Leonsan Romanov 

Марш-бросок по влажным, покрытым густым мхом каменистым предгорьям страны рек пролетел незаметно, и уже вскоре мы вышли к началу нужного ущелья.

Местный рельеф представлял собой примечательное зрелище – отвесные скалы из серого гранита образовали здесь узкий, извилистый лабиринт, по дну которого с рёвом неслись бурные потоки горной реки, а стены каньона густо заросли папоротником и колючим кустарником.

Между делом, осматривая окрестности, я подметил, что это идеальное место для засад, слегка напрягаясь и внимательнее отслеживая окружение.

Миссия по зачистке «глотки змеи» началась с первой встреченной особи членистоногого и стоит отметить, что скорпионы, мутировавшие под действием природной чакры, оказались несколько крупнее, чем я изначально ожидал – даже самые маленькие из них были размером не меньше здоровой взрослой коровы, а иссиня-чёрный и невероятно прочный хитин лишь добавлял их облику угрозу. Мне даже стало интересно, что за наёмники решились сунуться к «таким» тварюшкам, ведь их внешний вид производил определённое впечатление.

Первую встреченную тварь мы с Цуной убили осторожно – я сковал скорпиона землёй, не давая тому пошевелиться, а Цуна обезвредила точным ударом туда, где у обычных скорпионов находится головогрудный ганглий. Были, разумеется, сомнения, что из-за мутации, существо может отличаться от обычного скорпиона сильнее, чем кажется на первый взгляд, но проверка показала, что эту уязвимость твари сохранили.

Стоило нам прикончить противника, как пришло время для разделки туши, с чем прекрасно справилась Цуна, воспользовавшись небезызвестным скальпелем чакры. Правда пусть техника и справлялась с прочным хитином, но куда менее эффективно, чем мы изначально рассчитывали.

Целью этой операции была информация. Мы внимательно изучили внутреннее строение членистоногого мутанта, замерили плотность хитина под разными углами в соотношении с размером и опытным путём выяснили, какие именно попадания и в какие сочленения панциря являются наиболее эффективными.

Едва вскрытие завершилось, я расстелил свиток хранения собственного производства и запечатал тушу целиком – никакого сбора ингредиентов в грязи. С этого момента все последующие туши я сразу прятал в свитки.

Полученные данные, привели меня к выводу, что пора применить на практике результаты постоянных трудов одного из моих теневых клонов, воспользовавшись тонкими стальными иглами – сэнбонами. Как не крути, а тратить лишний раз чакру на вражеской территории у меня нету, а потому мы с Цуной договорились использовать чакру минимально, обсудив нашу дальнейшую стратегию противостояния этим существам.

К небольшому приграничному городку Шикуку мы добрались уже на самом исходе дня, когда багровое солнце лениво тонуло в густых лесах, и марш-бросок, превращённый в тренировочный марафон, знатно вымотал нас обоих.

Шикуку стоял у самого подножия холмов, разделяющих страну огня и страну рек. Из-за своего удачного расположения на пересечении нескольких купеческих трактов, этот городок никогда не спал, служа вечной перевалочной базой для торговых гильдий, наёмников, бродячих артистов и шиноби всех мастей, и сверху, с раскидистых ветвей старых дубов, он казался огромным, хаотично разросшимся муравейником, над которым уже поднимались сизые струйки дыма от сотен кухонных очагов.

К воротам мы подобрались уже пешком, замаскировавшись техникой перевоплощения (хенге-но дзюцу), а едва оказались на каменистой, исхоженной тысячами ног дороге перед деревянными городскими воротами, как в нос ударили самые разные ароматы – воздух здесь был буквально пропитан дразнящим запахом жареного мяса из придорожных забегаловок, дешёвого алкоголя, табачного дыма и пыли.

Отовсюду доносился какой-то грохот, громкая ругань погонщиков волов и пьяный смех из полуоткрытых дверей разного рода заведений, а залитые тёплым светом бумажных фонарей улицы манили уставших путников обещанием горячего ужина и мягкой постели.

Мы неторопливо шагали сквозь пёструю, шумную толпу, стараясь не привлекать внимания. Пускай наш чакро-маскарад сможет обмануть немногих толковых шиноби, особенно сенсоров, но это лучше, чем ничего.

Пусть Коноха в этих краях и является непререкаемым законом, и связываться с регулярными силами сильнейшего скрытого селения дураков, скорее всего, не найдётся, но и внимания мы привлечём достаточно, чтобы оказаться в зоне риска. Да и что уж говорить, если это внимание может помешать моему плану.

