«Один из путей познания Бога — его отрицание.» — Олдос Хаксли (1894–1963) — английский писатель

- Ты готов? – Спросил автоматон, запрограммированный магией на передачу слов его создателя, Лорда Кагренака. Он выглядел по форме как человек, но движения были ровными, как у двемерской сферы. Да и ноги были разве что условными, потому что двигалось подобное творение разума благодаря колесу на полусфере в нижней части туловища. Кратко говоря, от двемерской сферы он отличался мало чем. Только ладони были усилены хирургическими инструментами, такими как: скальпель, иглы и пила для распилки костей.

- Да, владыка. – Олег сразу же лег на кушетку. Его сразу же подключили к аппаратам жизнеобеспечения.

Все вокруг было скрыто в полутьме, но главное было освещено магическими лампами – тело парня, которое сразу же зафиксировали ремнями. Не то чтобы он мог проснутся от наркоза, но только для подстраховки.

Не было ни криков, как в фильмах ужасов, ни воспоминаний об операции. Но поднятие уровня совместимости с энергией Сердца Лорхана было необходимо для дальнейшего продвижения Олега в знаниях искусства магии, да и что тут таить, просто потому что хочется не быть рабом, как местные снежные эльфы из Северного королевства.

Спустя 15 часов.

Олегу было сложно открыть глаза, они как будто слиплись и с невероятной силой тянулись в противоположные стороны от желаемого. Тело болело, но в отличие от конечностей, которые просто онемевали после препаратов двемеров (которые они тоже вывели после допроса детей об их родном мире, хотя бы просто заимствовали идеи исходя из описаний), оно точно ощущалось живым. Хотя бы из-за боли на зоне швов в брюшной полости и на животе.

- Вы проснулись! – произнесла девушка с синевато-бледной кожей, как будто в каждую пору запечатали немного снега, оттого кожа и блестела. Ëе волосы были белее белого, но видно что она давно не могла их вымыть. Сразу по одежде было видно, это рабыня из Скайрима, снежный эльф. Иначе говоря фалмер.

Одежда, как и полагает любому фэнтезийному рабу, была местами подрана, да и в целом бесцветна. Она та, кем в итоге мог стать Олег, если бы не удача и заинтересованность Кагренака, это Олег понимал прекрасно. Любой другой участник проекта «Левиафан», который не смог бы пройти первое тестирование, становился таким же.

«Рабом? Ха-а… Никогда таким не стану. Никогда.»

- Господин? Меня назначили за вами ухаживать, пока вы не окрепнете после операции…

- Тебя не было в первый раз, когда я проснулся. - от неожиданности с непривычки гаркнул Олег. На это эльфийка не обратила внимания, просто ее длинное бледное ушко дернулось от неожиданности.

- Я была, просто вы немного бредили и ничего не помните. Вы хорошо себя чувствуете? – прибираясь в палате спросила девушка. Ей было не больше двадцати двух лет.

- Кто - кхе-кхем!- ты? – не тактично спросил маг.

-Меня зовут Нимриэль, господин. Вам что-то принести?

- Воды.

- Вода вам противопоказана ещё некоторое время, придется потерпеть. – ее добродушное поведение забавляло ученика Кагренака. Только теперь он настолько беспомощен, что за ним призодится ухаживать эльфийке-рабыне.

- Тогда ничего не надо. Благодарю.

Нимриэль только улыбнулась и унесла поднос с пустыми склянками с лекарствами, которые вводились Олегу. Аккуратно закрыв дверь, эльфийка удалилась из комнаты. Только она что-то обронила. Парень только привстал с кровати, так сразу же почувствовал боль в теле. Подобрав листочек, Олег без проблем прочитал что было написано там на двемерике. Сплошные угрозы.

«Ублюдки. Придется приглядеть за этой Нимриэль.»

Спустя 4 года.

Олегу 20 лет.

Пар от гидравлических механизмов, которые находились по краям здания, со свистом обжигал воздух. Становилось душно. Разница между поверхностью и самым порогом подземного двемерского города (а тот явно отличался от фэнтезийноподобных городов золотокожих эльфов) велика. Жара балансировалась системами Турейнулала, города глубинных эльфов. Помимо прочего, этот город славился своими библиотеками, книги в которых и знания в них были известны лишь магистрам магии двемеров.

