«У каждой проблемы есть своя дверь. И если она не открывается - значит, у тебя недостаточно большая кувалда». Сарай

1

«Ну что, бандерлоги, Каа пришёл!»

Секундная темнота сменилась плавным проявлением мира. Он материализовался из ниоткуда за несколько секунд, будто кто-то неспешно прибавлял свет. И вместе со светом пришёл холод - физическое ощущение, от которого тут же заломило в висках и захотелось втянуть голову в плечи. Так, бывало, на полигоне, когда ноябрьским утром вылезаешь из тёплой кабины. Системы «Кокона» справлялись с атмосферным реализмом на все сто.

Ледяной ветер порывами гулял вокруг, занося одинокие снежинки, и Сарай почувствовал, как по спине пробегает знакомая колючая дрожь. Застыл в разгромленной комнате, с первого взгляда оценивая обстановку. Обои висели лентами, местами болтаясь; их первоначальный цвет определить было уже невозможно. На заляпанном потёками потолке свисал пучок проводов вместо люстры, с каким-то пыльным лоскутом внизу. Он дёргался под порывами - нерв умирающего мирка.

У стены приткнулась металлическая кровать, и на неё уронили шкаф. Верхней частью он лёг на изголовье, перегородив комнату. Дверь была открыта. Одна оконная рама сохранила крайне замызганное стекло, а во второй - его не было. Вид из окна и вся обстановка ясно давали понять: курорт отменяется. Через окно видны верхушки кустов, покрытые снегом; ровное пространство за ними - наверное, тротуар. Здание напротив глухим заслоном вставало на пути. Вот только красные опоры козырька были единственной фальшивой нотой, кричащей о своей нестандартности.

2

Сарай прислушался. Ветер приносил звуки. Кто-то разговаривал недалеко. Присел на всякий случай, чтобы он не был виден в окне.

Подкрался к окну. Аккуратно, одним глазом, медленно, не привлекая внимания резкими движениями, выглянул. Четыре человека тихо общались под козырьком подъезда. Троих почти не видно из-за кустов. Последний идеально просматривался, хоть пуговицы пересчитывай. Телосложение среднее, рост средний, одет по-зимнему: ботинки, штаны из толстой плотной ткани, длинная куртка с капюшоном, на голове вязаная шапка, натянутая ниже бровей. На куртке с правой стороны сильно топорщится карман, там что-то достаточно тяжёлое. Жаль, остальных плохо видно — только головы над кустами да плечи. «Плечи узкие. Качков среди них нет».

И снова две красные трубы - опоры навеса попали в поле зрения. «Что-то не так. Проверить».

Пока Сарай старался стать незаметнее, сдвинувшись в сторону, ветер перестал завывать и стали слышны слова: «Охренели! Вы что, полагали, что мы, мля, на прогулку пошли?! Нам нужно два комплекта, а есть только один, мля! И тот не сдох бы, мля. Мы тут, пока не возьмём ещё двоих, мля, и если кто-то из вас базар потянет за «не подписывался», то сам, мля, суповым набором пойдёт...»

«Один комплект есть... надо два... суповой набор… Ну явно не повара ведь!»

Задумался. Восстановил перед мысленным взором картину двора. Два ярких пятна опор козырька на бело-сером фоне. Краска устойчивая, но внизу оттенок был другим, пятнами пошла. Ржавчина. В одном месте, прямо около бетонного пола, дырка, и не одна... Вспомнил рыжие потёки там, где плита врастала в стену. Бетон в основании был похож на старый сахар — пористый, крошащийся. Мозг озарился: будто лампочку включили.

«Опоры гнилые. Бетон тоже разрушается. Значит, пошумим».

Сарай аккуратно двинулся из комнаты - слон на цыпочках, но ловкость рулит.

«Консоль... Метра три вылет. Держится на честном слове и ржавой арматуре. Основание уже не держит, а работает на разрыв. Как верёвка с надрезом».

3

Приоткрыв дверь, ведущую из коридора в подъезд, вышел на лестничную клетку. Дверь подъезда закрыта. Нужно быстрее вверх.

«Требуется рычаг. Три метра плечо. Вес - в усилие. Удар создаст на излом... (отбросил потери) раз в пять больше. Сорок кило с девяти метров - как два центнера, дёрнувшие за надрезанный канат. Хватит. С лихвой. Будем делать пресс, как в Голливуде, но круче, это ж мой пресс». Быстро поднимался наверх: окно между вторым и третьим этажами в подъезде без рамы, её просто не было. Окно низко. Уровень колен, чтоб смотреть - нагибаться надо.

