Когда Джинни распахнул глаза, то первое, что увидел — маленький носик, усыпанный веснушками, длинные мягкие ресницы и чуть приоткрытые, сильно искусанные вчерашним вечером губы. Переборов желание прикоснуться к ним хотя бы на мгновение, Джинни тяжко выдохнул и облизал свои, прогнав наваждение. Феликс лежал с краю дивана, головой удобно устроившись на
его плече и мирно сопел. Невольно Хван улыбнулся. Всё его тело затекло и
местами ломило. Ведь в такой неудобной позе, прижатый к спинке дивана и руку
предоставив в качестве подушки для Ликса, он провёл большую часть ночи. Но
блять! Как на душе-то хорошо от подобного пробуждения! Джинни подумал о том, что хотел бы, чтобы отныне и впредь каждое его утро выглядело так и никак
иначе. И для достижения этой цели он должен очень хорошо постараться. А сейчас, очень аккуратно, дабы не разбудить Ликса, Хван свободной рукой тянется к подлокотнику и нащупывает там смартфон. Смотрит на время.

Он проспал. Две лекции. Что удивительно никто из друзей ему не писал и не звонил. Предположительно отнеслись с пониманием и решили не
тревожить. Ну или же сами не пришли.

— Ликси, — шёпотом зовёт Джинни и мягко касается рукой щеки парня. — Тебе к какой паре идти?

Феликс недовольно морщится. Он услышал, что его позвали, услышал и суть вопроса, но просыпаться явно не сильно-то жаждал.

— К первой, — бубнит он недовольно.

— Тогда прими мои поздравления. Мы их прогуляли.

— Ну и пофиг! — буркает Ликс, намереваясь и дальше провалиться в сон. Хван слабо хохотнул.

— Но нам обязательно надо сходить в универ, — напоминает он Ббоки.

— Нафига?

— Для разговора с Ким Сынмином.

Это имя врывается в сладкий сон Феликса с ноги, сразу же напомнив о событиях вчерашнего вечера.

— Блять! — сонно чертыхается Ликс. Он приоткрывает глаза, трёт их кулачком, чтобы согнать остатки сна, широко зевает и раздражённо убирает со лба налипшие за ночь пряди светлых волос.

Хван снова начинает улыбаться. Вечность бы на этого милашку смотрел, ей богу! Он такой забавный, немного помятый, сонный, с красным следом
на щеке с той стороны, на которой лежал. Хван снова борется с желанием
приблизится и поцеловать. Их лица разделяют такие жалкие сантиметры! Чуть
наклониться и он почувствует, какие на вкус эти губы. Это желание берёт своё
начало из глубины его влюблённого сердца и распространяется вместе с кровью по венам с поразительной скоростью. Благо мозг проснулся и работает на все сто. Чтобы немного успокоиться и не шокировать парня внезапным стояком, Хван прикрывает веки и делает один большой вдох и выдох. Сгоняет от себя наваждение и, вроде бы, его отпускает. Однако же оставаться в постели с объектом вожделения означало спровоцировать новый приступ. Поэтому Джинни предлагает:

— Давай пойдём к четвёртой паре? Я написал Минхо, и он сказал, что третье занятие у них отменили, а значит и Сынмин в универ придёт вряд ли. Так что и нам смысла идти туда нет. Так что если хочешь, можешь поспать, а я пойду и быстро что-нибудь нам приготовлю?

— Звучит хорошо, — расслабленно бубнит Ликс и прикрывает веки, намереваясь снова провалиться в сон.

— Только мне бы встать для этого, — хохотнул Хван.

— Так вставай. Не держу же.

— Вообще-то держишь. Ты на моей руке лежишь.

Глаза Ликса мигом распахиваются и жалкие остатки сна снимает как рукой. Лицо Хёнджина так близко!

— Ой! — восклицает он и дёргается назад. Джинни успевает перехватить его за плечо и потянуть на себя, прежде чем неосторожный Ббоки оказался бы на полу.

— Можно просто выпустить меня и совсем не обязательно при
этом калечиться, — мягко говорит брюнет, улыбвнувшись.

Лицо Ббоки вспыхивает. Их лица находились слишком близко. Он видел каждую ресничку, каждую морщинку на лице Джинни и каждую трещинку на его
губах. И для влюблённого сердечка Ёнбока это явный перебор.

— Я тоже встану, — лепечет Ликс, отведя в сторону взгляд и чуть отодвинувшись назад. Почему вчера его ничего не волновало, когда он самолично и нагло прыгнул в кровать к Хвану он не знал. Но последствия своего
импульсивного поступка придётся разгребать сейчас.

— Уверен? — уточняет Джинни и, вытащив руку из-под Ёнбока, приподнимается сам. — Ты можешь ещё часик спокойно поспать.

— Уверен. Спать не хочу больше, — отвечает ему Ббоки. Заснуть снова он вряд ли сможет. Его сердце словило жёсткий приступ тахикардии и колотилось сумасшедше быстро. В таком состоянии люди марафоны пробегают, а не
спят. Спустив ноги на пол, Ликс принимает сидячее положение и спешно пытается пригладить растрёпанные волосы и сбившуюся за ночь одежду. Страшный сон любого влюблённого — проснуться рядом с крашем и показаться перед ним таким. Помятым, неидеальным, опухшим и заспанным. Но Ликс и страшные сны — это слова синонимы. Они всегда идут рядом. Так что,
вот пожалуйста. Получите, распишитесь.

«Хотя, чего я парюсь вообще? — думает про себя обидчиво Ббоки. — Будто у меня были какие-то шансы. У Джинни уже есть тот, кто ему нравится. Мне так и так ничего не светило!»

Мельком Ббоки смотрит на поднимающегося с дивана Хвана. Он спал в тех же условиях, на таком же неудобном ложе, в таком же неудобном положении. Однако же… Всё равно выглядел, как бог какой-то! Ангел неземной
красоты, по ошибке свалившийся на землю! Его ничего не портило. Ни заспанный вид, ни растрёпанные волосы.

«Несправедливо блин!» — стонет про себя Ликс.

Джинни же вообще ни о чём не думал. Его утро началось слишком прекрасно, чтобы о чём-то там думать или волноваться. Он зевнул, потянулся, немного размялся. Подошёл к зеркалу, глянул на себя, пальцами пригладил растрепавшиеся волосы и решил, что, как всегда, идеален. Ему только
зубы почистить, умыться, волосы уложить чуть аккуратней и вообще конфетка!

Феликс поднялся вслед за ним. Тоже мельком глянул в отражение. Внутренне скукожится от увиденного. Все его страхи относительно своей внешности претворились в жизнь! И это же ужас какой-то! Поэтому не раздумывая, Ликс побежал на опережение Хёнджину в ванную. Хван уже за ручку
схватился, как Ли внезапно выскочил перед ним и даже не извинившись,
проскользнул в помещение первым, захлопнув за собой дверь. Джинни не
расстроился. Улыбнулся, пожал плечами и сменил маршрут, взяв направление на кухню.

***

— Может за кофе зайдём? — предложил Хёнджин, пока они шагали
в университет.

— Мы же поели.

— Так я не кушать тебя зову, а кофе выпить, — улыбается Хван и затем, не дожидаясь согласия, хватает парня за руку и тащит в кофейню.

Внутри столпотворение из студентов и работяг, вышедших на обед. Все очень жаждут бодрящего кофеина или чего-нибудь сладкого для настроения. Это только у Ббоки с Хваном день начался, а остальные уже успели позаниматься на лекциях или поработать полдня. Парни лавируют между толпой и
добираются к терминалу самообслуживания. Джинни тыкает себе привычный и любимый айс-американо и вопросительно смотрит на Феликса, мол, что будешь пить? Ббоки вздыхает. Он и так прилично потратился на обед в торговом центре (о том, что денежка была возвращена в его хранилище Хваном, он был не в курсе), и выложить ещё одну кругленькую сумму за напиток — означало загнать себя в безвыходное финансовое положение, которое рано или поздно наступит, если он продолжит так тратить деньги направо и налево.

