18+ | Текст предназначен для личного ознакомления и не является пропагандой. Запрещено копировать и распространять в любых форматах (DOC, PDF, FB2 и т.д.) Лица, нарушившие этот запрет, несут полную ответственность за свои действия и их последствия.

Совместный проект: K-Lit & Bestiya

▬▬▬▬▬||★||▬▬▬▬▬

Пока мы заключали этот мерзкий союз, укушенный изо всех сил пытался сделать вид, что его не кусали.

Он, ползя на четвереньках к Юн Сичану, отчаянно кричал.

— Ребят, ребята! Меня не кусали! Я просто поранился. Поранился!

— Не неси хуйню! Знаешь же, что укушен, зачем лезешь? Хочешь, чтобы мы все подохли?

Я направил перевернутую швабру в его лицо и тот отступил. Вблизи след укуса был ещё отчётливее. Зомби-ублюдок!

Его глаза, полные страха, наполнились слезами, и вдруг он изо всех сил обхватил левую ногу Юн Сичана.

Скорчив недовольную гримасу, я отдалился от этих двух источников заразы.

Юн Сичан, опираясь на бейсбольную биту, как на трость, и прихрамывая, смотрел на него неподвижно.

— Сичан! П-пожалуйста, дай мне шанс выжить...! Даже если меня укусили, всё может быть нормально...! Иммунитет...

Юн Сичан, облокотившись на свою обхваченную ногу, пнул его в солнечное сплетение. Затем он занёс бейсбольную биту, целясь в голову, и этот скоро-стану-зомби взвизгнул, прикрывая лицо руками.

— Или уйдёшь сам, или уйдёшь, получив этим по голове.

Юн Сичан, остановив биту прямо перед его носом и кивнул на заднюю дверь. В конце концов, расплакавшийся парень беспокойно перевёл взгляд и посмотрел на меня.

— Т-тэджон, я же...

— Заткнись, мудила, проваливай, хочешь сдохнуть?

Я поспешно отступил от него, когда он пополз в мою сторону. Ругательства лились рекой. Неизвестно, когда он превратится в зомби и кинется на меня, если честно, было пиздец как страшно.

А этот ублюдок Юн Сичан вместо того, чтобы просто побыстрее отмутузить его и вышвырнуть, зачем-то даёт выбор и городит чушь. 

Парень, с опущенными бровями и отчаянным выражением лица, вдруг начал извиваться и рвать на себе одежду. Он словно сошёл с ума, расчёсывая место укуса, затем начал харкать кровью и стонать. 

Я быстро взобрался на парту и, выставив вперёд швабру, приготовился. Юн Сичан подошёл к распластанному на полу парню и без колебаний занёс биту, обрушив её на его голову.

— Ай, а-ай!

Раздался звук, будто голову проломили напрочь, и его лицо врезалось в пол. В его крике уже слышалось характерное для зомбированных ублюдков горловое клокотание.

Движения Юн Сичана были выверенными. Он избивал его чёткими, без малейших колебаний, ударами. Железо с хрустом долбило по черепу, и укушенный постепенно начал дёргаться и извиваться, как зомби.

Юн Сичан, наступив ногой на спину зомби-ублюдка и продолжая наносить удары, вдруг поднял голову и посмотрел на меня. Несколько капель крови брызнули на его правую щёку. Взгляд, полный смертоносной решимости, заставил меня инстинктивно сжаться.

Он посмотрел на зомби, затем снова на меня, словно говоря: «Что, ублюдок, помогать не будешь?»

Но, блять, я же не знаю. Что, если брызнет кровь и я заражусь? Делай сам.

Я лишь сильнее сжал швабру, но не двигался с места. Тогда Юн Сичан снова принялся размахивать битой, сосредоточившись на том, чтобы добить зомби, который уже превратился в месиво.

Глядя на это, я вспомнил, как однажды жестоко был избит Юн Сичаном. Это был день, когда я собирался отжать у какого-нибудь новичка бабки.

Я сидел на корточках у беседки в жилом комплексе и курил в одиночестве, когда увидел идущего парня в форме нашей школы. Деньги у меня как раз заканчивались, и я подумал, что нужно хорошенько избить новичка и обчистить кошелек.

— Эй!

Когда я громко окликнул его, он тут же обернулся. Я поднял средний палец в сторону не различимой чёрной фигуры.

Парень, подошедший на мой зов без тени удивления, оказался Юн Сичаном, который перевёлся к нам меньше недели назад.

Я удивился, увидев не того, кого ожидал. Я собирался начать с удара в солнечное сплетение. Но из-за его внезапного появления просто сидел и смотрел.

Я знал, что этот парень вряд ли просто так отдаст деньги, и дело могло стать хлопотным, но я как раз подумывал, что пора бы навести порядок в иерархии.

Хотя разница в росте была такой, что приходилось смотреть на него снизу вверх, я думал, что этот парень из богатой семьи и с лицом без единого изъяна, вряд ли будет серьёзным противником.

Чтобы захватить инициативу, я швырнул в Юн Сичана сигарету, которую курил. Целился в лицо, но, к сожалению, она попала в плечо и отскочила.

Он молча смотрел на окурок, упавший на пол, затем стряхнул пепел с формы. Его лицо было бесстрастным, а взгляд непоколебимым, когда он смотрел на меня.

После этого всё, что я сказал, это: «Эй, деньги есть?» и «Прости!», которое я выкрикнул, когда меня избивали до полусмерти и я подумал, что сейчас умру.

Не знаю, где он научился этим приёмам, или же он просто чертовски силён, но в тот момент, когда его кулак прилетел мне в лицо, я мог только висеть в его захвате и принимать удары.

Я лежал на полу, моё лицо было изуродовано. Юн Сичан присел на корточки рядом с моей головой и протянул руку, требуя сигареты и зажигалку. Сначала я подумал, он просто хочет покурить, но нет.

Он вынул изо рта зажжённую сигарету, повернул мою голову набок и прижал к полу. Мои глаза почти не открывались, и в сузившемся поле зрения я увидел приближающийся к моей щеке огонёк.

— Прости! Прости, блять, правда, прости, я же сказал, что прошу прощения!

Я зажмурился и отчаянно его умолял. Мои крики постепенно перешли в рыдания, и Юн Сичан остановился, потушив сигарету о землю прямо перед моими глазами. И затем ушёл без единого слова.

После этого я старался максимально избегать встреч взглядом с Юн Сичаном. Изначально, кроме обеденного перерыва, я всё время спал, уткнувшись в парту, так что столкновений не происходило. Мне было противно, что все пацаны, с которыми я дружил, хотели подружиться с Юн Сичаном, и я просто надеялся, что однажды Юн Сичан попадётся какому-нибудь психу и сдохнет.

Но почему мир превратился в место, где все мертвы, кроме этого ублюдка, чёрт возьми?

Юн Сичан, наконец, пнул бездыханного зомби и направился к задней двери. Он вытолкнул тело ногой в щель между дверью и косяком, затем закрыл её.

Напряжение спало, я отпустил швабру и сел на парту. Если сейчас кто-то войдёт, я разнесу ему голову, прежде чем он станет зомби. Или выброшу его в окно.

Пока я строил эти планы, Юн Сичан, всё ещё не утихомирившийся, подошёл ко мне,  сжимая бейсбольную биту.

Я попытался неуверенно подняться, сжимая швабру, но моё тело застыло, когда бита вонзилась в парту рядом с моим лицом. 

Пиздец. 

Я затаил дыхание и уставился на Юн Сичана.

— Эй, чего встал.

Его голос, вопреки свирепому выражению лица, был таким же спокойным и ровным, как и раньше. Обыденный тон, но то, как он смотрел на меня, не моргая, было до усрачки пугающим.

— Эй, я... прости, я струсил, поэтому я...

Я бормотал оправдания, но атмосфера становилась только тяжелее. Не в силах продолжить, я лишь беспомощно открывал и закрывал рот. Брови Юн Сичана сдвинулись. Он грубо вырвал у меня швабру и потащил меня к задней двери. 

Отмена перемирия. Настоящий пиздец.

— Эй, прости! Правда, блять, прости! Я боялся, что если брызнет кровь, то стану зомби! Чёрт, а если стану зомби, я буду бесполезен!

Я вцепился в стоящие впереди парты, умоляя. Хотя я ухватился за парту обеими руками, меня всё равно продолжали тащить, и это было хуже всего. Всё, что я мог делать, — это униженно умолять. Хотя моё желание прикончить его взлетело до небес, но и в силе, и в ловкости Юн Сичан намного превосходил меня.

Не колеблясь, он потащил меня и швырнул у задней двери. Прислонившись спиной к шкафчикам, я поднял голову и увидел его, смотрящего на меня леденящим душу взглядом.

— Нужно, чтобы заражённая кровь попала в рану. Тогда станешь зомби. Нужно, чтобы попала в рану.

Юн Сичан произнёс эти четыре слова с особым ударением и поморщился. Похоже, он тоже думал, что выжить в одиночку будет невозможно.

Это правда по-ублюдски, но в данной ситуации он прав.

Мне тоже внезапно захотелось распахнуть заднюю дверь и вытолкнуть Юн Сичана, но выжить одному было нереально. К тому же, казалось, что даже если бы я так и сделал, этот тип выжил бы и вернулся. И тогда следующей жертвой стал бы я.

Желание убить Юн Сичана не было важнее моей собственной жизни. Сначала нужно выжить. Сначала нужно жить.

— Эм... прости, прости.

Я поднялся с пола, покорно глядя на него. Пока что так и есть. Как только появится возможность, я прикончу Юн Сичана и найду себе нового подчинённого.

Юн Сичан, подойдя к окну, уселся на парту и поманил меня рукой. Я поправил свою растрёпанную одежду и подошёл.

— Выходим через 10 минут.

Он спокойно сказал это, вытирая кровь с биты о пол. От этой внезапной, наглой реплики у меня отвисла челюсть.

— Ты спятил? Ебанутый ублюдок? — нагло выпалил я, не сдержавшись. 

Юн Сичан, осматривавший пространство за дверью, молча посмотрел на меня. 

блять.

— Что мы тут будем делать, мудила? Надо уходить куда-то, пока этих ублюдков не стало ещё больше.

К счастью, он, видимо, понял, что я сказал эту хуйню просто не сдержавшись, и, указывая битой на зомби, стал объяснять.

Он был прав. Из-за всего того пиздеца, что мы тут устроили с тем покойником, зомби собралось больше, чем раньше.

— Но куда нам идти? В столовую?

В таких ситуациях еда всегда важнее всего. Мне казалось, что если укрепиться в столовой, кто-нибудь придёт на помощь.

— Там уже пиздец.

Последовал мгновенный ответ. Учитывая, как он надоедливо строил из себя знатока раньше, Юн Сичан, похоже, уже в некоторой степени понял ситуацию.

— А ты как сюда попал?

— Как раз ел, и вдруг начался пиздец.

— Ебанутый ублюдок, значит, ты добрался оттуда аж сюда?

Столовая находилась на первом этаже. И она не была соединена с учебным корпусом. Это означало, что он бегал по улице в том аду и добрался сюда, ни разу не будучи укушенным. Чудовищный ублюдок.

— Эй, а что снаружи...?

Услышав мой вопрос, Юн Сичан посмотрел на окно и раздвинул шторы, которые были задернуты всё это время.

Были видны школьный двор и магазины за главными воротами. Двор был заполнен зомби, и с магазинами была та же история.

Творчески уродливые существа шаркали, извиваясь, а кое-где были видны бегущие зомби, словно кого-то преследующие.

Твари, будто специально созданные чтобы выглядеть блядски уродливыми, извивались и шаркали вокруг, а кое-где были видны даже бегающие зомби — похоже, кто-то пытался от них ускользнуть.

— блять... Армия не придёт? Армия?

Голос дрожал, когда я спрашивал о ситуации, которая была хуже, чем я думал.

Неужели и с армией тоже пиздец...? 

Но там наверняка есть парни и пострашнее Юн Сичана. Возможно, изначально зомби распространились только здесь. Тогда армия должна быть в порядке.

Без тени эмоций на лице Юн Сичан бросил раздражённый ответ.

— Если придут, они пристрелят и нас, идиот.

— Что? Почему! Нас же не кусали.

— Станут они, блять, всех проверять. Проще взорвать школу, да перестрелять всех.

