Этот – 2024 год – можно признать годом выборов. Будут и президентские выборы, и губернаторские выборы, и парламентские выборы в регионах, а также довыборы в Госдуму. Если не учитывать президентские выборы, то на уровне регионов пройдёт довольно много самых разных выборов, особенно если не учитывать муниципальные выборы. Конечно, по мере приближения к новому электоральному циклу могут добавиться губернаторские выборы. Отставки губернаторов могут произойти и после инаугурации нового (старого) президента – после 7 мая. Хотя сейчас оценить массовость губернаторопада сложно, поэтому имеет смысл остановиться на тех выборах, которые точно состоятся в этом году. Дальше стоило бы разделить региональные выборы по категориям – губернаторские и парламентские. Но, во-первых, далеко не все губернаторские выборы являются в России прямыми, во-вторых, во многих регионах они совпадают с парламентскими выборами. Поэтому лучше обозначить через более детальные категории:

1.    Прямые губернаторские выборы пройдут в Астраханской, Вологодской, Сахалинской, Курганской, Челябинской, Липецкой, Курской, Оренбургской, Мурманской областях, Забайкальском и Ставропольском краях, Башкортостане, Калмыкии, а также в Санкт-Петербурге;

2.    Непрямые губернаторские выборы – в Ингушетии;

3.    Прямые губернаторские и парламентские выборы – в республике Алтай и Волгоградской области;

4.    Непрямые губернаторские и парламентские выборы – в республике Крым и Кабардино-Балкарской республике;

5.    Парламентские выборы – Брянская и Тульская области, Хабаровский край, Карачаево-Черкесская республика, Марий Эл, Татарстан, Тыва, а также Москва и Севастополь.

6.    В Хакассии будут довыборы в Госдуму, т.к. в сентябре 2023 года Сокол отказался от депутатского мандата, перейдя на должность председателя Верховного Совета Республики Хакасия (перипетии хакасской политики достойны отдельного материала, конечно).

Конечно, существует представление, что выборы могут быть отменены в связи с проведением СВО и участившимися случаями нападения украинских ДРГ на российские пограничные поселения, ракеты, дроны и т.д. В этой связи вызывает определенную сложность проведение выборов в Брянской и Курской областях, которые находятся на передовой. Особенно проведение выборов в пограничных населенных пунктах, но тут может помочь ДЭГ. В Курской области он будет уже применяться на президентских выборах, а Брянскую область могут подключить к сентябрю. Но этот сценарий – отмена выборов в определенных регионах – маловероятный и негативный, т.к. сегодня с помощью ДЭГ можно провести выборы где угодно и в каких угодно условиях, главное чтобы был формальный выход в интернет.

Однако главная проблема этого электорального цикла состоит даже не в обеспечении безопасности на избирательных участках – с этим я думаю региональные власти при помощи власти федеральной справятся, – а отсутствие интереса со стороны общества. Уже даже неудобно говорить о том, что явка избирателей с каждым годом снижается на региональных и муниципальных выборах, кроме редких аномальных случаев. Интерес россиян к выборам медленно, но уверенно снижался на протяжении последних 25 лет, за исключением отдельных всплесков. И если выборы президента уже перестали быть традиционные выборами, а стали своеобразным референдумом о доверии действующему новому старому президенту, то остальные выборы вызывают вопросы.

И не хочется поднимать проблему легитимности и легальности региональной власти при явке в 15-20% - это уже даже несколько вульгарно. Интерес представляет другое – почему мы наблюдаем такую явку? Россию характеризуют как электоральный авторитаризм, для которого выборы важны как театрализованное представление, но в последние годы с этим наблюдаются проблемы. Выборы проводятся, но интерес они не вызывают. Да, был в Хабаровском крае Фургал, который неожиданно стал губернатором и довольно ожидаемо оказался в тюрьме. Да, Коновалов  в Хакассии неожиданно также стал губернатором, но ожидаемо встроился в вертикаль власти. Это скорее отдельные эксцессы, чем некое новое правило. Сегодня выборы, к сожалению, определяются через такие понятия как безразлично, равнодушно и безучастно.

За последние 25 лет гражданское участие и, что самое главное, важность участия граждан была сведена до минимума. Особенно не понятно, зачем идти на выборы, если с помощью ДЭГа можно получить любой результат. Это безучастие сформировало безразличие и равнодушие к любому кандидату и партии. Тут можно возразить, что были очереди к Надеждину. Такого давно не наблюдалось на многих прошлых выборах, а на этих – очереди были только к нему. Ни у одного другого кандидата-самовыдвиженца такого аншлага не наблюдалось. Но готовы ли эти подписавшиеся что-то делать, если Надеждина не зарегистрируют в качестве кандидата в президенты? Вот тут у меня нет уверенности. И это снова возвращается к вопросу о безучастности, безразличности и равнодушии российского избирателя. Надеждина стоит воспринимать как кандидата «против всех», не более. Многие из тех, кто ставил за него подписи его как политика вовсе и не знают, что также симптоматично, учитывая то, что Надеждин в политике с 1990 года.

В итоге мы имеет крайне разнообразный с точки зрения выборов год, который, скорее всего, станет самым политически аморфным. Сказывает общая усталость и от СВО, и от одних и тех же ток-шоу на протяжении 11 лет, и от нового/старого кандидата, и от отсутствия какого-либо политического видения будущего. Отсутствие последнего больше всего огорчает на сегодняшний день.