ГЛАВА 013.

Суви. 16 апреля 2076 года.

Шестой улице понадобилось два часа, чтобы подготовиться к нашей маленькой акции.

Раньше мне казалось, что бандиты должны действовать быстрее - несколько анархично, без долгих раздумий. Но эти индивиды сумели меня удивить: не своей нерасторопностью, а тем, что действительно готовились к операции. Сбор людей, разбивка на группы, назначение прикрывающих нетраннеров. Сеть по всему Ранчо Коронадо активизировалась, вокруг всех ретрансляторов находящихся поблизости с публичными базами Шестых начал формироваться дополнительный слой Льда. На мой вопрос - “это нормально для данного места?” - раннер, представившийся Гарсией и приставленный ко мне Сильвой, заверил, что это стандартная подготовка к масштабной операции в исполнении Шестой улицы. Всё по заветам военного контингента.

Неплохо.

Я посмотрела на него с некоторой долей сомнения. Здоровенный качок, на котором облегающий костюм раннера смотрелся примерно как дресс-код стриптизёра, - но говорит уверенно. Надеюсь, уверен этот Гарсия не только за свои слова, но и за профессиональные навыки. С учётом того, куда мы идём.

Ну да ладно. Пока Шестая улица занималась своими приготовлениями, я займусь своими. Вот я и сидела сейчас в броневике наёмников через квартал от нужного места.

В первую очередь - нужно провести начальное сканирование и картирование оборудования внутри здания, принадлежащего Дозору. В идеале - получить хоть какую-то схему базы.

Хорошо замаскировались. По факту - маскировка и незаметность это главная защита операционной. Ведь со стороны даже и не скажешь, что строение на балансе у злобных сетевых копов. На вид - рядовой дом, схожий с остальными на улице, как базовые протоколы в прошивках разных производителей: внешне есть отличия, а внутренности словно один и тот же человек кодил.

Двухэтажное строение с закосом под “американскую мечту”, которая уже как полвека мертва: чахлый, но аккуратный заборчик из синт-древесины окрашен когда-то белой, а теперь облупившейся краской - своё дело сделали время и пыльные бури. Личная парковка с ушатанным асфальтом и лужайка, обрамляющая всё это хозяйство. По идее, должна быть зелёной, но от частых токсичных дождей трава пожухла и теперь скорее желтоватая.

По данным городского реестра - жильё снимает семья, работающая в “Олл-фудс”. Пара в возрасте и живущая с ними дочь, только-только достигшая совершеннолетия. Интересно - люди существующие или только призраки в базе данных? Если первое - то тоже инфильтраторы или просто подставные фигуры? В любом случае разбираться с этим будет Милитех. Им это тоже надо, вот пусть по эту сторону Стены и шевелятся.

Моя же цель - разведка, после и прямой штурм. Добыча нужной информации.

Прерогативу первичного осмотра я оставила на команду наёмников - хотела посмотреть на них в деле. На нетраннеров, с которыми придётся идти внутрь. Гарсия тут не присутствовал - не та специализация. Он чистый штурмовик - полевой раннер. Тот, кто идёт в бой вместе с отрядом, а не прикрывает их с расстояния. Несколько грубоватый подход, но сейчас к месту: атаковать и анализировать будем мы, а вот Гарсия будет нужен там, где понадобится грубая сетевая сила.

Хорошо получилось - он очень хорошо нас дополнял. Главное, чтобы соло не подкачали: если девушки завялят наружное сканирование, то мне только и останется, что тут же отменить всю операцию - со много возомнившими о себе дилетантами лезть в здание, которое взлетит на воздух, суицид как не посмотри.

Киви буквально растеклась по сиденью. Лицо с закрытыми глазами застыло маской - сознание сейчас находилось довольно далеко от тела.

- Запустила пассивное сканирование, - голос тихий, но напряжённый. - Диапазон - двести метров. Начинаю картирование.

Постройка полной карты точек подключения и возможных устройств, к которым мог иметь доступ Сетевой Дозор. Нужно определить, есть ли у копов внешний слой защиты, который может ударить нам в спину.

Накосячившая ранее раннерша, судя по всему, пыталась реабилитироваться. Выкладывалась на всю, задействовав всё, что есть. В дело пошли личные наработки и кастомный софт, не распознающийся стандартными протоколами мониторинга. Первым в ближайший ретранслятор нырнул широкополосный пассивный сенсор - программа, которая не генерировала собственного трафика: её задача только слушать. Слушать частоты, искать паразитные сигналы и утечки из плохо экранированных систем. Всё, что могло уйти за стены базы.