Я с трудом сдержал порыв сказать ему, чтобы он заткнул свою пасть, которая так легко рушит чужие надежды, и слабо пробормотал:

— Но мы же несовершеннолетние...

— Всем плевать, если в мире пиздец.

— блять, может, пощадят, потому что мы несовершеннолетние?

Я сунул руку в карман худи, чтобы попробовать позвонить или поискать в телефоне, но ничего не нашёл.

Проверив, что карманы штанов тоже пусты, я скривился и спросил.

— Эй, а у тебя есть телефон?

— Отдал зомби на корм.

— блять...

Я спросил, хотя был уверен, что этот ублюдок не станет его отдавать, но он оказался в такой же безнадёжной ситуации. Мне не хотелось видеть это зрелище из зомби и трупов, и я задёрнул штору. Вздохнув, я прикусил нижнюю губу, и Юн Сичан заговорил.

— Давай сначала поднимемся наверх.

— Правда, пойдём?

Когда я спросил в панике, он кивнул и постучал битой по полу.

— Сначала найдём радиорубку.

— Зачем она нам?

— Просто найдём.

Юн Сичан слегка нахмурился, словно объяснять ему было лень. Расспрашивать дальше было бессмысленно — этот тип вряд ли стал бы мне что-то рассказывать, поэтому я замолчал. Сказав, что выходим через 5 минут, Юн Сичан лёг на парту и уставился на улицу, вглядываясь в просвет между шторами.

— Эй.

Я обнимал швабру, размышляя об этом дерьмовом положении, и повернул голову. Взгляд Юн Сичана всё ещё был прикован к окну. В солнечном свете, пробивающемся сквозь щель в шторах, его тёмные зрачки казались красными.

— Если меня укусят...

Юн Сичан сделал паузу и ненадолго замолчал.

Я решил про себя, что, что бы этот тип ни попросил, я сначала соглашусь, а потом предам его.

— ...если я сразу не помру, и не смогу умереть, прибей меня сам.

От совершенно неожиданного ответа у меня застыла кровь в жилах, и я заморгал.

— Что за хуйню ты несёшь?

Эта фраза вместила в себя все мои мысли. Произнеся её вслух, я понял, что это прозвучало так, будто я беспокоюсь об этом типе, и мне стало противно.

— Ты что, хочешь сдохнуть как зомби?

Взгляд Юн Сичана устремился на меня. Выражение лица говорило, что он не понимает.

— Просто не хочу сдохнуть. А ты хочешь сдохнуть?

— Нет.

Ответом был явно раздражённый голос, словно мой вопрос был полной бессмыслицей.

— Но...

— Сдохнуть зомби — это же пиздец как отстой.

Произнося это, Юн Сичан снова смотрел в окно. Я последовал за его взглядом и увидел стаю зомби, пожирающих чьи-то внутренности на трибунах стадиона.

Меня чуть не вырвало, и я отвернулся, но Юн Сичан, казалось, не хотел упустить ни малейшей детали этой сцены, водя зрачками и внимательно изучая её. 

Психопат.

Он смотрел ещё какое-то время, а затем поднялся, сказав: «Пошли». Глядя на его уходящую вперёд спину, я спросил:

— Эй, а если укусят, как помереть-то хочешь?

— Прикуси язык.

— Вау, блять, вот это крутой план, уёбок, потом не проси, чтобы я тебя пощадил...

Юн Сичан не ответил и начал разминаться, вращая запястьями и лодыжками. Я тоже встал, держа швабру, и вытер вспотевшие ладони о худи.

— Эй, а тогда чем убивать? Можно, чтобы до смерти было больно?

Я говорил серьёзно. Нужно убить так, чтобы пиздец как больно было.

— Разбирайся сам.

Юн Сичан стоял у задней двери, когда отвечал. Коридор, видный в окошке двери, стал ещё опаснее, потому что зомби пожирали тело, выброшенное туда ранее.

Юн Сичан, осматривющий зомби, дёрнул меня за рукав и вытолкнул вперёд.
«Какого хуя?»

— Какого хуя?

Мысли вырвались наружу.

— Стой впереди.

— Ты спятил? Почему я? Хочешь, чтобы я сдох?

— Беги впереди и прикрывай хотя бы фронт.

— Легко сказать.

— Заднюю часть я возьму на себя.

— Это и так понятно, блять!

В тот миг, когда я отбил руку Юн Сичана и отступил, этот тип схватил меня за шиворот, распахнул дверь и вытолкнул наружу.

Конченый ублюдок! 

Три зомби, столпившиеся вокруг трупа, повернули головы ко мне.

— Ссука!!

Я попытался рвануться обратно в класс, но Юн Сичан, вышедший следом, грубо толкнул меня в спину.

— Что делаешь, дебил? Беги.

Его голос был на удивление спокоен, словно мы были не в одной ситуации. 

Бормоча ругательства, я бросился на приближающихся зомби. Судя по тому, что их кусали в основном в лицо, их форма была целой, но кожа вокруг ртов и глаз была вырвана.

Я блокировал первого зомби перевёрнутой шваброй и пнул его в солнечное сплетение. Зомби, бежавший следом, столкнулся с избитым и упал.

Ещё один воспользовался моментом и бросился в атаку. Мне нужно было увернуться в сторону или избить его, но моё тело, сконцентрированное на пинках в солнечное сплетение, не успело среагировать.

<<Бам!>> 

В тот миг, когда я зажмурился, бейсбольная бита, протянувшаяся сзади, разнесла голову атакующему зомби. От звука, похожего на хруст банки, зомби, бродившие в видимых мне классах, повернули головы.

Через открытую переднюю дверь я встретился взглядом с одним особенно отвратительным ублюдком. Один его глаз был вырван, а из зияющего живота свисали и вываливались внутренности.

Зомби, встретившийся со мной глазами, изогнулся и издал противный вопль. Услышав этот звук, остальные зомби тоже пришли в ярость и бросились к открытой передней двери.

— Бл... Эй! Вон там!

Я указал на переднюю дверь, продолжая нестись. Оглянувшись, я увидел, как Юн Сичан бежит, периодически разбивая головы зомби с другой стороны.

— Эй, закрой дверь.

— Как я её закрою, ебанутый?!

— Не закроешь — сдохнешь, мудила.

Если я сейчас брошусь к двери, у меня будет два варианта: едва успеть захлопнуть её или быть укушенным и сдохнуть. Я попытался взвесить все возможности, но конечно нихрена не понял, а моё тело уже бежало к двери. В тот миг, когда я протянул руку к ручке, зомби, бывший впереди, широко раскрыл пасть и прыгнул.

— Ох, блять!

Я воткнул конец швабры ему в пасть, оттолкнул и поспешно захлопнул дверь. В тот же миг рука другого зомби, протянутая в щель, застряла, и дверь не закрылась до конца.

— Эй, пиздец!

— Дай сюда.

Подбежавший Юн Сичан выхватил у меня швабру и вставил её в дверь в качестве засова. Заблокированная дверь лишь дребезжала, но не открывалась.

Пока я на мгновение замешкался, он уже бежал впереди. У ублюдка, оказывается, была совесть.

Когда оставшиеся в коридоре зомби бросились на нас, Юн Сичан, привычно бьющий по головам и пинающий в солнечное сплетение, расправлялся с ними и бежал без остановки. Его чёткие движения заставляли усомниться, чем он вообще занимался всю свою жизнь.

На лестнице, судя по всему, лежал чей-то труп, и вокруг него столпилась стая зомби. Доносились чавкающие звуки, а запах крови стал ещё более тошнотворным, и мне пришлось сдерживать рвотные позывы. Юн Сичан, ненадолго остановившись, оглянулся.

Сзади нас догоняли зомби, замедлившиеся из-за того, что Юн Сичан размозжил им головы.

— Нам пиздец!

— Заткнись, поменьше кричи.

— Нет, блять, что делать?...

У меня даже оружия нет. Продолжая в том же духе, единственный возможный финал — тот, где Юн Сичан использует меня как приманку. Я должен прикончить его, пока он не прикончил меня.

Я отодвинулся в сторону и стал думать, как можно использовать эту ситуацию и сделать его приманкой, но он вдруг поднял биту высоко и начал как сумасшедший лупить ею по полу.

— Что ты делаешь, псих?

Тот, кто говорил не кричать, сейчас сам чертовски привлекает внимание.

Зомби на лестнице повернули головы, издавая противные, горловые звуки. Юн Сичан, продолжая громко стучать битой по полу, пристально смотрел на них. Зомби, снова приходя в ярость, начали спускаться по лестнице гурьбой.

Я инстинктивно отступил, но Юн Сичан, протянув руку, схватил меня за воротник.

В тот миг, когда я отчаянно пытался вырваться, ожидая, что меня, конечно же, толкнут на лестницу, моё тело швырнули вправо. Я упал на пол в коридоре, ударившись головой.

На мгновение все зомби повернули головы ко мне, и эти ублюдки начали спускаться, прижимаясь к правым перилам.

— Бл... Ты спятил! Ах ты гандон, блять, эй!

В голову не приходило ничего, кроме матов.

Я, бормоча маты и нащупывая путь, попытался подняться, как вдруг Юн Сичан начал изо всех сил лупить битой по полу вокруг моих ног. Раздавались непрерывные бам-бам.

— Я не собираюсь их кормить, так что заткнись и лежи смирно

— Хрень какая! Вон же, ах!

Я собирался крикнуть: «Вон же, зомби приближаются!», как один из зомби прыгнул на меня. Я сгруппировался и закричал, проклиная Юн Сичана в тот миг, когда ожидал невыносимой боли.

Раздался звонкий бам, и Юн Сичан, ударивший битой по голове прыгнувшего зомби, посмотрел на лестницу. Зомби, находившийся прямо за ним, столкнулся с тем, кому проломили голову, и упал на спину. Остальные ублюдки, спускавшиеся, переплетаясь друг с другом, все разом рухнули.

Спутавшиеся зомби, лежавшие у правых перил, с рычанием пытались подняться, а Юн Сичан, словно играя в игру «бей кротов», сбивал их ударом за ударом, как только они поднимались.

Поскольку зомби столпились справа, казалось, что если прижаться к левым перилам и подниматься, то всё будет в порядке. Юн Сичан поднимался, размазывая битой лица зомби, которые поднимались или лишь высовывали головы. Добравшись до середины, Юн Сичан обернулся и посмотрел на меня, всё ещё распластанного на полу.

— Чего разлёгся?

«Этот парень просто блять, вау... ебанутый ублюдок...»

Я кое-как поднялся, с трудом двигая дрожащими ногами. Беспорядочно спутанные зомби колыхались, словно огромная гора плоти.

Поднявшись по лестнице, я увидел лежащий труп, с которого была почти сорвана кожа с лица и туловища. Вокруг глаз всё было вырвано, а под ключицей болтались недоеденные клочья плоти.

Юн Сичан, внимательно разглядывая это, перешагнул через труп. Я, щурясь от отвратительного зрелища, прошёл, наступив на ногу трупа. Юн Сичан, прижавшись к стене и медленно продвигаясь вперёд, внезапно резко остановился.

— А, блять.

Я врезался лицом в его затылок. Непроизвольно скривившись, я пробормотал ругательство, но Юн Сичан, обернувшись, вдруг одной рукой зажал мне рот.

Пахло кровью, но из-за его хватки, способной, казалось, раздробить челюсть, я не мог издать ни звука, даже простого «М-м-м». Стиснутые челюсти ужасно болели.

Затем он потащил меня к трупу и, показав поднятый указательный палец, велел молчать. Видимо, прямо перед нами был зомби.

Учитывая, как раньше зомби бросались только на меня, а Юн Сичана игнорировали, похоже, эти ублюдки почти ничего не видят. Они были чувствительны только к звуку.

Я, скорчив недовольную гримасу, закивал головой. 

Юн Сичан, бросив мою челюсть, присел на корточки и начал рыться в карманах брюк трупа. 

«Что там может быть, идиот», — подумал я, но, взглянув на труп ещё раз, почувствовал тошноту, и уставился в пол. 

Рядом с ногой трупа валялся пропуск.

Имя Ли Кён Бин было до боли знакомым, и на мгновение я широко раскрыл глаза. Он был одним из тех, с кем я ходил в игровые клубы, курил и тусил. Мы были довольно близки, но как-то раз он полез ко мне с претензиями, что мой стиль общения раздражает, и мы подрались.

