Добравшись до жилища Орочи, я быстро понял, что на месте его нету.

О том, куда именно делся мой приятель, я узнал совершенно случайно на пути к полигону его команды, когда свернул в сторону питейных улочек торгового квартала – навстречу мне, едва перебирая ногами и буквально подпирая плечом стены домов, выполз Джирайя. Парень выглядел неважно – взъерошенный, помятый и в хлам пьяный.

Судя по всему, со дня нашей с Цуной свадьбы он ушёл в беспробудный запой с горя, безуспешно пытаясь утопить на дне бутылки свои разбитые иллюзии о прекрасной принцессе Сенджу. Ну ничего – уверен, что он справится, ведь в каноне как-то пережил разбитое сердце.

Заметив меня, Джирайя икнул, попытался состроить обиженную мину, но в итоге лишь бессильно махнул рукой. Благо я додумался поинтересоваться у него о местонахождении Орочимару, ведь он действительно располагал нужной мне информацией, поведав о ситуации заплетающимся языком.

Из его несвязного лепета, разбавленного то тут, то там периодическим обиженным возмущением, выяснилось, что Орочимару уже свалил из Конохи на какую-то одиночную миссию. Сам Джирайя узнал об этом только потому, что перед уходом Орочи пытался позвать его с собой, но безутешный романтик в тот момент был слишком занят дегустацией дешёвого алкоголя в изакаях, этаких местных барах, и предложение гордо отверг.

Я мог лишь порадоваться за Орочимару – парень может так беззаботно и легко брать миссии в одиночку, не забивая голову лишними проблемами – везёт же некоторым. Мне с моей паранойей помноженной на знания канона о такой роскоши пока остаётся только мечтать, но ничего, и на моей улице когда-нибудь будет праздник.

Оставив Джирайю дальше воевать со своими внутренними демонами, я направился прямиком в госпиталь к Цунаде. Пусть Орочи на миссию и не пойдёт, но упускать её нельзя – слишком удачная для моего плана миссия, а надолго свиток точно не придержат – не та у меня пока репутация, а потому медлить с оформлением документов нельзя.

Стоило мне добраться до госпиталя, найти блондинку и выложить ей краткий расклад по зачистке каньонов, как она споро одобрила выбор – выдвинуться решили завтра утром, сразу после завтрака у её родителей.

Чтобы не отвлекаться от работы и не бегать по кабинетам администрации, Цуна выделила своего теневого клона, вместе с которым мы быстрым шагом вернулись в резиденцию и подошли к регистрационной стойке, где клон жёнушки уверенно вписал её имя в официальный бланк рядом с моим, подтверждая формирование боевого дуэта для выхода в страну рек.

Забрав должным образом заполненный свиток у дежурного чунина, мы поднялись на верхний этаж и постучали в дверь кабинета хокаге – ведь именно так, через личное одобрение лидера селения, всегда проходит процедура принятия миссий.

Хирузен Сарутоби встретил нас в своём кресле, окутанный сизыми клубами табачного дыма.

Он внимательно изучил поданный свиток, перевёл взгляд на меня, а затем на молчаливого клона своей ученицы, стоявшего у меня за плечом, и на его лице расплылась мягкая и понимающая улыбка.

Попыхтев любимой трубкой, он с отеческим одобрением покачал головой.

- Рад видеть, что ты подходишь к делу с умом, Ясуто. – Мягко похвалил меня Хирузен, ставя на свиток гербовую печать. Я же тем временем мысленно добавил к его словам легендарное: «мальчик мой». – Похвально, что ты трезво подошёл к вопросу и не стал, не имея достаточного опыта, самонадеянно отправляться на миссию «B» ранга в одиночку. Поздравляю с вашим первым совместным заданием. Удачи.

Я вежливо и дисциплинированно поклонился, забирая заверенный печатью свиток, после чего вместе с клоном жены покинул кабинет хокаге.

На обратном пути, пока мы спускались по просторным лестничным пролётам резиденции, я обдумывал процедуру принятия миссий.

С точки зрения эффективного менеджмента вся эта местная система, в которой абсолютно каждая взятая миссия должна получать личное одобрение хокаге, выглядит на редкость непродуктивно.

