«Эм, почему она смотрит на Мистера Шута…» – Одри зорко подметила едва видимое движение Отшельника. У неё возникли некоторые подозрения.

С её точки зрения, такая реакция была нетипичной. Мистер Висельник явно упомянул что-то, что имело мало общего со всеми. Он говорил о возможности так называемого Морского Бога Кальветуа время от времени отвечать своим верующим, несмотря на его очевидную смерть, так почему же Мадам Отшельник посмотрела в сторону Мистера Шута?

«Смерть Кальветуа… Время от времени отвечает своим верующим… Мадам Отшельник смотрит на Мистера Шута… Может быть…» – глаза Одри загорелись, когда она пришла к выводу.

«Может быть, это Мистер Шут отвечает верующим Кальветуа?»

«Мадам Отшельник знает об этом, так?»

Пока мысли проносились в её голове, Одри наполовину повернулась, чтобы выжидающе посмотреть на Мистера Шута, который расслаблено сидел в конце длинного бронзового стола.

Тем временем Элджер также был удивлён и встревожен неожиданной реакцией Отшельника.

«Я всего лишь пытался узнать о её связи с членом Ордена Аскетов Моисея, Летицией. Почему она вдруг повернулась, чтобы посмотреть на Мистера Шута?»

«Может быть, она знает, что нынешний «Морской Бог» – воплощение Мистера Шута?»

«Судя по её реакции, это весьма вероятно!»

«До того, как попасть в клуб Таро, могла ли она уже в течение долгого времени совершать сделки с Мистером Шутом или тайно на «Него» работать?»

Чем больше Элджер думал, тем больше обращал внимания на Отшельника. Затем он подсознательно последовал за ней и тоже посмотрел в сторону Мистера Шута, который был окутан серовато-белым туманом.

Он, Отшельник и Справедливость повернулись в разное время, но их почти единодушные действия заставили Мага Форс и остальных почувствовать что-то неладное.

«Почему они смотрят на Мистера Шута? Имеет ли смерть Морского Бога Кальветуа отношение к Мистеру Шуту?» – веря, что они были умны, Форс и Эмлин начали гадать о причине, попутно также переводя взгляды в конец длинного бронзового стола.

Деррик не знал, кто такой Морской Бог Кальветуа, и не понимал, что в его случае означает отвечать своим верующим даже после смерти. Однако, поскольку все смотрели на Мистера Шута, он, естественно, тоже посмотрел.

Мир опаздывал на секунду, как будто он о чём-то размышлял.

Прежде чем присоединиться ко всем, он сперва упёр взгляд в Висельника, заставляя того содрогнуться от страха.

В этот момент Клейн уже понял, что заставило Мадам Отшельник догадаться о личности того, кто отвечал верующим Морского Бога Кальветуа вместо него. Он всё ещё не знал, какую занять позицию.

«Должен ли я притвориться, что это тривиальное дело и что я не придаю этому большое значение, но раз уж ты упомянула об этом, то я просто мимоходом поддакну? Или я должен сделать вид, что, поскольку я бог, мне не нужно ни с кем объясняться, поэтому я не должен ни с чем соглашаться, ни отрицать…» – Клейн вспомнил образ Шута и быстро принял решение.

Выбор пал на «ни согласие, ни отрицание» ради соответствия своему положению бога. Тем не менее, он решил ответить одной фразой, которая заставит недоумевающих недоумевать ещё больше, в то время как догадавшиеся будут просвещены, при этом впав в замешательство от внутреннего осознания непостижимости Мистера Шута.

Думая об этом, Клейн, который откинулся назад, усмехнулся. Он произнёс неторопливо и безразлично:

– Кальветуа стал полубогом, полагаясь на реликвию, оставленную Бедствием Кохинем.

«Итак, они консультируются с Мистером Шутом по поводу ситуации с «Морским Богом»… Но я всё ещё не убеждена. Такое чувство, что за этим скрывается нечто более глубокое… Может ли быть… Не может же быть, верно?» – Форс нахмурилась, ей в голову начали приходить самые разные мысли.

«Как и ожидалось!» – Каттлея верила, что Мистер Шут дал прямой ответ, одновременно сообщив им некоторые секреты.

«Этот скипетр полубога является чертой Кальветуа или реликвией Бедствия Кохинем, или это одновременно и тем и тем? Кто такая Бедствие Кохинем? Имя звучит как эльфийское. Да, Висельник упоминал, что Летиция нашла древние руины эльфов… Они были местом проживания высшего эльфа?»

«Откуда у Мистера Шута этот скипетр? От Висельника или от кого-то другого? Нет, не похоже, что это был Висельник; в противном случае он не стал бы столь активно поднимать эту тему… Какой мотив у Мистера Шута, раз он отвечает верующим Морского Бога? Требуется ли это для «Его» пробуждения, что-то, что действительно может повлиять на реальность?»

Чем больше Каттлея думала, тем больше находила Мистера Шута непостижимым. Это было похоже на то, как «Его» тело скрывал густой серый туман – чем яснее она видела, тем более озадаченной, испуганной и взволнованной становилась.

«Это может быть борьбой между богами…» – когда эмоции взяли над ней верх, Каттлея внутренне вздохнула.

«Я угадал правильно!» – Элджер наконец убедился, что нынешний «Морской Бог» был воплощением Шута. Его прежние переживания и нерешительность были мгновенно оправданны.

