(Точка с запятой - история Чонли и Намджуна.

Друзья мои, фактически эта история — чистый гет. Я не захотела бросать вторую пару, не дописав их историю. В целом, если вы категорически против гета, то прекращайте читать. Чонгук и Тэхён тут появлятся только в качестве второстепенных персонажай, но, конечно, они тут будут. Все-таки обе пары неразрывно связаны. Финал истории вигуков еще в конце прошлой главы рассказал Чонгук — он выдал жирнющий спойлер. Но мне было ужасно грустно бросать Чонли и Намджуна, их дурацкие отношения, а потому я рискнула на авторский эксперимент. 

Эту историю я выложу для всех подписчиков открыто. Захотите накидать благодарности - там где-то на главной странице  есть кнопка "Донат", а под постом значок доллара . Если гет категорически не ваше, то пролистнёте. Никто не в обиде.  

---------

Если бы Чонли понимала, во что вписывается, вряд ли бы она на это пошла. Сейчас, по прошествии месяца она отчётливо понимала, что её план быть взрослой и самостоятельной проваливался. Нет, внешне она сильно вела по очкам, но внутренне готова была лечь на пол и плакать, как маленькая девочка.

Обида на Намджуна не выжгла любовь к нему. Более того, те его глупые слова давно забылись, а его поведение покрыло прошлое.

— Да перестань ты таскать веники через день! — рассердилась Чонли этим вечером, после того, как Намджун принёс очередной букет. Девушка прекрасно знала, сколько стоит это дорогое удовольствие, а со слов брата имела представление о финансах своего нового соседа.

Кошелёк Намджуна стремительно пустел. И всё из-за неё. Родители перестали присылать ему деньги, после того, как он пошёл против воли отца, а сам Намджун бездумно тратился на дорогие цветы и не менее дорогие безделушки, которые выкладывал перед Чонли. Разведка доносила, что у этого дурака уже две подработки, но он всё спускал на глупости.

— Хочешь пиццу? Могу курочки или рёбрышки заказать, — заискивающе улыбнулся Намджун, после того как Чонли в сердцах отчитала его за букет. На его грубоватом лице показались две милейшие ямочки, и у Чонли как всегда прихватило где-то под диафрагмой.

Она так любила проводить пальцем по этим крошечным углублениям на щеках Намджуна, она так любила искорки в глазах напротив, обожала рассматривать немного выступающий подбородок сильной челюсти. Она помнила все изменения, которые происходили с этим парнем со старшей школы. Они вместе лечили его акне, они вместе планировали непонятное счастливое будущее, они вместе бинтовали разбитые костяшки, после того как Намджуна занесло в драку.

Теперь они были только соседями по квартире. С кучей недосказанности и ворохом воспоминаний, которые обжигали.

— Он даже так не думал никогда, — ворчал Тэхён.

— Это были не его мысли. Это были слова папаши, который давил деньгами и обеспечением, — повторял Чонгук.

Чонли кивала, понимая, что они оба правы, но всё равно опасалась. В тот день она увидела кого-то другого. В тот день, когда после очередного телефонного разговора с отцом, Намджун пришёл ставить условия, которые на самом деле поставили ему.

Он говорил классические шовинистские глупости о роли женщины в мире, как будто цитировал нашумевший роман «Рассказы служанки», а Чонли передёргивало от того, что она слышала. Её жизнь сводили к браку, плите, размножению и обслуживаю мужа. И все те счастливые планы, что они когда-то строили вместе с Намджуном, рассыпались пылью.

— Я сама подлила тогда масла в огонь, — призналась она Тэхёну, сидя на его небольшой кухоньке. Бывший одноклассник тогда заболел каким-то злобным насморком, и все ходили проведывать его по-очереди. — Он начал нести какую-то пургу про то, что я должна ставить его в известность, если куда-то собираюсь. А меня выбесил этот контроль и я тогда много наговорила в сердцах и предложила найти себе рабыню.

— Я помню этот день, — выразительно высморкался Тэхён, не пытаясь выглядеть перед Чонли красиво. — Это были странные высказывания.

— А потом у меня бумажка об образовании, которой можно только подтереться, потому что нет реального опыта работы. А потом у меня нет друзей, потому что моему мужу они не нравятся. А потом мне сорок, и я — повелитель кастрюль и швабры. Ну и пятеро наследников великой династии Ким нарожала. Я не так хочу, понимаешь? — звонко говорила Чонли то, что обдумывала уже не первую неделю.

— Мне кажется, он так не считает, Чонн-и, — мягко улыбнулся Тэхён. Он один умел улыбаться вот так — миленько, смягчая всё вокруг своими словами.

— Вот и посмотрим, — пробурчала упёртая Чонли.

Смотреть было тяжело.

Особенно на Намджуна, который старался изо всех сил.

Особенно на Намджуна, который дома переодевался в простые шорты и майку и сверкал своими дурацкими бицепсами и ровными сильными ногами.

Особенно на Намджуна, который героически боролся с грязной посудой и, что ужаснее, с приготовлением себе ужинов.

Изо всех сил стараясь не бежать помогать ему, Чонли медленно пятилась спиной по коридору в свою комнату. Там она находила кучу бессмысленных занятий, лишь бы не выходить лишний раз. Что и говорить, за первую только неделю она взлетела в университетском групповом рейтинге на первое место — как в старые добрые времена, когда была одиночкой и всё свободное время посвящала только учёбе.

