Они видели, как уверенно поднимались империи и так же разрушались от собственной тяжести. Видели, как целые галактики меняли свой узор, словно кто-то лениво перелистывает страницы космической книги. И среди всего этого потока перемен оставалось нечто постоянное.

Любовь между ними не похожа на обещания, что произносятся вслух – это связь, когда две бесконечности узнают друг друга без имен и форм. В мгновения, когда расстояния разделяли между ними целые эпохи, когда привычные им названия исчезали, сменяясь новыми, когда стирались города, имена, языки и сами способы помнить – связь не ослабевает.

И даже распад миров так же естественен, как смена созвездий: то, что для одних кажется концом света, для них оказывается лишь мгновением на фоне собственной жизни. Они знают, что останутся вместе до самого конца, когда Вселенная начнёт сворачивать свои огни, и даже Стражи, исчерпав последнюю меру света, не исчезнут в одиночку, а растворятся в едином, возвращаясь к общей сущности, как завершение давно начатой и, наконец, замкнувшейся линии.