Перед сном я снова провела разминку и попробовала сесть в самую простую асану йоги.

А вот хрен! Это тело было настолько деревянным, что ничего не вышло.

«Дерьмо. До момента, когда я часами смогу сидеть в асане, как от Земли до Луны пешим ходом со дна Байкала да на карачках, — я завернулась в одеяло, как в кокон. — Грейнджер вообще ни никогда не занималась спортом. Дура! Хорошо, что с позвоночником проблем нет. Пока. Лет пять на этом «курорте» — и позвоночник в труху».

Очередная ночь в этом леднике, очередной шаг на пути к в лучшем случае простуде. А от неё всего шаг до бронхита и пневмонии. Ну и к артриту, радикулиту, ревматическому артрозу и остальным болячкам. 

Про камни и песок в почках и желчном я вообще молчу.

Когда — если, я и выйду, то стану развалиной. Белла и остальные так лихо шуровали в Англии, и в Министерстве с Хогвартсом только за счёт того, что они чистокровные или сильные полукровки. Ну и за счёт того, что у них был алхимик. И я не про Снейпа говорю.

А вот я в пролёте. Какой там уровень у Грейнджер? Даже если допустить, что уровень магии у неё был максимально возможный для маглорожденной, то после этого курорта каким станет?

Дай бог если смогу применять заклинания пятого курса, а по факту, скорее всего, третьего.

Проворочавшись на тюфяке несколько часов, я кое-как уснула, что бы проснуться чуть раньше, чем явятся дементоры.

Когда я открыла глаза, всё тело ощущалось совершенно деревянным. Обложив ситуацию на великом и могучем, я занялась разминкой. 

После неё я аккуратно оторвала кусок от того балахона, что заменял мне одежду, и, намочив его, начала осторожно протирать тело. Увы, про то, чтобы вымыть голову, и речи не шло. Мокрая голова в условиях Азкабана — прямой путь на тот свет.

Так что придётся забыть. 

После ухода авроров я грустно сковырнула корку соли с «каши». Жрать это я физически не могла, но приходилось давиться.

Белла похмыкала, глядя на моё лицо.

— Ну, а как ты думала? Нормальной еды для тех, кто в этом коридоре, нет. Заплатить, чтобы получить хоть что-то сверху, невозможно. 

Ну вот, очередной фанонный штамп мимо. Как и то, что авроры не трогали заключённых — во всяком случае, даже Сириус о подобном не говорил. Никого из заключённых не пытали в Азкабане и не насиловали. И никого из коридора ещё не уводили. А нет. Я смотрела, как авроры увели Нотта.

— На допрос, — лениво ковыряя кашу, пожал плечами Люциус. — Может, и за тобой придут, Грейнджер.

— Меня уже… — допрос в аврорате я тоже «вспомнила», и у меня было немало вопросов к тем аврорам, — допрашивали.

Пожиратели переглянулись. А я мысленно выругалась. В моём прошлом я видела много чего — и разборки братков в лихие девяностые, и похищения, и пытки, и заказные убийства и разборки в Тольятти, и многое другое. И войну с боевиками Шамиля и не только — тоже.

На момент смерти — а я точно умерла, в этом я уверена, — я давно работала на МВД России и моталась по всему миру как спецпредставитель группы следователей, занимающейся расследованиям похищения людей. Сколько раз мне угрожали, пытались убить или купить, я сбилась со счёта. Ну, семьи не было, кошек я отдала подруге перед поездкой, так что они будут в любящей семье. 

— Ладно, — Белла покрутила носом, — Гилберт за то, что ты расскажешь что-то без него, тебя и без магии проклянёт. Так что дальше. По поводу Поттеров. Ну, во-первых, Карлус был из достаточно древнего рода, да и Дорея тоже, так что Джеймс с детства общался со всеми нами.

— И был вполне нормальным ребёнком, как и Сириус, — вздохнул Люциус, — а вот в школе всё изменилось.

— Да это началось ещё до школы, — выплюнул Родольфус. — Сириус всегда был упрямым и ему упёрлось идти на Гриффиндор, хотя все Блэки учились на Слизерине, реже на Равенкло. Ну и попал.

