Челлендж "Авторский МАЙндсет 2026"
Мы с kabajabble снова устремились в челлендж в мае, и я старался раз в день публиковать ответы в тг-канале. Решил не спамить здесь и выложить один раз все ответы. Вопросы придумал Каба, его ответы можете глянуть на его творческом тг-канале.
1. Как изменился ваш авторский «голос» от первой написанной работы к текущей? Есть ли критические изменения в стилистике или понимании, как текст должен выглядеть?
Первый написанный текст я уже не воспроизведу, слишком мало было лет, и этот монументабельный труд не сохранился. Поэтому возьму первую опубликованную на фикбуке работу, с которой началось творчество под ником Gierre.
Это текст по моей вселенной “вампиров”, в котором впервые появились персонажи, придуманные в текстовой ролевой игре. Много раз садился за вселенную, переписывал, но работы там как обычно много из-за масштабов. Вселенная же, ну сами понимаете.
Сейчас я реже берусь за настолько эпический эпик, чаще сосредотачиваюсь на камерных историях, даже когда персонажи втягиваются в глобальные конфликты. Тематики, например, никогда не обсуждают что-то сложнее кофе. Друзья из одноименного цикла, даже когда вмешиваются в судьбы соседних стран, все же остаются в понятной большинству читателей парадигме мышления одной планеты и известной истории.
Если отбросить идеи и посмотреть на голый текст, то есть на стиль и оформление, то я стал намного проще относиться к ним. Герои говорят тем языком, который удобен им, а я записываю. Некоторые изъясняются витиевато, кто-то думает рублеными конкретными предложениями, у других необычный образный ряд. В последних текстах мне нравится смешивать эти точки зрения, показывая общую картину не единым авторским стилем, а сочетанием стилей разных героев.
Например, вот два отрывка из текста “Сопротивление”, цикл “В кругу друзей”:
За долгие годы на посту главы Отдела Безопасности Драко заполучил в свое распоряжение богатую коллекцию мимических движений, связанных со страхом. Только самые талантливые могли спрятать ужас за непроницаемым лицом. Их приходилось изучать легилименцией.
Из-за своих глубоких познаний и богатого опыта Драко был уверен, что Стефан Рехнер боится недостаточно сильно. Страх не был главной эмоцией - скорее застрял где-то на периферии. И все же стоило проверить. Зря провозиться с пустышкой… снова… Драко хотелось меньше всего.
и
Чарли пытался составить список выживших, но получалось у него из рук вон плохо. Первый раз, когда он почти закончил с первой сотней, выяснилось, что на свободе оказались некоторые магические существа… Вытаскивать листы пергамента из фестралов было вроде как некрасиво. Чарли замахнулся палочкой, но Френк объяснил, что даже если им удалось бы вытащить пергамент из фестралов… Короче говоря, мороки с восстановлением документа было слишком много. Поэтому Чарли заново провел перепись первой сотни.
- Один, - он считал вслух, перекладывая листы. - Так, один есть. Дальше… два. Ага, два тут. Так, где три? Э-э-э… кто-нибудь видел, где третий лист?
Окружающие молчали. Фестралы неподалеку задумчиво жевали куст декоративной дряни возле мостовой.
В итоге стиль превращается в часть голоса персонажа, который и рассказывает историю.
2. Какой троп вы использовали в первых работах, от которого теперь принципиально отказываетесь? И наоборот — есть ли тропы, которых вы избегали, а сейчас не имеете ничего против?
Пожалуй, в моих первых работах анализировать тропы - дело гиблое, а если что попадется - я и сейчас пишу о том же. Но в какой-то момент после позитивного фидбека читателей я стал писать много юмора. У меня это получается без усилий в любых количествах. Сейчас многие из этих текстов скрыты, потому что кажутся мне слишком вторичными и не особо отражают ни мой богатый внутренний, ни изменившийся внешний миры. Но вот, например, один из них. Это не означает, что юмор исчез из творчества совсем, у меня есть персонажи, которые шутят. Через них в нужных сценах и происходит тот самый сброс напряжения. Но рофлить без остановки мне уже не интересно. Даже позитивный фидбек не компенсирует ощущение зря потраченного времени.