То, что этим трупом оказался Ли Кён Бин, было неожиданно, но почему-то мне стало даже приятно. Видеть, что этот мажор, выросший под крылом богатых родителей, умер вот так, а я всё ещё жив, вызывало во мне странное чувство удовлетворения.

Отец, не умеющий ничего, кроме как лупить меня, учителя, смотревшие на меня свысока, как на насекомое, ублюдок-арендодатель, который таращил глаза, требуя арендную плату, когда я только выехал... Мысль о том, что их всех, наверное, разорвали на части, вызывала у меня смех.

Тем временем Юн Сичан, закончив с карманами, уже вовсю обшаривал одежду Ли Кён Мина.

Ах... 

Хотелось бы, чтобы и Юн Сичан был нищим. Голодранцем. Хотелось бы, чтобы у этого типа никогда не было дома. Чтобы он был сиротой.

Глядя на его до безумия привлекательное лицо, даже испачканное кровью, у меня и возникали такие мысли. Юн Сичан, копошащийся в одежде как настоящий бродяга, нашёл зажигалку в кармане худи. Я не понимал, что с ней можно сделать, но он жестом указал в сторону коридора и тихо сказал:

— Держи рот на замке, пока я не разрешу.

Каков приказ, просто загляденье. Мне дико хотелось вставить колкость, начать спор, но я лишь кивнул. Если бы не Юн Сичан, я бы до сих пор был заперт в том классе, не в силах пошевелиться.

Он взял зажигалку и пригнулся, двигаясь вдоль стены. Я тоже высунул голову, и в самом конце коридора увидел радиорубку. Проблема была в том, что вокруг неё кишела уйма зомби.

То же самое было и в коридоре напротив. Это был коридор для третьего класса, и зомби валялись там, начиная прямо от двери 4-го класса.

В этой ебанутой ситуации я сомневался, сможем ли мы вообще пробраться в радиорубку, но выбора у меня не было. Я увидел, как зомби, медленно преследовавшие нас с нижнего этажа, уже поднимаются по лестнице. И тут Юн Сичан, который размышлял, будто собираясь швырнуть зажигалку, вдруг размахнулся и бросил её в окно.

Раздался резкий звук, но на окне лишь появилась небольшая трещина. Зажигалка и так весит мало, чего ещё ожидать.

Я услышал, как Юн Сичан цокнул, и в тот же миг зомби с обоих концов коридора ринулись к треснувшему окну.

На мгновение ослабшее напряжение снова сковало все мои мышцы.

Юн Сичан, видя, что зомби бегут к нему, ловко ударил битой по окну, но, кажется, многие зомби уже засекли не стекло, а самого Юн Сичана. Они бежали на него, а он отступал.

Было приятно видеть Юн Сичана, казалось, немного ошарашенным, возможно, он ожидал, что зомби вывалятся из окна, но это был пиздец. блять, настоящий пиздец. Правильный путь — бросить этого типа умирать и бежать наверх.

В тот же миг Юн Сичан обернулся и швырнул свою биту в сторону верхнего этажа.

Железная бита с грохотом упала на узкую площадку между лестничными пролётами и с шумом покатилась.

Непрерывный гулкий звук привлёк зомби из коридора третьего класса, и они тут же устремились вверх по лестнице. Несколько зомби из толпы у радиорубки тоже поднялись, а остальные бросились на нас.

Он точно снова попытается использовать меня как приманку. Или на этот раз может и вовсе скормить.

Я тут же попытался отдалиться от этого типа, но Юн Сичан, ухватившись за закоченевшую ногу Ли Кён Бина, поднял труп горизонтально. блять, действительно креативный псих.

— Поднимай.

Его голос звучал слегка торопливо, но выражение лица было спокойным, когда он отдавал приказ. Я быстро подхватил верхнюю часть тела Ли Кён Бина, и увидел, как клочья плоти, болтающиеся у него под ключицей, отвисли. 

Юн Сичан использовал труп Ли Кён Бина как щит против нападавших зомби, одновременно пиная их в солнечное сплетение из-за него. Я тоже прикрывался головой Ли Кён Бина и пинал зомби в грудь или пах.

Каждый раз, когда морда зомби появлялась над головой Ли Кён Бина, мне хотелось закричать, но я кусал губу и терпел. Наконец, Юн Сичан пнул в солнечное сплетение последнего зомби, и тот рухнул.
— блять, нога, блин, чтоб тебя, какой же отвратительный ублюдок...!
— Эй!
— Сам знаю, сволочь.

Мы с Юн Сичаном одновременно потянулись, швырнули Ли Кён Бина упавшим зомби и бросились бежать. Дверь в радиорубку была прямо перед нами.
— А что, если она заперта?!

— Тогда пойдём в класс.
— Ёбаный псих! И как мы туда доберёмся?

В этот момент дверь кабинета психолога перед нами распахнулась, и оттуда что-то выскочило. Я подумал, что это зомби, но, присмотревшись, увидел наших ребят. И к тому же, это были те самые дружки Ли Кён Бина.

Они обернулись, увидели нас, и тут же бросились бежать к радиорубке. 

— Эй!! — закричал я им в затылки, продолжая бежать. 

Зомби, придавленные телом Ли Кён Бина, начали подниматься и бежать в нашу сторону. Ребята, которые на несколько шагов раньше нас вбежали в радиорубку, попытались поспешно захлопнуть дверь.

— Ах вы, ебучие ублюдки!

Я едва успел просунуть ногу в щель между дверью и косяком, и её тут же зажало хлопнувшей дверью. Невыносимо больно. Парень, державшийся за ручку, с растерянным лицом продолжал пытаться захлопнуть дверь. Ребята внутри кричали, чтобы он закрывал быстрее.

Казалось, моя нога сейчас треснет, и сила постепенно покидала мои руки, упирающиеся в дверь. Я уже думал, что сейчас мне конец, но в этот момент Юн Сичан, прижавшийся ко мне сзади, ухватился руками за щель и рванул дверь на себя.

Я рухнул в радиорубку, ударившись лбом, и в тот же миг внутрь ворвался Юн Сичан. В тот миг, когда он захлопывал дверь, на неё набросился зомби с разинутой пастью. <<Бам!>> 

Зомби, словно врезавшийся в быстро захлопнувшуюся дверь, зарычал по ту сторону.

Я поднял голову, яростно растирая ладонью ушибленный лоб. Ублюдки, что пытались захлопнуть дверь, смотрели на нас, хмурясь.

Хотя ругался я, их взгляды были прикованы к Юн Сичану. Тот, вытирая тыльной стороной руки кровь с лица, тяжело дышал. Я никогда не видел его таким уставшим. И, похоже, он был чертовски зол.

Если Юн Сичан в ярости, мне же лучше. Он сам разберётся с этими мразями, а мне останется только вовремя вставлять крепкие словечки. Порыв прикончить их тут же утонул в ожидании, что Юн Сичан устроит им настоящую расправу.

Стёрший всю кровь Юн Сичан перевёл дыхание и начал осматривать радиорубку. Те парни прижались к стене, словно мы были бактериями.

— Вас... в-вас кусали? — прозвучал дрожащий голос.

Взгляд Юн Сичана устремился на говорившего. Теперь я разглядел — это был Со Джэ Джун. Самый близкий друг Ли Кён Бина, я вспомнил, что когда я дрался с Ли Кён Бином, он стоял в сторонке, засунув руки в карманы.

Пока Юн Сичан молча смотрел на Со Джэ Джуна, Пак Хён У, дрожавший рядом, зажмурился и закричал, чтобы мы ушли.

Тот, кто пытался закрыть дверь, определённо был этим типом. Мне так хочется прикончить его. Но я потерплю. Должен потерпеть. Юн Сичан с ним разберётся.

— Проваливайте, ублюдки! Если вас укусили, то проваливайте!

Но, блять, они просто бесят меня.
Оглядевшись, я схватил Пак Хён У за грудки. Пак Хён У, Со Джэ Джун, один, второй... Было ещё ровно трое. Все они с опаской смотрели на меня и отступали.
Пак Хён У, казалось, задыхался, он ухватился за мою руку, пытаясь оторвать её, и начал барахтаться. Так и хотелось прикончить его тут же. Или использовать эту сволочь как живой щит.
В тот момент, когда Пак Хён У уже начал издавать хрипящие, захлёбывающиеся звуки, Со Джэ Джун ударил меня локтем в бок.
— Ах...!
— Ты... сволочь, ты, блять, толкал их, чёрт возьми. Я всё видел, психопат...
блять, как больно. Со Джэ Джун, глядя на меня сверху вниз, пока я лежал, сначала говорил уверенно, но к концу фразы его голос дрогнул, и глаза наполнились слезами.
Раз уж он видел меня, значит, поначалу он был в том же месте, что и я, а потом сбежал на верхний этаж. Должно быть, тогда и Ли Кён Бин погиб. Пазл сложился.
— Ну и что, ублюдок...! Выходит, вы убийцы, и я тоже, блять... Раз Ли Кён Бин мёртв, это вы его убили?
Схватившись за бок, я с трудом выплюнул эти слова. Услышав это, Со Джэ Джун, лицо которого исказилось злобой, словно взбесился и начал без разбора пинать меня по животу.
Похоже, он и вправду серьёзно зол, блять. Подставить их было правильным решением, но чертовски больно. Пак Хён У, поправив свою помятую рубашку, тоже присоединился. Остальные потихоньку подошли, и продолжили это дерьмо — пять против одного.
«Нет, Юн Сичан, сукин ты сын. Где ты? Что ты делаешь? Почему не убиваешь этих ублюдков? Ты же был так зол, чёрт возьми!»
В тот момент я был так взвинчен, что даже не обратил на это внимания. С трудом повернув голову в поисках помощи, я не увидел Юн Сичана.

Похоже, он сбежал один. У меня закружилась голова, и я сжал кулаки. Значит, нам действительно пиздец.

Пак Хён У, выкрикивая всяческие оскорбления, собрался пнуть меня по голове. В тот миг, когда я, под этим психом, обращающимся с человеческой головой как с футбольным мячом, прикрыл голову руками, из динамиков раздался оглушительный визжащий звук. Звук становился всё громче, и парни, избивавшие меня, зажали уши.

блять, уши чертовски болят. Я тоже заткнул уши и огляделся. В студийной кабине был виден Юн Сичан.

Он даже не смотрел в мою сторону, не похоже на то, что он пытался меня спасти. Если бы он хотел помочь, было бы быстрее просто повалить этих ублюдков. Юн Сичан, который, казалось, проверял что-то, нажимая кнопки, вышел из кабины с безразличным лицом.

— Что ты делаешь, ублюдок...!

Раздражённо спросил я, поднимаясь с пола, а Со Джэ Джун с несколько растерянным лицом наклонился вперёд, заглядывая в кабину. Юн Сичан, быстро приблизившись, протянул руку и схватил Со Джэ Джуна за шею.

— Кх!

Держа его одной рукой, он прошёл вперёд, открыл окно и тут же вышвырнул его. Со Джэ Джун, чья верхняя часть тела застрявшая на подоконнике, а шея сдавленная в воздухе, ухватился обеими руками за руку Юн Сичана и начал барахтаться. Он что-то кричал, кашляя, но из-за помех его плохо было слышно.

Было приятно видеть, как страдает Со Джэ Джун, но поскольку уши вот-вот взорвутся, я повернулся, чтобы сначала выключить звук.

— Эй.

Сквозь весь этот шум голос Юн Сичана прозвучал чётко. Я обернулся и увидел, что он смотрит на меня с глазами, полными бешенства.

— Ах, как громко! — закричал я, направляясь к кабине.

Юн Сичан что-то сказал в ответ, но я не разобрал.
«Что ты говоришь, мудак?»

Я нахмурился и переспросил: 

— Чё?

Юн Сичан медленно пошевелил губами, сказав беззвучно:

«Выключи и сдохнешь».

блять, я опустил поднятую ногу и замер на месте. Со Джэ Джун, ухватившийся обеими руками за руки Юн Сичана, наконец, расплакался и начал умолять.

— Эй! Прости! Кх, пр-прости...! Отпусти!

Пак Хён У, видевший, как тот отчаянно кричит, бросился на Юн Сичана, но получил пинок в солнечное сплетение и рухнул. Остальные парни, следя за Юн Сичаном, отступали.