Но в ответ - тишина. Анализ сетевых активностей не выявил каких-либо отклонений от стандартной гражданской картины. Разве что из трафика, который кто-то подделывал для внешнего наблюдателя, следовало: кто-то из “женской аудитории” дома любит порно пожёстче. В остальном картина была идентична соседним жильцам.

- Нулевое излучение на внешнем контуре, - Киви на секунду вернулась в тело и потёрла закрытые глаза. - Изоляция в Сети идеальна, никаких признаков чужеродной активности. Кто бы такое ни делал - это профи.

Ха. Тоже мне новость.

Вернее - для других, может быть. Но я-то знаю, кому принадлежит база. Как бы ни пыхтели вольные раннеры, Сеть принадлежит не им. Дозор и корпорации. А мы так - массовка, которая жива, пока не заинтересует серьёзных игроков.

Я вновь, вслед за Киви, нырнула в Глубокую Сеть - анализируя её работу. Хотела точно убедиться, что нетраннеры Мэйна справятся со своим делом. Что их максимум - это не отвлечение внимания охранных систем, а действительно полноценная работа с Сетью.

И пока то, что я видела, мне нравилось.

Программы и алгоритмы, которыми пользовалась Киви, были довольно мощными и быстрыми. Но при этом - и довольно заметными. Сканирование скользило по трафику и узлам словно прожектор: узкий луч запроса буквально выворачивал буфер любого оборудования, в которое загружался. При этом не поднимая тревоги - плюс кастомного софта, который защита попросту не может опознать, а, следовательно, не замечает. Если, конечно, не углубляться в Сеть, где повышенный трафик может привлечь внимание. Но на внешнем сканировании такого подхода хватает.

Мой скан был иным - более комплексным, задействующим мою природу по максимуму. Алгоритмы ИИ расплылись по улице словно туман: тонкой дымкой, почти незаметной, но проникающей в любую уязвимость. Через мою основу-в-Сети проходил окружающий фоновый шум городской сети: я выискивала обрывки пакетов данных, которые система, поставленная Дозором, не смогла полностью изолировать - несколько пакетов аутентификации, потерявшихся в эфире и осевших обрывками в терминалах вокруг; фрагмент точечного запроса, случайно ушедшего не через внутренний коммутатор, а через городскую инфраструктуру; временные паттерны - микровсплески, по которым можно реконструировать сетевую топологию изнутри.

Первичный анализ для подготовки к штурму.

Через пять минут Киви вновь вернулась сознанием в тело и начала отчитываться - сухим, ровным тоном из-под маски:

- Вижу два слоя изоляции, - нетраннерша принялась тереть закрытые глаза - что-то нервное, связанное с напряжённой работой. - Внешний - пассивный, экранирование внутреннего трафика. Второй - активная защита от утечек. Работает по расписанию и стирает данные во всём оборудовании, соприкасающемся с городской Сетью. Расписание... - она сделала паузу, что-то перебирая, - ...восьмисекундные циклы. Между удалением и новой петлёй - около ста пятидесяти миллисекунд. Можно нащупать внутреннюю топологию, если попасть в окно.

Очень хорошо. По косвенным признакам определить тип защиты и уязвимости - это дорогого стоит. Я была по-настоящему впечатлена.

Но мне хотелось большего.

Пока Киви отдыхала между погружениями и о чём-то спорила с Люциной по личному каналу, я переключила внимание на другой инструмент - тот, который мог дать мне значительно больше.

Физику. Анализ вибраций.

Свободный штат Северная Калифорния по факту - самая сейсмически опасная зона НСША, а то и всего мира. Поэтому здесь, чуть ли не в каждом квартале, понатыканы сейсмографы, интегрированные с городскими сетями, с которых всё пишется корпорацией “Найт” для статистики и технического обслуживания. Основная задача - наблюдение за подземными коммуникациями, их физическим состоянием. Данные частично открытые. Частично - нет. Но насчёт последних: если постараться, они тоже могут превратиться в открытые.

Я вот постаралась.

Массивные системы охлаждения, стоящие в здании, создают чёткую вибрацию - низкочастотную, постоянную. По направлению волны вибрации, передающейся на несущие конструкции и уходящей в фундамент, можно с достаточно приличной точностью определить, где именно работает оборудование и каков примерный план комнаты, в которой оно стоит. С погрешностями - особенно на верхних этажах, - но для первичного анализа хватит.

