Понимаю естественное и вполне разумное желание читателя узнать, кто же это втирает какую-то странную философию и снимает эти сомнительные ролики, что это за личность, и можно ли доверять информации, появляющейся на этих страницах. Поэтому, скрепя сердце, и не являясь любителем обнародовать свои недостатки, я всё же решился на этот рискованный шаг исключительно из уважения к моему дорогому читателю.

Сразу расставим точки над «i»: все действительно ценные материалы, которые вы найдёте на моих страницах, принадлежат исключительно заслугам моих уважаемых Учителей. А все сомнительные выводы и предположения, а также ошибки, включая грамматические и
пунктуационные, принадлежат исключительно моей рассеянности, тупости и лени.

Но, хочу подчеркнуть, что всё, что вы прочтёте на моём канале взято исключительно из прямого контакта с моими Наставниками, а не из каких-то книг и публикаций интернета.

Если плясать прямо от самой печки, то ещё году эдак в 80-м, будучи старшеклассником, благодаря пробивному характеру и связям моей мамы, я попал в секцию каратэ, которое в то время испытывало непростые времена, пытаясь легитимизоваться в косном пространстве Союза ССР.

Сначала я попал к мастеру кёкусинкай Феликсу Васильевичу Беднину*, затем в единственную на тот момент официальную группу ЦСКА, где даже был поставлен нашим тренером Смирновым Анатолием Николаевичем в пример другим ученикам за классическое выполнение удара «маваси». В Варшаве однажды удостоился личной встречи с основателем федерации  кёкусинкай Александром  Ивановичем Танюшкиным.

Это самое «маваси» я продолжил отрабатывать на переменах между парами, уже будучи студентом Школы-Студии МХАТ, атакуя все возможные предметы, находящиеся на уровне головы, в первую очередь выключатели. В чём единственном я и преуспел, потому что с нетерпением ждал только одного – когда эти самые пары кончатся и я
смогу поехать в секцию отдохнуть душой и телом от истории партии, сопромата и черчения.

Не просто глотком свежего воздуха в пыльных стенах престижного, но насквозь ортодоксального заведения, а буквально оазисом стал факультатив по сценическому бою, на который, по его небольшой востребованности, разрешили ходить и студентам постановочного факультета, а не только будущим актёрам, включая будущую звезду Владимира Машкова. Его вёл уникальный человек – режиссёр, поэт,
актёр и, что для меня самое главное, мастер багуачжан Феликс Михайлович Иванов.
Подробнее о нём вы сможете узнать, пройдя по ссылке: «В память о
Мастере... Ушёл Феликс Михайлович Иванов».

Почти параллельно с этим мне посчастливилось попасть в экспериментальную группу по тайцзицюань при НИИ «Спорт», которую вёл Николай Николаевич Балашов, который вскоре рискнул доверить мне проведение разминки, не подозревая, что этот
небольшой, но почётный акт станет поворотным в моей судьбе, а страна вскоре потеряет в моём лице ещё одного посредственного художника театра.

Большинство дальнейших моих встреч с Наставниками ушу и Цигун были инициированы благодаря подвижничеству и целеустремлённости Николая Николаевича.

Являясь соучредителем Научно-практического Центра нетрадиционных методов оздоровления при Госкомспорте СССР, он пригласил к сотрудничеству практикующего на тот момент в республиках Средней Азии иглотерапевта и мастера цигун Юнь Цзида и его учеников – Александра Петрова и Бакыта Туленалиева.

Счастливо покинув суливший мне всяческие перспективы театр «Детектив» под руководством знаменитого В.Б. Ливанова, я сменил профессию, став инструктором первого и в итоге единственного учреждения в СССР, выдававшего официальную аккредитацию по ушу и Цигун.

Благодаря этому я получил большую практику в преподавании основ Цигун и ушу ринувшимся легализоваться подпольным бойцам и каратистам, экстрасенсам и колдунам, медикам и просто интересующимся со всего Союза, а затем СНГ. Реклама в популярных тогда газете «Спорт» и журнале «Цигун и спорт»* дали распространению ушу и Цигун широкую дорогу.

Уже в 1990 благодаря инициативе Балашова в Союз смогли приехать мастера цигун Ли Цзишен и Чен Цзежень, мастер тайцзи стиля «У» Чжоу И, мастер тайцзи-туйшоу Цянь Юйцай, мастер  багуачжан Суй Юнцзян.

Профессиональная среда  позволила мне постоянно впитывать их бесценные знания, а не только рассекать Чёрное море под парусом виндсерфинга и наслаждаться другими возможностями молодости и необузданной свободы безбашенных 90-х.

Логичным будет вопрос моего читателя по поводу китайского языка. Конечно же, я изучал китайский. Впустую время и силы на меня тратила Вероника Виногродская. Мало того, благодаря тесному кармическому знакомству с ламой Церингом Дхондупом, представителем Его святейшества Далай-ламы XIV, я изучал и тибетский язык.

Но, все мои попытки всегда заканчивались сползанием к уровню первой страницы любого учебника - из-за невозможности регулярно практиковать с носителями, помноженной на мои более чем скромные способности в этой области. В итоге в моём активе оставались лишь избитые «Ни хао!», «Во цзяо Андлея» и «Ich bin элосы»**.