«В некоторых ситуациях, будучи фальшивым верующим Морского Бога, я смогу открыто молиться… Интересно, насколько Мистер Шут восстановился? Сколько своей силы он может высвободить из-за печати? Она, по крайней мере, на уровне полубога. Он сможет предоставить потрясающую защиту на море…»

«Спокойная реакция Отшельника подразумевает, что она давно общалась с Мистером Шутом и узнала о некоторых вещах заранее. Значит, её Последовательность не низкая. Она действительно может быть влиятельной фигурой на уровне пиратского адмирала… Для меня это и хорошая, и плохая новость».

«Хорошая новость заключается в наличии дополнительной мощной фракции на море, способной поддержать меня. Иногда мы можем безмолвно сотрудничать и делать то, что ранее считались невообразимым. Плохая новость заключается в том, что многие мои новостные и ресурсные каналы уйдут в тень по сравнению с её связями. Моя ценность в клубе Таро резко снизится. Конечно, при условии, что она действительно Адмирал Звёзд».

«Да, я должен переключить своё внимание со сбора новостей и ресурсов и направить его на Церковь. Это то, в чём она не сможет меня заменить», – подумал Элджер с радостью и настороженностью.

«Этот Морской Бог на самом деле Мистер Шут! Нет-нет, следует сказать, что нынешний Морской Бог является воплощением Мистера Шута! «Он» действительно начал вмешиваться в реальный мир? Здорово! В будущем, когда буду путешествовать по морю, я смогу напрямую молиться Морскому Богу и получать ответ?» – Одри почувствовала удивление, радость и гордость.

Согласно тому, что она знала, Церкви не занимались постоянной ритуальной магией. Те, кто получили ответы, лишь помолясь божеству, были в основном священниками или случайным везунчиками; или же были немногочисленными Благословлёнными.

Что касается получения ответа на каждую молитву, то такие случаи были крайне исключительными, даже среди Благословлённых.

«Но я смогу! Господин Шут возвращается на свой трон, шаг за шагом. Замена Морского Бога – это один из таких шагов…» – Одри, не скрывая изменений в своих эмоциях, улыбалась, сидя прямо и элегантно.

«Кохинем? Это эльфийское имя. Мне кажется, я слышал, как кто-то упоминал его раньше…» – Эмлин попытался вспомнить, но тщетно.

Что касается смерти Кальветуа и того, как «Морской Бог» всё ещё отвечал своим верующим, а также причины, по которой Отшельник, Справедливость и Висельник смотрели на Мистера Шута, он сделал небольшое предположение, не слишком глубоко задумываясь над этим вопросом.

«Какое это имеет отношение ко мне? Это не влияет на моё спасение Сангвиников и не выглядит чем-то интересным! В любом случае, я могу просто помолиться Мистеру Шуту, если возникнут какие-либо проблемы!» – Эмлин пробормотал что-то себе под нос, выказывая презрение к чрезмерной эмоциональности других.

«Бедствие? Королева Бедствия? Но не существует записей, в которых говорится, что её зовут Кохинем…» – Деррик очень слегка повернул голову влево, как он обычно делал, когда пытался что-либо вспомнить.

«Судя по всему, Маленькое Солнце не уверен, является ли Кохинем Королевой Бедствия; в противном случае он отреагировал бы по-другому…» – Клейн разочарованно отвёл взгляд.

Он заставил Мира закашляться, отвлекая всех от их мыслей.

После этого Мир с помощью Шута создал изображение. Он показал его обоим сторонам стола и спросил:

– Кто-нибудь её знает?

Это была фотография рыжеволосой Хелен. Клейну в соновном было интересно, знали ли её Адмирал Звёзд Каттлея или Висельник Элджер. В конце концов, в море они были хорошо информированными людьми.

Элджер взглянул и как раз собирался сказать, что не знает её, как услышал, что Мадам Отшельник сказала глубоким голосом:

– Рыжеволосая Хелен. Она из падшей благородной семьи, её родословная происходит из семьи Интиса Саурон.

Каттлея помолчала, прежде чем добавить:

– Когда-то она была морской торговкой, но позже, как говорили, её похитила Дева Недугов Трэйси.

«Её похитила Девой Недугов Трэйси? Я думал, что это окажется какой-нибудь накрученной историей о властном пирате и благородной леди… Хотя, Трэйси может считаться властным пиратом. Хе-хе…» – Клейн мгновенно сделал кое-какие предположения.

Форс всё ещё была погружена в свои мысли о связи между Морским Богом и Шутом, но внезапно пришла в себя. Она ясно почувствовала, что в истории рыжеволосой Хелен и Контр-Адмирала Недугов таятся большие возможности, и её фантазия понеслась прочь.

К её сожалению, Мадам Отшельник остановилась на этом, больше ничего не сказав.

«Отшельник знает Контр-Адмирала Недугов… Однако это ничего не значит. Потусторонние определённой Последовательности или просто осведомлённые люди знают, кто такие семь пиратских адмиралов. Их плакаты с наградами повсюду… Хм, Отшельник довольно осведомлена в делах, касающихся Интиса. Пока что лишь в этом можно быть уверенным…» – Висельника не интересовала рыжеволосая Хелен, только настоящая личность Отшельника.

Когда с рыжеволосой Хелен закончили, Одри начала размышлять, стоит ли ей проконсультироваться с остальными по поводу дракона разума.

В отличие от прошлого, теперь появилась Мадам Отшельник, у которой были непонятный характер и сомнительная преданность. Это заставило её заколебаться.

После небольшого размышления она сказала:

– Недавно я отыскала следы дракона разума и отправилась в место, где существует традиция поклонения драконам.

Она скрыла точное местоположение, так как они могли выдать её личность.