Наоборот произошло не с тропами, а с фанфиками. Мне кажется, что так ответить на этот вопрос флешмоба честнее, чем притягивать менее значимые сущности на глобус.
На фикбук я пришел после того как узнал, что выкладывать там можно не только фанфики. Долгое время держался подальше от всего фантворчества. Потом прочел “Методы рационального мышления”, правда не целиком. Ну и обернулся как сейчас принято говорить взад, а там у меня было так-то прочитано много самого разного, не единым Перумовым живы. Наткнулся на заявку про Гарри, который вывозит “соло”, то есть не держится ни за “светлых”, ни за “темных” и написал хроно-аушку про Песочные Часы. Такого отклика аудитории на тот момент к моим ориджиналам не было, а тут люди в режиме выкладки глав че-то спорили, гадали, советовали. Короче говоря, какой-то движ. Ну и понеслось.
Сейчас я пишу фанфики с тем же уровнем вовлеченности и трудозатратности, что и ориджиналы. Особой разницы между ними для меня нет. В ноосфере постметамегамодерна любой оригинальный текст - это фанфик-кроссовер.
3. В чем заключается главный конфликт (внешний или внутренний — любой), который красной нитью проходит через все ваши произведения?
Кризис идентичности и пуританство как главный антагонист. Смешать и взболтать по вкусу.
Почти все герои моих работ находятся в конфликте с дефолтной средой, и в зависимости от текста решением конфликта становится либо поиск своих - как убежища, либо радикальное изменение общества. Можно оба два.
Если бы для чего-то нужно было сфомулировать основную мысль, в грубом виде для всех моих героев она была бы такой: раз я несовместим с обществом, пусть это станет проблемой общества.
Внешний конфликт, из которого строятся сюжеты, обычно появляется после долгой борьбы с собой. Ее я обычно даю без разжевываний, но бывают исключения вроде “Омута”.
В фанфикшене это приводит к неизбежному использованию “злодеев” на стороне протагониста, в оригинальных текстах - к использованию сомнительной компании для героя. Потому что проверенная веками, надежная как швейцарские часы и одобренная обществом Среда заставляет героя отрезать от себя куски, чтобы вписаться. А такое мало кому нравится.
4. Какой второстепенный персонаж заслуживает отдельной работы, но вы ее не пишете? Почему?
До недавнего времени таким персонажем в Тематиках был Ник. "Простой охранник" преуспевающего сутенера. В прошлом году я написал про него аж несколько текстов, так что теперь отчасти галочка поставлена. Было прикольно написать о человеке, который из профессии "настоящих мужиков" попал в место с глитером, топами-сеточками и невероятной концентрацией нетрадиционных ценностей.
В Друзьях я позакрывал галочки еще быстрее - написал про вербовку Долохова, теплые семейные отношения Люциуса и даже немного о Чарли с неудачными попытками прыжков из окна.
Вот и получается, что я стараюсь рассказать хотя бы немного о значимых второстепенных персонажах. Пожалуй, имело бы смысл рассказать больше о Флер, хотя бы после того, как в "Обещании" раскрылась ее мотивация на сотрудничество. Но пока писать о ней я не хочу, потому что изнутри персонажа неизбежно проскользнут те детали, которые будут значимыми спойлерами к финалу истории. Некоторые вещи просто сидят на подкорке, и даже намеренной цензурой в тексте их не спрятать - места этой цензуры выдадут важное.
Ну а в Тематиках у меня стоит другая галочка - история Сергея. Только с ней другая засада - я планирую переписать "Диалоги" и "Жару" в той же степени, в которой изменил истории Шурика и Макса. Только после этого можно будет садиться за текст про уверенного бисексуала.