Я достаточно быстро определила нужный узел управления акселерометром, отвечающий за базу Дозора. Его наличие строго регламентировано законом, так что там он должен быть - в этом я не сомневалась. А вот в том, что узел управления остался нетронутым, - нет. Копы обязаны были его перепрошить: чтобы никто не мог получить доступ к данным, которые на него приходят, и чтобы он не анализировал собранную статистику, а выдавал заданную картинку.

Вот только физически статистика на узел приходила! То, что она не обрабатывалась, - уже другой разговор.

И если взять эти данные и перебросить на другой узел, можно получить довольно приблизительную, но вполне рабочую картинку планировки здания - построенную на основе виброизображения.

Правый угол второго этажа. Много-много оборудования - скорее всего, одна из северных комнат. Помещение без окон, хотя снаружи - я посмотрела на фасад - они присутствуют и выглядят естественно. Скорее всего, мимикрирующий экран для имитации жизни за проёмом.

Но её там нет. Жизни. Как и самих окон - это чистая декорация: окна дают утечку тепла, что нарушает распределение нагрузки на систему охлаждения. Проёмы заложены изнутри.

И ещё кое-что важное.

Я нашла второй источник вибраций. Более слабый, но зато и более чёткий - потому что находился в подвале, под центральной осью здания, почти непосредственно над датчиком акселерометра. Это не операционная: та находится на первом этаже. Значит - основной узел системы базы Дозора.

То, что нам и нужно.

Я сложила картинку: серверная на втором этаже справа, система, управляющая операционной с нужными данными, - в подвале. По регламенту безопасности связь между зонами должна быть физической, а не беспроводной - кабели внутри стен, вниз через первый этаж, уходят в подвал. В таком случае исключается перехват сигнала и его фальсификация. Следовательно, нам придётся добраться до сервера на втором этаже своим ходом, чтобы взломать управление дверью, ведущей в подвал.

Я вновь вернулась к взломанным датчикам. На этот раз - другим:

Вторая вещь, которая пришла мне на помощь, - потребление электроэнергии.

Любое оборудование при работе создаёт нагрузку на питающую сеть: чем интенсивнее оно работает, тем больше напряжения потребляет. Этот ток меняется ритмично - в такт вычислительным циклам, движению охлаждения, пиковым нагрузкам. Если судить по тому, что здание не фонит вовне как гирлянда, изнутри каждая комната базы Дозора представляет собой клетку Фарадея - защитный экран, блокирующий электромагнитное излучение.

Но клетка Фарадея не блокирует кабель питания.

Когда оборудование активно работает, ток, который оно потребляет, меняется - и этот ритм уходит сквозь силовой кабель в городскую электросеть, где умные счётчики регистрируют его как микровариации нагрузки с точностью до миллисекунды. Городская сеть Найт-Сити пишет эти данные для балансировки нагрузки. Доступ к ним для авторизованных пользователей - стандартная коммунальная услуга.

Правда, авторизованным пользователем я не была. Что, впрочем, не помешало мне заранее взломать коммунальный сервер Санто-Доминго.

По открытым источникам здание потребляло на семнадцать процентов больше электроэнергии, чем типичные жилые дома поблизости. Но если собрать все косвенные признаки, это значение вырастет ещё процентов на триста. Просто всё хорошо раскидано по другим потребителям в округе. И не будь я ИИ, сходу обобщить эти данные у меня бы не вышло. А так - я начала сопоставлять данные о потреблении с примерной планировкой, которую уже выстроила на основе виброизображения.

На входе - датчики анализа и камеры. Дальше длинный коридор, ведущий в операционную; чуть в стороне от неё - спуск в подвал. А вот там: турели у входа, за ними лестница с минами направленного взрыва, ещё какие-то датчики. В конце - наша цель.

Сервер операционной.

Пока я работала с физическими данными, Киви вновь нырнула в Сеть. Нетраннерша в паре с Люциной попыталась поймать трафик в замеченном ею крошечном окне между циклами очистки. И девушки справились. Правда, пришлось действовать на пределе возможной скорости, чтобы за раз вытащить полный пакет данных.

