровным отцом, но он женился на ее матери и взял ее к себе,
когда она осиротела, обеспечив ей образование, крышу над головой и, что еще
важнее, свою любовь. Дочери Родрика, включая Бет, приняли ее как сестру.

Это вернуло улыбку на ее
лицо и сделало его еще ярче.

Ей очень повезло с
Джори, и она каждый день благодарила богов за это. Она благодарила их за Сансу,
которая, возможно, была ее лучшей подругой в целом мире и защищала ее от злых
насмешек, за леди Мейру, которая взяла ее под свое крыло и поощряла ее. Она
научила ее говорить и читать на валирийском, владеть кинжалами и стрелять из
лука, читать все книги, какие только можно, и даже работать над изобретениями и
зельями, которые она придумала вместе с мейстером Лювином.

Однажды Мейра сказала
ей.

— Может, ты и маленькая,
но твой ум больше, чем гора.

Ланна испытала чувство
гордости, но ей хотелось бы знать больше о жизни своей матери до ее рождения.
Кто был ее кровным отцом? Джори знал — она поняла это потому, что мать оставила
после себя дневник, но он, видимо, взглянул на него и не позволил ей увидеть
его, пока она не достигнет совершеннолетия.

Это была единственная
больная точка между ними, о которой она научилась не спрашивать, но она все
равно не давала ей покоя, и она вернулась к своим занятиям.

Однако в тот же день в Винтерфелл прибыл еще один
человек.

Она подъехала ко входу,
где стражники наконец окликнули их.

— Стоять! Кто ищет вход
в Винтерфелл? — потребовал стражник, окинув подозрительным взглядом ее и ее
свиту. Она улыбнулась и увидела, как на его бледных щеках появился легкий
румянец, к которому она уже привыкла, многие мужчины падали ниц, когда она была
рядом.

— Я — Мелисандра из Веры
Р'глора, я пришла с дарами на именины леди Мейры Старк. В благодарность за то,
что она нашла доспехи, — Мелисандра произнесла это с экзотическим акцентом,
жестом указывая на свиту позади себя. Охранник оглянулся и увидел повозку с
несколькими крепкими и сильными лошадьми, привязанными к ней, после чего
повернулся к своему товарищу.

— Леди Мелисандра, могу
я узнать, что делает на Севере чужеземная жрица? Ваша религия не пользуется
особым уважением в Вестеросе, — Лорд Старк сказал это с явным намерением
избавить ее от этого. Однако она не позволила страху перед другими и лишь
улыбнулась.

— Я просто доставила
подарки на именины ваших сына и дочери. Дом Старков оказал большую услугу миру,
обнаружив эти доспехи, — она сказала это без всякого страха, и его глаза
сузились, словно осуждая ее. Она не вздрогнула, за четыре века жизни ей
приходилось сталкиваться со многими опасными людьми, и этот мужчина не мог
сравниться со многими из них.

— Расскажите мне, что вы
принесли, прежде чем я решу, стоит ли разрешать вам войти, — сказал лорд Старк.

— У меня есть несколько
прекрасных жеребцов и кобыл со всего Эссоса, включая Дотракийское море, для
ваших конюшен, а также стекольщик из Мира, знающий, как делать линзы для их
знаменитых окуляров, и кузнец из Кхора, который научит ваших людей делать
лучшую сталь. Он также готов перековать меч Аракх, который вы приобрели, — она
сказала это со знающей улыбкой.

Лорд Старк на мгновение
замер, недоумевая, откуда она могла это знать. Меч дотракийцев из валирийской
стали лежал в их сокровищнице уже довольно долго, но его попытки найти кузнеца,
способного перековать его во что-то более пригодные для использования, были
сопряжены с трудностями. Найти способных людей было достаточно сложно, и никто
из них, похоже, не хотел приезжать сюда. Он уже собирался продать эту проклятую
вещь, но это возродило его надежды.