На третьем этаже он вошёл в первую же распахнутую дверь - ничего подходящего. Батарея чугунная у окна, но её ещё отламывать надо, тихо не выйдет. Вторая дверь - то же самое. А вот за третьей, кроме хлама, была оторванная шестисекционная батарея, как в первой комнате, только лежала она на полу.

«Специально подложили? Молодцы! Если всё пройдёт как надо, то и я - молодец. Чугун. Шесть секций... Вес - килограмм шестьдесят. Высота - метров девять. Меньше, кидать придётся из окна на лестничном пролёте... Метров семь с половиной. Хватит, чтобы из «бандерлогов» котлету сформировать».

Сарай присел, схватил батарею, вспомнив прапорщика: «Поднимай ногами, а не спиной, мутант! Мозг включать надо, хоть иногда!». Мощным движением бёдер он выпрямился, подав таз вперёд и превратив своё тело в единый упор. Поясницу зафиксировал автоматически - сработала мышечная память. Шестьдесят кило чугуна давили на него, но приняла вся конструкция - кости да мускулы, собранные в тугую пружину. Сарай тащил ношу. «Чёртов Кокон, - промелькнуло в голове, - чувствуется каждый грамм». Он заковылял вперёд, не горбясь, а неся свой груз как часть себя, короткими частыми шажками сначала к лестнице, а потом к небольшому окну между вторым и третьим этажами. С усилием оттолкнул от себя тяжесть, стараясь придать ускорение в полёте, чтобы до края козырька дотянула...

«Ну, ловите молот на наковальню».

Батарея перевернулась в воздухе чёрным силуэтом и всей своей массой упала в дальний край бетонного козырька. Не идеальное попадание, но...

Раздался оглушительный, сухой хруст - звук, похожий на ломающуюся кость гиганта. Трещина в основании плиты мгновенно разверзлась, и вся серая махина, лишившись опоры, рухнула вниз единым монолитом, с грохотом разбившись о землю. Снежная пыль взметнулась столбом. Матерное слово вылетело из-под падающего козырька. Ветер как будто специально застыл на мгновение, чтобы дать возможность Сараю улыбнуться.

«Нет, всё-таки курорт. Под меня строили. Одобряю».

4

Сарай, тяжело дыша, сел на холодный пол. Задницу тут же пробрало...

«Интересно, а жопу с причиндалами я тут себе не отморожу, вроде, пока ещё нужны?»

Проверять не стал. Поднимаясь, он сделал странное, скользящее движение одной ногой, будто подтягивая её, и на мгновение его лицо исказилось. Глубоко вдохнул, выпрямился и двинул по лестнице вниз, стараясь не хромать...

«А вдруг там зомби уже шаркают? - взглянул на ладони, сжал внушительные кулаки. - Тады бокс. Что ещё остаётся уставшему человеку? Только в рукопашную…»

На первом этаже сразу свернул в коридор, прошёл в первую комнату. Похожая на ту, где он появился. Куча хлама, разбитая мебель, обои парусами и грязь. Ничего примечательного, кроме холода. Он тут был везде - натуральный, пробирающий до дрожи, до рефлекторного сокращения мышц. Если проблема станет критичной, «Кокон» выведет его из мира, но не хотелось бы - нужно правильно закончить сессию.

«Главное - разобраться с жмурами. Хотя... Не обязательно все под могильную плиточку вошли. Тот, что у стены, мог и выжить».

Подошёл к окну, выглянул. Вовремя. Один из предполагавшихся трупов выползал из завала, потряхивая головой. Выглядел так, будто на автопилоте. Глаза не фокусируются. На голове кровь, не так чтобы обильно, но есть.

«Дед говорил: недобитый враг - организатор взвода проблем. А дед с сорок первого по пятьдесят пятый - то с нацистами, то с японцами, то с бендеровцами, то с тёщей...».

5

Рывком - в окно. Охнул, приземляясь на левую ногу. Проваливаясь в снег, немного приволакивая правую, настиг выжившего. Тот, с остекленевшим взглядом, даже не понял, что происходит, пока Сарай не рухнул на него сверху, придавив лицом вниз. Мгновенно завёл сгиб правой руки под шею, захватом «собачий ошейник», и рванул на себя, перекрывая дыхание. Левой вцепился в волосы, фиксируя голову, не давая вывернуться. Коленями вдавил плечи в землю, завершив обездвиживание.