Цунаде шла рядом, устало, но с явным облегчением после целого дня непрерывного удержания «радара». Её медовые глаза с живым, девичьим интересом разглядывали яркие вывески местных лавок.

Наблюдая за этим блуждающим взглядом, я мысленно надеялся, что мне не придётся силой оттаскивать её от какого-нибудь очередного сомнительного заведения. Хорошо хоть из-за местных питейных идзакай волноваться пока не приходилось – к горячительным напиткам моя молодая жена пристраститься ещё попросту не успела, а уж я со своей стороны приложу все усилия, чтобы так всё и оставалось впредь.

Всё хорошо в меру, но зная увлекающуюся натуру Цунаде, можно не сомневаться, что меры она не знает.

Цунаде упёрла руки в бока. – Плохая новость в том, что следующие врата для тебя на данный момент закрыты наглухо. – Непреклонно отчеканила она, внимательно вглядываясь в мои глаза. – Уже сейчас твоя система циркуляции чакры справляется с трудом и следующие врата её точно повредят. Тебе нужно привыкнуть к нагрузке третьих врат, прежде чем даже задумываться о следующем шаге.

Не самая приятная новость, заставляющая прикидывать варианты. Не припомню таких проблем у Лии, который был куда младше меня… Гены? – так он тоже вроде звёзд с неба не хватал на этом поприще. Неужели тот факт, что я всегда столь трепетно относился к чакре и сыграл со мной эту шутку? Мой упор на контроль чакры позволял как минимизировать затраты бесценной энергии, так и минимизировать нагрузку на каналы чакры, и как результат мои каналы чакры просто недостаточно прочные, чтобы выдержать врата дальше третьих?

И всё равно странно… Лии, если ничего не путаю, вышел к пятым вратам чакры за год с копейками, а я, будучи старше и куда дольше готовясь, упёрся в третьи… Впрочем, неприятно, но не смертельно, да и стоит проверить насколько быстро будет идти эта адаптация.

В качестве козыря при подставе на миссии и третьи врата в купе с кендзюцу уже делают меня куда опаснее, особенно при поддержке гендзюцу и дотона теневыми клонами, нужно лишь привыкнуть открывать их быстро.

В любом случае время до войны пока хватает, а третьи врата – это отличный тренажёр как для каналов чакры, так и для контроля чакры…

- А что там насчёт хорошей новости? – Спокойно поправил ворот тренировочной куртки, усаживаясь на поваленное бревно рядом со своим жилетом чунина.

- А хорошая новость в том… – Цунаде не выдержала и покачала головой, слегка улыбнувшись, а в её медовых глазах промелькнули какие-то не совсем понятные, противоречивые эмоции. – … что тебя только каналы чакры и подводят, в противном случае можно было бы попробовать хоть четвертые открыть прямо сейчас… Ками! А ведь даже от того, что я вижу сейчас, большинство сляжет с инсультом!

Она сделала шаг ближе, пытаясь грозно нависнуть надо мной, что выглядело скорее комично. Впрочем, многих в Конохе такой вид заставит сильно понервничать. – Но запомни, без моего одобрения и без моего присмотра даже думать не смей о следующих вратах!

Следом блондинка отстранилась и задумчиво произнесла. – И вот ещё кое-что… На вторых вратах это было не столь заметно, но вот третьи уже достаточно сильно мешают медицинским техникам. Твоя бунтующая чакра буквально вымывает всё лишнее. Мне кажется, что врата и против гендзюцу способны себя очень эффективно показать.

Добравшись до жилища Орочи, я быстро понял, что на месте его нету.

О том, куда именно делся мой приятель, я узнал совершенно случайно на пути к полигону его команды, когда свернул в сторону питейных улочек торгового квартала – навстречу мне, едва перебирая ногами и буквально подпирая плечом стены домов, выполз Джирайя. Парень выглядел неважно – взъерошенный, помятый и в хлам пьяный.

Судя по всему, со дня нашей с Цуной свадьбы он ушёл в беспробудный запой с горя, безуспешно пытаясь утопить на дне бутылки свои разбитые иллюзии о прекрасной принцессе Сенджу. Ну ничего – уверен, что он справится, ведь в каноне как-то пережил разбитое сердце.