Верхняя часть тела Со Джэ Джуна, висящего в захвате за шею, скрылась из виду за окном, и он бешено молотил ногами, зацепившимися за подоконник. 

— Правда, правда, прости! Я сделаю что угодно! Пощади!

Юн Сичан, не обращавший внимания на мольбы этого идиота и смотревший прямо перед собой, внезапно отпустил его шею. 

Тело Со Джэ Джуна, кричавшего в такт помехам, наклонилось за окно, и вот-вот должно было рухнуть вниз. Юн Сичан, ухвативший его за лодыжку, нехотя подтянул его обратно, и Со Джэ Джун, едва успев зацепиться верхней частью тела за подоконник, протянул вперёд руки.

Один из трёх оставшихся парней схватил его за руку, а Юн Сичан, ухватив Со Джэ Джуна за волосы, швырнул его на пол.

То убивает, то оживляет — настоящий психопат-ублюдок. Распластанный Со Джэ Джун, положив руку на грудь, тяжело дышал.

Непрекращающийся визжащий звук был просто отвратителен, а Юн Сичан всё это время смотрел в окно. Мне стало интересно, что же он там видит, и я, заткнув уши, подошёл ближе.

Мне мешал Со Джэ Джун, который извивался у него перед ногами, и я отпихнул его ногой. Пак Хён У всё ещё стонал, держась за живот.

Заглянув в окно через плечо Юн Сичана, я увидел, как зомби толпятся перед динамиками на школьном дворе.

Зомби, которые кружили прямо под окном, теперь возбуждённо сновали возле динамиков возле столовой. Все зомби разделились и собрались вокруг своих динамиков.

Только тогда я понял, зачем этот ублюдок включил этот долбаный звук. Но разве не было другого звука? Мои уши, блять, сейчас лопнут.

Юн Сичан спокойно осматривал происходящее за окном, словно ничего не слышал. Похоже, он точно не человек.

Я высунул голову над его плечом, чтобы лучше разглядеть улицу, как вдруг он повернулся.

— Ай!

Я вскрикнул, чуть не столкнувшись с ним губами. 

Лицо Юн Сичана в сантиметре от моего было бесстрастным и чистым. Глядя на него, мне захотелось плюнуть ему в физиономию.

Даже в ситуации, когда снаружи кишмя кишат зомби, во мне внезапно возникло желание как-то навредить этому типу. Но ради выживания пришлось сдержаться.

— Пошёл вон.

— Чё? А, блять...

Юн Сичан, молча смотревший на меня, бросил короткую фразу. На мгновение я растерялся, не понимая, что он имеет в виду, и быстро отступил. 

Юн Сичан, даже когда я отступил, нарочно оттолкнул моё плечо рукой и зашёл внутрь кабины радиорубки.

Наконец-то этот долбаный шум прекратился. Зомби, столпившиеся перед динамиками, успокоились и начали озираться по сторонам.

Юн Сичан снова вышел из кабины и осмотрелся. Перед ним сидел на корточках Со Джэ Джун, всё ещё держась за шею, Пак Хён У, стоявший в нерешительности и державшийся за живот, и трое других, прижавшихся к стене и окаменевших.

Я встал рядом с Юн Сичаном и смотрел на него с опаской. Он, казалось, о чём-то думал, опустив глаза, затем вдруг повернул голову и посмотрел на меня. Его левая рука медленно поднялась, и я рефлекторно вжал голову в плечи, прикрыв шею обеими руками.

Он сделал слегка удивлённое лицо, затем отвернулся и потёр затылок поднятой рукой. «блять. Как же позорно.»

— Выходим через 10 минут.

Юн Сичан, убрав ухмылку, снова заговорил своим спокойным голосом. 

— блять, зачем?

— Мы же закончили тут.

— Нет, блять, не закончили. Куда мы можем пойти?

— Сначала нужно выбраться из школы, мудила.

— А что насчёт этих ублюдков? — спросил я с надеждой в голосе.

Юн Сичан окинул их взглядом, затем пристально посмотрел на меня. Его взгляд говорил: «И что с того?». 

Я онемел и скривился.

В этот момент Со Джэ Джун, который всё это время кашлял и прислушивался к нашему разговору, вдруг заговорил.

— Эй... вы... только вы двое уходите?

Его голос дрожал.

— А что?

Услышав мгновенный ответ Юн Сичана, Со Джэ Джун забегал глазами, а затем переглянулся с Пак Хён У. Тот, всё ещё держась за живот, словно ему было больно, осторожно, с опаской, начал говорить.

— Э-этот звук из радиорубки... я тоже о нём думал... Можем ли мы пойти с вами?
— Пошёл на хуй, сволочь.

Это был настолько бредовый бред, что даже не оставлял пространства для размышлений. Нас двое, а этих ублюдков — пятеро. Стоит чему-то пойти не так, и мы станем кормом для зомби.

— Хоть бы у ублюдков была хоть капля самоуважения. А когда ты орал как сумасшедший, что мы укушенные, блять?

Услышав мои слова, Со Джэ Джун вздрогнул и нерешительно открыл свой блядский рот.

— Нет, эй... Извини за то, что я тогда сказал. Я посмотрел ещё раз и подумал, что тебя вроде не кусали...

Он бормотал это, избегая моего взгляда. Я скривился от этой очередной чуши, и тут Пак Хён У добавил своё:

— Но разве вам не лучше, когда вас больше?
— Вы что, пиявок тоже в численность засчитываете?

Со Джэ Джун и Пак Хён У, проигнорировав мои слова, уставились на Юн Сичана с умоляющим взглядом. Этот тип молча наблюдал за ними, возможно, обдумывая их бред.

— …..

Чёртово раздражение. Этот ублюдок, способный хладнокровно распороть человеку живот, пощадил Со Джэ Джуна. Я не мог понять, почему он так спокойно это терпит.

— Эй, Юн Сичан. Эти ублюдки сейчас...

— Тогда идите с нами.

Я указал на них с чувством, будто ябедничаю учителю, но он даже не обратил внимания на мои слова и выдал этот ёбаный ответ.

Выражения лиц Со Джэ Джуна и Пак Хён У прояснились, они стали благодарить, а трое других, стоявшие как декорации, явно почувствовали облегчение.

Отбросим всё остальное, но просто видеть, как эти ублюдки так радуются, уже тошнотворно.

Я схватил Юн Сичана за руку, когда тот направился в радиорубку, собираясь, видимо, снова включить звук.

— Ты спятил? Ты что, пиявковлюб?

— Отъебись.

В его глазах читалось: «Сейчас же отпусти, а то получишь». Я послушно отпустил его руку и сказал:

— И что мы будем делать, блять?

— Разве не очевидно?

— Нет, я спрашиваю, зачем ты берёшь этих ублюдков! Они же, блять, бесполезны!

— Ты самый бесполезный, мудила.

Сукин сын, я онемел и крепко прикусил внутреннюю сторону губы. Как только ситуация немного улучшится, я любой ценой прикончу Юн Сичана.

Вновь начал раздаваться этот блядский шум, и я увидел, что Со Джэ Джун и Пак Хён У, глядя на меня, сдерживают смех. Моё лицо постепенно заливалось жаром, а сжатый кулак дрожал.

Юн Сичан, бегло объяснив, что спустится до первого этажа, снова зашёл в радиорубку и какое-то возился с аппаратурой.

Заглянув внутрь кабины, я увидел, что у всех компьютеров мониторы были разбиты и в крови. Только тогда я осмотрелся и понял, что здесь тоже произошла крупная потасовка с зомби, поскольку повсюду были следы крови, а столы были опрокинуты на пол.

Юн Сичан крутанул микрофон, и снова раздался тот самый визжащий звук. Мне было интересно, откуда он его взял, но оказалось, это не запись, а намеренно созданный скрежет микрофона.

Покрутив его несколько раз и зафиксировав в щели переключателя радиовещательного оборудования, Юн Сичан вышел из кабины, когда обещанные 10 минут истекли. Убедившись, что зомби снова толпятся у динамиков за окном, он посмотрел на Пак Хён У и сказал:

— Эй.

— А?

— Ты откроешь дверь.

— А? Я?

Пак Хён У, казалось, был совершенно ошарашен, он замер на полпути, поднимаясь, и выдал тупой ответ. 

«Чёртовски повезло. Я боялся, что он снова вытолкнет меня первым.»
Слегка поморщившись, Юн Сичан зашагал к Пак Хён У. Тот всё ещё пялил свои вытаращенные, бессмысленные глаза и бегал взглядом.

Я был почти уверен, что сейчас он снова схватит его за грудки, откроет дверь и вытолкнет. В такие моменты его долбаная сущность психопата очень даже полезна.

Однако вместо этого Юн Сичан одной рукой вцепился в левую щёку Пак Хён У. Другая его рука сжалась в кулак и взметнулась вверх, чтобы тут же врезать Пак Хён У по лицу. Звук <<Шлёп!>> прорвался сквозь шум из динамиков.

Со Джэ Джун и остальные парни округлили глаза и отпрянули, а я расхохотался, хлопнув себя по колену. 

Забавное зрелище. Жалкий ублюдок.

Пак Хён У, не издав ни звука, попытался осесть на пол, но Юн Сичан не отпускал его, и тот болтался, как марионетка. Юн Сичан снова поднял кулак и нанёс очередной удар.

Слушая этот раздающийся раз за разом звук <<Шлёп!>>, я вспомнил, как сам был жестоко избит Юн Сичаном. Вид крови, брызнувшей из губ Пак Хён У, заставил и мою щёку болезненно ныть, но в любом случае сейчас избивают того парня. Нужно просто наслаждаться зрелищем.

Пак Хён У был «освобождён» только после восьмого точного удара, сопровождавшегося глухим стуком. Избитый ублюдок рухнул на пол, схватился за щёку и начал реветь.

Юн Сичан, превратив человека в фарш, совершенно спокойно отряхнул окровавленный кулак. Его взгляд скользнул по всем, кроме Пак Хён У. Он искал следующего ублюдка, который откроет дверь.

— блять!

В тот миг, когда взгляд Юн Сичана упал на меня, я непроизвольно выругался.

Вид Юн Сичана, на мгновение замершего, был чертовски пугающим, но, к счастью, его взгляд остановился на беспокойно ёрзавшем Со Джэ Джуне.

— Эй, ты.

Со Джэ Джун попытался отступить, избегая взгляда. В тот миг, когда Юн Сичан сделал шаг вперёд, он зажмурился и торопливо заговорил:

— Нет! Я понял...! Открываю!

Юн Сичан жестом показал на дверь, словно говоря «тогда побыстрее», и Со Джэ Джун, тяжело дыша, схватился за ручку.

Я начал потихоньку волноваться. У Юн Сичана сейчас, наверное, чертовски высокий уровень ненависти, и эти ублюдки могут попытаться подставить этого психа. Тогда следующей жертвой стану я.

— Чего встал?

Услышав рык Юн Сичана, Со Джэ Джун, который лишь дрожал, не отпуская ручку, кивнул. Дверь начала понемногу открываться, и в щели была видна лишь залитая кровью стена. Зомби, что подошли к самой двери радиорубки, исчезли. Поскольку динамики были только в классах, все зомби из коридора, должно быть, зашли внутрь.

Это был очевидный результат для любого, у кого есть голова на плечах, и я не понимал, зачем этот дотошный до эффективности тип заставлял его открывать дверь, даже пуская в ход кулаки.

Со Джэ Джун, осмотрев пространство за дверью, с облегчением выдохнул. Вид того, как он похлопывает себя по груди, словно пытаясь успокоить учащённое дыхание, был похож на орангутана и вызывал отвращение. блять, да на всё, что делает этот тип, противно смотреть.

— Там никого, ничего… — пробормотал Со Джэ Джун, бросивший взгляд на Юн Сичана. 

Юн Сичан, ударив его тыльной стороной руки по плечу, вышел вперёд.

Если идти среди этих ублюдков, кажется, что тебя могут столкнуть к зомби, и тогда конец. Я поспешно последовал за Юн Сичаном, а остальные парни медленно потянулись следом. Последним, прикрывая своё избитое лицо, шёл Пак Хён У.

Коридор был завален лишь клочьями плоти и кровью, но не было ни единого зомби. Через открытую дверь кабинета психолога было видно, что зомби, столпившиеся у динамиков, находились в сильном возбуждении. С противоположного коридора и с нижних этажей доносился бесконечный шум.