Вход в город запечатался и круглоухий парень с белыми волосами, сравнимым по цвету и форме с облаками, которые так и обходили эту провинцию. Одетый в золотисто-белоснежную робу его клана, прошел мимо камеры видеонаблюдения, на что кивнул смотрящий в отдельной комнате вооруженный стражник.

Парень прошел несколько поворотов и всунулся в едва свободный лифт, сверкающий от чистоты. Автоматоны выполняли свою работу, не жалуясь ни на что, как эльфийские рабы. Шепотки среди двемеров заполнили слух парня, но к этому он привык. Тем более чем старше он становился, тем было больше обсуждений среди первородных эльфов, которые посвятили свою жизнь механизмам. Науке и Логике.

Проскочив между двух двемеров, стоявших в длинной очереди за очередным ежедневный пайком, Олег завернул в кабинет, напоминавший лабораторию. Двойная дверь была закрыта, но парень приложил к датчику ключ-карту и с небольшим шумом путь был свободен. В комнате темно, что отметил двемерский ученик. Парень надавил на рубильник и ртутные лампы осветили его. И спящего дремору, для которого подобное заклинание сна, было сродни пытки не только для тела, но и для его анимуса. Да и все равно, маг хотел заняться именно пыткой, но не из-за внутреннего садизма (которого у него и не было), а из-за практичности данного метода.

Дремора был отвязан от своего плана Обливиона, поэтому его жизненные силы медленно начали покидать его. Он пытался напрячь свои даэдрические силенки чтобы ещё больше замедлить процесс его ослабления. Но магический круг и проведенный к нему ритуал из чаши, стоящей неподалеку от него, и ингредиентов в ней мешали и ускоряли отток жизненной силы дреморы-лорда. Да и чаша стояла пусть и напротив, но достаточно далеко, чтобы даэдрот не пнул ее ногой.

- Итак… на чем мы остановились? – маг немного повернул чашу с ингредиентами, что повлияло энергиями на анимус даэдрота.

- *Неразборчивая речь на даэдрике*!

- Ну и ну, придется перевести наш разговор в другое русло. – Олег взял ритуальную книгу, поверх которой лежал черновик с его записями и прочитал на тамриэлике заклинание, которое привязывало ещё сильнее даэдрота к плану Мундуса с помощью нимика этого даэдра – имени, которое никто не должен знать.

- А-А-А-А! – выразил недовольство даэдрот. – ОТКУДА… Откуда ты знаешь мое имя?!

- Даодрогот. – даэдрот закричал ещё сильнее и откашлялся кровью. Кровь попала на пол. – Оп, твоя кровь будет прекрасным ингридиентом что для твоего связывания, что для зелий. Твое имя Даодрогот, верно?

- Прекрати… я… Все скажу.

- Ты преклоняешься передо мной?

- Как ты смеешь?! Лорд Дагон разорвет тебя на части, когда узнает!

- Дагон не слышит… и не видит… Пока Сердце Лорхана питает этот город Лорд Дагон даже не сунется сюда. Даже если он объединится с другими Принцами. А они никогда не объединятся, понимаешь? – Олег вытер с пола кровь дреморы и закинул салфетку в пробирку. – Тебя лучше наказать как это делает Молаг Бал, смекаешь?

Даодрогот немного подумал, сминаясь от ужаса, который только появился из-за воспоминаний его службы у Молаг Бала.

- Ты блефуешь, но не надо… не надо меня наказывать. Я присягаю тебе, о юный маг.

- Отлично, условия твоей службы мы обсудим позже.

[Выполнено: призвать и заставить дремору повиноваться.]

[Начато: Найти Кагренака для дальнейших приказов]

“Пусть приходится и повиноваться учителю, но он научил меня всему что знал сам. Теперь надо выбираться отсюда.”

Олег оставил дремору со своими мыслями наедине и выключил свет в пыточной.