Фьюри нервничал – и было отчего. Сначала Роджерс купил ковры с символикой ГИДРы. Потом эти две толстовки, от чего у Ника задёргался глаз. Теперь выяснилось, что Роджерс отнюдь не светоч традиционных ценностей – раскопанные документы свидетельствовали, что в молодости тот работал на мафию. Увы и ах, за давностию лет…

А тут ещё вылезло, что Роджерс гей! И если это станет известно, будет скандал на всю Америку.

– Вот дерьмо! Кэтрин, и что делать-то?! Одной его ориентации хватит для скандала на всю страну. Так ещё и эта внезапная увлечённость символикой ГИДРы!

– Ничего. Просто пора активнее давить на Конгресс – закон этот сломал столько жизней и карьер… Надо запустить кампанию в прессе, ну, это ты лучше меня знаешь. Что до роджерсова увлечения символикой – так и пускай. Во-первых, это лишь символика. Вряд ли Стив помчится в ГИДРу – если допустить, что она до сих пор существует.

На этих словах Фьюри мороз продрал – он знал, что ГИДРа и сейчас существует. Знали в АНБ, ЦРУ и ФБР. И президент. Но знали лишь те, кому он доверял. Таких было не так уж и много

– Во-вторых, сейчас он не Капитан. А просто Стив Роджерс. Который имеет право носить любую символику, если она не запрещена. А ГИДРа не запрещена. Так что пускай. В-третьих, он имеет полное право на личную жизнь. Он свободный гражданин в свободной стране. Отстань от него, Ник.

– Я и не лезу. Просто будет шок для всех, если вернётся Капитан, а в ухе серёжка с ГИДРой…

– И? Он просто пошлёт всех. Стив и в прошлом-то не был святым. А уж в нашем времени…

– Вот что он не был святым, это точно! Тут нашлись личные дневники Джонса. Многие операции в отчётах были приглажены. Причём достаточно сильно.

– Ну и неудивительно. Там есть что-то против Стива? Такое… – Она пошевелила пальцами. – Такое.

– Ничего. Вот совсем ничего на Роджерса. Всё такое… чистенькое.

– Ну и плевать.

– Очень уж неожиданный выверт, — пожаловался Фьюри. — Как-то не ожидаешь от Капитана Америки такого.

Он вздохнул. Кэтрин была права – Стив свободный человек в свободной стране. За свободу которой он почти умер. Так что если он хочет, пусть доводит знающих историю до истерики. Алекс Пирс уже орал, когда они встречались, о том, что Стив Роджерс такое себе позволяет. Пришлось его успокаивать почти час.

– Иди, – махнул он Кэтрин и полез в бар – выпить хотелось зверски.

Когда наблюдатели, которых Пирс приставил к Роджерсу, сообщили ему, какие именно ковры он купил, с тем случилась форменная истерика – такого подарка от судьбы глава американского «щупальца» не ожидал.

Чтобы заклятый враг Организации настолько демонстративно купил два ковра с её символом?!

Да, в Штатах продавали вещи с символикой ГИДРы, и продавали неплохо, это было была частью скрытых изменений национального менталитета, но…

В идеально изолированном кабинете небольшого, исключительно для своих, ресторана он устроил истерику Фьюри.

– Как он мог! Ну как он мог! А если узнают?!

– Кто что мог, Алекс? – Фьюри нечасто случалось видеть Александра в таком раздрае.

– Как кто?! Роджерс! Который Капитан. Это ж такой урон репутации!

– Успокойся. – Ник плеснул Пирсу виски. – И расскажи, что он натворить успел?

– Ковёр он купил! Ковёр с ГИДРой! Ты понимаешь, что когда он вернётся, об этом узнают!

– Ну купил, и что? Подо… Что?! Ковёр с ГИДРой?! Ты уверен? – Фьюри демонстративно охренел. Точнее, сделал вид – незачем Александру знать про никову наружку. – Ты уверен?

– Да. За ним… приглядывают. Мне на стол легли фотографии. Как он мог?!

– Ну купил, ну не отнимать же и не возвращать в магазин? В отличие от символики нацизма, символика ГИДРы не запрещена. А Роджерс сейчас не Капитан. И если к нему сунуться с таким предложением, он просто спустит пришедших с лестницы.

– Но он же символ! Символ победы над фашизмом!

Пирс демонстративно и с удовольствием возмущался, что Стив Роджерс купил такие вещи. Но как глава Американского отделения Организации он орал и дрыгал ногами от радости, что Роджерс относится к ГИДРе хотя бы не откровенно враждебно.

– И? Он больше не на государственной службе. Демобилизован шестьдесят пять лет назад. По причине смерти. Стив Роджерс — гражданин США восемьдесят четвёртого года рождения. И имеет право на любое хобби, которое не нарушает законы страны. Успокойся. Мы всё равно не имеем права на вмешательство. Забыл?

«Надо будет подкинуть Роджерсу что-то ещё. Но так, что бы он не понял. Символизм — это хорошо, но надо серьёзную литературу подбросить. Такую, что бы он задумался. Или… О, да – серьёзную аналитическую программу на CNN, где будут разбирать и идеи Шмидта, и ГИДРы. Но исподволь. Ненавязчиво. – Пирс задумался, что ещё такое подкинуть Стиву, что если не перетянет его на сторону ГИДРы – вряд ли это будет возможно сходу, но чтобы он хотя бы понял и принял идею: человечеству нужен контроль. – Он любит читать. Значит, намекнуть ему на книги. И подвести к нему кого-то умного, но деликатного. Того, кто сможет в разговоре намёками и упоминаниями подвести его к нужным мыслям».

– Знаешь, Ник, – вслух заговорил Пирс. – Ты прав. Как политик я в ужасе от реакции общества на то, что Капитан позволяет себе такие покупки. Как гражданин США я признаю право каждого покупать то, что ему хочется, в рамках действующего законодательства. Символика этой организации не запрещена, хоть и не рекомендуется для государственных служащих. Но сейчас мы ничего сделать не можем, ибо Роджерс — свободный человек. – Он встал. – До встречи. Дел полно.

⏪ СЮДА ТУДА ⏩