Под ним затрепыхалось тело, издавая хриплые, захлебывающиеся звуки.

- Спокойно, Маша, я Дубровский, - сипло бросил Сарай, чувствуя, как под ним бьётся чужая агония. - Всё уже. Теперь соображай. Прикинь шансы. - И Сарай поддавил, говоря прямо в ухо. Голос его был спокоен и равнодушен. - Будешь отвечать. Честно. Коротко. Быстро. - Бандит дёрнулся, Сарай придавил сильнее. Раздался хруст. - Ещё раз и останешься тут парализованный. - Сарай чуть ослабил. - Долго не проживёшь, но и быстро не сдохнешь - с зверюшками познакомишься. Отвечать, по существу, и коротко. Ещё кто с вами?

- Тут никого. - Голос еле слышно, но ответил моментально.

- Зачем тут?

- Заказ на органы. Охотимся.

- Кому нужны?

- Не все через реконструктор могут. Многим нужны.

- Одного взяли. Где он?

- На втором этаже, комната. Справа. В ней.

- Если тебя на органы пустить, сколько выйдет?

Молчание. Сарай немного напрягся. Опять хруст.

- По состоянию... Моё не очень.

- «Тут никого», а где кого?

- Тебе не поможет.

«Он что там, улыбнулся? Охренел? Со мной всё в порядке, хватка старая, непись неадекватный».

- Ответ не принят. - Движение, будто собрался заканчивать.

- Не знаю где, - скороговоркой. - Они на месте не сидят. Главный знал. Я первый раз подрядился. Жрать нечего...

Отпустил волосы на пару секунд, короткий удар в шею, не сильно, но в нужное место. Больно, но не смертельно.

- Не интересно. Куда должны были увести людей?

Тишина. Сдавил.

- Послезавтра ждут. За общагой лес, если не вдоль трассы идти, а вдоль железки, она в него углубляется, через несколько километров хутор. Там в крайнем доме, забор штакетником, покрашен зелёным.

- Комната закрыта?

- Какая?

- Где пленный сидит.

- Нет. Там наручниками прикован мужик, а от них ключ под козырьком теперь.

- Принято. - Сарай резко сменил хват, переместив вес.

Раздался тот самый, окончательный хруст.

«Реализм - на пятерку. Ощущения - поганые. Нахер их. Теперь быстрый лут. Потом за мужиком сходить надо. И валить».

Осмотрел тело перед собой.

«Шапка пыльная, но и мы не из привередливых». Куртка зимняя, к чертям изодранная. Зато в кармане пистолет Макарова и запасной магазин.

«О! Считай, что Новый Год!»

Утеплённый комбинезон, на удивление целый, хоть и запылённый до полного бесцветия. Зимние ботинки - сразу себе. Свитер, грубой вязки с высоким горлом. Тоже пойдёт. Повозился, снимая ботинками и комбинезоном.

«Всё в кучу, кучу в руки, руки и тело в раздевалку! Башку не забыть!»

«Всё равно странный шлимазл. В этом мире мог бы и с чем-то посерьёзней ходить».

6

Вернулся к подъезду и несколько озадачился.

«Ну что, умник, доволен работой? - Теперь точно про остальной лут забудь. - Чего это? Можно ручками поработать! - Башкой поработай. Идиот! Часы труда и как итог: хлам или второй Макаров? - В принципе да. Вот, значит не идиот».

Осмотрел дверь. Её не сильно придавило, можно чуть дёрнуть и войти, щели хватит для проникновения.

На лестничной площадке быстро переоделся. Заминка вышла только в момент, когда штаны снял. Всматривался в правую ногу, даже подвигал ей немного. Удовлетворённо цокнул и закончил переодевание. Из старого оставил куртку, но свитер и комбинезон уже значительно правили ситуацию.

Пошёл прихрамывая наверх. На втором этаже увидел прикрытую дверь в конце коридора.

Зашёл и его ударил в нос тяжёлый металлический дух - пахло медью, старой опасностью и немного бензином.

«Темнота друг молодёжи - в темноте не видно рожи…»

Свет из коридора выхватывал лишь полосу у его ног, впереди - густая, почти осязаемая чернота. В этой общаге окна всегда напротив дверей, он пошёл вперёд, короткими шагами, вскидывая ноги выше обычного, чтобы не споткнуться о невидимый хлам. Через несколько метров рука наткнулась на холст грубой ткани. Сорвал её. Стол, стулья, шкаф, поломанная бездымная печь в углу и прикованный к трубе мужик без сознания. Он явно дышал. С головы капала кровь. Ему отрезали ухо и оставили рану как есть.