- Вижу три узла на первом этаже, - сказала Киви, вернувшись в тело. - Первый: СКУД - система контроля и управления доступом, отвечает за двери и пропуск. Второй: камеры и датчики движения. Третий: коммуникационный хаб, передаёт и фильтрует трафик наверх.

- Какой тип подключения между хабом и верхним уровнем? - напряжённо спросила Люцина.

- Не могу определить точно, что из: беспроводка или кабель.

Как раз то, что удалось определить при сейсмическом сканировании.

- Кабель, - не стала я нагнетать интригу.

Обе девушки посмотрели на меня с вопросом.

- По паттерну задержек, - пояснила я. Для меня это было очевидным - в Пёсьем Городе такой подход встречался часто, да и безопасность того требовала. - Если бы данные уходили через беспроводное соединение, сетевая задержка между узлами была бы неравномерной.

Пауза. Потом просто добавила:

- А она равномерная. Чёткий пинг. Значит - кабель.

Правда, можно было ещё сослаться на данные акселерометра: вибрация кабельных стяжек при нагрузке даёт характерный засвет.

- В здании три узла на первом этаже, как сказала Киви, - я начала дополнять слова нетраннерши. - Проблема в том, что сервер управления дверьми, ведущими в подвал, расположен на втором этаже. Это отдельный сегмент защитной системы, абсолютно автономный. Соединяется со СКУД через физический кабель, а не по беспроводке. Значит, к нему нам нужно будет прийти ножками.

Короткая пауза. На меня уставились три пары глаз. В броневике сейчас были только нетраннеры и водитель - остальная команда расползлась, занимая места для перекрытия возможных путей подхода охраны базы Дозора. Если та вообще появится, в чём я сомневаюсь.

- Откуда ты знаешь, что он автономный? - несколько растягивая слова, спросила Киви.

Я пожала плечами.

- Это стандартное решение безопасников. - Помолчав секунду, добавила: - Тем более, для чего-то же нужны кабели в стенах.

- Откуда ты знаешь планировку? - осторожно поинтересовалась Люцина. Судя по тону - опасалась, что я скрыла от них часть информации, к которой имела доступ. А если это так, то что ещё могла утаить?

- Анализ вибраций в фундаменте здания и данные умного счётчика городской энергосети, - сразу расставила я акценты. - Заранее взломанные. Я готовилась к операции, а не просто полагаюсь на скудные данные Милитеха и информацию Шестой улицы.

С планировкой разобрались. Теперь нужно определить, что за защитные системы стоят внутри.

Следующие десять минут я потратила на копание в “цифровой мусорке”.

Любая система, которая работает, оставляет следы. Не в собственных логах и не в своём оборудовании - там как раз всё зачищается с интервалом в восемь секунд. Следы остаются в местах, которые система защиты не контролирует, так как они находятся вне её: в городских ретрансляторах, где кешируют трафик для балансировки общей нагрузки. Кеш тоже очищается, но никак не с интервалом в секунды. В промежутке между операциями там оседают фрагменты пакетов: заголовки, пакеты без заголовков, обрывки сессий. Обычно - мусор. Но мусор, пригодный для анализа.

Я просеяла пять ближайших ретрансляторов. Нашла с десяток фрагментов с метками, исходящими из здания. Все - из одного источника, с одним и тем же внутренним идентификатором сессии. Источник в системе не зарегистрирован: нет привязки к адресу оборудования, нет конечного маршрута назначения. Просто - существует “нечто” в отрыве от железа.

Подобное означает ровно одно: сторожевой бот. Программа, которая мониторит внешнюю активность вокруг здания и имеет доступ к периферии с выходом в городскую Сеть. Бот достаточно пассивен - он не генерирует собственных запросов, только слушает ближайшие точки доступа.

Плохо в раскрывшийся картине было то, что фрагменты в кеше не были случайными. Они образовывали паттерн поведения.

Я сложила данные по временным меткам и получила отрезок активности бота за последние полчаса: тот опрашивал ретрансляторы с нарастающей частотой. Первые десять минут - раз в четыре секунды. Следующие - раз в две. Последние минуты - уже раз в секунду.

Бот реагировал на нарастающую внешнюю активность. На подготовку Шестой улицы. На нашу машину, стоящую в квартале от базы. Возможно - среагировал на мои собственные микрозонды, хотя я действовала предельно тихо. Или на действия Киви.