Будто услышав его мысли, Хван говорит:

— Я угощаю.

Ликс сразу начинает злиться и хмуро смотрит на Джинни.

— Я сказал, что угощаю, а не переписываю на себя всё твоё
имущество, — шутит Хван.

— Ты не устал? — возмущается Ликс.

— От чего? — удивляется Хёнджин.

— Тратиться! Я твоя девушка что ли?

— Нет. Парень, — совершенно серьёзно отвечает Джинни, не дрогнув ни единым мускулом на лице.

— Что?

— Что?

— …

— …

Наступает молчание. Очень долгое молчание. Пока Джинни не прерывает его первым, разразившись громким смехом. Затем он треплет по светлой
макушке, тыкает в терминале самообслуживания на сладкий напиток со вкусом
персика, расплачивается за оба и идёт в место ожидания заказов. Зачем-то по
пути отвесив Феликсу хлопка по заднице. Ликс с покрасневшими щеками и в немом шоке остаётся на некоторое время около терминала, пока его оттуда не выгоняет, желающая сделать заказ парочка.

И что это было, мать вашу? И почему Хван так ответил? Потому что Ликс физически не девушка? Что на самом деле логично, но вся соль крылась в
том, что Ббоки в своём вопросе применил местоимение «твоя». И из-за этого ответ Хвана звучал слишком двусмысленно. Так что он имел в виду, когда сказал, что Ликс не его девушка, а парень? Просто пол или… После фразы он ещё и засмеялся! Слишком сильно засмеялся. Тогда получается, что это просто дурацкая шутка?

«И что у него за новая привычка хлопать по заднице?!»

Как бы ни старался, мысли по полочкам уложить не получалось.
Ликс хмурится сильнее и подходит к Джинни в зону ожидания заказа. Складывает руки на груди и хмуро уставляется на парня. Сначала он думает не обращать внимания на их странный диалог, а потом до него доходит: а с чего бы? Это Хван тут двусмысленно и неоднозначно выражается! Так с чего бы смущаться и изображать, будто ничего не было Феликсу? Правильно? Правильно!

Пока он пребывал в раздумьях, на экране готовых заказов высветился
номерок парней, и Джинни направился к стойке выдачи. Ликс, всё ещё надутый,
засеменил за ним. Хван показал номер заказа работнице кофейни, и девушка
поставила перед ним два напитка. Не дождавшись, когда Джинни передаст ему
персиковый раф, Ббоки нагло тянет руку, хватает стакан первым и демонстративно присасывается к трубочке. Когда Джинни над ним подшучивает, у него под ложечкой зудит желание вредничать. Откуда оно берётся он не знает, но и бороться с такими приступами не собирается. Почему-то в его голове данное действие, как наглое отбирание напитка, который и так был заказан для него, — самое то для вредничества. Джинни же просто умиляется с него такого. Ликс редко, но иногда показывал свою ребяческую сторону. И Хван считал это очень милым проявлением характера!

— На меня деньги все потратишь и на девушку потом не останется, — буркает Феликс, тем самым решая, что отомстил сполна и за раз осушил половину напитка. Потом хорошенько распробовал его, остатки вкуса покатав на
языке, и удивлённо посмотрел на стакан в руке. Персиковый кофе оказался таким неожиданно вкусным!

— Какую ещё девушку? — не понял его Хван, отпив холодного американо.

— Про которую мы вчера говорили. Которая тебе нравится.

Джинни усмехнулся и отвёл в сторону взгляд. Отпил ещё немного и спросил:

— А с чего ты взял, что это девушка?

Ликси похлопал глазками.

— В смысле?

— В прямом. Не помню, чтобы говорил, что это девушка.

Теперь Феликс уже вообще ничего не понимал. Хван же натуральный натурал. Всегда таким был. По рассказам Джисона. По тому, что видел сам Ликс. И по разговорам с Хёнджином. А сейчас он вдруг пытается сказать, что
человек, который ему нравится не девушка?

— Ну это же… — мямлит Ликс. — Само собой разумеющееся, что тебе девушка нравится? Нет, разве?

Одна бровь Хвана лезет наверх. И только по этой эмоции Ликс понимает, какую чушь сейчас ляпнул. С каких пор ориентация, какая бы она не была, нечто само собой разумеющееся? Он самолично дружит сейчас с двумя парнями, которые встречаются. Хотя, глядя на них со стороны, такого и не скажешь. И он сам недавно осознал себя, как человека нетрадиционной ориентации. Так с чего он на Хёнджина навесил ярлык стопроцентного натурала? Они хоть однажды и общались на эту тему с Джинни, но очень поверхностно и личную ориентацию Хвана в том разговоре не затрагивали. Вроде бы.  

— Погоди. Так ты на два фронта что ли сразу? — смущённо выдаёт Ликс. И отвешивает себе мысленного пинка под зад за очередную
кринжатину, которую выдал его рот.

Джинни не хочет помогать ему в том, чтобы расставить все точки над «И» и спокойно отвечает:

— Не знаю.

— В смысле не знаешь? — хмурится Ликси. — Тебе парни нравятся?

— Парни? Вряд ли, — фыркает Хван, отпивая американо. Он на
парней никогда не заглядывался особо. Предположительно потому, что запрещал себе это делать. Так что говорить это слово во множественном числе явная ошибка. Он запал на одного конкретного, с самой первой встречи. Пусть так неловко и глупо пытался доказать всем, да и себе в том числе, обратное.

— Я ничего не понимаю! 
— выдыхает Ли. — Ты говоришь, что тебе нравится не девушка?

— Не девушка, — подтверждает Джинни.

— Но и не парни.

— Не парни.

— …  — лицо Ликса выражает полное недоумение и непонимание. Хван откровенно этим наслаждается.

— Блять, животное тебе нравится, что ли? — не выдержав, громко восклицает Ликс. От данного предположения Хван поперхнулся напитком и
громко заржал. До слёз из глаз. А отсмеявшись ответил:

— Скорее ягодка тогда уж.

— Чего, бля?! Какая ещё ягодка? — приходит в ещё большее замешательство Феликс.

— Сладкая такая… Я пробовал однажды! Но немного с горчинкой. Миленькая, забавная… И маленькая! — говорит Джинни и пальцем касается веснушчатого кончика носа. И хихикает. И до Феликса, наконец, доходит. Да над ним же тупо сейчас прикалываются и ржут! И это при его попытках серьёзно поговорить!

— Да пошёл ты! — дуется он, отталкивая от себя конечность, и быстро допивает свой напиток. — Придурок! И сам ты маленький! — кидает напоследок он и зло топает в университет.

Джинни проводил его спину взглядом, снова рассмеялся, в два глотка расправился с американо, выкинул стакан и пошёл за своей надувшейся
Клубничкой.

***

До университета они добираются довольно быстро. И сразу же издалека видят толпу друзей, что стоит около ворот, явно кого-то поджидая и высматривая. И вряд ли их с Ликсом. Первая пара для будущих преподавателей должна начаться через двадцать минут, и раз ребята не заходят внутрь, то видимо
Сынмин ещё не приходил.

— Привет, — немного неуверенно здоровается со всеми Джинни.

— Даров, — хлопает его по плечу Джисон. Остальные приветствуют
подошедшую парочку слабым кивком, либо словесно, не решаясь подходить и трогать парней. Всё ещё помнят их вчерашнее отталкивающее поведение.

— Вы как? Как спали? — спрашивает у парней сердобольная Черён.