Заметив меня, Джирайя икнул, попытался состроить обиженную мину, но в итоге лишь бессильно махнул рукой. Благо я додумался поинтересоваться у него о местонахождении Орочимару, ведь он действительно располагал нужной мне информацией, поведав о ситуации заплетающимся языком.

Из его несвязного лепета, разбавленного то тут, то там периодическим обиженным возмущением, выяснилось, что Орочимару уже свалил из Конохи на какую-то одиночную миссию. Сам Джирайя узнал об этом только потому, что перед уходом Орочи пытался позвать его с собой, но безутешный романтик в тот момент был слишком занят дегустацией дешёвого алкоголя в изакаях, этаких местных барах, и предложение гордо отверг.

Я мог лишь порадоваться за Орочимару – парень может так беззаботно и легко брать миссии в одиночку, не забивая голову лишними проблемами – везёт же некоторым. Мне с моей паранойей помноженной на знания канона о такой роскоши пока остаётся только мечтать, но ничего, и на моей улице когда-нибудь будет праздник.

Оставив Джирайю дальше воевать со своими внутренними демонами, я направился прямиком в госпиталь к Цунаде. Пусть Орочи на миссию и не пойдёт, но упускать её нельзя – слишком удачная для моего плана миссия, а надолго свиток точно не придержат – не та у меня пока репутация, а потому медлить с оформлением документов нельзя.

Стоило мне добраться до госпиталя, найти блондинку и выложить ей краткий расклад по зачистке каньонов, как она споро одобрила выбор – выдвинуться решили завтра утром, сразу после завтрака у её родителей.

Чтобы не отвлекаться от работы и не бегать по кабинетам администрации, Цуна выделила своего теневого клона, вместе с которым мы быстрым шагом вернулись в резиденцию и подошли к регистрационной стойке, где клон жёнушки уверенно вписал её имя в официальный бланк рядом с моим, подтверждая формирование боевого дуэта для выхода в страну рек.

После того как алые знаки фуин послушно растворились, исчезая с шелковистой кожи блондинки, мне достался её тычок локтем, на который я незамедлительно ответил щипком, заставившим Цуну звонко вскрикнуть и отскочить от меня, прикрывая пострадавший зад и сверля меня недовольным взглядом, на который я лишь в очередной раз пожал плечами, задорно усмехнувшись. В этой семье, если загонят под каблук – куковать мне как бедолаге Таширо – новоиспечённый отец под матриархальным каблуком прописался уверенно.

Первое семейное противостояние характеров завершилось официальной ничьей, но всё же моей неофициальной победой.

Несмотря на то, что хотелось потащить Цуну с собой на полигон, сдержался, ведь втягивать её в свои тренировки или хотя бы изменять её график на более плотный нужно постепенно – она не та личность, на которую можно просто бездумно надавить и сразу получить желаемое, тут нужен аккуратный подход, однако я всё же договорился с ней попытаться открыть третьи врата чакры вечерком, потому на полигон её-таки затащу, а там может и на тренировку разведу, посмотрим.

Вскоре после еды, когда мы окончательно добили остатки той красоты, что я прихватил со свадьбы, Цуна, быстро собравшись, упорхнула в госпиталь, напоследок мягко чмокнув меня в щеку, планируя по пути обязательно заглянуть к родителям и брату. И пусть она держится невозмутимо, но что-то мне подсказывает, что старшие женщины легко заставят её краснеть.

Едва за блондинкой закрылась входная дверь нашего нового дома, я вышел во двор и привычным жестом сложил пальцы в печать «плюса», запуская выверенную цепочку последовательного деления чакры.

И как же удобно, что двойникам не нужно ничего пояснять – обладая моим собственным разумом, они и без лишних слов прекрасно знают, чем им сегодня заниматься, и при необходимости могут мгновенно организоваться или реорганизоваться самостоятельно, что и доказали вчерашним днём.

Двойники слаженно разбрелись по своим делам, а я, оставшись в одиночестве, неторопливо отправился на уже фактически свой полигон, где привычным движением положил чунинский жилет на поваленное бревно у края площадки, чтобы не пачкать тот зазря.

Последовательно открыв первые и вторые врата чакры, подкрутив чуть сильнее ради тренировки фуин-утяжелитель, и приняв упор лёжа для отжиманий, начал концентрировать нити чакры, пытаясь подхватить теми листья и травинки вокруг, правда без особого успеха, учитывая, что распаляю своё внимание сразу в нескольких направлениях, но в этом то и суть такой тренировки.