Зависть.

Можно было испытывать только зависть к тому, как крепко спал принц Джейхейрис. Пацан даже не проснулся, когда благодаря помощи все того же призрака короля Мейгора, то и дело появляющегося из тени на нужных поворотах в какой-то все более мрачной миной, они сначала ввалились в детскую, где не было даже няньки, видно отпущенные ранее, завернули его в одеяло и сменили место дисклокации с резной кроватки у камина на руки… Джейса. Он был сначала, кажется, против идеи брать на руки ребенка своего дяди, но без меча от него был также мало толку, как от принцессы Хелейны, уже тащащую за собой дочь, явно преодолевая при этом все свое отвращение к долгим прикосновением.

Впрочем, на его руках дите было как влитое.

Видно, большой опыт с братьями тоже сыграл роль.

Джейс без неловкости перехватил хрупкое тельце так, чтобы ему было удобно, и даже когда мальчик что-то заворчал, когда они вернулись в туннели, чисто рефлекторно начал того покачивать, бормоча какую-то милую чушь. Ну прям профессиональный брат. Или отец. Как посмотреть. В любом случае, то ли добрые прикосновение и низкий голос Джейса, то ли просто крепкий сон, но дите не проснулось, пока Эйрея, ведомая призраком почившего короля, не привела их к двери, за которой отчетливо грохотал гром, шумел дождь и веяло морозным влажным воздухом, пропитанным озоном.

Она хотела погрузить пацана обратно в сон.

Бессознательного нести его легче.

Хватит и того, что с ними уже был другой мелкий ребятенок, который в жизни еще не был за пределами замка, и возможно как мать имел некие отклонения в развитии, если канон не на звездел и тут. Не говоря уже о том, что с ними два мелких дракона, потому что детеныша принца они тоже забрали, и сейчас эта ящерица цеплялась за плечи Джейса, как коршун, наблюдающий за тем, как тот тащил его спящего всадника. Но тут Эйрея ощутила… Нет, не очередное появление призрака короля Мейгора или любого другого, а вновь это темное присутствие, которое улавливала в самой структуре Красного замка с того самого мига, как впервые сюда ступила ее нога.

Жадное, старое и голодное.

Оно будто ощутило, как под ее кожей встрепенулась магия в ответ на ее мысли о том, что нужно усыпить мальчика и хотело наброситься. Ей понадобилось пара секунд, чтобы понять, что в покоях короля-то ведь Эйрея ощутила тоже самое, и что эта дымная тварь, быть может, и была источником всех этих ощущений. И она видно очень любит поглощать чужую магию. Краем глаза, в отблесках огоньков, она могла поклясться, что видела, как неровные стены пошли рябью, как будто они стали живыми. У Эйреи возникло паршивое ощущение на миг, что она не узких пыльных туннелях, а в чреве какого-то зверя, который ее и ее спутников проглотил живьем.

В отличии от нее, сир Эррик не мешкал, и решительно добравшись до двери, с мечом на перевес, открыл ее и первым покинул туннель. Как ни странно, за дверью оказалась не улица, а что-то вроде пещеры с дырками в потолке. Она была совсем небольшая и уже частично залита водой, щедро льющаяся сквозь дыры и стекающая по стенам. Чтобы покинуть ее, тоже нужно было согнуться в три погибели, и оттуда можно попасть на пляж Черноводной. Даже несмотря на грозу и тяжелый аромат озона в воздухе, концентрированный запах рыбы, тухлой и нет, отчетливо доносился до ее носа.

— Мы за пределами города, недалеко от Рыбного рынка и пристани! — крикнул сквозь грохот сир Эррик, удивительно проворно и быстро выбравшийся из пещеры и вернувшись к тому мигу, как они все вышли из туннеля, мгновенно промокнув до нитки и казавшись почти по щиколотку в воде.

Вновь возникло искушение использовать магию, но Эйрея его подавила, решив, что сначала нужно отойти от замка подальше. Пекло знает, что за тварь в его стенах проснулась, и не исключено, что по ее вине. Она ведь уже успела поколдовать до этого, и этого дыма с рожей не было. Значит, оно либо проснулось, почуяв магию, либо питалось только разрушительной и мощной волшбой.