— Нормально, — кивает ей Ликс.

— Это хорошо, — улыбается она блондину.

— А Айенни где? — интересуется Джинни, не заметив его среди остальных.

— Он… Ночью спал плохо, — отвечает Чан, нервно почесав заднюю сторону шеи. — Так что дома решил остаться.

— У него нормально всё? — спрашивает Хван. Чан немного заторможено и неуверенно кивает. Про себя думает о том, что вряд ли состояние Айенни можно было бы назвать нормальным. Вчера вечером, прорыдав на скамейке,
они всё же с горем пополам добрались до дома Криса. И всю дорогу до дома
истерика то отступала, то снова накатывала. И случалось это крайне внезапно.
Всё тоже самое продолжалось весь вечер до самой ночи. Например, во время ужина или даже в ванной, куда Чану пришлось вломиться, сломав дверь. Чонин будто попал в какое-то неразрывное кольцо. Сначала ловил паничку, потом сам же с этой панички бесился и это доводило его до новой панической атаки. Он не мог это контролировать, и эта немощность провоцировала всё новые и новые приступы. Так прошла половина бессонной ночи. В конце он уснул. Проснулись они ближе к полудню. На Чонина смотреть без слёз было невозможно. Помятый, с тёмными кругами под глазами, опухший от слёз. И Чан, сильно беспокоясь, хотел наплевать на все дела и лекции, и остаться вместе с ним, но бойфренд сказал, что всё нормально и что Крис должен пойти в университет. Сегодня же их друзья планировали с Сынмином поговорить, и Айенни хотелось из первых уст услышать подробности этой беседы. Таким образом Чонин буквально выпинал Криса из его дома и сказал, что будет ждать вечером. Тогда напоследок Чан взял с него обещание, что они будут списываться каждый час. Просто чтобы он не волновался и был уверен, что с парнем всё в порядке. Айенни улыбнулся, поцеловал на прощание и пообещал отвечать каждый час.

— А Ким Сынмин? — тогда спросил Джинни.

— Ещё не пришёл, — ответил Джисон.

— Потому и стоим тут около ворот, чтобы его не пропустить, — добавляет Йеджи.

— И мне кажется зря. Не придёт он, — предполагает Хо.

— Ему же хуже, — хмурится Джинни. Джисон резко оборачивается на друга.

— Ты же не собираешься на него кидаться? — строго спрашивает он.

— И какая причина не делать этого? — уточняет Джинни.

— Он ведь помог вам!

— А ты уверен, что помог?

Джисона этот вопрос ставит в тупик. Лично он уверен, что да. Ведь им с Ббоки было фигово ровно до момента, пока Сынмин не встрял. Почему же в этом не уверен Хёнджин?

— Что ты имеешь в виду? — спрашивает у друга Хани.

— Вдруг Сынмин сам же это и сотворил с нами? А потом такой «смотрите, я хороший!». Об этом не думал?

— Нахуя ему это делать? И потом самого же себя подставлять?

— Может хотел слегка встряхнуть нашу менталку, но ситуация внезапно
вышла из-под контроля, и он растерялся? Подумал, что мы такими темпами сдохнем, Параличу станет не с кем развлекаться, и потому вмешался? — выдал Хван.

— Я чувствую, что это не так, — встрял в спор двух друзей Ликс, коснувшись плеча Джинни, и тем самым привлекая его внимание. — В любом
случае, даже если они связаны, кидаться на Ким Сынмина, не разобравшись, точно не стоит.

— Вот-вот!  — громко и слишком уж радостно поддакнул Ёнбоку Джисон. Просто он слишком обрадовался, что блондин встал на его сторону. Ведь он лучше всех мог удерживать Хвана от импульсивных действий.

— Давайте по ситуации действовать? — предложил Хо.

— Да! Сначала попробуем в нормальный диалог, а что-то начнёт идти не так, все вместе его к стене прижмём. Нас ведь больше, — добавила Йеджи.

Все закивали и внимательно глянули на Хвана, как на самого импульсивного среди них. Тот через не хочу, закатив глаза, согласился с ребятами.

— Вспомнишь солнце, вот и лучик! — вдруг радостно восклицает
Юна и пальчиком указывает в сторону улицы. Именно оттуда появляется Ким Сынмин. И к шоку всех присутствующих не один, а в компании с Ханной Бан.

— Ебать! — еле слышно и очень обречённо себе под нос выдыхает Минхо и опасливо смотрит на Чана. Друг замечает его полный насторожённости взгляд и фыркает:

— Не парься. Я не собираюсь отсвечивать.

Сколько усилий Крису при этом понадобилось на эти две простые фразы один бог знает. Как же ему сейчас не хватало Айенни рядом. При виде
сестры, которую Чан не видел с того самого случая в клубе всё внутри
скрутилось. От её беззаботного вида, с которым она спокойно шествовала рядом с Сынмином, захотелось подбежать и, словно маленькую, взять за руку и отвести подальше от этого сомнительного и подозрительного парня. Однако же разговор и возвращение репутации среди друзей были превыше всего. Так что Чан сжал покрепче зубы и дал мысленную установку держать себя в руках.

Тем временем Ханна с Сынмином, беззаботно болтающие друг с
другом, вдруг заметили ребят издалека и остановились на полпути, так и не дойдя до университетских ворот. Девушка потянула за рукав Сынмина, что-то сказала ему, они оба кивнули и внезапно свернули в противоположную от учебного кампуса сторону. Явно намереваясь уйти домой.

— Они уходят! — восклицает Юна, и первая бросается в погоню. Остальные следуют её примеру. Впереди всех бежит Хван, что легко обгоняет всех
и даже подругу, у которой было явное преимущество в начале, так как она стартовала первой. Озирающиеся назад Минни с Ханной замечают погоню и тоже срываются на бег. Друзья решают разделиться и окружить парочку, чтобы обрубить им все пути побега. Хван вырывается вперёд ещё сильнее. Джисон с Юной заходят справа, Минхо с Чаном слева. Завершают всю эту процессию Черён, Йеджи и Ликси. Сынмин с Ханной явно не ожидали подобного и действуя инстинктивно на автомате, совершают ошибку и позволяют ребятам загнать себя в угол. В итоге им приходится остановится, так как бежать становится некуда.

— Сталкинг и преследование в этой стране незаконны! Нам полицию вызвать? — выкрикивает не на шутку напуганная Ханна и сильнее сжимает
руку Сынмина.

— Мы никого не преследовали бы, если бы вы не побежали, — отвечает за всех не менее запыхавшаяся от побега Йеджи. Физкультура вообще не её конёк.

— Мы как раз и побежали, потому что вы начали нас преследовать! — хмурится Сынмин и пытается своим телом немного прикрыть подругу. Он уже сильно жалел, что позволил сегодня Ханне пойти вместе с ним.

Ответить на это сильнее всего хочется Чану, причём какой-нибудь колкостью. Или закричать, чтобы этот тип отошёл от сестры куда подальше, но он
себя сдерживает, как и обещал Минхо.

— Слушайте, мы просто хотим поговорить с вами, — спокойно говорит
Джисон.

— Поэтому набежали целой толпой? — возмущается Сынмин. И звучит его обвинение вполне себе резонно.

— Да, я понимаю, как это выглядит со стороны… — соглашается с ним Хани. — И всё же мы, правда, просто хотели обсудить вчерашнее.

— Нам с вами не о чём разговаривать! — зло выплёвывает Ханна и хватает Сынмина за руку. — Пошли отсюда!

Хван усмехается. Он с самого начала понимал, что никакого диалога не выйдет. Он перекрывает им путь, встав перед парочкой и цедит со всем спокойствием, на которое был сейчас способен:

— Вы никуда не пойдёте, пока мы не поговорим.