Через месяц такой «соседской» жизни Чонли начала ловить состояние ужаса. Жизнь как будто проходила мимо неё. Учёба занимала почти восемьдесят процентов жизни, и в этой жизни были только лекции, семинары, практикумы, общие проекты, библиотека и дополнительный курс по фотографии.

— Ли-Ли, — окликнула её подружка, с которой Чонли сошлась ещё на первом курсе. Бёль потрепала по плечу, заглянула в глаза и солнечно улыбнулась. — Давай, приходи в себя. Ты стала книжным червяком. Мы сто лет не собирались вместе, не сидели у тебя.

— Ну я не знаю… — засомневалась Чонли. — Теперь у меня сосед, а не брат.

— Знаем мы твоего соседа! — захохотала Бёль и откинула длинные смоляные волосы за спину. — Да его и подразнить было бы неплохо, этого сатрапа. А то слишком много о себе думает.

— Тогда я и остальных может позову? — задумчиво пробормотала Чонли. — Давно не собирались.

— М-м-м, — протянула Бёль, надувая губы. — Я думала мы вдвоём.

— Я всё же позову, а вдвоём с тобой потом, да вообще в любое время.

Красотка Бёль смешно сморщила нос и торопливо кивнула. Чонли с небольшой завистью снова взглянула на подругу — та была картинно хороша. Худенькая какой-то мальчишеской худобой, с выразительными скулами, острым подбородком, длинными ногами и невероятно ухоженными чёрными волосами по лопатки, Бёль была тем образцом женственности, к которому совершенно бессмысленно стремилась Чонли. Бессмысленно только потому, что сама она была скроена по другому стандарту. Чонли была среднего роста и обладала фигурой песочные часы. Казалось бы, этому стоило радоваться, однако современная одежда садилась на неё мешковато, а в платьях и юбках ходить всё время не хотелось. Лицо у Чонли оставалось детским и наивным из-за огромных глаз и немного пухлых щёк. Мама всегда смеялась, что они с братом умудрились получиться одинаковыми на лицо.

— Я принесу вина и напишу в чате остальным, чтобы заказали пиццу и чего-нибудь прихватили, — тем временем оживилась Бёль, быстро набирая сообщения в месседжере.

А Чонли потянулась к своему телефону. Наверное, было бы правильным предупредить Намджуна о том, что сегодня планируется вечеринка. Это же… по-соседски, да?

Чон Чонли: Ко мне сегодня придут друзья. Просто ставлю в известность.

Ким Намджун: Не вопрос.

С трясущимися руками Чонли ещё несколько минут держала разблокированный телефон и смотрела на экран, ожидая следующего сообщения. Намджун оставался в сети, но больше ничего не присылал. Шмыгнув носом, Чонли наконец заблокировала устройство и сунула в карман. Она слишком много думала про соседа по квартире. Слишком подробно и часто.

— И опять это лицо! — Бёль тоже закончила писать в чат насчёт мини-вечеринки и закатила глаза. — Всё! Забудь его, он просто сосед. Пусть вообще валит в другую квартиру, какую-то глупость придумали — вместе жить.

— Да, — вяло ответила Чонли, зная что этот разговор совершенно бессмысленный. Они перетирали это уже раз пятьсот: Бёль громко возмущалась из-за идеи жить вместе с бывшим, агрессивно настаивая вышвырнуть его вещи, Чонли неубедительно мямлила в ответ, понимая, что подруга права.

К счастью в этот момент посыпались сообщения от друзей, и Бёль переключилась на общий чат.

— Ёншик придёт, Суджа, Арин, — она взялась перечислять имена одногруппников, а Чонли лишь кивала. Это был их стандартный кружок. С кем-то она общалась больше, с кем-то меньше, но в целом, со всеми было о чём поговорить.

И как водится в таких небольших компаниях были тут и свои подводные течения. Чонли слегка отвлеклась от всего этого, пока с головой была в отношениях с Намджуном, а сейчас снова изучала расстановку, стараясь сохранить баланс и хорошие отношения со всеми.

— Как у вас с Арин? — осторожно спросила Чонли подругу. Мимо неё прошла какая-то неясная история взаимоотношений между Бёль и Арин. В самом начале они дружили втроём, но постепенно Бёль и Арин отдалились, что-то не поделив. И сколько бы Чонли не пыталась выяснить причину разлада, обе лепетали что-то неубедительное.

— Нормально всё, не бери в голову — махнула рукой Бёль и тепло улыбнулась, смягчая жест. Она вообще была вся вот такая — компанейская, умеющая со всеми договориться, разумная девчонка. Здравого смысла в Бёль было куда больше, чем в остальных.

Она всегда была той рукой помощи и даже жилеткой, когда у Чонли с Намджуном всё понеслось не туда. Терпеливо слушала, утешала, поддакивала, хотя и имела собственное, совершенно противоположное мнение. Чонли прекрасно знала, что подруга как раз из тех, кто хочет благополучно выйти замуж, растить детей и заниматься домом. Но разница мнений и интересов не мешала им дружить. «Все мы разные», — философски говорила Бёль и в поддержку добавляла, что Намджун всё равно мудак.

Пятничная вечеринка началась рано, уже в восемь вечера их небольшая компания разместилась на ковре на полу в комнате Чонли. И хотя было всего шесть человек, шум наполнил квартиру.