5. Есть ли у вас идеи, которые вы пытались внедрить в 2–3 разных проектах, но они так и не прижились? Есть ли причина?
Есть желание освоить жанр эпика. Подходы раз в пару лет я делаю, но результат пока очень далек от того, что мне самому кажется нормальным. Отчасти из-за того, что для меня самого длинные куски описаний - наименее вкусная часть текстов, отчасти из-за того, что я пишу без плана. Мне понятно, откуда я двигаюсь и зачем, почти всегда понятно - куда, но как именно я решаю в процессе написания текста. Для эпика это задача со звездочкой, важно следить за балансом сюжетных линий и увязывать события. Но к мечте продолжаю ползти. Сейчас формат онгоинговых рассказов отчасти закрывает эту хотелку тем, что дает картину мира шире чем одно короткое произведение.
6. Как вы храните и систематизируете найденную/изученную матчасть, чтобы она не превратилась в хаос во время работы над текстом?
доски Miro, если важно представлять сцены с большим количеством участников;
файлы гуглдока, если надо держать в голове факты о персонажах, расписанные по десяткам текстов.
Но это не всегда помогает, кншн, метка на руке Флер, то исчезала то появлялась, например 😆
Так что потом еще полишу, а потом иногда опять еще разок.
8. Есть ли тема, троп, о которых вы опасаетесь писать? Которые вы намеренно и осознанно НЕ пишете. Почему?
Нет, я пишу обо всем. Если идея появляется в голове, и мне интересно писать про нее, появится текст. Где он будет опубликован - другой вопрос. Иногда я оставляю тексты в черновиках, иногда - публикую только для подписчиков на бусти и патреоне, иногда - выкладываю в публичные пространства. Не все в этом мире легально, с этим приходится считаться.
9. Даете ли тексту «отлежаться», прежде чем зайти в него с редактурой? Если да — помогает ли увидеть новые ошибки?
Обычно я выкладываю текст для самых близких минут через пять после написания. Бывает, что крупные тексты правлю в процессе, меняю несущественные детали, вылавливаю вместе с читателями ошибки. Но чаще это: написал - выложил. По опыту, слишком вылизанные тексты выходят хуже тех, которые почти не правились.
10. Был ли когда-то момент, когда вы изменили в тексте что-то важное под влиянием аудитории? Сделало ли это книгу объективно лучше, или вы до сих пор чувствуете, что «прогнулись» и испортили замысел?
Раньше я писал коммишны, там правил, если заказчикам хотелось конкретных пуговиц на халат. Но если это мой текст для меня - тогда не правлю ничего. Могу зацензурировать ради площадки, с вампирами как-то пришлось поднять всем возраст, чтобы фанфикс не озверел. Но в итоге я все равно ушел оттуда.
11. Ваше отношения к моментам, когда в книге ничего не происходит, но они нужны. Например, для атмосферы или объяснения лора.
Абсолютно нормально, если автору так хочется. Можно хоть весь текст написать так, что там ничего не происходит. Герой сидит и пьет кофе. Есть читатели, которым это нравится. Ну и отлично. У меня самого такое бывает редко, если в куске текста ничего не происходит обычно это только так кажется)
12. Изменилось ли ваше отношение к негативному мнению на счет ваших книг за время, проведенное в сети? Как вы вообще относитесь к подобному?
100% изменилось. Поначалу я очень много внимания обращал на проявления чужого чсв. Особенно упоролся этим на фанфиксе, который уже упоминал выше в этом посте. Сейчас мне пофиг. Люди пишут мнение о прочитанном, делятся впечатлениями - это интересно читать. Ну а когда люди пишут мнение обо мне - читать это не только интересно, а еще и весело. Как говорится, всех благ, удачи.