Сынмин ничуть не заробев перед воинственно настроенным парнем, громко усмехается и поворачивается к остальным:

— А ваш дружок в курсе, что вы просто пообщаться хотели? Потому что есть у меня некоторые сомнения на этот счёт…

— А это полностью от вас и вашего желания коммуницировать зависит, — парирует Хван. Ханна в ответ на это достаёт телефон и предупреждает, что все нападения будет снимать на камеру.

— Хван, успокойся! — просит его Джисон, отодвигая друга в сторону. — Давайте просто поговорим? Пожалуйста!

— Вы корейского не понимаете? Нам не о чём с вами говорить. Выпустите нас сейчас же! — требует Ханна и снова делает попытку уйти, однако же Хван снова преграждает ей путь. И в этот раз не один, а вместе с Юной.

— Мы просто хотим понять, что вчера было, — говорит девушка
елейным голоском, мило улыбнувшись. Однако же в глазах ничего и близко такого не было. Юна выглядела скорее угрожающей, чем дружелюбной.

— Я так понимаю и тебе друзья не сообщили о том, что вы просто поговорить хотите? — язвит в ответ Юне Ханна.

— А я так понимаю ты учебным заведением ошиблась? — парирует Шин. — Что ты тут забыла вообще? Ты тут не учишься.

— А я заранее догадалась, что вы на Минни нападёте толпой. Помощь другу нынче идёт в разрез законам?

— Минни? — хохотнул вдруг Минхо, услышав забавное прозвище однокурсника. — А Микки Маус тоже где-то тут?

Ханна обернулась на голос и внимательно глянула на Хо. Слишком досконально его рассмотрела, нахмурившись. Потом перевела взгляд на Сынмина и вопросительно посмотрела на него. Подняла одну бровь, выражая тем
самым недоумение. Минни в ответ закатил глаза. Девушка громко фыркнула и
замотала головой. Безмолвный диалог парочки поняли только эти двое и посвящать остальных в это явно не собирались.

— С дороги уйдите! — вновь потребовала Ханна, сделав смелый шаг вперёд и тем самым врезалась во вставшую перед ней Юну. Шин и бровью не
повела и сильнее расплылась в улыбке. Ханна начала закипать не на шутку и сжала кулаки. Сынмин, осознав, что дело запахло жареным, выставил вперёд руку и отодвинул подругу подальше от Юны. Он наслышан о конфликтном прошлом Шин Юны и так же был в курсе, что Ханна далеко не из робкого десятка. Если девочки начнут драться, дело точно плохо кончится.

— Я сейчас реально позову полицию, — предупредил он всех, перейдя на серьёзный тон.

— Очень вас прошу, давайте не раздувать конфликта и просто поговорим? — снова пробует просить Джисон, и чтобы доказать свои благие намерения тоже встаёт перед Юной и отодвигает подругу назад. Именно она сейчас
представляла собой самую большую опасность, так как Джисон не знал, что от неё ожидать. Хван, как тот, кого Хани знал с пелёнок был более предсказуем для
него, и вроде как пока держался.

— Вы на нас напали толпой, насильно удерживаете на месте и просите диалога? Не много на себя берёте? — парирует Сынмин.

— Искренне извиняюсь от имени всех, — говорит Джисон, на что Хван громко фыркает. — А теперь мы можем поговорить?

— В своей группе сначала поговорите, обсудите ваши цели, а потом, будучи адекватными, пошлите нам просьбу об аудиенции. И мы подумаем давать вам её или нет, — саркастично выдаёт Ханна. — А теперь с дороги отойди и
дай нам уйти.

Хван скрипит зубами от злости и не понимает, как это терпит Джисон. Вот уж не думал Джинни, что когда-нибудь всерьёз захочет ударить девчонку. Ханна имела редкий дар выводить людей из себя. Он ещё тогда при первой встрече с ней в больнице это понял и поразился, как Хо не отвечал ей колкостью на колкость. Ли и сейчас стоял в сторонке и просто ждал исхода этого недо-диалога. Возможно просто старался держаться рядом с Чаном, на случай, если тот вспылит. Сложно понять, о чём Ли Минхо думал.

— А как на счёт поговорить с теми, кто не устраивает конфликта? — предлагает Джисон, имея в виду тех немногих, кто до сих пор сохранял нейтралитет и никак не пытался ругаться. Черён, например, себя или Ббоки.

— Вам десять раз повторять надо? Просто отстаньте и дайте нам уйти, — стоит на своём Сынмин.

— Вы че упёртые такие, а? — восклицает, не выдержавшая Йеджи. Всё это время она помалкивала, потому что знала себя и свою импульсивность.
Но стало внезапно обидно за Джисона. Он так старался наладить диалог и решить всё мирно, предлагал варианты, но эти двое просто непробиваемы! Они будто наслаждаются и специально нарываются на ещё больший конфликт. Скрытые мазохисты что ли? — Вам так сложно уделить пару ваших королевских свободных минут для разговора?

— Да. Потому что идите нахер, — цедит сквозь зубы Ханна. Йеджи так и открывает в шоке рот. Ещё никто не смел так общаться с ней. И
Хёнджин, растеряв остатки терпения, делает крупный шаг вперёд с явным
намерением всё же начать драку, как вдруг пространство вокруг прорезает громкий возглас:

— ДА БЛЯТЬ ХВАТИТ УЖЕ!!!

Все вздрагивают от неожиданности, оборачиваются на звук и открывают в шоке рты. Это Ёнбок. Это он громко выкрикнул. Да так, что птицы на соседнем дереве взлетели, а пара человек на парковке обернулись к ним. Ббоки же
всеобщего замешательства не заметил. Или скорее сделал вид. Он стянул с головы капюшон, а с лица маску, встал в центр круга и обратившись сразу ко всем, продолжил ругаться:

— Вам че заняться нехуй больше? Какой, блять, смысл, что вы говна на вентилятор накидываете, пытаясь задеть друг друга? Если дерьмо, блять,
во все стороны летит?! Один хуй по итогу в говне будем все!

— Так-то дело говорит, — хохотнул первый пришедший в себя от шока Минхо.

— Отойдите от них все! — грубо потребовал Ббоки, оттолкнув в сторону и Джисона, и Юну, и особенно Хвана. Все послушно сделали крупный шаг
назад, чтобы ещё больше не нарываться на маленькое разъярённое существо. В
центре остались только Ёнбоки и Сынмин с Ханной, пребывающие в не меньшем шоке, чем все остальные. Блондин, выплеснув ярость, накопившуюся за время конфликта, который раздули его друзья и эти двое, прикрывает веки и с шумом выдыхает. Сам себя приводит в чувства, прежде чем продолжить говорить. Затем открывает глаза и смотрит на парня с девушкой. И медленно, переборов свой антисоциальный страх, начинает спокойно вещать:

— Глупо отрицать, что вы ни при чём и ничего не знаете. Вы
слишком часто оказывались рядом со всякой дичью. Это потому что… Вы тоже что-то видите? Или может что-то знаете?

— «Тоже»? Что ты имеешь в виду под словом «тоже»? — подала голос Ханна. Её очень смутила данная формулировка. Она будто говорила о том, что Ли Ёнбок признаётся в том, что он или все они что-то видят?

— Вы ведь слышали какие слухи обо мне ходят? — спросил он их, набравшись смелости. Оба кивнули. Сынмин как учащийся, ещё на первом курсе об этом услышал и рассказал позже Ханне.

— Т-так вот это правда, — признаётся через силу Ликс. Голос его при этом дрожит, как и весь он сам. Он признавался в своих видениях уже третий раз, а ощущалось всё равно как в первый. — Я реально вижу смерти людей
во снах. И сейчас мы пытаемся разобраться почему так. И если вы тоже что-то
знаете, то мы может помочь друг другу. Поэтому давайте поговорим?