Снять синдром недоучки мне помог Бронислав Виногродский, с которым мы познакомились ещё в пору его тесного сотрудничества с НПЦ НМО. На какой-то выставке китайского чая, он представил меня руководителю общества «Конфуций». 

Посетовав для разговора на свою тупость в изучении полагающегося мне как минимум по статусу китайского языка, я получил поистине счастливую индульгенцию от главного китаеда страны: «Андрюша, не парься! На хрена тебе этот китайский! Занимайся своим делом, в котором ты прекрасно шаришь!». Боюсь, что более точно я не смогу процитировать Бронислава по соображениям цензуры. На тот прекрасный момент у меня даже занималась одна из его дочерей...

Дополнительным, хотя и не оправдывающим меня алиби, являлся тот факт, что почти на всём протяжении моего соприкосновения с мастерами, рядом всегда находился кто-то, кто владел китайским не просто лучше, а блестяще. В первую очередь это сам Балашов, Бронислав, а также известные китаисты Владимир Малявин и Андрей Милянюк.

Более того, наши коренные учителя – Ли Цзишен и Цянь Юйцай, будучи профессорами-русистами Пекинского Университета, владели русским, пожалуй, лучше многих россиян, писали уж точно в сто раз грамотнее большинства. Ну, а мои личные поездки в Китай всегда сопровождала китаянка-переводчица, много лет занимающаяся у гранд-мастера Фэн Чжицяна.

В 1996 году в составе инструкторской группы я впервые посетил Поднебесную и получил диплом Пекинской Академии ушу, заодно получив уникальную возможность позаниматься у мастеров багуачжан Лю Цзинчжу и Ся Байхуа (последний занимал одно время должность директора Академии).

Мои дальнейшие поездки, совершаемые уже лично, также принесли мне чудесные встречи. Это мастера Уцзи-чжуан Бай Хай, Чжао и Хэ, мастер стиля "У" Ли. А также мастера Вэй Сяочжун и Ма - братья по школе Чжу Чун Сюаня, сына знаменитого мастера Чжу Хуай Юаня, который был старшим учеником мастера Ван Юнцюаня и учителем мастера Ши Мина.

Таким образом, волею судеб я получил возможность получать знания фактически от трёх представителей ветки от основателя стиля Ян в его современном виде, которым считается Ван Юнцюань, если учесть, что Николай Балашов также давно являлся учеником Чжу и щедро делился со мной самой ценной информацией.

Ещё с детства я обращал внимание на выкладки в журнале "Вокруг света" партий по стратегической игре Го, которые печатались регулярно, но прикасаться к ней без наставника не было духа.
В середине 90-х судьба свела меня с молодым, но очень перспективным мастером.
Это был Игорь Алексеевич Гришин, руководитель "Русской школы Го и
стратегии". Он не только поделился философией и принципами, позволяющими ощущать "дыхание" камней и пространства, но и познакомил со своим учителем, на тот момент уже корифеем этой игры Сергеем Межовым.

Игорь Алексеевич вывел Го из области спорта в подобающее этой практике пространство - в область стратегии и отражения внутренних состояний играющего, а также соединил его с теорией бизнеса и маркетинга.

Очень быстро Го соединилось с моей практикой тайцзи, философия Пустоты и множество других Принципов которой практически идентичны.

Подобной же формой поиска гармонии стали мои занятия по Композиции Пространства, уроки которой я получал еще студентом от метра сценографии Олега Ароновича Шейнциса, автора "Юноны и Авось" и других шедевров Ленкома. Язык, методика, философия Тайцзи и  Фэншуй оказались прекрасным инструментом для организации движения Ци на бумаге, всегда являющегося отражением прописанных в уме жёстких структур и концепций.

В одном из учебных фильмов по Композиции мы вспоминаем Олега Ароновича с моим другом и однокурсником Игорем Новиковым.

Надеюсь, читатель извинит мне стиль этого изложения, так как он продиктован исключительно необходимостью компенсировать присущую мне излишнюю серьёзность к этой теме, выражающуюся, как правило, в менторском тоне изложения транслируемых знаний и занудной требовательности к моим ученикам.

Список дисциплин (примерный), в которых вы можете принять участие онлайн, или приобрести Запись, вы можете посмотреть ЗДЕСЬ.

!! Для удобства пользования сайтом созданы РУБРИКИ (Boosty почему-то назвал их Бандлами!) - их на данный момент 13.

Это тематические Подборки моих публикаций по темам: например, "Здоровье", "Упражнения Цигун", "Мастера", "Философские Принципы" , "Психология" и т.п.

Если вас интересует какая-то конкретная тема, и вы не хотите листать всю ленту (а она немаленькая - более 600 постов), то вы можете выбрать соответствующий (прости Господи!) БАНДЛ, сузив таким образом круг поиска. Найти Бандлы можно кликнув по кнопке ВИТРИНА в шапке сайта.

  **"Здравствуйте!", "Меня зовут Андрей" (кит.), и "Я русский" - смесь нем. и кит.