Отсюда вывод: это не просто сторожевая программа. Это адаптивная система с обратной связью. Предиктивная матрица поведения: бот не реагирует на события - он выстраивает модель вероятного развития ситуации и увеличивает частоту опроса заранее. Программа уже знает, что происходит что-то не то. Вопрос только в том, знает ли она достаточно, чтобы поднять тревогу прямо сейчас, или её порог срабатывания выше?

- Я нашла сторожевой бот, - испортила я настроение окружающим. - Адаптивный. Он уже отреагировал на приготовления Шестёрок - увеличил частоту внешнего сканирования. Нас пока не зафиксировал, но находится в режиме повышенного внимания.

- Насколько повышенного? - уточнила Люцина.

Я скривилась.

- Достаточно, чтобы заметить нестандартное подключение к внутреннему узлу в течение первой же секунды. Как только мы войдём и кто-то из вас подключится к внутренней сети - он сработает.

- Его нужно чем-то занять! - озвучила очевидное Киви.

Банальная истина. Но от этого решение задачи не становилось менее логичным.

После обнаружения бота понимание картины исходящих запросов существенно изменилось. Программа была интересной. Её запросы к городской Сети имели характерную структуру: каждый пакет начинался с короткого заголовка зондирования и заканчивался секцией “ожидание ответа” с заданным интервалом. Таймаут менялся: когда внешняя активность была низкой - до трёхсот миллисекунд. Сейчас - уже восемьдесят.

Бот ускорялся, реагируя на обстановку.

Но интереснее было другое: в структуре его запросов прослеживался предиктивный слой. Программа не просто опрашивала “что сейчас происходит” - бот зондировал конкретные точки, которые были бы интересны при подготовке к вторжению: ближайший ретранслятор с прямой видимостью на здание; узел городского освещения, через который можно получить данные о тепловых сигнатурах; точку подключения к водопроводному давлению - аварийные выходы часто связаны с системой пожаротушения, и изменение давления сигнализирует об открытии дверей.

Бот “думал”. Скорее всего - в здании стоит какая-то обученная нейросеть, натренированная на схожих инцидентах:

Дозор накапливал данные о попытках вторжения в собственных расследованиях и по итогу скармливал информацию полученные таким образом своим сторожевым системам. Каждая расследованная попытка взлома - удачная или нет - делала сторожа Дозора умнее. Иногда даже не на “чуть”.

И я готова была поспорить: в его памяти есть сигнатуры подхода как вольных раннеров, так и корпоративных. Даже принадлежащих Шестой улице, раз здание находится на их территории!

Поэтому если бот уже имеет сигнатуру “шумовой атаки” в базе данных, он тут же классифицирует её как агрессию. Тогда вообще не факт, что мы хотя бы попадём внутрь.

Следовательно, отвлекающий манёвр не должен выглядеть стандартно. Скорее - как что-то знакомое системе, но не определяющееся ею как угроза.

- Так, мне нужно десять минут, - время для перебора вариантов. - Нужно сформировать план отвлечения внимания.

Буфер - это пакет запросов, который в момент входа нужно вбросить во внешнюю систему, создав тем самым “шум”, чтобы отвлечь внимание сторожевой программы от нашей группы.

Первоначальный план был достаточно прямолинейным: широкий поток мусорных пакетов, создающий перегрузку в обрабатывающих каналах бота. Примитивный аналог неумирающего DDoS. Для глупой сторожевой программы - вполне достаточно. А вот для адаптивной нейросети - это именно та атака, против которой она обучена. Бот распознает паттерн мусорного потока за доли секунды и отфильтрует его, переключив ресурсы на реальные угрозы.

На нас.

Нужно что-то другое.

Я перебирала варианты. Требования следующие: трафик должен выглядеть легитимным с точки зрения машинной логики и быть достаточно важным, чтобы обрабатывающий слой нейросети тратил на него реальные ресурсы, а не просто отфильтровывал. При этом главное - запросы не должны быть похожи на подготовку к вторжению.

Лучший вариант - имитация ошибки.

Городская инфраструктура Найт-Сити генерирует ошибки постоянно: сбои оборудования, неверная маршрутизация, конфликты адресации. Бот регулярно посылает диагностические запросы вовне, пытаясь разобраться с найденными ошибками, - иначе в какой-то момент защита может оказаться без “внешних глаз”. Эти запросы имеют стандартный формат и стандартный уровень “срочности” для обрабатывающей системы: не нулевой, но и не высокий.

Именно их и надо имитировать.