В любом случае, Эйрея не хотела это проверять сейчас.

От очередного раската грома маленький принц на руках Джейса окончательно проснулся, хотя, как ни странно, не закричал и не стал выворачиваться из чужих рук, и его сестра вновь начала скулить, уткнувшись лицом в мокрые юбки принцессы Хелейны, которая, кажется, была не против присоединиться к дочери. Она отпустила руку девочки и, зажав руками уши и зажмурив глаза, начала мотать головой из стороны сторону, кажется, что-то бормоча. Эйрея скрипнула зубами, понимая, что, взяв с собой кузину и ее детей, взвалила на себя обузу, которая будет только мешать при таком деле, как побег, но не собиралась сейчас об этом сожалеть. Они были одними из тех жертв в каноне, которые совсем не заслужили своей участи. И если она могла их спасти, то должна попытаться это сделать.

Размышляя всего миг, Эйрея решительно ступила к принцессе Джейхейре и, подхватив ее подмышки, посадила к себе на бедро. Малышка была легкой, как птичка, даже с учетом обернувшегося вокруг нее дракончика, так что ее вес не тяготил так уж сильно, и при желании она даже могла освободить руку, в которой держала волшебную палочку. Малышка пискнула, вся застыла, уставившись на нее свои круглыми светлыми глазами, а потом вдруг затихла и, обхватив ее за шею руками, зарылась лицом в шею. Она ощутила, как внутри разлилось что-то теплое и защитное по отношению к крохе.

Почти такое же, как с Джоффри и ее братьями.

— Мы можем нанять лодку, когда буря кончиться, но сначала!.. — вновь крикнул сир Эррик, но тут его прервал громкий рев, слышный даже сквозь гром.

Джейс дернулся и, с трудом шагая через воду, подошел к одной из щелей в стенах.

— Это Вермакс! — крикнул он, обернувшись к ним с ухмылкой во весь рот, и явным облегчением в глазах.

Но Эйрея не разделяла его радости.

Как она уже указала ранее, его молодой дракон не сможет взять их всех. Даже когда с ними был только сир Эррик, которого они не могли бросить хотя бы за проявленную верность, это уже было невозможно. А теперь, когда с ними была еще принцесса, близнецы и два мелких дракона… Вермакс их не донесет. Напоминать об этом Эйрея не стала, пока они не покинули пещеру. Уже снаружи она незаметно, чтобы еще больше не шокировать сира Эррика, почтительно подталкивающего вперед принцессу Хелейну, которая ушла куда в себя и все еще зажимала руками уши, бросила все же связку чар на близнецов, чтобы они уснули и им было тепло. Она бы и дракончиков, то и дело визжащих, угомонила, но не факт, что подействует.

Никакой дым не явился, значит эта пакость все же обитает только внутри замка.

Дождь лил такой стеной, что почти ничего не было видно. Разве что только силуэты. Они впрямь были на пляже, вдоль которого тянулись городские стены и где впереди маячили темные фигуры кораблей, которых мотало около пристани. И Вермакс. Видно он впрямь ощутил незримый зов всадника, и сейчас топтался буквально в шагах двадцати от пещеры, где скрывался вход в тайный туннель, ведущий в Красный замок. Его оливковая чешуя сверкала от воды, а глаза горели как два тлеющих угля. Он явно нервничал, буря его раздражала, дракошик то и дело распахивая и складывая крылья, и мотая головой из стороны в сторону.

Эйрея замерла так и не дойдя до дракона буквально пару шагов, уже приняв единственное верное для себя решение.

— Ты должен взять близнецов, мелких ящеров и лететь на Драконий камень! — крикнула она под шум бури бушующей снаружи. — Должен предупредить свою мать и папашу!..

Джейс резко обернулся, и замотал головой, отчего от его завившихся от влаги волос разлетелись брызги в разные стороны.

— Нет! — яростно рявкнул он, и, кажется, слишком сильно сжал тело мальчика, которого держал, отчего тот пискнул даже будучи погруженным в сон. — С ума сошла? Я тебя тут не оставлю!.. Никого из вас!