Ликс вместе с друзьями набежали на Сынмина и Ханну целой толпой. Испугали их. И ясное дело, что после такого парочка не захочет с ними говорить, как бы Хани не пытался выстроить дельный диалог. Поэтому раскрыть себя казалось лучшей и самой разумной идеей. Ббоки сделал ставку на искренность. Так обычно работает доверие. Первым сделать шаг, раскрыться перед
человеком, тогда возможно и он захочет поведать о себе.

Сынмин с Ханной сначала долго смотрят на Ликса. Они не смеются над ним, как люди в прошлом, мол «больной он». Они не хмурятся, не спрашивают, что за чушь он несёт, они молча и очень долго раздумывают. Аккуратно переглядываются меж собой, не решаясь раскрыться. Потом над ними
всеми вдруг раздаётся громкое «КАР!». Все вскидывают головы и видят, как
огромная ворона взлетает с дерева и уносится куда-то в небо, сломав при этом
хрупкую ветку, на которой сидела. Глаза Ханны расширяются, дыхание немного
спирает, и она резко оборачивается назад, и смотрит на парковку. Проходит
секунда, другая. Ничего не происходит. Потом вдруг раздаётся визг шин и на парковку въезжает очень дорогая спортивная машина. Из неё выбирается Пак Минджун, громко и явно пребывая в сильном раздражении, хлопает дверью. К нему откуда-то со стороны здания университета подбегает девушка, что-то кричит, пытаясь ему доказать, плачет, но он от неё зло отмахивается и идёт в сторону учебного кампуса. Она семенит за ним, пытается догнать, хватается отчаянно за руку, умоляя её выслушать. Со стороны выглядело, как типичная ссора парочки, и тем, кто провинился была явно девушка. Хотя всем известная истина, что Пак Минджун — мудак, так что вполне вероятно, что девушка ни при чём и он этой ссорой просто пытается от неё избавиться. А унижается она… да черт её поймёшь почему она унижается перед ним. Из-за его связей? Или реально не повезло в такого морального урода влюбиться?

Ханна поражённо наблюдает за этой картиной, а когда парочка скрывается
из виду, снова оборачивается и уставляется на Ббоки перед собой. Поднимается
ветер. Он треплет его белоснежные пряди, закрывая ими лицо, а он всё продолжает со всей искренностью в глазах ждать от них с Сынмином ответа.

— Это оно..! — шепчет вдруг девушка, подёргав Минни за рукав. — Похоже это оно!

— Как хочешь, — устало выдыхает брюнет. — Я в любом случае с тобой.

И кажется его ответ становится решающим фактором для неё.

— И я, — произносит короткое и простое Ханна, в этот раз обратившись к Феликсу.

— Ч-что ты? — переспрашивает её Ббоки.

— Тоже вижу… Кое-какие странные сны.

Сердце Ббоки от данного откровения пропускает удар.

«Он не один такой?»

— Ты тоже видишь смерти?

— Нет! — замахала руками девушка. — Слава богам нет! Скорее образы всякие или типа того.

— Не совсем понимаю… — помотал головой в стороны Ликси.

— Ну… Типа, ко мне во снах приходят всякие мутные образы. Выглядят, как обрывки событий, как мозаика, или… Как калейдоскоп детский! Сложно это объяснить, если ты никогда такого не видел. Ну вот, например, я видела этот день. Точнее моменты из него. Птицу, что громко каркнула и улетела,
сломав ветку. И спорткар, резко въехавший на парковку. И волосы. Я видела
длинные светлые волосы, развевающиеся на ветру. Подумала у девушки какой-то… А это похоже были твои, — Ханна хихикнула.

— И что это означает? — интересуется Ликси.

— Не знаю, — пожала плечами девушка. — Сама пытаюсь понять всю свою сознательную жизнь. Я вижу эти обрывки, никак не связанные между собой
на первый взгляд, а потом внезапно они собираются в единую картину, и я
понимаю: так вот о чём они были! Ну вот как сейчас произошло. То есть видимо
наш диалог должен был состояться и сны предсказали мне его? Но я не знаю зачем.

— А ты… В них видела парн… — начал Ликс и нервно посмотрел на Хвана. Тот догадавшись, о чем Феликс хочет спросить, сам подал голос:

— Ты в них красноволосового типа не видела никогда?

Джинни, как только услышал признание Ханны немного остыл и сменил гнев на милость. Он всё ещё не мог наверняка сказать, доверял ли парочке
и тому, что они не сообщники Паралича, но видя какой эффект произвело на них
признание Ликса, понял, что сила тут и правда ничего не решит. Поэтому надо
было попробовать в диалог и тоже им довериться. Им и Феликсу.

— В своих снах я людей редко вижу, — призналась Ханна. — Чаще образы или неодушевлённые предметы. События, животных вижу. А люди, конкретно лица, там вообще не мелькают. Бывает со спины только если, или вот волосы, скрывающие лицо... А ты прямо людей видишь, да? — обратилась она к
Ликсу.

— Само собой. Их смерти, если быть совсем точным, — прошептал Ликс. — При каких событиях они умрут.

— Жесть какая! — сочувствующе произнесла Ханна.

— Что за красноволосый тип? — подал голос Сынмин.

— Тот, кто все эти смерти подстраивает, — ответил Джинни.

— И мои сны тоже? — уточняет Ханна.

— Возможно. Мы не знаем. Вот и хотим разобраться.

Ханна хочет что-то ответить, но вдруг резко захлопывает рот, заметив нечто позади Ликса. Это нечто заставляет начать её сильно хмуриться.  

— И что ты на меня так смотришь, как баран на новые ворота? — цедит она сквозь зубы.

Обращается она к застывшему от шока, побледневшему, словно сама смерть брату. На нём лица нет с той самой секунды, как сестра сделала признание. На языке крутилось так много вопросов, но голос пропал и Чан не мог вымолвить ни единого. Потому и продолжал тупо пялиться на девушку так, словно
впервые её видел.

— Не надо тут изображать шок вселенского масштаба! Я тебе рассказывала об этом! — выплюнула зло Ханна, которую вид растерянного брата очень сильно разозлил. Будто он право на это имел! — Когда я просилась к тебе ночью в комнату, чтобы одной не спать! А ты что? Ты послал меня! Посмеялся
потом с дружками своими школьными над глупой сестрицей, выдумывающей монстров под кроватью! Так что иди теперь нахер, и не смотри на меня так!

В её голосе было больше обиды, нежели злости. Для неё брат, по её детской наивности, долгое время был тем единственным, в ком она видела
опору и защиту. Родителям она лишний раз боялась сказать лишнего. Потому что они повели бы её по врачам, к психиатрам записали или ещё куда. Подругам
рассказывать такое она побоялась. И так о ней слухи не очень приятные по школе ходили. Поэтому набравшись смелости, она однажды зашла со слезами на глазах в комнату к своему старшему брату в надежде, что он поможет ей. Попросилась вместе переночевать, чтобы ей не было так страшно. Он же раздражённо выставил её наружу и заперся в комнате. А на утро посмеялся, что она чушь выдумывает. Маленькая Ханна, впрочем, поначалу обиды не затаила и не потеряла надежды. Она пыталась ещё и ещё. Но каждый раз перед её носом захлопывалась дверь, а на следующие сутки она слышала смешки со стороны друзей старшего брата.

А затем и вовсе случилось страшное — её сдали родителям. И кто? Тот, кому она хотела доверять! После чего для неё начался ад с бесконечными и крайне бесполезными походами по врачам. Её выворачивали наизнанку, копались в её душе, прописывали какие-то бесполезные таблетки для сна, но ничего не помогало. Устав от этого Ханна соврала родителям и врачам, что вылечилась, замкнулась в себе, перестала доверять брату и кому-либо ещё. И
так продолжалось до знакомства с Сынмином.