Я строила сеть из двенадцати независимых агентов, каждый из которых имитировал отдельное устройство городской инфраструктуры с собственной уникальной сигнатурой: умный счётчик с неисправным датчиком замыкания - то, что может привести к пожару в доме напротив; контроллер солнечных панелей на крыше в нескольких десятках метров от базы, не способный соединиться с камерами, которым служит источником аварийного питания; три ретранслятора по соседству, ведущие между собой диагностический диалог по стандартному протоколу, поэтому недоступных для полноценной работы; светофорный контроллер, фиксирующий ошибку в датчике управления и создающий тем самым опасную ситуацию на перекрёстке у здания базы Дозора.

Каждый агент генерировал трафик с правильной частотой, заголовками и случайными вариациями - настоящие устройства никогда не работают идеально, в них всегда есть небольшие отклонения. Математически выверенная точность сразу вызовет подозрения. Я вложила эти вариации в каждого агента отдельно, с различными параметрами. Ни один из них не был синхронизирован с другими - всё работало в разнобой, для правильной имитации фона городской инфраструктуры.

Бот должен был обнаружить кластер “аномальных, но знакомых” событий и потратить время и ресурсы на их классификацию и оценку - но не отфильтровать: созданные мной ошибки не мусор. Что даст нам время: программа будет анализировать, насколько события критичны, нужно ли поднять тревогу, есть ли корреляция между ними и деятельностью вокруг здания.

И пока бот будет занят - мы войдём внутрь.

Расчётное окно: от восьми до двенадцати секунд. Достаточно, чтобы преодолеть периметр и подключиться к внутреннему узлу - это даст мне возможность передать коды, которыми я пользовалась раньше, когда привезла сюда оригинальную Сувиру. Вот только наша команда не имеет нейроинтерфейсов с метками Сетевого Дозора, так что, по всей видимости, за открытием дверей немедленно последует тревога, поднятая ботом. Но к этому моменту мы уже будем внутри - и внешняя сторожевая программа перестанет быть основной проблемой.

Главное начнётся после.

Ожил канал связи нашей общей тактической сети.

- Мэйн здесь, - произнёс низким голосом соло. - Вы закончили с разведкой?

- Почти, - сказала Киви. - Ещё несколько минут, потом заходим.

- Понял, - голос наёмника стал напряжённым. - Мы с Дорио в двух кварталах от вас, держим периметр снаружи. Линия эвакуации подготовлена.

- Ребекка? - поинтересовалась я.

Канал снова ожил, на этот раз с довольно плаксивыми интонациями:

- Ребекка скучает, - отозвалась мелкая. - Ребекка хочет что-нибудь взорвать!

- Ребекка идёт к машине и будет там вместе с Фалько! - отрезал Мэйн. - И служит самой последней линией обороны возле точки атаки. Если мимо нас кто-то проскользнёт - ты не должна пропустить никого внутрь здания!

Нытьё о том, что кого-то лишают всего веселья, и отрывистые приказы Мэйна я уже не слушала: мне удалось обнаружить закономерности в поведении алгоритма, затирающего данные с внешних устройств, и определить, что за программа там стоит. Результатом стало то, что у меня получилось закинуть в терминал здания ультралёгкий разведывательный зонд. По факту это не было даже программой или полноценным скриптом - так, почти что разовый короткий импульс, замаскированный под легитимный запрос. Который только коснулся коммутатора, находящегося в здании, и отскочил обратно, неся с собой слепок полученной сигнатуры.

Этого было достаточно.

Хеш операционной системы, управляющей коммутатором. Версия прошивки. Дата последнего обновления. И - самое интересное - список активных сессий: восемь подключений, все внутренние. Без выхода к городской Сети. Все от оборудования, которое мы смогли расшифровать по откликам и нанести на карту.

Но помимо известных данных, в сигнатуре были следы одного процесса, не привязанного ни к одному узлу. Программа висела в фоне, без метки пользователя, с нулевым идентификатором.

Тот самый сторожевой бот. Вот только позиция - изнутри.

Как оказалось, он там тоже присутствовал - в полной мере. Внутренняя архитектура программы отличалась от того, что я видела снаружи: снаружи бот казался просто аналитической программой. Изнутри - у него были исполнительные ветви. Не только наблюдение - он мог передавать команды физическим системам здания. Двери. Вентиляция. Что ещё - я не успела прочитать, мой скан был слишком коротким.

Но это меняло картину.