— А где твой брат? — игриво спросил Ёншик, который уже не скрывал свой интерес к младшенькому Чонли.

— Он переехал, — сурово выдала Чонли, глядя на парня. Он был, в целом, неплохим одногруппником, заводным, начитанным, но оставался каким-то слегка странным и себе на уме. — Живёт поближе к работе.

— Лучше бы учёбой занимался, — выдал этот сын богательних родителей, которому ни разу в жизни не приходилось считать воны.

— Поверь, Чонгук успевает всюду. Это Чонгук, — с удовольствием заступилась за своего младшего сестра. И тут же встрепенулась, потому что кто-то прибавил громкость на колонке. — Ребят! Давайте потише, мы тут не одни.

— Да брось, Ли-Ли! Время детское. Да и вообще, давай позовём этого твоего буку-соседа, — закатила глаза Бёль. — Пусть лучше веселится, чем портит нашу вечеринку своим унынием и закрытой дверью.

— Ты откуда про закрытую дверь знаешь? Уже стучалась? — тут же ядовито подала голос, молчавшая до этого Арин.

— Н-не надо, — Чонли сконфуженно посмотрела на стену, за которой сейчас был Намджун. Тот наверняка слышал каждое слово. Стены в этой квартире были как будто из картона. — Не отвлекайте.

— Ой, да брось, — почему-то разошлась Бёль. Она поднялась с места и всплеснула руками. — Чего такого, пусть приходит к нам. Если стесняешься ты, я сама позову. Слишком много пафоса.

С волнением и диким смущением слушала Чонли, как её решительная подруга стучит в дверь соседней комнаты, шебечет задорно в ответ на басовитый и удивлённый голос Намджуна.

— Сейчас придёт наш затворник! — Бёль торжествующе впорхнула в комнату и плюхнулась на пол, тут же подхватывая бокал с вином.

Сердце Чонли отстукивало неровный ритм. Шум голосов и музыки как будто стих для неё, а слух и все ощущения были перенаправлены в ожидании появления Намджуна. Чонли дёрнула губами, стараясь нацепить равнодушную улыбку, с силой проморгалась и всё равно не успела подготовиться. Когда её сосед вошёл на порог, она резко вскинула лицо, чтобы сразу встретиться с ответным просительным взглядом.

— Я ненадолго, — густо проговорил Намджун, обращаясь к ней одной. — Сейчас Тэхён заедет, мы договорились погулять.

— Так пусть тоже заходят, — торопливо ответила Чонли. — Сто лет не виделись.

— Ну я им напишу, — кивнул Намджун и пристроился на диване, напротив сидящей на полу Чонли.

— Пиво будешь? Бери пиццу, есть жареные креветки. Тут ещё сушеные кальмары, — заговорили ребята, предлагая новому гостю закуски, но Чонли слышала чужие голоса словно издалека. Она напряжённо и болезненно следила, как Намджун уткнулся в телефон, и покусывая губы, набирал текст Тэхёну.

— Бери пиво, — немного насмешливо обратилась к Намджуну Бёль, когда тот отложил телефон. Она всунула бутылку ему в руки и пересела чуть вбок, давая доступ к импровизированному столу. — Не стесняйся, у нас тут много закусок. Присаживайся поближе.

— Я потом, — снова посмотрел на Чонли Намджун. Он почти не отрывал от неё взгляда, не обращая внимания на иронический тон Бёль, которая сидела рядом почти в его ногах, и на любопытные взгляды остальных ребят. Кто-то смотрел удивлённо, кто-то с улыбкой, Арин остро и внимательно — все были в курсе непростой истории Чонли и её бывшего.

Постепенно неловкая, прерванная появлением Намджуна, беседа возобновилась. На соседа Чонли перестали обращать внимание, и тот тихо сидел, прихлебывая пиво из бутылки и не говоря ни слова.

— Для того, чтобы сделать нормальную серию, нам нужно не менее двух дней, — бойкая Арин обращалась сейчас к Чонли, потому что они вместе ходили в студию фотографии при университете. — Давай всё-таки подумаем о гостинице на одну ночь. И тогда мы сможем сделать закатную и рассветную серию у озера.

— Вы о чём? — ревниво вскинула брови Бёль, которая на курсы фотографии в своё время ходить отказалась, а теперь немного нервно воспринимала всё происходящее без её участия.

— У нас парное задание на курсе по фото. Называется «Вода в лучах», и все собираются на Ханган, а мы подумали, что можно сгонять на какое-нибудь озеро, — терпеливо и успокаивающе проговорила Чонли, обращаясь к подруге. — Озеро мы нашли, и нам рядом есть что-то вроде гостиницы. Ну, или лучше сказать, хостела с двумя общими комнатами. Так что думаем остановиться и переночевать там.

— Нас с собой возьмите! — тут же отозвался Ёншик, скорый на подъём.

— Может действительно вместе рванём? — тут же поддержали из компании, а Чонли обратила внимание на слегка надувшуюся от обиды Бёль.

— Можно посмотреть, сколько там мест, — предложила Чонли, обращаясь к подруге. — И правда, поедем все вместе.

— Это ваше задание, — закусила губу Бёль. — Мне и в городе неплохо. Необязательно все время гонять толпой, правда сосед?