Вот уже показалась лестница, ведущая вниз. Те покадеченные зомби, что Юн Сичан разнёс ранее, по-видимому, уже поднялись и разошлись — никого не было.

Юн Сичан, шедший быстро, проворно подобрал свою бейсбольную биту, оставленную на лестничной площадке.

Ублюдки, следовавшие сзади, даже увидев, что зомби разошлись, видимо, струхнули и шли медленно. Они ступили на лестницу лишь тогда, когда Юн Сичан с битой в руках и я уже начали спускаться. Так и хочется придушить их от раздражения.

Вопреки опасениям, мы спустились без происшествий. Коридор с радиорубкой был на 5-м этаже, а теперь мы были уже на 3-м.

Юн Сичан спускался быстро, перескакивая через две ступеньки, но при этом периодически оглядывался, проверяя, идут ли за ними те ублюдки.

Этот взгляд, в котором для меня не было и капли внимания, успокаивал. В любом случае, они — приоритетные кандидаты на роль приманки. Меня пустят в ход лишь после того, как все они сдохнут.

Безостановочно спускавшийся Юн Сичан замер перед лестницей, ведущей на 2-й этаж. В тот миг, когда я заглянул за его плечо, меня чуть не вырвало, и я крепко прикусил губу.

Пять-шесть трупов с вырванными лицами и внутренностями были свалены в кучу, преграждая путь. Лица были изуродованы до неузнаваемости, а ещё не застывшая кровь стекала по красным перилам. Состояние было куда хуже, чем у трупа Ли Кён Бина.

— Фу... блять...

Это было просто отвратительно. Я с трудом сдержал тошноту и отвернулся.

Если они умерли так, даже не став зомби, значит, их разорвали заживо. Одна мысль об этом была ужасной. По всему телу побежали мурашки, и я яростно поскрёб тыльную сторону ладони. Подошедшие позже ублюдки тоже разразились руганью и попятились.

— Что это, чёрт возьми...?!

Испуганный Со Джэ Джун вскрикнул и ухватился за моё плечо.

— Ах, блять, сволочь.

Меня и так тошнило, а тут ещё этот ублюдок. Я грубо сбросил руку Со Джэ Джуна, и он начал хныкать: «Что же делать?». Я понял, почему Юн Сичан так раздражался, когда велел мне заткнуться.

Юн Сичан, ненадолго остановившийся, поднял валявшуюся перед лестницей швабру и швырнул её мне.

— Что с этим делать? — спросил я, ловя небрежно брошенную швабру.

Юн Сичан указал на трупы и приказал:
— Отодвинь это.

Мне хотелось спросить, почему он не заставляет этих ублюдков, но я понимал, что это бессмысленно, и потому промолчал.

Юн Сичан подошёл к груде трупов и протолкнул бейсбольную биту в разбросанные внутренности. Труп, зацепившийся за лестничные перила и не двигавшийся, свалился вниз.

— Бля-ять... — пробормотал я.

Затаив обиду, я последовал за Юн Сичаном и начал отталкивать трупы шваброй. Парни были слишком заняты, сдерживая рвотные позывы, и один из «трёх дебильных статистов» в итоге не выдержал и вывалил содержимое на пол.

Наконец, груда трупов рухнула, и Юн Сичан, отпихивая ногами мешающие тела, начал быстро спускаться вниз.

На втором этаже брызги плоти и внутренностей были в несколько раз больше, чем на третьем. Мы быстро прошли через это и, наконец, оказались на первом этаже. У динамиков, установленных перед главным входом, толпилась целая орда зомби.

— Эй, чёрт! Что это?! 

Блять, мы не можем выйти. Это пиздец. Моя голова стала пустой, я застыл на месте и закричал.

— Нужно идти к чёрному ходу, долбоёб.

Юн Сичан, казалось, готовый сдохнуть от раздражения, слегка нахмурился и свернул в левый коридор.

На этот раз я не просто «мудила», а «долбоёб». Я получил усовершенствованное оскорбление, но упоминание о чёрном ходе, о котором я забыл, позволило мне успокоиться.

Я поспешно побежал за Юн Сичаном, а ублюдки сзади, увидев толпу зомби, вздрогнули и последовали за мной.

И в этот момент шум, заполнявший всю школу, без всякого предупреждения резко прекратился.

Юн Сичан, бежавший к узкой двери в конце левого коридора, резко остановился, и я тоже, врезавшись лицом в его затылок, замер на месте.

Я едва не выкрикнул пытающееся сорваться с языка ругательство и сильно прикусил губу. Во рту распространился вкус железа.

Парни, медленно следовавшие сзади, похоже, тоже понимали, что шум означает конец, и застыли с поджатыми губами и выпученными глазами.

Зомби в классах медленно поворачивали головы, выглядя озадаченными. В школе воцарилась внезапная тишина.

Двери всех видимых классов были распахнуты. Стоило сделать хотя бы шаг, и эти ублюдки-зомби разом бросятся на нас. Наверху было штук десять, а здесь, похоже, было как минимум тридцать на класс. Это был буквально настоящий, полный пиздец. Не было никакого способа выжить.

Даже этот чёртов псих, казалось, напрягся, чувствуя приближение смерти, и медленно оглядывался по сторонам, крепко сжимая биту. Его сильно хмурое лицо говорило, что и для Юн Сичана эта ситуация, видимо, стала неожиданностью.

«Сукин сын. Это ты всё испортил. Это ты врубил тот долбаный звук. Во всём виноват Юн Сичан. Это из-за тебя. Сдохни вместо меня.»
Сначала рука, а затем и всё тело начали дрожать. Вспомнились трупы, которые я видел ранее, — те, что были растерзаны заживо. Я старался дышать как можно тише, и в этот момент быстрый, оценивающий взгляд Юн Сичана остановился на мне. Его лицо оказалось прямо перед моим.

Его зрачки, беспокойно бегающие туда-сюда, вдруг замерли. Хмурое выражение его лица постепенно смягчилось, сменяясь спокойствием.

Это было выражение человека, принявшего решение. У этого психа появился план. Сейчас он решит использовать меня как приманку.

Я должен первым толкнуть Юн Сичана. Чтобы выжить, я должен опередить его. Но моё тело, парализованное паникой, не слушалось, и Юн Сичан тут же протянул руку, чтобы схватить меня за грудки.

Осознание близкой смерти вызвало не желание разорвать Юн Сичана на куски, а отчаянную мольбу о пощаде.

Он, словно выжидая момент, не швырнул меня сразу, и я использовал этот шанс, яростно шевеля губами. 

Незаметно для себя я расплакался, слёзы постыдно катились по лицу, и я искажённо гримасничал, беззвучно умоляя. В тот миг, когда Юн Сичан, собравшись, видимо, швырнуть меня, дёрнул за воротник и на мгновение замер.

Но спровоцировал зомби не он и не я.

— А-а-ах!

Донесся короткий крик одного из «трёх дебильных статистов». Я и Юн Сичан одновременно обернулись.

Кричавший лежал у входа, а Со Джэ Джун застыл с раскрытыми ладонями. По обстоятельствам было похоже, что Со Джэ Джун толкнул того парня.

Зомби почти синхронно повернули головы к входу. Юн Сичан с на мгновение удивлённым лицом отпустил мой воротник и бросился к лестнице.

Ситуация была хуёвой, но, по крайней мере, сейчас я жив. Никогда не думал, что буду так благодарен за эгоизм Со Джэ Джуна.

Зомби, толпившиеся у входа, тут же набросились на упавшего, а зомби из классов начали выбегать. Остальные парни в унисон закричали и бросились вверх по лестнице, а принесённый в жертву не успел подняться, его уже рвали на части.

Я тоже как сумасшедший побежал, прицепившись к спине Юн Сичана. Один из «трёх дебилов» бежал вверх по лестнице перед нами. Юн Сичан без малейших колебаний схватил его за волосы и швырнул навстречу надвигающимся зомби.

— А-а-а-ах!
— Ах, блять!

Сорвавшийся вниз по лестнице парень отчаянно размахивал руками, пытаясь ухватиться даже за мою голову. Я быстро развернулся и пнул его в живот, свалив с ног. На мгновение я сам чуть не потерял равновесие, но ухватился за перила и кое-как удержался.

Распластанный на полу парень был окружён надвигавшейся толпой зомби. Увидев эту сцену в последний раз, я побежал, не оглядываясь.

Парни, поднявшиеся первыми, замешкались, увидев поднимающихся зомби. Благодаря тому, что один стал приманкой, мы выиграли время против зомби с первого этажа, но проблема была в тех ублюдках, что надвигались со второго.

Появившийся перед замешкавшимися парнями Юн Сичан опустил бейсбольную биту на голову одного из зомби, разевающего пасть, и начал расправляться с зомби с привычным мастерством.

Хорошо бы он просто сдох, но если он сдохнет, то и я сдохну.

Схватив швабру, я подбежал и воткнул её в пасть зомби, бросившегося на Юн Сичана. Совместными усилиями мы разделались с видимыми зомби, и он бросился в правый коридор.

Я тут же последовал за ним, а дрожащие Со Джэ Джун и Пак Хён У тоже, тяжело дыша, побежали следом.

— Эй! Куда? Куда идти, блять?! — закричал я в спину Юн Сичану, который отбивался битой от нападавших зомби.

— Не знаю, блять.

Похоже, он тоже был в отчаянии, его голос звучал взвинченно.

— Куда мы бежим, ублюдок?!

— Говорю же, не знаю, мудила!

В тот момент, когда классы были заполнены зомби и ситуация казалась безнадёжной, в конце коридора показалась туалетная комната.
— Эй, чёрт! Туалет, блять, эй, в туалет!

Едва мы, плотно прижавшись друг к другу, влетели в туалет, я сразу же захлопнул дверь. Замка не было, дверь держалась только на защёлке, поэтому приходилось крепко держаться за ручку.

Крики, доносившиеся издалека, резали слух. Кто-то выкрикивал имя Пак Хён У, осыпая его проклятиями, а затем раздались звуки разрываемой плоти и душераздирающие вопли.

Судя по тому, что голос принадлежал не Со Джэ Джун, похоже, они принесли в жертву последнего оставшегося парня. Послышались шаги зомби, стекающихся в одном направлении, и вскоре Со Джэ Джун и Пак Хён У, добравшись до туалета, начали яростно колотить в дверь.

— Эй, открывайте! блять, спасите! Мы подохнем! Мы ведь подохнем! Откройте!
— Аааа, ааааа!

Со Джэ Джун хныкал и кричал, а Пак Хён У, впав в панику, только и делал, что вопил.

— Сватите!

Я показал средний палец, хотя они его не увидят, и крикнул в ответ. Эти ублюдки, окажись они внутри первыми, тоже не стали бы открывать, а сейчас городят чушь. Поскорее бы сдохли, уже надоели.

— Эй, открою через 10 секунд.

«Какого блять хуя он опять несёт?» 

Юн Сичан, чей голос вновь стал спокойным, произнёс это, не отпуская дверную ручку.

— Блять, ты спятил?!

— Дверь же не запирается.

— Нет, погоди, ебанутый!

— Заткнись.

Услышав ли он слова Юн Сичана, но Со Джэ Джун отчаянно выкрикивал его имя, умоляя.

— Да! Спаси! Сичан! Юн Сичан! Блять, пожалуйста! Спаси!

— А-а-а-а-а-ах, а-ах!

Среди хаоса, наполненного всевозможными криками, зрачки Юн Сичана оставались непоколебимыми. Этот тип точно не стал бы так делать, чтобы спасти тех ублюдков. Я должен верить в это. Он начал обратный отсчёт.

— 5, 4, 1

Блять, он считает как ему вздумается.

В неожиданный момент дверь туалета с грохотом распахнулась, и внутрь ворвались Со Джэ Джун и Пак Хён У.

— Хык-хык, хык, хык-хык!

Ворвавшиеся впопыхах Со Джэ Джун и Пак Хён У споткнулись друг о друга и упали. Со Джэ Джун, поднимаясь с пола и ругаясь, попытался поспешно закрыть дверь туалета, но из-за привлечённого им внимания уже надвигалась толпа зомби.

Как и говорил Юн Сичан, даже удерживая дверь, ситуация была безнадёжной. Только тогда я понял, зачем он впустил этих ублюдков. Это были живые щиты, которые сами приползли.