13. Что делаете в случае наступления «неписуна»? Есть ли у вас какой-то экстренный рычаг включения или пускаете на самотек, мол, само включится, когда будет нужно?
У меня не бывает "неписунов", бывают только периоды, когда жизнь слишком насыщенная. Как сейчас, например. Если я не схожу вовремя в точку А - придется экстренно собирать вещи и искать новое место для жизни. Если я не сделаю Б - не на что будет покупать икру для бутерброда. Ну и так далее. Помимо таких моментов, когда приходится расставлять приоритеты, "неписунов" не происходит. Да я и сейчас пишу, просто "в стол", это же все еще форматировать надо, публиковать и т.д. и т.п. А у меня греча не сварена.
14. Какое слово или оборот преследует вас годами? Как вы «вычищаете» его из финальных версий?
Провел бесконечную минуту в размышлениях, ничего не пришло в голову. Вдруг вам придет, делитесь.
15. Опишите задумку, которая на бумаге выглядела гениально, но «развалилась» при попытке превратить ее в текст. Что пошло не так?
Текст "Единственная ошибка" - иллюстрация когнитивного искажения под названием "да это же очевидно!". Обычно он лежит в скрытых, но я решил ненадолго вернуть его, чтобы вы сами могли убедиться в том, что хотел сказать автор.
Текст был написан в эпоху моего участия в фандомных битвах на сайте дайари для команды "Звездные войны". Мне казалось, что история Галена и Орсона вот прямо напрашивается в канон, потому что это же ситуация, когда между родственными душами Лира кошка пробежала. Поэтому я писал с позиции автора, который прописывает уже остохреневший всем сюжет в новом виде. Как вы можете заметить, оценило это тринадцать человек (троих я знаю лично, не факт, что они оценили, просто за пивом слышали мои жалобы на то, что текст валяется никому не нужный).
Казалось бы, очень популярный фандом, достаточно простой дуэт персонажей. Медленное скатывание героев в легкую чернушность ради понятных целей. Что не так-то?
Спустя сколько-то лет я понял, что не так. Читателю нужно знать слишком много исходных деталей и видеть персонажей с той стороны, с которой их видел я еще в кинотеатре. А в тексте ничего не объясняется и ничего не разжевывается. Какие-то Галя и Олеся постоянно обсуждают чертежи и бухают. Мне все еще нравится текст, но меня больше не мучает вопрос, почему он не получил популярности.
16. Какую эмоцию вам сложнее всего описывать достоверно? Почему?
сложнее всего даются полутона, которые я сам хуево плохо различаю в эмоциях других и у себя самого
всяких "искорки нежной радости смешались в его груди с легкой созерцательной печалью" у меня не бывает, потому что для меня самого в текстах (и не только) это белый шум, кусок букв, на которые я зря потратил время, хуже только пространные описания природы, которые предлагают настроиться на нужный вайб, а я вместо этого теряю концентрацию на происходящем и перечитываю эти простыни снова и снова в надежде хотя бы примерно уловить, куда там падал листик
17. Бывало ли так, что вы корректировали любые (жестокие, сложные и так далее) моменты, чтобы «пощадить» аудиторию?
Прикиньте, если бы я ответил "да"? 💀
У меня всегда есть два стула, и на обоих пики точеные. Как сделать так, чтобы читатели, которым не комфортно читать мои тексты, перестали читать мои тексты? И как сделать так, чтобы читатели, которым хочется читать мои тексты, узнали об их существовании.
С бусти и патреоном все понятно: те, кто туда пришел, и решил поддержать меня своим переведенным в твердую валюту временем, прекрасно понимают, на что подписываются. Там появляется любой треш, без цензуры, as is/как есть.
С открытыми площадками сложнее. Сколько бы я ни обкладывался тегами про "нездоровье", дарковость, страйки из тропов, по которым можно ставить диагноз по аватарке, все равно находятся люди, желающие не только продолжать поедать кактус, но и в подробностях описывать, как им от этого плохо.