Лидер огромного военного селения, вместо того чтобы концентрироваться на глобальных задачах или банальном саморазвитии, вынужден тратить тонны драгоценного времени на проверку всякой незначительной ерунды. Как по мне – миссии до «A» ранга явно не стоят личного внимания и часов работы лидера селения – для этого вполне можно создать отдельный аналитический департамент из каких-нибудь опытных чунинов-ветеранов.

Однако, если взглянуть на этот бред под другим углом, в действиях Сарутоби кроется явный авторитарный смысл – такая чрезмерная централизация вполне может преследовать сугубо контролирующую функцию, ведь благодаря этой бумажной волоките, власть селения всегда держит руку на пульсе и гарантированно не упускает из виду ни одного отправившегося на миссию неугодного или излишне независимого шиноби.

Ни один потенциальный мятежник, сильный клановый одиночка или подозрительный гений просто физически не может покинуть пределы стен селения без личного росчерка хокаге.

Получается идеальный инструмент тотального контроля, замаскированный под заботу о подчинённых.

Впрочем, а что мешает сделать занимающийся утверждением миссий отдел и посадить туда исключительно верных себе людей, чтобы уже те сливали информацию на тех, кого выделил перст власти? Буду считать, что недостаток доверия мешает, мало ли, в конце концов чем больше людей посвящены в секрет, тем больше шансы, что секрет перестанет таковым являться, а репутация для хокаге чрезвычайно важна.

Выйдя из резиденции на залитую предзакатным солнцем улицу, клон Цуны с тихом хлопком развеялся, а я наконец-то со спокойной душой зашагал в сторону нашего с женой нового дома. Стоит отдохнуть и восстановить побольше чакры к возвращению Цуны, ведь мне ещё третьи врата чакры открывать под её присмотром.

По пути к нашему новому дому я заглянул к торговым рядам и прикупил еды на вынос к ужину с хорошим запасом, чтобы хватило и мне, и Цуне. Все горячие контейнеры, в роли которых выступали этакие деревянные коробочки, называющиеся орибако, я привычно запечатал в свиток хранения, чтобы они не остыли и не потеряли вкус.

Оказавшись в спальне своего дома, скинул жилет чунина, а за ним тренировочную куртку и растянулся на татами, уставившись в потолок, стараясь просто отдохнуть...

Однако уже через пятнадцать минут я с раздражением поймал себя на мысли, что у меня банально не получается расслабиться – судя по всему за годы маниакальной пахоты я настолько привык работать на пределе, что вынужденное безделье ощущается физически дискомфортно.

Чтобы не тратить драгоценное время на пустое созерцание потолка, решил хоть чем-то занять голову. Мысли о недавнем совместном обеде с Цуной заставили вновь задуматься о еде и о том, как я соскучился по более привычной кухне, а потому принялся копаться в памяти, пытаясь вспомнить рецепты еды из своей прошлой жизни.

Вот вроде живёшь, пашешь, не отвлекаешься ни на что – лишние мысли не напрягают, а вот так сядешь, расслабишься, и сразу какая-то тоска о себе напоминает – сложно полностью перечеркнуть годы в мире и обществе, что заложили основу моей личности, мире, где осталось столь много...

Так, долой бессмысленный негатив… Лучше вернуть мысли к еде…

Местная кухня, при всей её сытности, уже знатно успела опостылеть. Сейчас с удовольствием заправился бы любым простым блюдом из прошлого, которое в старом мире казалось абсолютно обыденным.

В какой-то момент поймал себя на мысли, что дико скучаю даже по банальной шаурме с сочным мясом, свежими овощами и таким вредным, но столь ярким соусом.

А ведь мысли о торте никуда не делись, так что же мне мешает и остальное приготовить? Клонов лишних нет, конечно, но те двойники, что присматривают за Минато рано или поздно освободятся, так почему бы не тратить вечерок одного из них на кулинарные изыскания? И пускай я точно переведу немало продуктов, пока подберу какие-то рецепты сложнее старой доброй пюрешки, но какая разница? – скоро, если я всё правильно оценил, проблема с деньгами решится.