Юн Сичан одной рукой схватил распластанного Пак Хён У за воротник, поднял его и потащил. Я бросил швабру и обеими руками вцепился в воротник Со Джэ Джуна.

— Ах, отпусти! А-ах! А-а-ах!

Вопль Пак Хён У, казалось, интуитивно понявшего, что его ждёт, был душераздирающим. В отличие от невозмутимо тащившего его Юн Сичана, Со Джэ Джун, наоборот, схватил меня за воротник.

Мы с этим ублюдком примерно одинаковы и по телосложению, и по силе. Здесь победит просто более подлый тип.

В тот миг, когда я собрался пнуть его между ног, Со Джэ Джун, отклонившись назад, ударил меня локтем по горлу.

— Кх!

Сила покинула руки, сжимавшие воротник Со Джэ Джуна, и ноги подкосились. Со Джэ Джун с покрасневшими глазами схватил меня за шею обеими руками и начал сильно душить.

— Кхе... кх...! От... пусти...!

— Сдохни!

За спиной этого скрежещущего зубами ублюдка, собравшегося с силами, чтобы приподнять моё тело, я увидел затылок Юн Сичана. Он уже скормил Пак Хён У зомби и, отбиваясь битой от оставшихся, заходил в класс.

Обернувшийся Со Джэ Джун, всё ещё крепко сжимая мою шею, побежал за Юн Сичаном. Меня тащили, как безвольную куклу, и я бил Со Джэ Джуна локтями по животу, но силы иссякли, и это было бесполезно.

Благодаря тому, что Юн Сичан уже разобрался с ними, зомби были довольно далеко, и необходимости в дополнительной приманке не было, но этот тип, похоже, собирался прикончить меня и не ослаблял хватку. Юн Сичан, зайдя в класс, не стал сразу закрывать дверь и смотрел в нашу сторону.

Зрение постепенно затуманивалось, и я почти ничего не видел, но мне показалось, что на мгновение наши взгляды встретились. 

В этот момент зомби, бежавшие к нам, оказались совсем близко. Со Джэ Джун, стоявший у двери класса, нарочно попытался швырнуть меня к зомби.

Надо было просто бросить этого ублюдка и сразу побежать за Юн Сичаном. Мне хотелось хотя бы взмолиться о пощаде, но горло было пережато, и слова не шли.

В этот момент Юн Сичан протянул руку. Он схватил меня за волосы и пнул Со Джэ Джуна в живот.

— Кхе-х!

Парень, чьи руки ослабли, отлетел назад и растянулся на полу. Я, чуть не упав вместе с ним, был втянут Юн Сичаном внутрь класса и рухнул на пол, ударившись скулой.

— Кх-хк... Гх... Ч-чер... Кхх-х!

Я откашлялся и пополз вперёд, но что-то зацепилось за ногу, не давая двигаться. Оглянувшись, я увидел распластанного Со Джэ Джуна, который таращил выпученные глаза и держал меня за ногу.

Я бешено тряс ногой, пытаясь сбросить его, но он вцепился мёртвой хваткой, и в этот момент нога в чёрном шлёпанце со всей силы наступила на тыльную сторону руки Со Джэ Джуна.

— А-а-ах!

Пальцы парня разжались, дверь класса захлопнулась и заблокировалась.

Из-за двери доносились душераздирающие звуки крики Со Джэ Джуна, возбуждённое рычание зомби и противное чавканье, с которым они что-то пожирали.

— Кхх... фф... кхх... Вот блять...

Я не смог сдержать кашель и обернулся. Зомби, бросившиеся рвать Со Джэ Джуна, карабкались друг на друга, образуя гору.

Зомби с переплетёнными конечностями не различали, кто перед ними — зомби или Со Джэ Джун, и вырывали куски плоти у кого попало. Вскоре от Со Джэ Джуна не осталось и следа.

Одна секунда и под этой грудой был бы я. Меня бы разорвали заживо. Меня затошнило, и я тут же отвернулся.

Опираясь на локти, я с трудом приподнял верхнюю часть тела и увидел Юн Сичана, который стоял с битой в руке и наблюдал за этой сценой. 

Со временем раздававшиеся повсюду крики стихли, и возбуждение зомби улеглось. Похоже, они потеряли интерес, когда вся свежая добыча перемерла.

Когда мой кашель наконец утих, и я прочистил горло, Юн Сичан повернул голову и посмотрел на меня. И затем выдал нечто возмутительное.

— Тебя укусили?

У меня отвисла челюсть, и я уставился на него. Он стоял, опираясь битой о пол, с каменным лицом.

— Меня не кусали, блять!

Я скривился и выплеснул раздражение. Он сделал шаг вперёд. В тот миг мне вспомнилось, как он проверял, укусили ли меня, вышвырнув из класса. Я взглянул на дверь, за которой кишели зомби, и поспешно заговорил.

— Правда, не кусали!

Мой голос, когда я поднялся, дрожал от напряжения. Юн Сичан, приближавшийся ко мне, расслабил застывшее выражение лица и рассмеялся.

— Шутка, шутка.

На мгновение я остолбенел. Он называет это шуткой в такой ситуации. Убийственный импульс, который прежде был направлен на Со Джэ Джуна и Пак Хён У, вновь обратился на Юн Сичана.

Так и хочется прикончить его. Так и хочется размозжить ему морду.

Дыхание участилось, а сжатые кулаки задрожали. Я изо всех сил стиснул губы, но в конце концов не сдержался и выпалил:

— Ах ты, ебучий, ебучий психопат-ублюдок. Весело? Блять, тебе весело?

Я так разнервничался, что слова вылетали путано. Уголки губ Юн Сичана оставались приподнятыми, лишь брови взлетели вверх. От этого вида у меня так вскипела кровь, что голова пошла кругом.

— Ну, ах ты, сучий выблядок! Смешно? Какого хуя ты дурачишься, как ёбаный дебил?!

Выпалив это в возбуждении, я заметил, что Юн Сичан снова стал бесстрастным. Я почувствовал, что наступил пиздец, но разжавшийся рот не закрывался. Если бы я закрыл его, жар, разливавшийся по всему телу, вырвался бы через глазницы.

— Ты считаешь, как последний мудак! У тебя что, по математике двойка? Тупоголовый ублюдок! Это ты, блять, ко мне пристал!

Вспомнилось, как он сказал «Свали», когда я стоял рядом, и как говорил, что я бесполезен. Затем внезапно нахлынуло воспоминание о том, как жестоко он избил меня.

Потом я вспомнил, как он пытался убить меня на первом этаже, и я больше не мог сдерживать ярость. Всё моё тело дрожало, крик не приносил облегчения, и я яростно поскрёб затылок. Жар, готовый вырваться через глазницы, превратился в слёзы и постыдно капал.

Вся эта ситуация была просто отвратительной. Моя жизнь и так была дерьмовой, а теперь ещё и эти ублюдки-зомби появились, словно говоря «просто сдохни».

Чтобы выжить, мне приходится пресмыкаться перед самым мерзким типом. Я думал, что даже богатые в такой ситуации будут в том же положении, но настоящие богачи уже, наверное, улетели на вертолёте куда-нибудь.

Я так разошёлся, что ругательства вылетали несвязно, и Юн Сичан начал вращать бейсбольную биту, которую до этого опирал о пол. Его вид, смотрящего на меня поверх рукоятки, был настолько раздражающим, что, казалось, вот-вот лопнут сосуды.

Едва выжил, а уже снова на грани гибели.

Юн Сичан, пристально смотревший на меня, отвел взгляд и фыркнул. Я метался в сомнениях — то ли встать на колени, то ли бежать в угол, — и в тот момент, когда сжимал вспотевшие ладони, он посмотрел на меня и заговорил.

— Что за чушь ты тут городишь?

Тон его был просто недоумённым. Словно ему было совершенно всё равно, Юн Сичан, размахивая битой, уселся на парту у окна.

— Нет, блять, это, ты...

Я запнулся, бормоча как дурак. Было обидно осознавать, что мне должно быть спокойно от того, что он абсолютно не воспринимает мои слова.

Юн Сичан сосредоточенно открыл окно и стал осматривать улицу, а я, вытерев тыльной стороной ладони глаза, уселся на соседнюю парту.

Зомби снаружи, словно потеряв цель, бродили вокруг динамиков. Похоже, возле здания, где я находился, динамиков не было, так как зомби не было видно. Раз мы на втором этаже, можно было бы просто спрыгнуть и уйти.

— Эй, не кажется, что можно просто спрыгнуть отсюда?

Нарушив неловкое молчание, наступившее после моего срыва, я неуверенно произнёс это. 

Юн Сичан, уставившийся в окно, нахмурился, словно от раздражения, и сказал:

— Будет же шум.

— А. Точно. Тогда может что-то подложить?

— Нужно сделать верёвку.

— Легко сказать, ублюдок. И где мы её возьмём?

— Сделаем, мудила.

— Блять, ты что, кроме «мудила» других ругательств не знаешь?

Юн Сичан, уже смотрящий на меня, на мгновение замер, а затем усмехнулся.

— Ладно. Давай сначала поищем что-нибудь.

С этими словами он спрыгнул с парты и направился к шкафчикам. Похоже, даже он сам понял, что вёл себя как мудила. Я победил.

Слегка приподняв уголок губ, я последовал за ним и спрыгнул с парты. Юн Сичан начал открывать шкафчики один за другим.

За учительским столом, в отличие от чистых передних парт, стена у телевизора с динамиками была вся в окровавленных отпечатках рук. Мысль о том, что здесь, должно быть, кишели зомби, вызывала тошноту.

Заглянув внутрь перекошенного учительского стола, я увидел знакомые предметы. В корзине под столом лежали запасной мел, ластик, скрепки и степлер. Доставая корзину и осматривая стол, я заметил одну радостную находку.

— Вау, блять!

Это был шоколадный батончик. Причём дорогой, с миндалём. Непроизвольно я выкрикнул ругательство, похожее на ликующий возглас.

— Что?

Юн Сичан, прервавшись на открывании шкафчика, выпрямился и спросил. 

«Эй, тут шоколадный батончик», — хотел сказать я, но поспешно замолчал.

Батончик был всего один. И настолько маленький, что даже не помещался в ладони. Если я скажу об этом долбаному ублюдку, он точно заберёт его себе. Он мой. Только мой.

— Просто... всё хуёво...

Я промямлил что-то невнятное, и Юн Сичан скривился с откровенно презрительным выражением.

— Ты что, идиот?

Я продолжал смотреть на его затылок, пока он открывал шкафчики, и как можно тише сунул шоколадный батончик в карман брюк. Потом сделал вид, что всё ещё что-то ищу, и, заложив руки за спину, подошёл к Юн Сичану.

Почти все шкафчики были уже открыты. Внутри был только хлам вроде учебников и пеналов. Юн Сичан выложил найденное на пол: несколько учебников, три степлера, семь рулонов скотча и две пары ножниц.

И это всё, что есть в классе? Что за дурацкая находка? Довольный тем, что Юн Сичан ошибся в своих предположениях, я усмехнулся и сказал:

— Ты охуенно крут. И что, из этого верёвку сделаешь?

Юн Сичан, открывавший последний шкафчик, повернул голову. Его лицо оставалось бесстрастным, без тени эмоций, но во взгляде читалось: «Хочешь сдохнуть?». Я уклончиво отвёл взгляд и замолчал. Достав все учебники из последнего шкафчика, Юн Сичан сложил их на пол. Отбросив радость от того, что он ошибся, я не мог понять, что он вообще собирается с этим делать.

— У Тэджон.

Я разглядывал разложенные на полу вещи, когда он внезапно назвал моё имя. Он впервые обратился ко мне по имени, и это было непривычно.

Кричать «Эй!» тоже было дерьмово, но слышать своё имя было на другом уровне отвращения. Если первое было просто пренебрежительным, то второе вызывало омерзение и брезгливость.

— Что?

С горячим желанием немедленно сменить имя, я посмотрел на него. Юн Сичан стоял, изобразив из пальцев подобие пистолета — он прижал к ладони два пальца, два вытянул, оттопырил большой и развернул всю эту конструкцию горизонтально.

Подставь.

— Что?

— Подставь лицо. Сюда.

Он бесстрастно указал на свою руку. Плохое предчувствие заставило меня быстро отступить.