Она обратилась к молчащему Намджуну, который тут же непонимающе помотал головой.

— А как вы туда будете добираться? — подал голос Намджун, снова переводя взгляд на Чонли. — Давай я попрошу Тэхёна вас отвезти.

— У меня есть машина, — широко улыбнулся Ёншик. — Ещё четыре человека легко влезут. Один впереди, трое сзади.

В этот момент входная дверь пропикала, и все обернулись на входящих в квартиру брата Чонли и его друга. Высокие, немного похожие друг на друга Чонгук и Тэхён помахали всем руками и без стеснения ввалились в комнату.

— Мы ненадолго! — шумно начал Чонгук. — Прикинь, нам сегодня выходной дали, гуляем! Чонн-и, я тебе тут кое-что принёс, иди сюда. Всем привет. Хён, привет! Ты собрался? Поехали!

— Да помолчи ты хоть на секунду! — перебил его столь же сияющий Тэхён. Он с силой хлопнул Чонгука по спине, но в ответ получил только широкую улыбку.

Поднявшись с места навстречу брату, Чонли тихо вздохнула. Чонгук расцвёл и возмужал. Он был красивым, огромным и сильным, но как будто ещё немного вырос за те две недели, пока они нормально не виделись. А ещё в его глазах светилось такое всеобъемлющее счастье, что было завидно. Они с Тэхёном вдвоём излучали вокруг себя заразительные флюиды эйфории, заполняли ими небольшую комнату, и были словно два солнца.

— Пойдём, — Чонгук мотнул головой в сторону кухни, подзывая Чонли. Он подхватил в коридоре какой-то пакет и вместе с ним опустился на стул. — Ты не задаёшь мне лишних вопросов, а я всё отрицаю, поняла? Это подарок от нас с Тэхёном.

Брат вытащил из пакета коробку с логотипом известной фирмы по производству фотоаппаратов, и Чонли судорожно ахнула, узнавая картинку. Не веря своим глазам, она следила, как Чонгук открывает картонную коробку, чтобы показать содержимое. В дверях появился Тэхён, который смотрел за происходящим на кухне.

— С ума сошли… — прошептала Чонли, чувствуя себя так, будто собирается свалиться в обморок. — Двадцать четыре — сто пять, вы с ума сошли? Он же стоит как почка!

— Не бойся, он с рук. Но в отличном состоянии и почти не юзан, — хмыкнул Тэхён. — Ну давай, возьми его.

Трясущимися пальцами Чонли достала из коробки со специальными выемками объектив, о котором мечтала с тех пор, как увлеклась фотографией. Объектив с фокусным расстоянием 24-105 миллиметров считался универсальным и был желанным для любого фотографа, который всерьёз увлекался съёмками не только портретов, но и пейзажей, и архитектуры.

— Даже с рук — это дорого, — блаженно шептала Чонли, крутя в руках цилиндр, состоящий из драгоценного стекла, пластика и металла. — Откуда у вас деньги на тревел-зум? — И секунду спустя до неё дошло. Да и лица Тэхёна и Чонгука были слишком уж двояки и загадочны. Брат и школьный друг, безусловно, хотели её порадовать, но в голове билось ещё одно имя. Сложить два плюс два было несложно. — Я не могу это принять! Это безумие.

— Давай ты не будешь! — ядовито возразил Чонгук. — Во-первых, мы тоже неслабо вложились. И поверь, ты отработаешь красивыми фоточками каждую вону. Во-вторых, ты сама вопила,, что он тратится на всякую чушь и цветочки. Вот, теперь не цветочки, а ты опять недовольна.

— Как ты не понимаешь! — шёпотом заорала Чонли, оборачиваясь на коридор и боясь, что Намджун собственной персоной прямо сейчас выйдет из комнаты.

— Я-то как раз всё понимаю, — хмыкнул Чонгук.

— Иди за фотиком, — добавил Тэхён. Он подошёл поближе, взлохматил Чонгуку волосы, а потом спустил руку ему на плечо. — Нам нужно мно-о-ого фотографий. Очень много.

В её комнате стало шумнее. Чонли, стараясь не смотреть на Намджуна, быстро проскользнула между сидящих на полу друзей и дотянулась до полки, где лежал красавец-фотоаппарат. Мама и папа подарили его, когда поняли, что увлечение дочери стало серьёзным. Объектив, правда, был только один, который в кругах фотографов назывался «портретником» или по фокусному расстоянию «полтинником», но Чонли не жаловалась. Стоила подобная техника немыслимых денег.

— Ты куда? — обратилась к ней Арин, увидев фотоаппарат в руках.

— Я сейчас, — чувствуя, что краснеет, пробормотала Чонли и всё-таки бросила быстрый взгляд на Намджуна. Лицо его было трудно прочитать, и всё же в уголках глаз и немного приподнятых губ можно было увидеть что-то вроде удовольствия.

— Как ты сказала, называют такой объектив? — спросил Тэхён, когда она вернулась на кухню.

— Тревел-зум, — быстро откликнулась Чонли, переставляя объективы. Всё мгновенно отодвинулось на задний план. При виде нового объектива зачесались пальцы, руки и, кажется, даже мозг. Хотелось тут же опробовать его, хотелось бросить друзей и выйти на улицу пострелять кадры, понять как он работает, что может. — Это идеальный универсальный объектив. Это просто находка. Он и пейзажник, если ставить на широкий угол, и портретник, если выставить на середину, и даже удалённые объекты берёт.