Сарай присел рядом, грубо встряхнул его за плечо. Тот беззвучно застонал. Сарай вдруг почувствовал, как у него самого где-то под рёбрами холодной иглой кольнуло - знакомый, давно забытый сигнал.

«Чё за...» - мысль оборвалась, не находя объяснения. Четверых положил - и хоть бы хны. А этот один, беспомощный, резанул по живому.

Прозвучал хриплый выдох. Пальцами раздвинул веки - зрачки плавали, в сознание мужик не возвращался. Контузия, потеря крови, а может, и то и другое. Шансов привести его в чувство на месте - нулевые.

«М-да... Не медик я. Так, мелкооптовый поставщик для патологоанатома… и то в прошлом».

Прошёл к шкафу. На полках оказалось две банки консервов, бутылка - по виду с водой, и рюкзак, а в нём импровизированная аптечка с обеззараживающей жидкостью, бинтом и упаковкой каких-то таблеток с незнакомым названием. На всякий случай ощупал руками по тёмным углам, но ничего больше не нашлось. Собрал рюкзак. Пока бросил на пол. Бинт оставил в руке.

«Эх, таки не дача генеральская, там бы пошарить».

Вернулся к бедолаге. Обработал рану, туго замотал голову бинтом. Тело мужика дёрнулось в судороге, из горла вырвался хриплый животный стон.

- Ну вот, дёргается. Значит, не труп пока... Главное, чтоб не агония. - проворчал Сарай.

7

Взгляд уперся в наручники. Стальные, но не самые новые, с уже подработанным механизмом. Они были пристёгнуты дужкой к трубе, но металлический хомут, вмонтированный в стену, не давал им спуститься вниз, задирая руку пленного. Ещё бы пять сантиметров выше, и мужик просто висел бы на своей руке.

Сарай осмотрелся. Судя по всему, тут временная база. Снесли со всей общаги уцелевшую мебель: два стула, стол и шкаф. Сарай внимательно посмотрел на стулья - разные. Один сразу видно, хлипковат, а второй покрепче, ножки толстые, монументальные. Отломал одну не без усилий. Вставил её в щель между дужкой наручников и трубой, сверху вниз. Упёр нижний край в стену. Развернулся и, навалившись на свободный конец ножки всем весом тела, плавно начал давить.

Расчёт был прост: либо сломается замок наручников, либо погнётся дужка. Но слабая ржавая труба не выдержала точечного давления. Раздался сухой, короткий хруст - и труба лопнула прямо над хомутом. А ножка, потеряв опору, опустилась на голову Сарая...

«Ёпта! Думал гений, а оказался в «Невезучих», Пьер Ришар, блин».

Теперь наручники можно было снять с огрызка трубы, немного приподняв мужика.

- Ну или так, получилось и слава Богу, - флегматично заключил Сарай, глядя на результат и потирая правую часть головы, по которой скользнула ножка. Ощущения не то, чтобы болезненные, но неприятные. Система предупредила.

Мужик, больше не прикованный, бессильно осел на пол.

«Головой не стукнулся, болезный? А то в твоём состоянии чревато».

Для себя Сарай решил - надо эвакуировать. Не зря он тут болтается весь такой безухий и бессознательный. Да и кто его знает, что за информация в нём сидит. Вдруг окажется полезным.

- Ладно, - хрипло пробурчал он, вставая. - Прокачу.

Он вышел в коридор. Осмотрелся. Взгляд упёрся в открытую дверь. Можно, конечно, и на горбу, но по снегу тащить проще будет, чем нести. Прикоснулся к ноге выше колена, поморщился. Снял дверь с петель, прислонил на время к стенке.

Поднял с пола сорванную с окна ткань. Присмотрелся: сойдёт. В углу нашёл открытую пустую консервную банку и с её помощью наделал лоскутов из ткани. Острыми краями банки надрезал, а потом разрывал на полосы.

С помощью мата и ножки от стула пробил несколько дыр в полотне двери. «Теперь спустить дверь вниз, а затем мужика». Посмотрел на тело, прикинул, идея стала казаться не столь хорошей. Но другие варианты в голову не лезли. Ладно, бег с утяжелением по пересечённой местности, сильнее буду. С дверью вышло всё просто. С мужиком посложнее, но выволок и привязал его к дверям. Примерился.