Да и от картофельного пюре я совершенно не откажусь вот прямо сейчас! И шашлычка из свинины вполне могу к нему сделать, ведь уж шашлыки на огне то я делаю отлично, всё же сколько раз за шашлыки отвечал.

О да, давненько я не выпадал из своего безумного графика и не давал себе время расслабиться и подумать о всякой ерунде… Возможно себе всё же стоит давать отдых…

Впрочем, нет, никакого отдыха – вражеский кунай не будет ждать, пока я переведу дух и поскучаю, а просто вскроет мне глотку. К биджу отдых – сегодня просто вынужденная мера, но даже в этих условиях я не ослаблял давления утяжелителя, а значит не бездельничаю…

Для Конохи крупные куски сочного свиного шашлыка и картофельное пюре на молоке станут настоящей новинкой. Интересно, а Цуне вообще понравится? – вкусы то у местных сформированы под местную кухню…

Впрочем, а важно ли это? Одержимым она меня называет и без кулинарных шедевров, а теперь вот добавлю себе ещё и такой забавной изюминки безумного повара-экспериментатора.

Под эти ленивые гастрономические мечты чакра постепенно восстанавливалась, возвращая телу прежнюю бодрость.

*

Когда резерв энергии более или менее восстановился для продолжения тренировки, со стороны прихожей донеслось лёгкое шуршание раздвижных дверей сёдзи.

Я поднялся с татами, достал из свитка хранения один из запечатанных контейнеров-орибако, от которого всё ещё шёл густой пар, и встретил жену прямо в коридоре. Уставшей блондинка не выглядела, однако лёгкая утомлённость от неё ощущалась, но стоило ей вдохнуть аппетитный запах свежей горячей еды, как её медовые глаза довольно блеснули.

Цуна, неразборчиво бросив что-то из серии: «Вот это правильно!», - приняла коробку и увлечённо взялась за еду, быстро расправляясь с сытным перекусом и заметно добрея с каждым проглоченным кусочком.

Однако едва она успела отложить пустой орибако в сторону, как я уверенно шагнул вперёд, подхватил её на руки и понёс наружу, в сторону нашего полигона.

Изначально у меня вообще была мысль перекинуть её через плечо, и потащить в тренировочную зону так, но эту идею пришлось своевременно отбросить, ведь за такую бесцеремонность Цуна со своим взрывным характером и кулаком вполне может огрызнуться.

Пусть в своих силе с реакцией я и уверен, но всерьёз обижать жену – последнее, что мне нужно, да и раздувать лишние конфликты на ровном месте просто глупо, ведь желаю ей лишь блага и планомерного развития.

- Ясуто, ты совсем рехнулся?! Отпусти сейчас же! – Возмущённо зашипела Цунаде, инстинктивно обхватив меня за шею, чтобы не упасть, но особо не вырываясь, лишь буравя меня возмущённым взглядом. – Я планировала нормально отдохнуть и выспаться перед нашей завтрашней миссией!

- Отдыхать будем в гробу, милая, а чтобы до него попозже добраться, сейчас нужно постараться! – Отрезал я, получив внезапный, но лёгкий подзатыльник и грозное требование даже не шутить о подобном.

Вскоре мы добрались до вытоптанной площадки полигона и только тут я аккуратно опустил её на ноги.

- План на остаток дня простой – сначала ты выполняешь наше утреннее соглашение – страхуешь меня и помогаешь открыть третьи врата чакры, а потом, вплоть до самого отбоя, у нас по графику тренировки.

Блондинка сердито фыркнула, но, бросив быстрый взгляд на начинающее темнеть небо, спорить не стала. Про утреннюю договорённость об открытии третьих врат чакры она точно помнила, но, как мне кажется, пыталась соскочить… Не в мою смену!

Нехотя смирившись со своей участью, Цуна резко посерьёзнела, её лицо приняло собранное выражение, а на ладонях послушно загорелся изумрудный свет шосэн-но дзюцу (техника мистической ладони).

Она шагнула ближе и аккуратно прижала ладони к моим голове и позвоночнику, сосредоточенно прикрыв глаза и приготовившись отслеживать состояние моего тела.