Когда-то давно я впервые посмотрел комедию "Убойные каникулы", и она помогла мне относиться к таким читателям как к главным героям этой истории. Посмотрите, она добрая, несмотря на жанр или обилие графичной жести. Два друга, синих воротничка, просто хотят отдохнуть за городом в домике, который приобрели на скромные сбережения. Половить рыбу, поиграть в настолки, бухнуть пивка. Но неподалеку останавливается группа студентов-мажоров, которые видят в этом незамысловатом отдыхе настоящий триллер, и успешно создают его для себя собственными руками.
Я против любой цензуры, даже в книгах для детей и беременных енотов. Цензура, особенно самоцензура, это всегда про шаг назад, огораживание, молчание.
18. Насколько детально вы «видите» сцену перед написанием? Помогают ли вам карты, схемы и мудборды или все остается в воображении?
Чаще всего я вижу сцену в процессе написания, и это одна из целей написания. Без текста у меня в голове одновременно куча вариантов сцен, которые я вижу наслаивающимися друг на друга. Текст позволяет выстроить из этого последовательные действия, создает пространство, которое "существует".
Карты, схемы и мудборды я использую достаточно активно. Карты и схемы - когда в сцене участвует больше пяти человек, это позволяет заново возвращаться к конкретным моментам и рассматривать ситуацию с позиции каждого участника. Что он делает, почему и как.
Мудборды помогают примерно в том же, но глобальнее. Я делаю плейлисты и доски миро под персонажей, чтобы быстрее переходить на нужный "голос", это ускоряет работу над текстами, в которых рассказ ведется с позиции разных героев. Иногда я собираю локации, но реже. В моей голове локации достаточно динамичные, и чтобы дом не "перемещался" из точки А в точку Б по сценам крупного текста, мне лучше видеть перед глазами картинку статичного дома.
19. Если бы через 100 лет сохранилась только одна ваша сцена, какую бы вы выбрали, чтобы люди поняли суть вашего творчества?
Используя свои воспоминания, Кассад старается откреститься от них. Чем чаще он рассказывает их журналистам, тем больше ему кажется, что он говорит о другом человеке. Чем шире раскрываются от ужаса их затуманенные алкоголем и наркотиками глаза, тем проще ему решить, что рассказ — выдумка.
Вот почему он с легкостью произносит:
— Настоящая любовь — это любовь к смерти.
Фраза обдает налетом философии. Неготовый к рассказу Кассада молодой человек или девушка послушно кивает, не понимая, о чем пойдет речь.
— Настоящая страсть — это убийство. Вам никогда не приходило в голову, что в постели мы стремимся убить друг друга?
В этом месте слушатель задумывается. Алкоголь подбрасывает в голову самые яркие сцены секса, и до Кассада доносится еще один легкий кивок.
Его учили пытать, его учили заставлять врагов рассказывать правду. Его учили выворачивать чужое сознание, выворачивать чужие тела. Достаточно добиться всего пары кивков, преломить хлеб, выпить, и собеседник уже расположен к тебе. Необязательно выдергивать его ногти, хотя порой и это бывает полезно. Увы, Кассад не может выдергивать ногти у журналистов, зато может выворачивать их целиком, показывая, из чего они состоят внутри. Там, глубоко, куда невозможно заглянуть через зеркало, приводя себя в порядок после тяжелого дня.
Кассад рассказывает, что иногда к нему приходит другая боль. Другие лезвия. Они предлагают ему сделать шаг навстречу в пространстве, где расстояния не существует. И когда Кассад шагает вперед, боль переворачивается. Она делает его частью чего-то большего. Частью огромного механизма, организма, сообщества — чего-то, что намного важнее Кассада.
— Хотите сказать, это существо, которое вы видите, предлагает вам… дружбу? — спрашивает рассеянный журналист. Еще недостаточно трезвый от ужаса, но уже достаточно пьяный от перспектив.