***

Единогласно ребята решили, что общаться вот так стоя — такая себе идея, учитывая, что их диалог может растянуться на продолжительное время,
поэтому они вместе перебрались в то самое место с лавками. Сдвинули их поближе друг к другу, образовав небольшой круг, чтобы каждый мог слышать и быть услышанным.

— Благодаря снам, кстати, я с Минни познакомилась, — продолжила рассказывать Ханна свою историю, усевшись на лавку. — Часто видела в
сновидениях какой-то неизвестный мне сайт, с чатом и ник человека с чёрной
аватаркой. Ещё в тех снах мелькали билеты на самолёт до Кореи и что-то ещё, что я плохо помню. Я тогда не понимала, как эту мозаику собрать воедино. И просто от скуки ползала по сайтам со всякой паранормальщиной, в попытках найти ответы. И внезапно наткнулась на тот самый из снов, нашла там ту самую аватарку и ник. Сильно обрадовалась и написала человеку! Им оказался Минни, — улыбнулась она и глянула на друга, что сидел около неё и апатично выдувал пузыри из жвачки. В подтверждении слов девушки он кивнул.

— Ты поэтому сюда ломанулась после школы? — догадался Минхо. Его Ханна смерила постным взглядом, видимо всё ещё обиженная на дурацкую шутку
про Микки Мауса, ну или связывая его со своим братом, что сидел ниже травы и
тише воды, полностью погружённый в себя, и кивнула.

— Ага. Поняла, что мои сны намекали на мой приезд сюда. А уже здесь начали складываться и остальной паззл. Кстати сновидения имеют тенденцию прекращаться, как только я увидела в реальной жизни то, что они
пытались мне донести. И повторяться! Особенно часто они это делают, накануне
событий, что я вижу. Эта птица и тормозящие шины на парковке с развевающимися светлыми волосами просто доконали меня за эти последние несколько недель. И это ещё одна причина, почему, помимо того, что я испугалась за нападки на Минни, я решилась сюда прийти.

— Всё ещё извиняемся за это, — сложил ладони вместе Джисон. — Просто нас много, и мы все очень хотели узнать ответы. И некоторые из нас себя в руках держать не умеют! — Хан внимательно глянул на Юну и Хвана, что вместе, как по команде отвели в стороны взгляды.

— Проехали! — отмахнулась Ханна, улыбнувшись. Они тоже с Минни не очень-то вежливо отвечали ребятам. И если бы не Ёнбок и его внезапное
откровение, то вполне вероятно подрались бы.

— Ладно. С этим разобрались. А теперь пойдём по порядку. Зачем Сынмин лазал в наших с Ббоки вещах? Что ты там пытался найти? — спросил Хван, серьёзно глянув на парня с короткой чёлкой.

Ким лопнул пузырь и многозначительно посмотрел на Хо, что сидел прямо напротив него.

— Что? — поднял брови Минхо. — Ты вёл себя подозрительно! Если бы не события в том клубе, когда ты какого-то фига ошивался около женского
туалета, я бы никому не рассказал. А так, уж простите… Я не мог не поделиться
своими подозрениями. Тем более, когда мы выискивали одного стрёмного гада из снов.

— Так что ты искал в наших сумках? — спросил ещё раз Хван.

— Кольца. Парные, — спокойно ответил Минни.

— Это я его попросила. Извините, — добавила Ханна. — Просто они меня тоже доканали. Кому я вру? Они до сих пор меня доканывают.

— Эти? — Ббоки поднял растопыренную ладонь вверх и продемонстрировал кольца из эпоксидной смолы.

— Неа, — помотала головой Ханна и глянула на руки Джинни. И тут же просияла. — Вот они! Точнее одно из них! Чёрное!

Все глянули на руку Хвана и на его колечко, которое ему подарил Ббоки.

— Но они не парные… Оно одно такое, — возразил Ликс.

— Нет, парные! — насупилась Ханна. — Я видела второе. Светлое с камушками!

У Хвана ухнуло сердце вниз. А Юна вдруг громко хихикнула и прикрыла рот рукой. Она вспомнила тот момент в торговом центре и свою находку
среди покупок Хёнджина. Рядом с ней сидящая Йеджи и Черён тоже сложили два плюс два. Подруга рассказала им, что она нашла тогда в пакете у Хвана. За ними и остальные догадались, что происходит. Им было весело, пока Хван про себя ругался на таких очевидных друзей и мысленно долбился лбом об ближайший столб, умоляя Ббоки ни о чём не догадаться.  И кажется
ангелы сегодня на стороне Хёнджина.

— А я говорю, что оно одно! — продолжил спорить с девушкой Ббоки. — Я его купил! Это мой подарок на день рождения Джинни. Нет никакого второго!

— Пока нету, но скоро станет… Да? — не сдержался от комментария Хо, хитро ухмыльнувшись и поиграв бровями в сторону Хвана. Закончив мысленно избивать свою голову об столб, Хёнджин принялся это делать с гадским
Минхо, а всех хихикающих друзей разделывать ножом и раскладывать по чёрным мешкам. Из-за всеобщего веселья Сынмин тоже сообразил, в чём было дело. И лишь Ббоки и Ханна, увлечённые спором ничего не поняли. 

— Да говорю тебе, что их два! Я ясно видела во сне два кольца! Две руки точнее, на которых было по одному… — тут вдруг сбоку Минни слабо толкнул локтем девушку. Она сначала возмущённо посмотрела на него, мол, чего ты
меня затыкаешь, но увидела, как он глазами пытался ей на что-то намекнуть.  Глянув в ту сторону, куда указывал Сынмин, она заметила Хвана, нервно кусающего губы. Заметила она и весёлое настроение среди остальных ребят, и тут же её озарило следом за всеми.

— Ой. Да. Извини. Ошиблась. Оно одно, — тут же выпалила смущённая девушка. Смешки стали сильнее. А Ббоки нахмурился. Только что, так
рьяно спорящая с ним девушка вдруг признала свою неправоту. С чего бы? Он
посмотрел на рядом сидящего Джинни. Ведь это явно он что-то ей сказал и показал! Но Хван слишком стремительно отвернулся от него.

Господи! Этот стыд Хван ещё долго не забудет! Он никогда прежде не испытывал такого чувства, но сейчас… Оно буквально сжирало его с потрохами.
Уже все (ВСЕ МАТЬ ЕГО!), знали о его чувствах. А он всё не может решиться Ббоки сказать прямо.

— Ладно, вернёмся к нашему обсуждению, — отсмеявшись, сказала Йед-дон. — Так зачем искать кольца было?

— Сказала же, что мои сны не прекращаются, пока объект в них не будет найден в реальной жизни. Эти самоповторяющиеся сны очень утомляют. Поэтому я попросила Минни воспользоваться ситуацией и как-нибудь поискать эти
кольца.

— И почему именно у Ббоки с Джинни? Ты же говорила, что видела только руки? Как можно было догадаться, что это именно их руки? Тем более, когда колец на тот момент и близко не было, — справедливо отметил Хо.

— Я и не знала, что это они, — пожала плечами Ханна. — Я просто попросила поискать кольца. Потому что на заднем плане около этих рук был автобус с логотипом вашего универа. Значит они где-то в университете. Вот Минни
их и искал. Плюс в том сне было много других образов. Там ещё мелькал знак ИньЯн, парковка около вашего универа, визг шин, резкий поворот машины,
столкновение, вставшие часы, женский крик… Видимо Минни тогда увидел, что сон стал сбываться, увидел, кто конкретно в событиях участвовал, сложил два плюс два, воспользовался моментом и полез в ваши сумки, чтобы найти чёртовы кольца.