Я глубоко вздохнул, окончательно выкидывая из головы гастрономические грёзы, и последовательно открыл первые двое врат – скорость циркуляции чакры по каналам мгновенно взлетела, но чтобы пробить следующий биологический клапан, этого мало.

Если первые двое врат открыть сложно именно из-за того, что нужно сорвать ментальные блоки будучи в здравом уме, ну или почти в здравом, а затем зафиксировать ощущения и воспроизводить их в последующем, то вот со всеми остальными вратами ситуация несколько меняется, ведь открыть их не так уж и сложно, особенно зная их расположение, но вот не помереть или не покалечиться при их открытии уже куда сложнее.

Именно для этого и нужны физические тренировки на грани безумия – подготовить тело к перегрузкам. Нет, я подозреваю, что укрепление дотоном может стать альтернативой, но пока недостаточно освоил эту стезю, чтобы экспериментировать на своём драгоценном теле.

После открытия первых и вторых врат, лимит на скорость движения чакры в системе циркуляции сильно повышается, да и сама чакра начинает носиться бешенным потоком, и вот этот ревущий поток нужно разгонять ещё сильнее, осознанно давя на следующие в системе врата.

Я «ухватился» за этот бушующий поток и заставил его нестись ещё быстрее. Всё тело, хотя скорее всего каналы чакры, начало ощутимо гудеть, но я упорно продолжал подгонять чакру, вместе с тем концентрируясь на третьих вратах, точное расположение которых в районе позвоночного столба уже прекрасно знал, а сейчас даже начал ощущать. Вернее, ощущал не сами врата, а место где ток чакры ограничивался – клапан сэймона упрямо держал оборону, защищая организм от большей перегрузки.

Можно, конечно, всё сделать резко, уподобившись Даю, срывая врата «ударом» энергии, но я предпочёл их плавно продавить, да и чего не использовать этот вариант, если контроль чакры у меня значительно лучше, чем у парня.

В какой-то момент давление достигло критической точки, и барьер сэймона сорвался с петель, а я моментально дал свободную волю чакре, чтобы не начинать давить на следующие врата. Пусть шансы их открыть без концентрации и целенаправленного нагнетания давления малы, но рисковать зазря не стоит.

В ту же секунду привычный мир вокруг меня буквально взорвался.

Первое, что я ощутил, как сердце мгновенно перешло на сумасшедший ритм, выбивая в грудной клетке глухую чечётку, а мгновением позже по венам словно пустили кипяток.

Следом заметил, как моя кожа стремительно нагревается, покрываясь крупными каплями пота, и окрашивается в отчётливый багровый цвет из-за колоссального давления крови.

Вены, особенно на висках, шее и предплечьях, вздулись толстыми, пульсирующими жгутами, и вокруг тела вспыхнула видимыми невооружённым глазом волнами яркая зеленоватая аура.

Физическая мощь, которая затопила мои мышцы, заставляла в эйфории глотать воздух, а время вокруг словно замедлило свой ход, превращая падающие с деревьев вечерние листья в застывшие в воздухе преграды.

Однако эйфория быстро отступила, ведь вместе со взрывом силы окончательно поплыл контроль над собственной энергией – о том, чтобы в этот момент применить гендзюцу или что-то серьёзное из моего арсенала дотона не могло быть и речи – лавина чакры буквально срывала любые попытки придать ей чёткую форму.

- Сконцентрируйся и закрывай врата! – Сквозь плотный гул в ушах донёсся резкий, сосредоточенный голос Цунаде.

Я послушно начал замедлять ток чакры, постепенно успокаивая организм.

Ладони Цуны, по-прежнему прижатые к моим голове и позвоночнику, приятно холодили кожу, сияя при этом мягки изумрудным свечением.

- Всё как я и думала. – Она вздохнула и отстранилась. – Ну что, муженёк, у меня для тебя есть как хорошая новость, так и плохая. С какой начать?

Я лишь ухмыльнулся, ведь до чего очевиден ответ параноика-реалиста. – Ещё спрашиваешь? С плохой, конечно!