— Хорошо, вы можете
остаться на несколько дней, но не дольше, — Лорд Старк предупредил ее, и она
улыбнулась, грациозно кивнув. Несколько дней — это все, что ей было нужно,
чтобы убедиться, что ее недавние видения и прежние подозрения верны. Азор Ахай
был в Вестеросе, но пока она понятия не имела, кто это, а с каждым днем
опасность приближалась все ближе и ближе, и найти избранного было крайне важно.
Не говоря уже о том, что она считала, что они должны быть готовы и защищены,
поэтому ее гвардейцы были лучшими пехотинцами в мире... Безупречными. Конечно,
ей лучше было не говорить об этом Старкам, если бы они узнали, что она привезла
рабов, ее бы арестовали на месте.

Войдя в замок под
пристальным взглядом стражников, девушка огляделась и увидела свою цель на
тренировочном дворе, с тех пор как она видела ее в последний раз, девушка
подросла, не говоря уже о том, что начала превращаться в женщину. Она стояла в
центре боевого круга с мальчиком примерно ее возраста, а остальные смотрели на
нее.

Он был странным
мальчиком с очень темными волосами, бледной кожей и темно-серыми глазами, но
она чувствовала его важность в своем нутре. Кто он такой, она не знала, но
намеревалась выяснить.

Спустя некоторое время
Мелисандра внимательно наблюдала за тем, как ее Безупречные сражаются со стражниками
Винтерфелла. Она ухмылялась, глядя, как Безупречные доказывают, что они самые
эффективные бойцы в мире, легко справляясь с болью и продвигаясь вперед.

Однако ее внимание было
приковано к двум детям Старков, которые все еще тренировались, что произвело на
нее впечатление, их самоотверженность была на высоте, а значит, к тому времени,
когда Иные наконец проявят себя, они станут высококвалифицированными.

Она шагнула вперед,
чтобы заговорить с ними, и девочка, стоявшая к ней спиной, казалось, почувствовала
ее присутствие, несмотря на тишину, девочка не могла ее услышать. Она
повернулась, чтобы посмотреть ей прямо в лицо, и посмотрела на нее с
подозрением. Мальчик сделал то же самое некоторое время спустя. Мелисандра была
удивлена, так как они, казалось, уже немного владели своей врожденной магией.

В Вестеросе, как она
знала, боялись магии, и было удивительно, что им удалось практиковаться и
развить свои способности, не будучи пойманными. Когда она заговорила, ее мнение
о них немного повысилось.

— Приветствую вас, юные
Старк и Сноу, я — Мелисандра.

Она говорила на
безупречном общем языке, но двое не теряли бдительности, отвечая вежливо.

— Добро пожаловать в
Винтерфелл, леди Мелисандра, — поприветствовала ее Мейра.

— Надеюсь, вы будете
сегодня на пиру? — — спросила она, на что Мелисандра кивнула.

— Мне очень хочется
увидеть северный праздник, повидать мир — одно из величайших удовольствий.
Также я хочу поблагодарить вас за нахождение доспехов, они будут очень ценны
для мира в будущем, — она загадочно сказала это, после чего ушла и вернулась в
отведенную ей комнату, где уставилась в пламя, надеясь на видение.

Прошло совсем немного
времени, и образы начали обретать форму, она увидела фигуру женщины, выросшей
Мейры Старк с копьем в руках, сражающейся в ледяных землях на севере, но не в
одиночку. Недалеко от нее она увидела мальчика Джона Сноу, сражающегося рядом с
ней, и то, с кем они сражаются, заинтриговало ее.

Неживые слуги Иных
окружали их, а рядом маячил сам Ночной Король.

Видение исчезло, прежде
чем она успела увидеть, что может произойти, однако образ показывал их стоящими
во весь рост и без страха.

Она поняла, что ей
придется понаблюдать за ними еще, и задумалась, как убедить лорда Старка
разрешить ей остаться подольше. Вновь взглянув на пламя, она почувствовала, что
становится все ближе к ответам, которых так хотела, но все же ей нужно было подтвердить
свои подозрения.

Утес Кастерли, Западные
земли.