— Я не понимаю ни слова. Ты понимаешь, что она чирикает? — засмеялся Тэхён, поворачиваясь на Чонгука. В этот момент Чонли сделала первый кадр, и оба уставились на неё.

— Трэвел — это путешествие, это я понял, остальное нет, — глубокомысленно заявил Чонгук, притянул к себе Тэхёна и начал позировать для следующего фото.

— Погодите, надо со вспышкой поработать, — забормотала увлечённая Чонли.

— Это что-о-о-о? — На кухню вошла Арин и тут же выпучила глаза. — Это тревел-зум? Шутите?

— Ой, всё, мы забираем Намджуна и поехали, — засмеялся Чонгук.

— Погоди, идея есть. — Чонли опустила драгоценный фотоаппарат. — Мы с Арин завтра едем к озеру, у нас задание от фотоклуба. Там маленькая гостиница. Ребята тоже поедут, Ёншик везёт. Вы хотите с нами? Я вас там и пофоткаю.

— Мы хотим, — кивнул Тэхён, быстро посмотрев на Чонгука. Они умели безмолвно договариваться обо всём, и Чонли завидовала этой связи.

— Всё, мы ушли, спишемся. — Чонгук перехватил Тэхёна, крикнул в комнату, подзывая Намджуна, и тут же начал обуваться.

А Чонли переключилась на новый объектив. Особенно теперь, когда Намджун ушёл с ребятами. Она так и не сказала спасибо ему за подарок, надеясь сделать это сегодня позднее, когда он вернётся.

В комнате стало очень шумно. Все наперебой обсуждали новую игрушку Чонли, просили их сфотографировать и давали советы. Кто-то тянул руки к фотоаппарату, но Чонли шутливо качала головой и не отказывала только Арин, которой можно было доверять драгоценную технику. Бёль ощутимо надулась. Теперь она сидела на опустевшем месте Намджуна и молча тянула вино из бокала, глядя на общую суету и не вступая в дискуссии. Чувствуя себя чуть-чуть виноватой, Чонли иногда улыбалась подруге и то и дело направляла на неё объектив.

— Как же тебя любит камера! — вздыхала Чонли, разглядывая превью снимка на небольшом экране. Худенькая скуластая Бёль с бокалом вина выглядела сногсшибательно. Она красиво подобрала ноги и сидела в такой обворожительной позе и с загадочным видом, что её хотелось фотографировать и фотографировать. — Поедешь завтра с нами на озеро? Ребята везут. Получается, что в машине Тэхёна ещё есть место.

— Поеду, — кивнула подруга, смягчившись.

***

— В смысле, с вами едет Намджун? В смысле? — шипела Чонли на следующее утро в трубку телефона.

— Ты ему хотя бы спасибо сказала? — ответил Тэхён, шумно зевая на другом конце. — Чонгук, положи ту футболку с длинными рукавами ещё! — закричал он куда-то в сторону.

— Со мной разговаривай! — возмутилась Чонли всё также тихо и истерично. — Я его ещё не видела! Когда бы я сказала? Он вчера ночью пришёл, я уже спала.

— Ой, всё, — снова зевнул Тэхён в трубку. — В одиннадцать будем. Если хочешь садись к нам.

— Нет уж, вы тогда везите Намджуна и мою подругу. Бёль поедет с вами, а я в другой машине.

— Трусишка, — засмеялся Тэхён и скинул звонок, оставив Чонли в растрёпанных чувствах.

Уже полчаса она прислушивалась к шебуршанию в квартире. Теперь-то она понимала, почему Намджун подскочил в субботнее утро и курсировал между комнатой и ванной. Он тоже собирался в поездку. Набравшись смелости перед встречей с ним, Чонли кое как прилизала волосы после сна, расправила широкую майку, в которой спала, и вышла из комнаты.

— Доброе, — пискнула она, столкнувшись с соседом, который как назло вышел из комнаты. Намджун хорошо пах гелем для душа, выглядел свежим и собранным, в отличие от Чонли, которая остро чувствовала, что зубы не чищены, а голова не мыта.

— Проходи, — улыбнулся Намджун, отступая в сторону и провожая взглядом.

И так было каждый чёртов раз. Каждый. Они пересекались в квартире и терялись от смущения, как будто между ними не было тех выжигающих душу поцелуев, как будто не было тех ночей, после которых у Чонли тряслись ноги и припадочно билось сердце. Намджун был у неё первым, но после него других не хотелось. Она не могла себе даже представить, что кто-то прикоснётся к ней, кроме него. Что кто-то поймёт её тело как он, найдёт все эти струны, терпеливо поможет расслабиться и доведёт до края, после которого она плескалась в горячем озере эйфории.

А теперь они стыдливо и неловко улыбались друг друга, а Чонли опускала взгляд, чтобы не выдать всё, что накопилось.

— Я хотела сказать… — Она уже закрывала дверь в ванную, но замерла на пороге, а Намджун остановился на входе в кухню. — Спасибо за подарок. Он великолепен.

— Я не хотел, чтобы ты знала, — пробормотал Намджун, хмурясь.

— Эти двое — плохие хранители тайн, — улыбнулась Чонли. — Спасибо.