— Чего тебе вдруг опять взбрело...

Я замолчал и замер, а Юн Сичан сделал шаг вперёд.

— Выбирай: получить по лицу или просто подставить.

Он бросил мне этот ёбаный выбор с каменным лицом и спокойным голосом. Непонятно, с чего вдруг он опять взбесился.

— Блять, зачем ты это делаешь...!

— 5, 4...

Обратный отсчёт начался сам по себе, и снова было непонятно, как его остановить. Инстинктивно я подскочил и быстро сунул правую щёку между его пальцами.

— Ай. А-ай! Ай! блять!

Этот ебанутый тут же сжал пальцы и начал щипать мою щёку. Боль была адской, словно плоть выкручивали, и я закричал, заткнув рот, но он другой рукой схватил моё лицо, чтобы зафиксировать его.

— Ай! Больно же! Блять, ай, ай!

— Больно?

— Пиздецки больно!

— А это?

Спросив, словно предупреждая, он начал тянуть мою щёку вверх. Боль была такой, что казалось, будто плоть сейчас оторвётся, и я схватил его руку. Юн Сичан наблюдал за моим выражением лица и смеялся.

— Отпусти, блять! Отстань!

Я не понимал, в чём проблема, и стал перебирать в памяти предыдущие события. Похоже, ему не понравилось, как я язвительно насмехался над его идеей с верёвкой. Я думал, раз он молчит, когда я его оскорбляю, то всё в порядке. 

— Извини! Извини, блять!

— За что?

 — За верёвку, за это! Извиняюсь!
— Верёвку?

Услышав этот переспрашивающий голос, мне так и захотелось протянуть руку и дать ему по лицу.
— Д-да! Иизввини!

Я снова извинился, и, наконец, его рука отпустила меня. Я схватился рукой за щёку, на которой, казалось, уже проступал синяк, и быстро отступил назад, а тот псих, словно не в силах сдержаться, начал безудержно смеяться.

Внутренний жар, казалось утихший, снова начал подниматься. 

Лучше уж если бы он просто взбесился — хоть какое-то удовлетворение, а так вышло, будто он просто позабавился, потому что его настроение испортилось.

Я заскрипел зубами, но сдержался, делая глубокий вдох. Сейчас нельзя. 

Юн Сичан с приподнятыми уголками губ осматривал открытые шкафчики. Его вид ещё сильнее разозлил меня, и я потянулся к карману, где лежал батончик, но ничего не нашёл.

Оглядевшись, я увидел, что батончик упал рядом с учебниками на полу. Похоже, он выпал, когда я извивался от боли. В тот миг, когда я наклонился, чтобы поднять его, взгляд Юн Сичана, повернувшего голову, упал на батончик.

Этот батончик нельзя упускать, даже если придётся вести себя как последний мудак. Я почти в конвульсиях схватил батончик и спрятал за спиной. Я сжал его изо всех сил, решив съесть на месте, если он попытается отнять, но Юн Сичан, увидев эту сцену, только фыркнул, словно это было абсурдно.

— Что ты делаешь?

— Что...

— Просто съешь.

— Чё?

От неожиданного ответа у меня вырвался глупый возглас. Он слегка откинул голову, словно от досады, и вздохнул.

— Говорю, съешь.

В его голосе сквозило раздражение. Ситуация была непонятной.

— Не валяй дурака, ублюдок, ты же потом устроишь сцену.

— Вот же блять... достал...

Юн Сичан рассмеялся, словно это было нелепо, и, словно не видя смысла отвечать, отвернулся и начал вытаскивать все учебники из открытых шкафчиков.

— Эй, ты тоже вытаскивай.

— Чё? А, блять...

Я, спрятавший батончик в карман, демонстративно открыл шкафчик средним пальцем и стал вытаскивать учебники. Юн Сичан, не обращая на меня внимания, продолжал выкладывать вещи.

Я никак не мог понять, что он собирается с ними делать. Мне просто хотелось пробить степлером его башку, но я сдерживался, думая о моменте, когда смогу съесть шоколадный батончик.

Когда мы вытащили все учебники из шкафчиков, их набралось штук сорок. Юн Сичан взял скотч и начал плотно обматывать им по два учебника, связывая их вместе.

— И что ты будешь с этим делать? — спросил я, не понимая его замысла.

Юн Сичан, увлечённо наматывая скотч, ответил:

— Верёвку.

— Ты серьёзно?

— …..

— Она же порвётся, что за бред?

Я нахмурился и переспросил. Юн Сичан ненадолго остановился и пристально посмотрел на меня.

Мне стало пиздецки страшно. Вдруг сейчас будет кулак? Я быстро добавил:

— Э-э... и как ты это сделаешь...

Я даже проявил любезность, намеренно смягчив тон. Видимо, это сработало, потому что Юн Сичан отвёл взгляд и начал объяснять план с «верёвкой» из учебников.

Сначала нужно склеить по два учебника скотчем, получив двадцать «блока». Затем эти блоки соединить между собой скотчем и скрепить степлером, как будто собирая паровозик.

Основание сделать тяжелее, сложив шесть учебников, прикрепить его к полу и зафиксировать, привязав к ближащим партам и стульям. Затем наклонить парту так, чтобы получился своего рода трап к окну — и «верёвка» из книг готова.

— Но что, если она порвётся? Сработает ли это?
— Будем спускаться по одному, вот и всё.

Он сказал, что оставшийся в классе человек будет держать верёвку, а тот, кто спустится первым, будет страховать оставшегося. Я уставился на него с раскрытым ртом, поражённый, что он так спокойно и подробно отвечает на мои вопросы.

Даже если «верёвка» порвётся посередине, мы уже будем на спуске и сможем за неё держаться, так что, наверное, нормально.

Если удастся выбраться из здания, то, поскольку у главного входа полно зомби, мы решили выйти через заднюю дорожку за школой.

Я начал связывать учебники, следуя указаниям Юн Сичана. Слышны были лишь приглушённое рычание зомби за дверью и звук отрываемого и наклеиваемого скотча.

Взяв два последних учебника, я увидел знакомое имя: 30518 Со Джэ Джун — имя того, кто сейчас, вероятно, валяется по ту сторону двери.

Только тогда я понял, что это класс 5. Мы с Юн Сичаном из класса 6, так что наш класс был прямо по соседству. Мне не верилось, что тот жуткий и незнакомый коридор был частью пейзажа, который я видел каждый день.

Учебник Со Джэ Джуна был испещрён рисунками с самой обложки. 

«Язык и медиа» превратились в «Карпа и медиа», а «История Кореи» — в «Корейскую еду».

Наблюдать следы того, что этот тип был жив, вызывало странные чувства. В конце концов, и он, и я — одинаковые убийцы, просто мне повезло с выбором стороны.

Мне стало плохо от собственной мысли. 

Кстати, мне вдруг стало интересно. Мы едва выжили, а он начал дурачиться, и я забыл, но у него не было особой причины убивать Со Джэ Джуна. Он мог спасти и меня, и впустить Со Джэ Джуна.

— Эй, а зачем ты убил Со Джэ Джуна? — спросил я между делом, связывая его учебники.

Юн Сичан, сосредоточенный на работе, поднял голову.

— Потому что он меня бесил.

Значит, этот тип тоже его бесил. Хотя голос его был безразличным, услышав эти слова, я почему-то обрадовался и воскликнул с энтузиазмом, подняв даже указательный палец.

— Вау, и тебя бесил? Да, блять, правда, так и хотелось прикончить его?

Охваченный внезапным чувством общности, я повысил тон. Я ругал его, говоря, что даже голос Со Джэ Джуна был противен, как вдруг вспомнил момент, когда Юн Сичан схватил меня за волосы и пнул Со Джэ Джуна в живот.

— Если честно, я думал, ты оставишь меня умирать.

— И должен был.

— Ублюдок, зачем тогда спас?

— Шутка.

Тип, называющий это шуткой, оставался абсолютно невозмутимым. Незачем даже спрашивать, почему он спас меня. Ему нужен был запасной щит, и из меня и Со Джэ Джуна я просто меньше его бесил.

— Эй, но если он тебя бесил, почему не прикончил сразу, а ждал?

Я проглотил то, что хотел высказать.

— Потеря времени, мудила.

— Потеря времени? Это говорит тот, кто избил Пака Хён У до полусмерти.

— Он меня бесил.

— И каковы твои критерии, ебанутый?

— Когда со мной вот так, блять, пререкаются.

— Ай!

Щелбан прилетел мне в лоб без возможности уклониться. Я наклонил голову, прикрыв лоб обеими руками, и услышал звук, похожий на сдерживаемый смех Юн Сичана. 

«Гадёныш.»
Я потёр лоб и поднял голову. Юн Сичан, расхохотавшись, опустил глаза и туго наматывал скотч. Солнечный свет, падающий из окна, освещал его лицо, и в этот миг оно, вопреки всей его ублюдочной сути, выглядело таким светлым, что я онемел.

Не хотелось признавать, но он был чертовски красив. Контраст между его серьёзным и улыбающимся выражением лица был настолько разительным, что это бесило ещё сильнее. А я, даже когда улыбаюсь, выгляжу примерно так же... блять, уже то, что мне вмазали, — дерьмово, а от осознания этого факта я разозлился ещё сильнее.

— За что ты меня ударил, блять?!
— Хочешь ещё?

Юн Сичан сложил пальцы, которыми щипал меня ранее. Вспомнив ту боль, я избежал взгляда и замолчал. Он усмехнулся и отвернулся.

Вид его вечно улыбающейся рожи, будто его ничто не задевает, заставил мои кулаки сжаться. Мне захотелось схватить валяющуюся на полу бейсбольную биту и раскроить ему башку, но я боялся последствий в случае неудачи.

Хорошо бы его потом укусили, и он сдох бы в муках. Я крепко прикусил внутреннюю сторону губы и, не говоря ни слова, продолжил наматывать скотч.

Ровно 21 связка учебников были соединены скотчем, а поверх мы скотча вбили скрепки степлера.

Поскольку нельзя было пробить насквозь сами учебники, мы разложили скрепки в линию, прижали их к скотчу и зафиксировали.

Основание «верёвки» из учебников состояло из шести соединённых вместе связок. Мы приклеили их к полу класса, подтащили парты и стулья для опоры и обмотали скотчем.

Перевернув парту у окна, мы поставили на неё несколько стопок учебников. Затем, поставив сверху ещё две перевёрнутые парты, создали довольно крутой склон.

Положив «верёвку» из учебников на склон, нам осталось лишь перекинуть её через окно.

— Эй, теперь можно просто скинуть это вниз? — спросил я, держа конец «верёвки» и поворачивая голову.

— Погоди.

Юн Сичан скрепил скотчем три степлера и подошёл к окну. Прищурившись, он внимательно осмотрелся снаружи, высунув верхнюю часть тела из окна и посмотрел поочерёдно налево и направо.

Я просто смотрел на него, как вдруг понял: если я сейчас столкну Юн Сичана, он упадёт.

Сейчас я — человек, который может убить Юн Сичана. Глядя на его спину, пока он суетливо озирался, я почувствовал странное удовлетворение.

Даже если я столкну его сейчас, это будет самоубийством, но одного осознания, что я могу убить этого ублюдка, было достаточно, чтобы улучшить моё настроение. Блять, в конце концов, он такой же человек. Такой же ублюдок, который сдохнет, если его укусят.

Побродив взглядом ещё некоторое время, Юн Сичан втянулся обратно. Он взглянул на меня, затем подошёл к окну прямо перед телевизором.

Высунув верхнюю часть тела из этого окна, он что есть силы швырнул связку степлеров в сторону столовой, расположенной справа.

Раздалось несколько глухих звуков, когда железные предметы упали на пол и отскочили, а с левой стороны окна послышались возбуждённые крики зомби.

Зомби, копошившиеся в невидимом направлении, начали появляться один за другим, и вскоре их число выросло до нескольких десятков. Они бешено бросились вправо.

— Блять, блять...

Если бы мы просто спустились, нам бы точно пришёл конец. Я ошеломлённо наблюдал за этой сценой, когда Юн Сичан подошёл.

— Кидай.

Я хотел спросить «что?», но потом понял, что в моих руках лежит «верёвка» из учебников.

— Просто бросить как есть?

— Бросай как можно медленнее.