— Вермакс нас не донесет! — рявкнула она истину, которую пыталась до него донести уже не в первый раз. — Лететь в бурю уже опасно! Но у нас нет выбора! Либо нас всех запрут или вовсе казнят, либо хоть ты спасешься!

«И принесешь матери пару ценных заложников», — вновь не без цинизма подумала про себя Эйрея, хотя даже если и так, она все же почти была уверена, что кузина точно не допустит их смерти, когда сестра и племянник будут в ее замке.

Сама она тоже помирать не собиралась.

Эйрея все еще была намерена вытащить задницы сира Эррика и принцессы Хелейны из этой выгребной ямы. И была так же твердо настроена на то, чтобы получить Пламенную Мечту. В войне в каноне та не участвовала. Но хрен Зеленым, а не дополнительный козырь. Все так быстро менялось, что они вполне могли задействовать принцессу в битве, даже если она будет против. Опять же, даже тот факт, что такой большой зверь, каким должна была быть Пламенная Мечта, просто был на стороне Черных, уже поднял бы Рейниру в глазах лордов, которые еще не выбрали сторону.

Джейс вновь было открыл рот, чтобы продолжить спорить, но времени на это не было.

Она шагнула вперед и свободной рукой схватила его за шею. Эйрея почти не думала, а импровизировала, когда буквально заткнула ему рот поцелуем. Хотя это был даже не совсем поцелуй, а скорее прикосновение губ к губам, которые она хотела заткнуть. И спасти. Губам неожиданно горячим, несмотря на холодный ливень, который лил сверху и мягким, как она и думала тогда, в библиотеке, когда едва не поцеловала его в первый раз. Эйрея ощутила, как у Джейса перехватило дыхание, и сама с трудом игнорировала неуместную сейчас реакцию своего тела, которое вспыхнуло огнем, который пронесся по ней как шторм и сосредоточился там, где они соприкасались губами. У нее был большой соблазн углубить этот поцелуй, на миг забыв о том, что происходит вокруг. Но вес спящих детей в руках, буря и ворчащий дракон за спиной Джейса очень быстро ее отрезвили.

Она разорвала поцелуй первой.

Эйрея едва заметно ухмыльнулась, заметив, что глаза Джейса были прикрыты, длинные мокрые ресница отбросили тени на бледные щеки, и то, как он невольно подался вперед, когда она отошла. Это было очаровательно. И она искренне надеялась, что это не в последний раз, когда видит его в таком виде. Эйрея положила подушечки пальцев ему на губы, когда Джейс открыл глаза и покачала головой, ощущая, как он пытался открыть рот.

— Нам нужна Пламенная Мечта, — одними губами произнесла она, надеясь, что он поймет.

И Джейс понял.

Эйрея уловила тот момент, когда его взгляд сначала скользнул к ее губам, хотя и явно по иной причине, а потом метнулся ей за спину, видно, в сторону принцессы Хелейны, и вновь вернулся к ней. Видела, как в нем вспыхнула борьба: эгоистичного желания спасти ее и холодного разума мальчика… Нет, юноши, которого с детства воспитывали как верного наследника своей матери и как будущего короля после нее. Его лицо на миг дрогнуло в болезненной гримасе, а в глазах блеснули слезы, которые скрыл ливень. Но уже в следующий миг они стали непроницаемыми, а его спина и плечи решительно расправились, как будто он проглотил шомпол.

— Не умри, — так же одними губами произнес Джейс, умудрившись при этом выглядит одновременно смиренно, согласно с направленностью ее мыслей, неохотно и жалко-очаровательно.

А потом вдруг поудобнее перехватил спящего принца, освободив одну из рук, схватил ее за запястье и оставил горячий, как раскаленное железо, поцелуй на ладони руки, которую Эйрея прижимала к его губам. Теперь дыхание невольно сбилось у нее. И прежде чем она успела хоть что-то сказать, сама даже не зная что, он отвернулся и, схватив за ремни седла, начал ловко забираться на Вермакса, несмотря на ребенка на руках. Опять же, опыт. Джейс же катал братьев на своем драконе как «с», так и «без» разрешения матери. Как только он устроился, усадив перед собой спящего принца Джейхейриса, закрепив того ремнями, сунул в седельную сумку корону деда, которую нес на крючке для меча, оставленного в Красном замке, и посадил туда же извивающегося дракошика, Джейс протянул руки за маленькой принцессой. Все этот он проделал не смотря на нее, как будто боялся передумать.