Она захлопнула дверь в ванную и упёрлась в неё лбом, стараясь не застонать. Чертовски плохо получалось продолжать быть недоступной снежной королевой. Память подтёрла все те глупые слова Намджуна, а тело предательски тянулось к нему. Ко всему прочему природа наградила Чонли дурацким повышенным либидо, которое раньше беспокоило слабо, а теперь познав радость близости, бурлило, заполняя тело гормонами.

— Жесть, — пробормотала Чонли, настраивая душ. — Просто жесть.

Сборы заняли минут двадцать. Освежившись, Чонли быстро побросала в сумку вещи для одной ночёвки и добралась до кухни, чтобы перекусить перед выходом. На столе на одинокой тарелке посередине лежал кривой сэндвич, из которого торчали листья салата и куски курицы.

— Поешь, — глухо проговорил Намджун, появившись за спиной. — В этот раз выглядит вполне сносно, а на вкус вообще отлично, я добавил соус барбекю.

Не отвечая и не поворачиваясь, Чонли кивнула столу, всем телом ощущая за собой высокого Намджуна. Пришлось на секунду прикрыть глаза и вдохнуть поглубже, чтобы потушить внутри острое желание сделать шаг назад и прижаться спиной к надёжной и широкой груди. Послышался шорох и удаляющиеся шаги. Намджун вышел из кухни, оставив Чонли наедине с бутербродом, который и правда оказался вполне съедобным.

Очень скоро раздался звонок в домофон, и началась суета: стали приезжать ребята. Дом наполнился голосами, топотом ног, шумом. По-новой началось распределение мест в машинах, Арин звонила в гостиницу, чтобы ещё раз подтвердить заселение, Тэхён и Чонгук подъедали вчерашнюю подсохшую пиццу, Намджун грузил вещи, Бёль помогала ему, Ёншик ревниво смотрел на Чонгука, зачем-то ожидая в квартире, кто-то заперся в туалете.

— Да мы поедем сегодня или нет?! — завопила наконец Чонли.

— Стартуем! — невнятно откликнулся Тэхён, запихивая очередной кусок пиццы в рот.

До озера добирались недолго, благо субботние дороги были полупустыми, а выехали они достаточно рано. Чонли, сидя в машине Ёншика, то и дело искала глазами знакомый зелёный седан Тэхёна, в котором на заднем сидении виднелись профили Бёль и Намджуна.

— Что у вас с ним? — осторожно спросила Арин, притиснутая к боку Чонли.

— Мы соседи по квартире, он платит половину за коммуналку, — насупилась Чонли.

— Ну ладно, — как-то непонятно откликнулась подруга и замолкла, как будто что-то обдумывая.

Гостиница около озера была тем классическим местом, каких много в Корее. Это было вытянутое одноэтажное строение с двумя комнатами для сна, общим помещением, где располагались столы, и широкой открытой верандой. На улице была видна зона для барбекю, там же стояла печь для большого котла, длинный общий стол и множество складных стульев. Но главным здесь оставалось озеро, на берегу которого и стоял домик. Водная гладь была украшена растениями и начинающими зацветать кувшинками. На противоположном берегу покачивались кроны деревьев, в которых пели звонкие птицы.

— Здесь до слёз красиво. — Чонли выбралась из машины и сразу схватилась за фотоаппарат, стараясь запечатлеть первые кадры. Сначала она сделала несколько снимков озера, а потом начала щёлкать друзей. Те выгружали не многочисленную поклажу, шутили, толкались, переговариваясь между собой.

Чонли изо всех сил пыталась поймать настроение всех, помня о том, что она должна совершенствоваться и в репортажной съёмке. Учитель много раз подчёркивал, что этот жанр пока даётся ей с трудом, и надо больше практиковаться. Вспоминая все изученные на курсе приёмы, Чонли ловила в объектив чужие эмоции.

Чонгук и Тэхён всё также слепили ярким золотым светом, разделённым на двоих, бросая полные нежности взгляды, которые невозможно было поддедать.

Ищуще и нетерпеливо смотрела куда-то в сторону Бёль. Лицо её было полным какого-то ожидания, а глаза казались пронзительными.

Зато взгляд Арин был мягким. Солнце мило подкрашивало веснушки на её носу и смешно подсвечивало пушок волос, которые антеннками стояли вокруг головы.

Намджун улыбался так, будто впервые за долгое время смог дышать. Чонли делала кадр за кадром, не в силах перестать фотографировать его одного, благо она отошла достаточно далеко, и было непонятно, кого именно она снимает.

Заставив себя обратить внимание и на остальных ребят, она потеряла Намджуна из виду, а когда вновь навела камеру, то сделала забавный снимок: Намджун стоял, растерянно глядя перед собой, а рядом с ним что-то втолковывали Арин и Бёль.

— Ты идёшь? — закричал Чонгук, поднимая руку, чтобы привлечь внимание сестры.

— Возьми мою сумку, я ещё поснимаю! — откликнулась Чонли и отступила ещё дальше. Ей не хотелось уходить с этого живописного места, не хотелось прямо сейчас идти к людям, заниматься расселением, продуктами, всеми этими бытовыми хлопотами. Камера тяжело лежала в её руке, на водной глади озера плавали две утки, и всё, чего хотелось — это остаться здесь.

— Где ты? — спустя добрых полчаса услышала Чонли знакомый голос, от которого сжималось сердце.

