Закат на реке. Ласточки трясут половичками крыл с раннего утра и не угомонятся никак.
   Жемчужина солнца парит над водой, как промеж ребристых створок,
каковые бывают обыкновенно с исподу перловицы. Ну, а ежели небо зардеет,
смешается, то не иначе, как розовым перламутром раскрашена сделается
вода до самого горизонта. Драгоценно сияние извечно вечерней зари.
   Паук, и тот вплетает серебристые нити в паутину, не чахнет понапрасну
подле добра, щедро тратит запас красы, делится ею с любым, кто мимо или
даже в саму что ни на есть сеть.
   Посеребрённые рассветом, сверкают берёзы. Ветер жмётся к дороге,
ползёт ужом, а солнце, расположившись удобно на ложе леса, глядит на
него и ухмыляется. Да недолго уж ему хохотать и посмеиваться. Ветер-то в
своей власти, а солнце - где-то там, наверху, откуда хотя видно всё, а
захочешь чего, так и не достать.
   Молодая сосна пригорюнилась, кланяется в пояс дороге, нагнувшись
ивой. А соседкам, что в силе уже, и дела нет, - самим бы удержаться,
стоят, расставив покрепче босые ноги. Выпачканы землёй, мёрзнут пальчики
корней, и позади, за спинами смолистых стволов, - берёзы, - чудятся не
иначе, как молочными брызгами... Ландыши жмутся к ногам. Стоят, не
дышат. Горстью монет тихо звенят на берёзе листочки.
   А ветер всё злится, холодеет от собственной решимости, дрожит мелкой
дрожью, перепоручая сей трепет и соснам, и дубам, и берёзам, и всем тем,
которым положено отстоять в лесу своё место и свой срок. Ну, а коли не
следует кому, тому и не стоять.
   Облако некрасиво, как кусок глины, плющит солнце, и вскоре золотистый
шар оказывается весь во вмятинах от прикосновений пухлых пыльных
пальцев.
Тенью своей туча теснит дорогу, а та... вся в испарине от страха. Пух
одуванчиков ложится снегом на мокрую землю. В золотом же песке обочины -
след косули, как оттиск тонкого каблучка чьей-то туфли.
  Сосны, что пробудились затемно, дремлют теперь, и детские кулачки их
шишек, коих не одолел никто, но осилил сон, растеряли всё, что несли. А
где искать ту потерю, знает лишь ветер, но не скажет про то никому...