Эйрея его понимала.

И уважала за то, что он понимал, что ее решение верное, чтобы ему ни говорило сердце и хотелки. Уважала, что Джейс все же выбрал действовать как принц-наследник и будущий король, а не полный гормонов мальчишка. Она передала ему принцессу, поднявшись на носочки так высоко, как могла, и дракончика девочки, который был помещен в другую седельную сумку, по другую сторону седла. Не самый лучший и безопасный способ перевозить дракошиков, которые туда едва помещались, но в такую бурю и Вермаксу, да и любому взрослому дракону, будет трудно лететь, что уж тот говорить о паре малявок, которых просто порывом ветра снесет.

Приказ к взлету потонул в новом раскате.

Эйрея успела отойти назад, но даже этого было недостаточно. Порыв ветра от крыльев едва не сбил ее с ног, но она удержалась. Ее взгляд безотрывно следил за взлетевшим в самое сердце бури драконом, на его всадника и их бесценную ношу. Она хотела бы сделать что-то больше, чем укрыть уже всех согревающими чарами, но когда в дело замешан дракон и ее колеблющаяся магия, все могло пойти на перекосяк. К тому же, ей надо было беречь силы. Еще нужно пилить через всю столицу и украсть дракона.

— Не сегодня, милаха, — едва слышно пробормотала Эйрея себе под нос, все еще не отводя взгляд от бушующего неба, где уже исчез Вермакс. — Ты умрешь не сегодня.

После чего медленно повернула голову в сторону королевского гвардейца и принцессы Хелейны, которая даже слова не сказала, когда ее детей отправили в бурю, к ее сестре, в глазах ее семьи являющаяся лишь врагом. Кузина все еще зажимала уши руками, ее платье промокло насквозь, а влажные волосы облепили мокрые щеки. Но ее глаза были широко раскрыты, и когда вновь засверкала молния, они отразились ее глазах подобно искрами.

Эйрея сжала кулаки и решительно подошла к ней.

— Я не могу пойти против них, — жалобно заскулила кузина еще до того, как она успела открыть рот, и замотала головой из стороны в сторону. — Я не могу!..

Стиснув зубы, Эйрея схватила принцессу за плечи, отчего та в миг вся окаменела. Ей не хотелось быть грубой с этой девушкой, которая была не более чем жертвой в том, что грядет. Но она не могла допустить, чтобы кузина передумала.

— Ты уже выбрала свой путь, когда пошла с нами! — крикнула она сквозь грохот небес. — Поздно отступать!

— Я выбрала, да… я… выбрала, — пробормотала принцесса Хелейна, на миг крепко зажмурив глаза, и медленно кивнула чему-то своему. — Я выбрала.

После чего распахнула глаза, медленно отняла руки от головы, как будто это стоило ей больших усилий, и дала им повиснуть вдоль тела безвольными плетями. Было темно, шел ливень, и только молнии освещали путь, но это не помешало Эйрее заметить, что зрачки кузины стали такими большими, что радужка почти исчезла, и ее взгляд был будто не в фокусе. Как будто она смотрела куда-то не в сторону, а другой мир, в иную плоскость, которую выдела только принцесса Хелейна и никто больше.

— Я выбрала, — вновь повторила принцесса, но уже каким-то более твердым, гулким, и даже чужеродным голосом, как будто кто-то другой говорил через нее.

И выскользнула из ее рук, как будто стала туманом, лишь мороком в этом хаосе природы, подобно призраку поплыла в сторону пристани. Эйрея проводила взглядом кузину, когда она прошла мимо, и поневоле переглянулась с сиром Эрриком, который на миг стал будто бы единственным живым здесь, кроме нее. Единственным реальным человеком из плоти и крови. Между ними проскользнуло некое понимание, и они молча двинулись за принцессой, преодолевая хлесткие порывы ветра и стараясь не увязнуть ногами во влажном песке. Им предстояло пробраться в город и как можно быстрее и незаметнее войти в Драконье логово. После чего наконец-то убраться отсюда и начать готовиться к тому, что грядет.