— Здесь, у камня, — пискнула Чонли. Она обнаружила этот огромный валун среди деревьев и теперь кружилась, выбирая угол, чтобы в кадр попали стволы, камень, озеро и солнечный луч, который пробивается сквозь листву.

— Пацаны решили жарить мясо. Пойдём. — Намджун подошёл так близко, словно между ними не было никаких моральных преград. Чонли замерла, поднимая голову снизу вверх и утыкаясь в ореховые глаза. Во рту сразу собралась слюна, а сердце забилось с перебоями. Он всегда действовал на нее вот так — как афродизиак. Это бесило невероятно. Намджун тихо повторил: — Пойдём, Чонн-и.

Он сделал ещё один небольшой шаг вперёд и положил руку на предплечье Чонли, сразу обжигая кожу прикосновением. Они оба замерли, понимая, что произойдёт дальше, что это неминуемо. Здесь на берегу озера, в свете ласкового солнца, скрытые от глаз остальных высокой травой, деревьями и огромным валуном — сейчас происходило то, чего они избегали вот уже две недели.

— Чонн-и, — ещё тише сказал Намджун, проводя своей широкой ладонью по руке вверх, касаясь плеча, оглаживая шею и наконец устраивая пальцы под подбородком Чонли. — Маленькая моя.

В голове у Чонли ревела сирена. Защитные системы вопили, что надо оттолкнуть Намджуна, сказать что-то колкое, язвительное, но вместо этого она разомкнула губы и чуть-чуть потянулась вперёд, вставая на носочки. До безумия хотелось ощутить губы Намджуна на своих, вспомнить их плотность, шероховатость, напор. Вздохнув, сдаваясь, она прикрыла глаза, приглашая к поцелую.

— Ли-Ли! Ты где потерялась?! — громкий голос и треск веток под ногами заставили Чонли очнуться и тут же отпрыгнуть от растерянного и нахмурившегося Намджуна. — А вы чего тут? А?

Около камня возникла Бёль, которая переводила обвиняющий взгляд с Чонли на Намджуна и обратно. Она поджала губы, подошла ближе и грубовато перехватила Чонли чуть повыше запястья, сразу уводя за собой.

— Ты дура совсем? — быстрым шёпотом заговорила Бёль. — Тебя одну оставить можно, или ходить с тобой всё время? Ты сама говорила, что не хочешь с ним ничего. Ты забыла, что ему надо домохозяйку, восемь блюд на каждый приём пищи и пятеро детишек? Ты готова к такому? Нет? Если нет, то держись от него подальше.

Позволяя себя увести, Чонли ничего не отвечала на слова подруги, которая очевидно заботилась о ней куда больше, чем она сама о себе. Бёль, посвящённая во все подробности ссоры, была конечно права и действовала в интересах Чонли.

Только сама Чонли уже сомневалась в том, что же именно она хочет.

Стоя рядом с барбекю, на котором Чонгук ловко переворачивал пластики мяса, слушая пикировку Тэхёна и Ёншика, которые не отходили от её брата, Чонли никак не могла выкинуть из головы несостоявшийся поцелуй. От незавершённости ей было дурно, почти физически плохо. Ещё пару секунд, и она бы вспомнила вкус любимых губ, ещё пару секунд и она бы вдохнула запах Намджуна. Все её убеждения сыпались мелкой крошкой рядом с этим человеком.

Ещё бы пару секунд…

— … и пойдём на фотоохоту, — закончила Арин, подошедшая к зависшей Чонли. Та явно давно начала говорить что-то, но что?

— Извини? — виновато вскинулась Чонли.

— Поедим, отдохнём и пойдём в ту сторону, там пригорок. Оттуда должны получиться хорошие кадры на закате. Смотри, солнце садится в той стороне, если мы встанем на возвышении, то у нас войдёт домик, озеро, деревья. Будет красиво. А пока пойдём примеримся, — терпеливо повторила Арин и оглянулась на весёлые голоса.

Остальные ребята разводили огонь на специально выложенной крупными камнями площадке. К ним присоединился подошедший Намджун, а рядом громко хохотала Бёль. Глядя на компанию, Арин почему-то поджала губы, и это не укрылось от Чонли.

— Что между вами случилось? — решилась задать этот вопрос ещё раз, проговорила Чонли. Подруга лишь нервно покачала головой и снова впилась глазами в Бёль, выдавливая ненатуральную улыбку.

— Не сошлись во мнениях, — через какое-то время всё-таки процедила Арин и отвернулась. — Но это касается нас двоих.

— Ладно, — пожала плечами Чонли. В этот момент Намджун ожёг её взглядом, распрямившись в полный рост, и она замерла, боясь даже моргать.

Между ними снова протянулась та самая нить, которую они ощущали почти физически. Намджун вдруг мимолётно нахмурился, отводя взгляд в бок, туда, где его за рукав дёргала Бёль. Что-то у них там в костровище погасло, стреляло, умирало, и Чонли поджала губы от разочарования, потеряв внимание Намджуна.

— Подмени меня, — прошипел ей в ухо Чонгук. Он тут же всунул сестре железные щипцы для переворачивания мяса.

— Ты куда? — Чонли перехватила брата за горло, как когда-то в детстве, когда он бесил её.