Его отцу было все равно,
будет он здесь или нет, лишь бы не «позорил» имя Ланнистеров, так что
одной-двух лун хорошего поведения, каким бы раздражающим оно ему ни казалось,
будет достаточно, чтобы совершить поездку. Чтобы увидеть, насколько велики
перемены, и, надеюсь, найти себе развлечение.

По крайней мере, думал
он с легким волнением, это будет шанс увидеть что-то новое.

Городские дома обручения
всегда были оживленными местами, морякам и другим торговцам часто требовалось
«снять стресс», когда они прибывали в торговый город. Не сказать, чтобы жители
города не пользовались ими, но многие имели наложниц, но все же время от
времени жаждали разнообразия.

И никто не жаждал
разнообразия больше, чем принц Оберин Мартелл, брат наследного принца Дорна,
плодовитый путешественник и любовник. Отец нескольких бастардов, но это не
мешало ему путешествовать и работать над созданием новых.

Пока он томился со своей
любовницей Элларией в компании нескольких шлюх в надушенной комнате,
наслаждаясь телом своей давней возлюбленной, он снова наслаждался теми
ощущениями, которые она ему дарила.

Он наслаждался своими
последними путешествиями и планировал отправиться на юг, чтобы исследовать
Летние острова, где он надеялся увидеть больше, чем кто-либо другой из
Вестероса. Это может занять год или больше, но в конце концов он вернется
домой, чтобы снова увидеть своих дочерей. Не говоря уже о том, что он думал о
некоторых слухах, которые до него дошли.

Якобы на Севере
появилось древнее копье, сделанное из неизвестного человеку металла, но по
легкости и прочности не уступающее валирийской стали, и хранится оно у дома
Старков... Нельзя допустить, чтобы столь редкое и экзотическое оружие оказалось
в руках предателей, которые стояли в стороне, пока убивали его сестру и ее
детей, и поддерживали и того, кто приказал это сделать, и короля, который
плевал на их трупы.

Одна только мысль об
этом вызывала в нем знакомый гнев, а идея унизить дом Старков, любимцев и
лучших друзей короля-блудника, казалась Оберину очень привлекательной. Когда
они наконец вернутся в Вестерос, он обязательно попытается это сделать.

Вечером того же дня
начался пир в честь дня рождения лорда Робба и леди Мейры. Все представители
дома Старков, даже Бенджен Старк, сидели за столом в своих нарядах, как и
многие другие дворяне Севера.

Сначала дарили подарки,
а затем приступали к еде. Робб, будучи старшим, первым получил от отца и матери
шлем в виде волка, от Сансы — новую тужурку, Джон подарил ему новую медвежью
шкуру, а Теон — кинжал и обещание отправиться на местную помолвку, когда у них
появится возможность, хотя у него хватило ума оставить это между собой. После
того как Дом Амбер преподнес ему боевой топор, настала очередь Мейры.

Мейра милостиво
улыбнулась, когда ей преподнесли разные подарки, некоторые от потенциальных
женихов, в основном безделушки или украшения, за которые она поблагодарила,
чтобы не показаться неблагодарной. Несколько подарков от ее семьи, которые она
приняла с искренней благодарностью, которую они заслужили, учитывая все усилия,
вложенные в них.

После этого перед ней
поставили красивую секиру, она подняла голову и улыбнулась, увидев свою
подругу, Дейси.

— От дома Мормонт, как
знак дружбы.

Дейси улыбнулась и
протянула ей топор. Мейра улыбнулась и взяла его, ощутив в руке его вес. Его
было легко поднимать и орудовать им, делая несколько пробных взмахов, любуясь
сложными руническими символами и узорами, вырезанными на стали. Должно быть, он
стоил целое состояние, поняла она и поклялась как-нибудь возместить ущерб Дейси
и ее семье.

— Это прекрасно,
спасибо, Дейси, — с искренней теплотой сказала Мейра своей хорошей подруге,
которая улыбнулась в ответ. Затем в дверях зала раздался голос.