— Ага. К тому же в то время вы уже таскали эти два кольца, — добавил Сынмин, указав на эпоксидные парные колечки. — Так что мои подозрения сразу были на вас.

— Чтобы твои подозрения появились надо было конкретно из сотни тысяч студентов выявить именно нас. Тем более чтобы заметить кольца,
которые мы носим, — подметил Джинни. — Так почему именно мы?

Сынмин немного пожевал жвачку, выдул из неё пузырь, с громким хлопком лопнул и выдал короткое:

— Вы странные потому что.

Затем пожал плечами и отвернул голову в сторону, явно не желая дальше что-то пояснять. Такое объяснение Хвана не устроило вообще. Он сразу понял, что от него что-то укрыли, какой-то важный клочок информации, и хотел высказать свои недовольства по этому поводу Сынмину, как его за руку внезапно ущипнул Ликс.

Джинни посмотрел на парня и увидел во взгляде безмолвное: «Не надо. Он не хочет пока что говорить и ладно. Расскажет, когда захочет.»

Хван громко цокнул и передумал что-либо предъявлять Сынмину. Пусть у руля сегодня стоит Ликс. Он среди них всех добился гораздо большего и вообще стал тем единственным, благодаря кому диалог вообще удался. 

— Всё что ты перечислила… — сказал Хани. — Визг шин, женский крик… Это же всё события на нашей парковке, когда девушку сбили.

— Да. Я видела образы, которые ей предшествовали. Часы, хлопнувшая дверь и всякое такое… И покатившиеся по асфальту тело. Благо без подробностей
и без лица.

— Малышки Миён? — уточнил Ликси.

— Это кто?

— Дочь преподавательницы нашей, — пояснил Минни. — Маленькая девочка лет пяти или около того.

— Точно нет! Я видела взрослое тело! Студентки! — ответила Ханна.

— Погоди, что? — тут же напрягся Ликс. — С-студентки?

— Да.

— Ты ещё забыла упомянуть про спину парня, выпрыгивающего из окна, — подсказал Ким подруге.

— Да! Точно! Позже Минни рассказал, что это был ты, — улыбнулась Ханна, тыкнув пальцем в Хвана.

Они же с Ббоки в свою очередь переглянулись. У обоих на лицах застыл небольшой шок и смятение. И чтобы собрать воедино картину, им
нужно было с Ликсом услышать ещё немного подробностей от младшей сестры Бан Чана.

— Так. А в снах с клубом ты что видела? — наклонился Джинни поближе к Ханне.

— Сейчас вспомню, — вздохнула девушка и сильно напряглась в попытке вспомнить события. Это хоть и произошло не так давно, но она всегда
старалась выкинуть из головы странные образы из снов, как только находила их в реальной жизни. Просто чтобы дальше существовать ей было спокойней.

— Змея на стене, — подсказал Сынмин.

— Да! Дракона-змею на стене увидела, потом дверь женской уборной, разбившуюся об чью-то голову бутыль и множество осколков на полу…

— И как мебель в клубе кто-то громит, — закончил за неё Сынмин.

Ликс с Джинни снова переглянулись. Большего им слышать не надо было. Всё на поверхности. И всё же Ликс немного дрогнувшем голосом спросил:

— Ты ж понял, да?

Джинни кивнул.

— Что он понял? — нетерпеливо поёрзала на месте Йеджи.

— Ханна видит уже изменённые события, — сказал Ббоки. — Те, которые поменял Джинни!

— Не я один вообще-то, — поправил парня Хван. — Но не суть. Ханна видела уже то, что мы изменили! В случае с парковкой я действовал
интуитивно и по ситуации. Не было у меня в планах выпрыгивать из окна. И в
клубе тоже самое! Я знал, что вы в опасности и надо срочно бежать в туалет. И
так как с собой у меня ничего не было для защиты, я схватил первое, что
попалось мне на глаза и чем можно было атаковать.

— Выходит, ты видел иные сны? — спросила Ханна, обратившись к Ёнбоку, и тут же громко вскрикнула, прижав руку ко рту:

— Боже! Ты же смерти видишь! В твоих снах там кто-то умер! — догадалась она.

— Да, — кивнул Феликс. — На парковке должна была умереть малышка Миён, дочка нашей преподавательницы. А в клубе… — он замолк и нервно
глянул на девушку с коротким чёрным каре, сомневаясь, стоит ли о тех событиях
говорить подробно в её присутствии.

— Меня он видел, — призналась Йеджи. Её губы поджались, и она опустила глаза в пол. Думала, что та страшная ситуация её оставила, и что
больше она ничего не боится. Однако же на практике это оказалось не так.
Фантомный страх не случившихся событий периодически давал о себе знать,
особенно, когда разговор заходил о них. Рядом сидящая Черён взяла подругу за
дрожащую руку и слегка её сжала.

Сынмин с Ханной застыли на месте. Парень даже жвачку прекратил жевать.

— Тот чувак, наркоман грёбанный, он должен был меня убить, — продолжила Йеджи. — Но ребята вовремя подоспели. Ббоки меня защищал от того
громилы в туалете, а потом Джинни разбил об его бошку бутыль. Чем и остановил нападение.

— Охуеть! — не сдержала эмоций Ханна.

— А че вы сбежали оттуда и полицию не вызвали? — спросил Минни.

— Хрен его знает. Я уже позже думал об этом и не понимал, почему мы в моменте не придумали ничего лучше, как трусливо сбежать. Наверное,
запаниковали? — пожал плечами Джисон. — Подумали, что того громилу убили. Вот и сбежали.

— Не забывай, что нас тогда было количественно больше, — сказал Хо Хану. — Ещё вопрос, смогли бы мы самооборону доказать полиции.

— Захоти они вас найти, нашли бы в любом случае, — хмыкнул Минни. — Камеры там на каждом шагу. Так что вам сильно повезло, что никто не
стал интересоваться этим и весь погром тупо списали на того наркомана.

— Может ты и прав, — улыбнулся Минхо. — А может как раз потому что мы сбежали, а полиция не увидела никаких третьих лиц, кроме громилы,
они и не стали углубляться в данное дело.

Минни больше не стал спорить и, пожав плечами, отвёл взгляд от парня и продолжил дуть пузыри из жевательной резинки.

— И всё же я не понимаю! — выдохнул Ббоки. — Почему Ханна видела уже изменённые события?

— Я не знаю, — пожала она плечами.

— Над нами решил поиздеваться и выдал такую жесть, а Ханне подсунул ответы по тому, как всё разрешить, чтобы никто не умер при этом? — недоумевал Ббоки. Потом понял, как прозвучали его слова и поспешил исправиться, — Прости! Я не имел в виду, что ты должна была видеть ту же жесть. Просто я
реально не понимаю, почему так! Почему бы и нам тоже не показать решение
проблемы?

— Вам? — заметил интересный момент Сынмин. — Кто-то ещё видит сны, кроме тебя?

— Красноволосая тварина нам кольца подарила, — ответил Джинни за Ёнбока и продемонстрировал свою руку. — С их помощью, хотя я в этом
не уверен на все сто, но я тоже могу видеть сны вместе с Ббоки.

Ханна заинтересованно нагнулась поближе к руке Джинни, чтобы
рассмотреть кольца получше:

— По-моему, это обычные хомайка из эпоксидки, — скептично отметила она.

— Потому я и сказал, что сомневаюсь в том, что они на сны
влияют.

— Но вы и дальше их носите? — поднял одну бровь Сынмин.

— А вдруг правда в них дело? Не хочется просто упустить момент, когда ублюдок снова будет кошмарить Ббоки.

— Логично, — кивнул Минни. — А теперь подробнее. Что за красноволосая тварь, которую вы постоянно упоминаете?