— Надо мне, — просипел придушенный Чонгук, стреляя глазами. На углу домика стоял Тэхён с весьма задумчивым видом и глядел исключительно на водную гладь, будто там было что-то невероятно увлекательное.

— Ты дурак, тут нет укромных мест, — понизив голос, проговорила Чонли. Она выпучила глаза для убедительности.

— Мы найдём, — Чонгук вырвался из хватки и деловито зашагал в сторону Тэхёна, который всё также не смотрел ни на кого, но двигался почему-то по той же траектории, что и Чонгук.

— Дебилы, — завистливо шепнула Чонли. Она тоже хотела скрыться от всех глаз. И чтобы к ней присоединился тот один, кто был нужен. Тот, кто сейчас развлекал компанию байками про Америку, собирая восхищённые и заинтересованные взоры. Чонли же покорно жарила мясо, переворачивая щипящие кусочки и выкладывая новые.

Она то и дело поглядывала на озеро, ловя будущие ракурсы и улыбалась знакомым историям, которые уже слышала раньше. Стол постепенно заполнялся закусками, появилось несколько бутылок с макколи, наполнились первые стаканы. Разговоры стали громче, шутки ярче, смех заразительнее.

— А где твой брат? — заставил вздрогнуть Чонли Ёншик, подошедший внезапно.

— Уймись, тебе не светит, — хмыкнула Чонли, поворачиваясь на одногруппника. — Просто признай поражение.

— Пф, — деланно-равнодушно выдал парень, а Чонли проследила за его взглядом.

Из лесочка возвращались раскрасневшиеся Тэхён и Чонгук. Шли они неспешно, стараясь не привлекать внимания, а лица имели самые равнодушные. Такое выражение обычно бывает у людей, которые хотят что-то скрыть.

— Давай я тебя сменю, иди поешь. — К Чонли подошёл Намджун и протянул руку, не смея выхватывать щипцы.

— Я пока не хочу, — пробормотала Чонли, передавая щипцы, но не отходя от барбекю.

— Ладно, — кивнул Намджун и встал так, чтобы своим боком касаться плеча Чонли.

— Горит, — прокомментировала Чонли, глядя на жаровню.

— Угу, — тихо и совершенно безразлично к мясу откликнулся Намджун.

— Ну ты и кулинар! Давай мне! — к барбекю подскочила бодрая Бёль и тут же положила свою ладонь поверх руки Намджуна. Она просто хотела забрать щипцы для мяса, но Чонли почувствовала, как резко свело в её желудке. — Горит же! Давай скорее.

Подруга игриво оттолкнула Намджуна, перехватила щипцы и начала орудовать над мясом, а Чонли смотрела на её уверенные движения с новым для себя непонятным чувством, которому не могла подобрать определения.

Следующий час прошёл шумно, весело и сытно. Много никто не пил, коварное макколи решено было убрать и пока заменить на лёгкое пиво, чтобы не развезло. Чонли наконец расслабилась, мысли отступили, она просто наслаждалась хорошей компанией, весёлыми шутками и близостью самых главных людей. Чонгук и Тэхён иногда лукаво подмигивали ей или корчили рожицы, Намджун почти не отводил взгляда, подруги подкладывали мясо и закуски.

— Ты обещала нам фотосессию, — напомнил сияющий Тэхён. Он переоделся в светлую лёгкую футболку, на которой подкатал рукава и шорты, и выглядел стройным и гибким. На его фоне мускулистый Чонгук смотрелся почти грозно. Тот, как всегда, был одет в тотал-блэк, который, впрочем, ему очень шёл.

— А я всё, готова идти, — поднялась с места Чонли и потёрла живот. — Объелась. Вон, даже пузо.

— Ли-Ли, о таком не говорят! — засмеялась Бёль. — Но ты и вправду будто беременная. Ешь меньше.

— Подожди, я с вами, только портретник возьму, — подскочила Арин и сразу побежала внутрь домика.

— Вы идите тогда, мы не станем мешать, — Бёль помахала рукой и обратилась к Намджуну. — А ты действительно работаешь помощником преподавателя английского языка? Правда? И чем ты занимаешься на кафедре?

Обернувшись пару раз на разговор за столом, Чонли посмотрела на берег озера, выбирая лучшее место для фотографии. Чонгук уже убежал далеко вперёд и размахивал руками, стоя на небольшом камешке и подзывая к себе Тэхёна.

— Хочу здесь! — громко орал он, и его голос стелился над озером. Светящийся юностью и любовью брат выглядел таким счастливым, что Чонли не удержалась и сняла крышку с объектива, чтобы сделать несколько фото.

— Я с тобой! Двигайся! — к нему подскочил Тэхён и встал на камень одной ногой, тут же хватаясь за Чонгука.

Они оба хохотали, махали руками, балансируя, а Чонли, забыв обо всём, делала кадр за кадром, запечатлевая их восторг и лучшее время жизни.

— Ты сфотографируешь меня? — Чонли ждала этот голос, ждала эти шаги и этот вопрос.

Она медленно развернулась на Намджуна. На него светило начинающее садиться солнце, делая кожу золотистой и тёплой, а глаза прозрачными. Намджун нервно облизывал губы и смотрел всё также, не отрываясь. Чонли отступила на пару шагов назад и, не глядя в объектив, сделала пару щелчков.

Скорее всего снимки были не в фокусе, Скорее всего.

Но им обоим не было никакого дела до фотографий.