— Я должен извиниться за
опоздание, но я задержался в Долине, — сказал грубый пожилой голос, и все
повернулись, чтобы увидеть человека в доспехах черного цвета с черной форелью
на груди.

— Дядя! — с внезапным
волнением сказала Кейтлин, впервые после свадьбы увидев своего любимого дядю
Бриндена. Она встала со своего места и подошла к нему, чтобы обнять.

— Привет, Кэт, как давно
мы не виделись. А где мои внучатые племянники и племянницы?

Бринден с улыбкой окинул
взглядом главный стол, и его старые глаза заблестели, когда он увидел Робба,
Мейру, Сансу, Арью, Брана и Рикона. Он подошел к столу и снял с пояса два
искусно сделанных ножа. Один он положил перед Роббом, а другой — перед Мейрой.

Робб и Мейра осторожно
взяли ножи и посмотрели на них, это были охотничьи ножи с бронзовыми рукоятями
и стальными лезвиями, как они быстро поняли.

— Спасибо, дядя!

Мейра и Робб взяли ножи
в руки — простой и полезный подарок. Сам Бринден улыбался, увидев двух молодых
людей, подающих большие надежды. Он посмотрел на Неда, который вежливо кивнул
ему и сказал.

— Принесите новое кресло
для сира Бриндена.

Бринден с благодарностью
кивнул, его старые кости болели от долгого путешествия и были бы рады посидеть
в кресле. Он сел в конце стола вместе со своими внучатыми племянниками
Брандоном и Риконом, которые смотрели на него с благоговением. Он улыбнулся им,
заметив в них черты их семьи. В Роббе и Сансе их было больше, но все равно
достаточно заметны.

После вручения подарков
Нед встал и обратился ко всему залу.

— Я благодарен вам всем
за то, что вы пришли, за подарки, которые вы преподнесли моим детям, но теперь
давайте наполним наши животы, — сказал он, и слуги, как по команде, вынесли еду
и напитки, чтобы пир начался.

Вскоре в зале стало
шумно, люди ели, пили, разговаривали и смеялись. Собралось не так уж много
народу, но все равно было многолюдно и радостно.

Неподалеку, на концах
длинного стола, две семьи держались в стороне друг от друга, Форрестеры с Мирой
и Уайтхиллы, среди которых был Гвин, изо всех сил старались не смотреть друг на
друга, а когда их взгляды все же встречались, они смотрели друг на друга с
гневом и отвращением.

Однако в дверях появился
новый гость. Встревоженный молодой человек, одетый в дублет с красной башней
дома Редфорт. Когда вошел он выглядел он очень уставшим и встревоженным, и
сразу же привлек внимание большинства присутствующих. Он подошел к столу и
остановился, когда Нед подал ему знак.

— Кто вы и почему вы
здесь? — спросил Нед, недоумевая, откуда взялся этот молодой человек. Он с
подозрением посмотрел на сверток в его руке. Молодой человек не сразу ответил,
а затем передал сверток на стол и сказал.

— Прошу прощения, лорд
Старк, я сир Джаспер Редфорт, и я здесь по поручению моего друга Домерика
Болтона. Я несу его подарок и послание, которое он так хотел отправить леди
Мейре Старк. Я исполняю его желание.

Сир Джаспер не только
чувствовал себя неловко под их пристальными взглядами, но и выглядел так,
словно наблюдал за смертью члена своей семьи.

Услышав имя Домерика,
Мейра чуть не улыбнулась, гадая, почему его здесь нет, и надеясь, что время,
проведенное в Долине, не слишком изменило его по сравнению с тем внимательным и
почтительным юношей, каким он был раньше. Взяв сверток, она осторожно
развернула его и обнаружила потрясающую пару наручей с выгравированными на
стали волками. Они выглядели потрясающе, и Мейра была поражена, поклявшись
поблагодарить Домерика, когда увидит его в следующий раз, но тут она увидела
послание, испачканное кровью, и у нее перехватило дыхание, когда она протянула
к нему почти дрожащие руки, чтобы открыть его. По мере того как она читала
слова, в уголках ее глаз появлялись слезы.