— Дружба? — Кассад хохочет. Так долго, как ему хочется, потому что теперь внимание слушателя целиком захвачено им. Журналист заинтригован.
Выжидая паузу, подбирая новые слова, чтобы история не наскучила ему самому, Кассад рассказывает, что делает «существо». Вспоминает холод стали на спине и на бедрах, острые края лезвий на затылке, от прикосновения которых по плечам стекает горячая кровь. Его кровь, кровь Кассада. Она превращается в часть пространства, окрашивая его из черного в алый. Открывая рот, Кассад чувствует прикосновение стальных пальцев, и почти сразу ему приходится глотать соль собственного тела.
— Если глотать слишком много крови, — говорит он раскрывшему рот от ужаса журналисту, — можно почувствовать особый вкус. Напоминает детство. Время, которое невозможно вспомнить.
20. Какую роль в вашем творчестве играет описание неприятных, отталкивающих вещей? Где для вас проходит черта между «необходимым драматизмом» и «жестью ради жести»?
Вопрос со звездочкой получился. "Неприятных" и "отталкивающих" для кого?
У меня действительно встречаются в текстах неприятные мне вещи, вроде поучительных монологов персонажа, готового поделиться своим ценным мнением с другими персонажами и читателями заодно.
Неприятно бывает писать приятные финалы неприятным для меня персонажам. Что-то в духе "и унесли его гуси-лебеди в страну сахарной ваты" (=поэтому больше мы в кадре его не увидим). Я делаю так нечасто, но каждый раз приходится останавливать внутренний генератор хтонических совпадений в стиле "он споткнулся на использованном презервативе и попал в ад".
Изначальный вопрос, я думаю, не о такого рода неприятии и отторжении, он про детальное описание насилия, смерти персонажей и набор тропов, которые принято относить к тяжелым. Для меня все просто, они для меня не тяжелые. Я так отдыхаю. Отдохнет ли читатель вместе со мной зависит от читателя, от его предпочтений, опыта и ожиданий.
22. Насколько ваш выбор тем и героев продиктован тем, что «сейчас заходит» и популярно в сети, а насколько это ваш личный, независимый от трендов, интерес?
Я пишу об актуальных для себя вещах, и раз уж мы с человечеством часто попадаем в одни инфополя, раз в год стреляет и моя палка. При этом, когда я пишу, мне не приходит в голову проанализировать "рынок" и выбрать то, что вау.
Но бывает, как например с этим челленджем, что мне искренне заходит то, чем занимаются окружающие, и я "тоже хочу". Так появляются проекты, где мое внутреннее "хочу" пересекается с "актуально" окружающих.
Но вот, например, вчера я написал текст по Don't Starve, скоро он попадет на патрик с бусти, а пока лежит на гугл-диске. Актуально ли сейчас писать фанфик по Don't Starve? В глубоком философском смысле лучше времени не найти, но интерес у аудитории, я думаю, будет не то чтобы высокий. Остановило ли это меня? Да куда там. Рен накурил меня классной заявкой, я сел и написал. Тренды? Не, не слышал.
23. Бывает ли, что вы перечитываете свою же работу через определенное время и спрашиваете себя: «я это написал/а?»
Да, и очень часто. Еще я забываю сюжеты синглов как золотая рыбка, минуты через две после написания. Потом могу наткнуться на текст, разгребая завалы или причесывая шапки на публичных площадках, и сидеть в стиле "блин, а дальше-то чего?".
Но это нейтральное риторическое восклицание, какого-то недоверия к тому, что я мог подобное спиздануть, у меня нет.
24. Есть ли у вас темы или сеттинги, при одном упоминании которых у вас сразу включается: «я хочу это написать»?