Если я брошу, и она порвётся, он наверняка использует мои кишки как верёвку. Осторожно я спустил «верёвку» из учебников вниз по стене. Прижав связку учебников к стене, я медленно ослабил хватку.

<<Тук>> 

Едва слышный звук, и конец «верёвки» коснулся земли. Я выдохнул с облегчением и сжал кулак. Юн Сичан, с битой под мышкой, поставил ногу на подоконник.

— Ты первый спустишься?

— Ага, держи это.

Юн Сичан кивнул на стопку учебников у основания окна. Он двинулся с места, только убедившись, что я держу её.

Развернувшись, Юн Сичан высунулся из окна и ухватился за подоконник. Держась за «верёвку» из учебников и упираясь ногами в стену здания, он начал медленно спускаться.

— И это сработало...

<<Тук>> 

Одновременно с моим шёпотом скотч, скреплявший стопку учебников, за которую держался Юн Сичан, начал отрываться. Ухватившись обеими руками за скотч, готовый порваться, он быстро спустился и бесшумно ступил на землю.

В тот же миг скотч, за который он держался, оторвался. Юн Сичан поймал падающую стопку учебников и аккуратно опустил её на землю. Теперь осталось только, чтобы этот тип меня подстраховал.

Подняв голову, Юн Сичан жестом показал, чтобы я спускался. Я осторожно поставил ногу на подоконник и высунулся. Ухватившись за оборвавшуюся «верёвку» из учебников, я, как и Юн Сичан, начал спускаться, упираясь ногами в стену.

Достигнув конца «верёвки», он тихо прошептал: «Отпускай». Я ослабил хватку, и он, ухватив меня за рубашку, подхватил меня обеими руками.

Я боялся, что он скажет «спускайся сам», так что это было облегчением. Он поставил меня на землю, затем поправил хватку на бейсбольной бите.

Мне хотелось кричать от радости, но я сдержался, лишь тяжело дыша.

Мы едва преуспели, но, увидев зомби, копошащихся неподалёку, у меня задрожали ноги.

Юн Сичан тоже медленно двигался, осматриваясь. Благодаря тому, что он ранее кинул степлеры, на пути к калитке зомби не было, но проблема была за ней.

Похоже, перед калиткой кто-то подох, потому что там копошилась куча зомби.

Посмотрев в сторону главных ворот, я увидел, что из-за ранее работавшей колонки их собралось, на вид, штук несколько десятков, и они перекрывали дорогу. Положение было пиздецовым.

Задняя тропинка вела к калитке в заборе за школой. Выйдя через неё, можно было попасть на пешеходную дорожку и к небольшой речке. Перейдя каменный мост, можно было добраться до торговых рядов и государственной библиотеки.

В торговых рядах за каменным мостом, судя по всему, было меньше зомби, чем в тех, что виднелись со стороны главного входа. Проблема была в той толпе, что кишела прямо перед тропинкой.

Он точно найдёт способ выжить. Я тихо подошёл и встал рядом с ним. Он, казалось, был погружён в раздумья, опустив взгляд.

— Эй. Что будем делать...

Мне хотелось ругаться, но я боялся, что звук «씨»* будет слишком громким и привлечёт внимание.

Я прошептал это, и Юн Сичан, переведя на меня взгляд, выдал какую-то хуйню.

— Пойдём в спортзал.

Это были слова полного еблана. Спортзал находился в левой части спортплощадки.

Чтобы попасть внутрь, нужно было спуститься на саму площадку, а это было равносильно добровольной прогулке по полю, кишащему зомби.

— Блять.

Было бесполезно спрашивать, не несёт ли он какую-то хуйню. Глядя на его непоколебимый взгляд, я понял, что он твёрдо намерен идти в спортзал. Я выругался, не в силах сдержаться.

Словно приняв решение, он тут же повернулся в сторону стадиона. Я поспешно последовал за ним и спросил:

— Эй, ты правда пойдёшь туда...?

— Ага.

Юн Сичан упёр бейсбольную биту в землю, размяв запястья и лодыжки, и ответил с раздражением. Так как динамик находился посреди стадиона, зомби были рассеяны повсюду.

Перед дверью спортзала было немного зомби, но стоило нам выйти на стадион, как все зомби, уловив звук, ринутся к нам.

— Как мы пойдём...

Наверняка у него есть хороший план. Как всегда, у этого типа, пожалуйста, пусть хоть какой-то план есть.

— Не остаётся ничего, кроме как чертовски быстро бежать.

— Блять, ты шутишь?

Это значило броситься в логово зомби без всякого плана. Он спокойно заявлял, что мы оба сдохнем.

Я забыл о тихом голосе и начал яростно ругаться, но Юн Сичан с каменным лицом спокойно ответил:

— Вокруг нечего бросать, и даже если бросишь, там, блять, слишком открытое пространство, так что будет то же самое.

— Всё равно, блять, лучше, чем не бросать ничего, уёбок. Ты же можешь кинуть вот это, — я указал на бейсбольную биту в его руке, возражая.

— А как мы войдём без оружия?

— Можно же заманить тех ублюдков у входа, вот и всё.

— Если уж бросать, то бросать направо, но разве они услышат это оттуда?

Юн Сичан указал на зомби перед спортзалом и на зомби, столпившихся у динамика.

Расстояние было приличным, и я сомневался, будет ли слышен бросок даже рядом с динамиком. Я онемел и нахмурился, а он потянулся, повращав головой, и крепко сжал биту.

— Пошли.

— Нет, блять, ты серьёзно?

— Через 10 секунд бежим.

— Погоди, ебучий ублюдок...

Он, не слушая меня, начал отсчёт. Я поспешно размял запястья и лодыжки и окинул взглядом, куда бежать.

Нужно спуститься по лестнице рядом с трибунами стадиона и бежать по прямой. Перед дверью спортзала я насчитал семь штук. Блять, не знаю, возможно ли это.

— 7. 5, 4, 3, 1.

— Сука...!

«То есть, зачем, блять, вообще считать, если ты считаешь так?»

Я побежал за ним, спускаясь по лестнице, и зомби повернули головы.

Ближайшие зомби тут же начали извиваться и бежать, а десятки зомби на стадионе разом повернули головы в нашу сторону. До спортзала было дальше, чем я думал. Когда я бежал до радиорубки, мне тоже казалось, что это далеко, но сейчас расстояние казалось вдвое больше.

Все зомби на стадионе, казалось, пришли в возбуждение, их голоса стали громче, и они побежали как сумасшедшие. Их число, похоже, было раз в десять больше, чем в здании.

Юн Сичан ударил по голове зомби, бежавшего прямо на нас, и тот упал, увлекая за собой нескольких других.

Я бежал, глядя на эту сцену, и слишком поздно заметил зомби, нападавшего сбоку. Зомби с вырванным глазом бежал на меня, оскалив зубы.

— Ох, блять!

Чуть не сдох. Я резко свернул в сторону и побежал, и зомби, целившийся в меня, сам по себе упал.

Посмотрев вперёд, я увидел, как три зомби набрасываются на Юн Сичана. Он ударил двоих подряд, а последнего пнул в живот и опрокинул.

Стая зомби, числом, наверное, около сотни, приблизилась довольно близко. До спортзала было ещё далеко. Если я упаду, мне конец.

Я напряг ноги и побежал за ним, как вдруг увидел бейсбольную биту, валявшуюся на земле. Она была точно такой же, как та, что носил Юн Сичан. Блять. Я спасён. Я поспешно поднял биту и побежал следом за Юн Сичаном.

— Эй! У меня тоже есть! Вот! — крикнул я с гордостью рядом с ним, усердно разбивавшим головы зомби.

— Доволен, что ли, мудила?

— Ещё как доволен, блять!

Он спросил с фальшивым смешком, будто это нелепо, и я ответил самым восторженным голосом.

Я бежал, чувствуя некоторое облегчение, как вдруг увидел опрокинутую корзину с битами прямо перед собой.

Радость от того, что можно взять больше, была недолгой — я увидел, что несколько десятков бит разбросаны повсюду. Это были просто препятствия.

Не знаю, предвидел ли он это заранее, но Юн Сичан сразу же резко свернул в сторону и перепрыгнул через несколько бит. А я оказался в такой позиции, что если бы попытался свернуть сейчас, меня бы тут же разорвали зомби.

Едва увернувшись от биты прямо передо мной, я перепрыгнул через плотно лежащие биты. В тот миг, когда я наконец преодолел их, я наступил на одну оставшуюся биту и поскользнулся.

— Ай!

Я отчаянно замахал руками, но всё равно шлёпнулся на задницу. 

Я быстро оглянулся и, к счастью, увидел, что тупые зомби тоже спотыкаются о биты и падают.

Я поспешно поднялся, как вдруг зомби, упавший прямо позади меня, с разинутой пастью попытался встать на костлявые колени. 

«Блять, чертовски противно.»
Я ударил битой по голове зомби, бежавшего впереди, и раздался приятный глухой звук.

<<Бам!>> 

В отличие от швабры, которая лишь заставляла их опускать головы, зомби получил серьёзный удар и отлетел назад.

Не обращая внимания на то, выживу я или нет, я побежал за Юн Сичаном, ушедшим вперёд, и вот спортзал уже был прямо передо мной. Я обернулся, чувствуя облегчение, и увидел, что орда зомби уже наступает на пятки.

— Блять, эй!
— Заткнись.

Юн Сичан, тоже посмотревший назад, слегка нахмурился, похоже, немного напрягшись. Зомби у входа в спортзал уже все бросились на нас, так что нужно было просто вбежать внутрь. Я перепрыгнул через три ступеньки у входа, почти вцепился в дверную ручку и распахнул дверь.

Я увидел, как Юн Сичан, вбежавший первым, разбивает головы нескольким зомби внутри. В тот миг, когда я протолкнул своё тело в открытую дверь, зомби из авангарда с разинутыми пастями прыгнули к двери. Едва захлопнув дверь и прижавшись к ней, я услышал, как зомби стучатся мордами в дверь и стонут.

— А, помоги удержать!

В спортзале было всего пять-шесть зомби. Я крикнул Юн Сичану, который уже прикончил тех, что были впереди, и он быстро подбежал и крепко ухватился за дверь.

<<Лязг-лязг>>

Присмотревшись, я понял: дверь, которая явно была заперта, под напором зомби постепенно начала открываться.

— Нет, бля, пиздец. Сукин сын! — кричал я, глядя на Юн Сичана, пока давление нарастало. 

С того момента, как этот ублюдок предложил бездумно ворваться сюда я знал, что теперь нам точно конец.

— Блять, дверь сломана, — пробормотал он, опустив взгляд. 

Внизу двери была замочная скважина. Видимо, это была конструкция, где детали сцеплялись внизу, но она сломалась, и дверь превратилась в такую, что открывается простым нажатием.

— Вот же ёбаная школа!

— Эй, через 3 секунды бежим как угорелые.

— Куда, ублюдок?!

— Туда. 3, 2...

Юн Сичан кивнул на заднюю дверь, расположенную за сценой. К счастью, она была приоткрыта наполовину, и зомби не было видно. Как только я осознал ситуацию, оставалась уже 1 секунда, и я почти одновременно с Юн Сичаном оторвался от двери и помчался.

То, что зомби, напиравшие толпой, врезались в дверь и падали, дало нам достаточно времени. В тот миг, когда мы наконец приблизились к сцене, из гримёрки на сцене выскочили новые зомби.

Юн Сичан прикончил первого выскочившего, и я тоже разнёс головы нескольким зомби, но они бесконечно вытекали наружу. По бокам сцены было две двери, но перед ними кишели зомби.

И в этот момент дверь справа от сцены медленно открылась, и кто-то изнутри сильно пнул зомби перед дверью в спины.

— Ребята, сюда!

Кто-то отчаянно крикнул и помахал рукой, чтобы мы заходили. Это была совершенно неожиданная ситуация. Даже ебанутый псих Юн Сичан широко раскрыл глаза, что о многом говорит.

Мы побежали к двери, переступая через упавших зомби. В тот миг, когда я наступил на грудь зомби, извивавшегося на полу, я опустил биту на морду другого зомби, который бросился к моей лодыжке.

Наконец-то я вбросил своё тело внутрь и перекатился на безопасную поверхность. Я рухнул к ногам Юн Сичана, который вошёл первым, и кто-то, стоявший перед ним, быстро захлопнул дверь и повернул замок.

* * * * *