Бот не просто наблюдатель. Он полноценный сторож и внутри. При обнаружении угрозы программа не только поднимет тревогу - она начнёт управлять зданием.

- Уточнение к данным, - произнесла я для нетраннеров. - Сторожевой бот при тревоге будет управлять физическими системами здания. Двери, вентиляция, скорее всего - система защиты. Я практически уверена, что сразу после первого подключения изнутри нас тут же заблокируют. Учитываем это.

- Насколько короткое окно от момента физического подключения к узлу до его срабатывания? - напряжённо спросила Киви.

Я прикинула конфигурацию бота и возможности железа, которое помнила по прошлому посещению.

- Точно не знаю. По архитектуре - бот должен сначала идентифицировать подключение как угрозу, потом принять решение о реакции. Скорее всего, у нас есть секунда. Может - полторы. А что? - спросила у Киви.

Нетраннерша замерла, что-то обдумывая. Потом раскрыла вопрос:

- Если ты будешь в Сети, то сможешь перекинуть на меня узел управления внешними камерами? Тогда у нас будет дополнительная задержка реакции. Бот не сможет подтвердить визуальную угрозу через камеры, если они будут под нашим контролем.

Хм. Хороший ход. Как и инициатива.

- Значит, первое, что я делаю, подключившись - перекидываю тебе камеры, - согласилась я с Киви. - Нужно заморозить их на время входа, пока Гарсия возится с физическим замком. Дашь ему эти восемь секунд?

Та кивнула - чуть менее уверенно, чем хотелось бы.

- Люцина. - Вторая нетраннерша посмотрела в ответ. - Как только мы окажемся внутри - твоя задача первой подключиться к сети здания. Найди ближайший узел и воткни кабель. Именно это подключение запустит бота, но к тому моменту камеры уже будут у Киви. Справишься за десять секунд от входа?

- Если узел будет близко - да, - осторожно ответила девушка.

- Будет близко. - Я попыталась успокаивающе положить ладонь ей на плечо, но Люцина дёрнулась в сторону. - Разъём стандартный - справа от входа.

Роли розданы. Никто не стал возражать.

- Как только мы окажемся внутри, я смогу полностью переключиться на происходящее и начну помогать напрямую. Но только до момента, как система защиты не поднимет тревогу до максимального уровня, запустив самоуничтожение. Как это произойдёт - я сразу переключусь на блокировку сигнала. С того момента вы должны будете охранять мою тушку, пока в Сети я буду блокировать сторожевого бота. Надеюсь, претензий нет?

Претензий не было.

Фалько встал напротив базы Дозора.

Двенадцать агентов готовы. Очерёдность срабатывания настроена. Я прогнала свои программы против упрощённой модели поведения нейросети, которую смогла реконструировать по фрагментам в кеше. Модель не была точной копией бота, но основные поведенческие алгоритмы - распознавание угроз, классификация и выдача приоритета - всё это было в эмуляторе заложено. Как итог - прогнозируемое окно в двенадцать секунд активной обработки, прежде чем нейросеть отфильтрует мою атаку.

Этого должно хватить на вход.

Я посмотрела на здание из Сети в последний раз.

Внешне - рядовой дом. Двухэтажный, с облупившейся краской и пожухлой лужайкой. За стёклами, имитирующими жизнь внутри, - серверная. Под бетонным полом - хранилище данных операционной. И всё это охраняет сторожевая нейросеть, которая уже знает, что что-то происходит, и ждёт подтверждения.

Или атаки.

Здание, в котором, можно сказать, я появилась на свет. Буквально - там внутри был создан нейрослепок, ставший основой того, чем я сейчас являюсь. Возврат к истокам, чтобы уничтожить эти самые истоки.

- Готовность к началу, - обратилась я в общую сеть. - Пять минут. Всем занять свои места.

Канал ожил подтверждениями. Мэйн, Дорио, Фалько. Пауза - потом недовольное “Ребекка готова, но всё ещё скучает”.

Я уже разворачивала буфер - медленно, по одному агенту, чтобы их появление выглядело как органический рост неполадок в городской инфраструктуре, а не как одновременный запуск.

Восемь агентов развёрнуты. Девять. Десять.

- Три минуты, - произнесла я.

Двенадцатый агент встал на место. Сторожевой бот в здании получил первый сигнал ложного кластера и потратил тридцать восемь миллисекунд на его оценку.

- Пора.