— Ой бляяяя..! Снова рассказывать это всё! — громко, очень обречённо выдохнул Хван, вспоминая весь объём информации, который они уже
нарыли на Сонную Тварь.

— Да ладно тебе! — боднул его бедром Ликс. — Ты один раз рассказывал всего! Так что давай, не ной.

Хван очень драматично и обидчиво потёр место «удара» и вдруг
заметил слишком уж довольную ухмылку лучшего друга.

«Под-каб-луч-ник!» — беззвучно, одними губами, так чтобы Хван его понял, сказал Джисон и ярко улыбнулся. Хёнджин другу продемонстрировал
фак и принялся рассказывать Сынмину и Ханне всё, что они знали о Параличе.

— …А ещё мы начали подозревать тебя в связи с ним, потому что недавно этот тип совершил очередной неожиданный фокус и появился за твоей спиной, — в самом конце истории сказал Джинни Ким Сынмину.

— Когда? Где? — всполошилась перепуганная Ханна. Рассказ Джинни про неведомую личность из снов, которая подстраивала такие ужасы в реальной
жизни и наслаждалась тем, что творила, её и без того не на шутку напугали. А
теперь Хван говорит, мол он за другом её лучшим появлялся. Что это значит? Что Минни в опасности?

— В универе недавно. В зеркале прямо за тобой отражался. Малышка Миён сказала, что видела его, — ответил Джинни совершенно спокойным
тоном. Сам же очень внимательно наблюдал за реакцией Сынмина, продолжая его подозревать. Вот Ханна, перепугавшись, выдавала правильную, на взгляд Хёнджина эмоцию, а парень казался слишком уж спокойным.

— И нахуя он может там стоять? — чуть дрогнувшим голосом снова спросила Ханна.

— Кто его знает.

— Ты уверен, что не видел его? — повернулась Бан-младшая к сохраняющему
спокойствие другу и затрясла его за плечо.

— Если бы я увидел кого-то, похожего на него, — Минни тыкнул указательным пальцем в Джинни. — Да ещё и с красными волосами и отражающимся в
зеркале, я бы точно запомнил!

— Может ты просто забыл? Попытайся вспомнить! Ты же видишь всякое! — сказала Ханна и тут же осознала, что ляпнула лишнее. — Ой! Прости. Это же твоя тайна.

— Видишь всякое? — переспросил Ббоки.

Сынмин вздохнул и закатил глаза. По выражению лица читалось нежелание посвящать остальных в свои секреты.

— У нас тут вечер откровений. Мы вам вывалили буквально всё, что знали. Так что давай рассказывай тоже, — потребовал Джинни.

— Давай расскажем им? — Ханна снова подёргала друга за плечо.
— Они ведь такие же как мы. Они мне поверили!

 — Тебе поверили, потому что ты можешь свои слова подтвердить, — возразил ей Сынмин. — А я не могу.

— А тебе мы поверим, просто потому что верим, — подал голос Ббоки и заглянул сомневающемуся парню в глаза. Феликс и сам был жертвой
недоверия со стороны других людей. Слишком долго был тем, кто пытался доказать потустороннее присутствие и в ответ на это получал либо смешки, либо откровенный буллинг. Поэтому Сынмину он готов просто поверить на слово.

— Минни! — жалобно прохныкала Ханна.

— Расскажи тогда бы, — сдался в конце концов Минни, давая подруге добро.

— Всё рассказать? — уточнила она.

— Всё. Хер с ним, — выдохнул раздражённо Ким и сменил во рту жвачку, утерявшую свой вкус. До этого момента он сохранял поразительное
спокойствие и апатичность, не смотря на все услышанные ужасы. Но сейчас, когда дело коснулось лично его прекратил дуть пузыри, нервно затряс ногой и не знал, куда деть глаза и чем занять руки. Поэтому найдя ниточку, что торчала из рукава его толстовки, принялся её теребить. Такое поведение парня позабавило Минхо и помогло Хвану хоть немного, но прекратить подозревать Сынмина.

— Эммм… Вы слышали про трагедию на пароме, случившуюся лет десять назад? — внезапно спросила всех Ханна.

— Что за трагедия? — поинтересовался Джисон и вдруг заметил, как некоторые из его друзей осторожно глянули на поникшую Черён. Догадка возникла сама собой. Он и до этого слышал, что мама Черён погибла при каких-то
трагических событиях, а Ханна как раз упомянула слово «трагедия». Сложить два плюс два особого труда не составило.

— Очень громкая трагедия была. В результате крушения затонуло очень много людей. В основном детей. На том пароме была мама Черён, вместе со
своими учениками, — пояснил историю подруги Минхо. Из глаз девушки потекли
слёзы, но она быстро вытерла их рукавами толстовки. Йеджи осторожно приобняла подругу.

— Прости! Я не знала! — пролепетала застигнутая врасплох Ханна.

— Всё в порядке, — сквозь душевную боль выдавила из себя улыбку Черён. — Это давно было, так что… Вы продолжайте! Со мной всё нормально. Правда!

— Ты уверена? Может не стоит? — обеспокоенно сказала Йеджи.

— Уверена, — кивнула девушка и снова вытерла набежавшие слёзы. А потом вдруг увидела полный отчаяния и растерянности взгляд Сынмина.

— Т-ты что-то хотел? — робко спросила девушка.

— Прости, — вдруг неожиданно выдал Сынмин и прикусил дрожащую
нижнюю губу. Он сидел прямо напротив Хо, и тот первым заметил, что нервное
состояние Минни увеличилось в разы. Он так сильно крутил за нить на рукаве, что почти распустил шов и выглядел готовым расплакаться в любую секунду.

— Что? — не поняла парня Черён.

— Прости меня, — ещё раз выдавил из себя Сынмин слова прощения и затем, увидев, как на него все смотрят, и почувствовав, что теряет контроль над ситуацией, не выдержал и сорвался с места, убежав в только ему
известном направлении.

— Сынмин! — вслед выкрикнула ему Ханна. Но парень даже не обернулся, скрывшись где-то за множественными деревьями.

— Ч-что случилось? П-почему он передо мной извинился? — спросила у младшей Бан поражённая событиями Черён.

— Просто Минни… Он… — начала Ханна.

— Твою же мать! — вдруг громко и внезапно перебил девушку Минхо. — А я все думал, где я его лицо видел! Да его же на всех телеканалах тогда показывали! Сынмин — он единственный выживший с того затонувшего парома!

***

Обращение от автора: Вот и пришла пора рассказать всем вам о
таком таинственном и загадочном персонаже, как Ким Сынмин. Я очень долго ждала этого момента и очень рада, что наконец дошла до этой «точки сохранения». Более подробно его историю ожидайте в следующей главе. ^^

Но а сейчас я лишь хотела сказать, что эта трагедия затонувшего парома частично основана на реальных событиях. К большому сожалению. Те, кто увлекается тру-краймом и документалками про катастрофы, наверняка слышали
о пароме Севоль. Его крушение у берегов Южной Кореи унесло жизни 304 человек из 476 находившихся там. И большинство погибших (около 250) были школьниками старшей школы. А 9 человек до сих пор считаются пропавшими без вести. Очень страшная трагедия, и если хотите узнать более подробно, то можете глянуть множество роликов на ютубе. Я же в своём фф не буду давать названия парому, да и историю в целом немного изменила, как уже было видно из упоминания Минхо, что «выжил только Сынмин». Как-то так.

Ну а подробности его истории и почему он вообще так болезненно отреагировал, как я сказала выше, ожидайте уже в следующей главушке.

Спасибо за прочтение и за внимание! ^^

ПыСы.: всегда с нетерпением жду обратной связи! Очень люблю читать
ваши отзывы и рассуждения, так что не поскупитесь на пару строк, пожалуйста!😭🙏