«Эвакуатор экстренный, модель - Не Скорая Помощь».

Сарай уже было собрался впрягаться в упряжь, когда из-за угла противоположной общаги выскользнула лиса. Призрачной тенью через двор, исчезла в кустах у забора, мелькнув отдающей рыжим спиной.

Взял в руки импровизированную упряжь, накинул лямки на плечо, двинул с места. Бурлак, блин, без Волги.

- Погнали, аноним. Терпи. Надеюсь, ты не говнюк... А то я им стану, и поедешь ты на этой двери обратно - своим ходом.

8

Сарай тащил дверь с привязанным к ней мужиком, оставляя за собой характерный след на снежной целине.

Тара-тата, Татата, Таратата-татата,

ТарарарарараРА, Таратата-тараРА… (надо наконец-то выучить слова)

Районы, кварталы, жилые массивы,

Я ухожу, ухожу красиво!

«Вот если сейчас за спиной рванёт - будет полный антураж. Пахнет утро напалмом».

- Мужик, ты там держись. До блокпоста дотопаем, там у тебя наверняка и лекарство есть. На сорок градусов. Но то, что из-за тебя я ни хрена не проверил, не нашёл заныканый РПГ, а может, Абакан... Точно! Именно их я из-за тебя и не нашел! Я тебе припомню. Будешь должен. И РПГ, и Абакан... И Уазик. Да. У тебя наверняка есть... Два.

9

Сарай тащил ношу. Боль в ноге нарастала, заявляла о себе всё яснее...

Добрался до угла забора, вышел на широкую дорогу. Стал виден метрах в ста блокпост…

- Стоять.

«Из-за спины… Метров пять. Раз на виду блокпоста, то не враги…»

- Кто на носилках?

- В общаге был прикован наручниками к трубе. Спросить его не мог, без сознания.

«Молодцы, а маскировка неплоха».

Раздался тихий голос, что сказал, непонятно.

«По рации говорит, наверняка».

- Аккуратно сними лямки. Опусти носилки.

Сарай медленно с явным облегчением выполнил приказ.

- Кто нападал?

- Четверо охотников за органами. Обнулились. Козырёк подъезда на них упал.

- Сам упал?

- Нет. Я помог немного. Ремонтировать не буду. Уж прости, не строитель. Только ломатель.

Со стороны блокпоста выдвинулись ещё двое бойцов. С носилками.

- Надо будет - отремонтируешь. Сколько времени тут?

- Минут двадцать пять.

- Тебя до «анализатора» проводят. После пообщаешься с особистом. Любое лишнее движение и обнулишься уже ты.

- Учёл. Принял. Готов.

- Рюкзак сними, поставь рядом. Куртку расстегни. Возьми обе полы и медленно подними руки вверх - покажи подкладку. Потом вокруг оси на триста шестьдесят.

После досмотра рядом появился боец в странном, но эффективном камуфляже. Кивнул головой, предлагая следовать за ним. Сарай подчинился.

Двое с блокпоста ещё не добежали, а раненого уже отвязали от двери. Что-то у него проверили. Что-то вкололи в шею.

Краем зрения, уже уходя, Сарай увидел, как трое бойцов зашли за угол, прикрывая друг друга и грамотно распределив сектора контроля. Они пошли проверять общагу…

Через пять минут Сарай уже стоял в подвале.

«Подвал как у Алисы Селезнёвой. Та же обманка. Жаль, машины времени нет... Мне бы в Алеппо на денёк, кое-что подправить».

Дверь отъехала, и Сарай вошёл в маленькую комнату с анализатором. Не узнать его было невозможно, во всех рекламах был как средство от забвения.

- Ну, - обращаясь к аппарату, заговорил он. - Отжигай, где там, твой микрочип с радиусом действия в 10 км? Видать, чтоб суетливые геймеры далеко не разбегались? Хороший ход. Мне у вас понравилось. Я ненадолго отойду. А вы пока подготовьте что-то посерьёзнее. А то я бульдозер на остановку ещё не ронял. Никогда… Исправим?

Он снял шлем. Где-то в области поясницы мягко щёлкнуло, и тело стало полностью его - манипулятор «Стрекоза» отсоединился.

Вышел из «Кокона». Отметил, Алекс уже в «Берлоге». Посмотрел на монитор. Сначала строчки просто прыгали перед глазами, от напряжения не желая складываться в данные, поддающиеся осмыслению. Сарай проморгался, встряхнул головой и смог собрать единую картинку.

Далее - СТОД. Сарай