Мне нравится писать истории про эффект бабочки. Когда нужно сохранить характеры, воспроизвести события канона, но учитывать, что некий фактор изменился. Один, в идеале. И смотреть, что дальше происходит с героями и историей. Такие идеи очень цепляют.
Ну и разные нестандартные формы отношений - тоже.
25. Какие три критерия делают текст для вас “достаточно хорошим”, чтобы отдать его читателю?
Текст написан, он мне нравится, его есть где опубликовать.
В эпохи ИИ, кучи издательств и возможности с помощью пусть хренового, но автопереводчика получить доступ к огромному выбору текстов единственное, что я могу предложить читателю - это себя, свой взгляд на мир. А он в том или ином виде будет в любом моем тексте. Вылизыванием, причесыванием, шатанием гипотез я занимаюсь на работе, где итогом труда становится текст, ориентированный на конкретные жанры и аудиторию. В личном творчестве текст - это высказывание. Если в нем остаются шероховатости - это плюс, важная часть моего “предложения” аудитории.
26. Случалось ли вам потратить несколько дней на изучение узкой темы ради одного предложения в тексте? Оправдана ли такая дотошность?
Если мне для своих целей хочется стилизовать текст под конкретный слог или сеттинг, перед написанием я читаю тексты-референсы, смотрю документалки о нужном времени, чтобы пропустить через себя информацию. Это помогает накопить нужный вайб, чтобы потом транслировать его через текст. При этом детали додумываются и заимствуются откуда угодно по принципу “захотелось”. Я никогда не претендовал ни на топовое знание лора фандомов, по которым пишу, ни на историческую достоверность реальных событий, затронутых в текстах. За этим лучше идти к другим авторам.
27. Должен ли автор любить своего главного героя, или холодная отстраненность идет тексту на пользу?
Мне как читателю ближе авторы, которые горят текстами и персонажами в них. Отточенная структура и фишечки домино, которые складываются в нужный момент, это красиво, но для меня это аттракцион на один раз. Он ничего во мне не меняет, и возвращаться к этому автору и миру я не буду, несмотря на то что буду считать сам текст качественным. С другой стороны, если текст написан от души, меня в нем не смутят ни “мерисьюшность”, ни “рояли в кустах”. Это возможность прожить вслед за автором что-то важное.
Как автору мне кажется, что автор ничего не должен.
28. Что для вас важнее: чтобы читатель понял именно то, что вы заложили, или чтобы он нашел в тексте свой собственный смысл?
Мне бывает приятно, когда читатель понимает, что я хотел сказать текстом. Иногда, в узком кругу, я бомблю о том, как кто-то понял текст НЕПРАВИЛЬНО!!!1111. Но в сухом остатке, если текст зашел читателю, для меня это всегда плюс. Тексты - просто призма, читатель сидит перед буквами и разбирается в собственном внутреннем мире. Если наши внутренние миры сильно отличаются, шансов понять “правильно” нет. Ну и хрен с ним, если человек несмотря на разницу между нами читает мои тексты, и они ему нравятся, какое мое дело?
29. Бывало ли, что вы писали сцену, которая была безупречна с точки зрения литературы, но после которой вам физически хотелось “вымыться”? Если бывало, то что это за сцена?
Нет, я иногда бываю брезгливым в быту и не всегда будут есть то, что упало, даже если оно лежало всего пять секунду на полу. Но в остальном у меня нет того, что я сам хотел бы писать, и оно одновременно кажется мне мерзким до тошноты.
30. С кем из своих героев вы бы меньше всего хотели оказаться запертым в одной комнате на 24 часа?
Пусть будет Гермиона из цикла “В кругу друзей”. За 24 часа без открытой форточки станет слишком душно. Как врага, я ее уважаю, ей удалось вывести бессмертие на новый уровень. Но тот уровень морализаторства и то отношение к близким, которые она транслирует, мне неприятны.
31. Что бы вы сказали себе в день написания самого первого предложения самой первой работы?
У тебя все получится.