— А потом туда ж попал Джеймс Поттер. Проблема была в том, что и Джеймс, и Сириус —  упрямые бараны. Про, — это он аж выплюнул, — «Мародёров» слышала?

— Да, Сириус что-то рассказывал.

Ну и ворох фанфиков я тоже прочитала, да и фанатские теории тоже — каюсь, грешна. Сагу про Гарри Поттера в своё время я читала и в переводах, и в подлиннике.

— Рассказывал, — выплюнул Люциус. — Догадываюсь, что он мог рассказать.

— Тётушке Вальбурге и дядюшке Ориону приходилось неоднократно выплачивать пострадавшим виру. Да и родителям Джеймса тоже. Дорея Поттер не раз плакалась Друэлле, моей маме и Вальбурге, что он совсем от рук отбился. Они сдружились с Питером Петтигрю, тварь! Мерзкая, трусливая тварь! — взвыла Белла. — Будь он проклят! — Так же резко она успокоилась. — И с Люпином. 

А я памятью Гермионы вспомнила Люпина. Мерзкий, противный, слишком неприятный на вид тип, в течение года так и не сподобившийся приобрести хоть одну приличную вещь. Бравирующий нищетой профессор раздражал даже Гарри, которого с первого курса бесило сравнение с отцом. Кстати, на Джеймса он не был похож, точнее, похож, но не копия.

— Потом сначала Джеймс с грандиозным скандалом отказался стать наследником рода, заявив что все эти ритуалы — мерзкая чёрная магия, а традиции — пережитки прошлого. Дорея слегла от таких новостей, а уж когда Джеймс заявил, что в одностороннем порядке разорвал магическую помолвку с Виолеттой Эммелиной де ла Валетт-Эсканте, наследницей лорда Валетт-Эсканте, слёг и Карлус. 

— Магическая помолвка, Грейнджер, — хмыкнула Алекто, — она именно что нерушима. Бывают случаи, когда её расторгают, но только если речь идёт об обоюдном согласии. Там очень много нюансов, но чем ближе день свадьбы, тем сильнее откат. Джеймс разорвал помолвку за три месяца до свадьбы. Виолетта была моложе его на пять лет и откат ударил по Карлусу и Дорее.

— На пять лет? Но ведь Джеймсу было семнадцать… а ей, значит, двенадцать?

— И что? — удивилась Алекто. — В магическом мире приняты ранние помолвки. Ещё в начале двадцатого века в школу приезжали женатые пары. Ну, не на первый курс, но уже со второго точно. А в прошлом веке тебя бы окрутили пусть не на первом, так на втором курсе. За наследника посватали бы вряд ли, а вот за второго или третьего сына — да. 

— Да и за наследника, если магическая совместимость хорошая, — поправил её брат. — Джеймс, разорвав помолвку, подставил семью. Так что его существенно ограничили в правах.

— Поттерам пришлось выплатить большую компенсацию семье невесты, причём не столько в золоте, сколько в магии и артефактах, — вздохнул Люциус, — Родовых артефактах. А потом Джеймс и Сириус добили семьи тем, что вступили в «Орден Феникса».

— И ладно бы вступили! — взвыл Родольфус. — Так они чуть ли не вассальную клятву принесли Альбусу! Их родители закономерно пришли в ужас. И тут Джеймс женился на этой его Эванс. Правда, простецким браком, но сам факт! И родители Джеймса поступили жестоко — они полностью изгнали Джеймса из рода.

— Но ведь Гарри получил наследство? — удивилась я. 

Да, тут Гарри умудрился вступить в наследство.

— Дело в том, что, — Алекто завозилась в камере, — когда родители Джеймса умерли, он прилюдно отрёкся от того, чтобы принять наследство. Домен закрылся вместе с родовыми артефактами, кольцом главы рода и кодексом. Так что Гарри Поттер — Поттер лишь по фамилии. По фамилии, а не по магии. Деньги и артефакты в сейфах ему были доступны. Правда, сколько там осталось? — Она хмыкнула. 

— На предпоследнем свидании Драко сказал, что Поттер сделал предложение этой… — Люциус скривился, словно наступил в дерьмо, — …Уизли, так что на магии рода Поттер окончательно можно ставить крест. Клеймо будет что у самого Поттера, что у его потомков.

⏪ СЮДА ТУДА ⏩