Следующая неделя прошла в изучении школьного материала. Я не торопился с получением нового советника, ибо Эрскин — был тем ещё кладезем знаний химии, биологии и даже физики, хотя, по последнему, он сам признавал, что не достиг тех высот, как в своих основных направлениях. Он даже согласился, что начинать надо со школьных знаний, ибо что-то продвинутое я не потяну. Хотя, даже изучая программу, постоянно шли дополнения и отсылки. Как сказал доктор, программа построена по принципу дать базу, с которой человек сможет отличить млекопитающее от амфибии. Если человек хочет добиться большего, то без дополнительной литературы он не справится. Приходилось по каждой главе учебника изучать одну-две книги дополнительно. Не будь я некромантом с опытом предыдущих двух жизней, то, скорей всего, я понял бы, почему подростки выходят из окна перед экзаменами.

Так, ни о чём не переживая, я занимался повседневными делами и обдумывал слова Эркинса, который в виде духа потерял некие моральные комплексы. Не совсем, но к жизни он начал относиться проще. И он натолкнул меня на одну мысль. Раньше ему приходилось создавать препарат, который гарантирует жизнь тому, кто его примет. Сейчас у нас есть возможность убрать эту функцию, мол, зачем живой, если все процессы пройдут в нужную нам сторону, за небольшим исключением жизни подопытного. И я на мгновение задумался. Эркинс работал с нацистами и ГИДРОЙ, и я сомневаюсь, что он хотя бы не догадывался, чем они занимались. И, скорей всего, он бежал не от ужаса творимого работодателя, про который он якобы узнал, а от убийц его семьи. Но пока я решил оставить свои мысли при себе. Придёт время, и я всё узнаю.

А по поводу предложения я очень даже задумался, ведь тогда с местными безумными учёными можно вернуться и к химерологии. Плевать, что фауна не позволяет найти довольно сильных существ, из которых можно создать химеру, если этих самых существ можно создать. Насколько я помню, был эпизод, когда Коннорс слил свою сыворотку в канализацию, там появилось целое поселение людей-ящеров. Это только один случай, который я могу сходу припомнить.

И вот настал день, про который я совершенно забыл. Мне принесли ключи от моей, пусть и временной, квартиры. Вежливый соцработник в очередной раз новый отвёз меня на не очень примечательный район города, но и не гетто или Адская кухня, и презентовал мне небольшую однушку, где было всё необходимое для жизни, а также выделил мне карту, предупредил, на что я могу тратить деньги, а какие транзакции будут блокироваться, предупредил, что проверки будут происходить 3–4 раза в месяц, удалился.

Я наконец выдохнул. Как бы приветлив ни был ПИР, я по своей сути одиночка, и компания духов и мертвецов мне ближе. Всё-таки магия накладывает свой отпечаток или, наоборот, личность притягивает тип магии. Это спор из разряда, что появилось раньше: курица или яйцо.

Но не успел я распаковать вещи, как в дверь постучали. Удивившись, кто мог ко мне прийти, я пошёл открывать.

— Добрый день, мистер Грейвс, позволите войти?

— Да, — я посторонился, пропуская в квартиру агента Коулса, как я узнал, он был один в один актёр из фильма.

Коулс прошёл в квартирку.

— Вы знаете, кто я и зачем пришёл, мистер Грейвс? — улыбнулся он, спросив меня.

— Да, агент Коулс, я знаю, кто вы, но цель визита я затрудняюсь ответить, всё-таки читать мысли я не умею, — отзеркалил я вежливую улыбку.

Как этот диалог начался, так он и продолжился. Мы в вежливой манере переливали из пустого в порожнее. Мистер Коулсон пытался понять, не обманываю ли я его, а я пробовал убедить его в своей искренности. Судя по тому, как свободно говорил агент ЩИТа, они позаботились, чтобы информация не вышла за пределы квартиры.

— Так зачем мы вам нужны, мистер Грейвс?

Я в очередной раз ответил на заданный вопрос, правда, в этот раз заданный прямо, а не окольными путями. Люди, знакомые с формами допросов, понимают, о чём я говорю, когда разные формулировки приводят к одному ответу. Нет, всё зависит от того, говорит человек правду. Если да, то и ответы будут сходиться, если нет, то оппонент обязательно это заметит. И ещё я уверен, что аппаратура на нём навешана мама не горюй, которая отслеживает все мои реакции.

— Я хочу с вами работать, агент Коулсон. Я многое могу предложить по своей специальности, а вы можете дать мне ресурсы.

— Зачем вам наши ресурсы?

— Вы должны быть в курсе, что мир намного опаснее, чем кажется на первый взгляд, и что одиночки долго не живут. А я рано или поздно заинтересую тех, кого заинтересовывать не надо. Всегда лучше, если в нужный момент я буду с кем-то, кто может меня прикрыть. Вам не кажется, что искать союзников всегда выгоднее, чем врагов.

Коулсон задумался.

— Вы, наверное, понимаете, что так просто мы вас взять не сможем.

Я кивнул.

— Тогда организация предлагает такой вариант: вы поработаете с нашими полевыми агентами, мы за вами понаблюдаем и сделаем более полные выводы, и тогда сможем говорить о дальнейшем нашем сотрудничестве.

Я задумался. С одной стороны, я не полевой агент, но с другой, сомневаюсь, что они кинут меня прямо в бой.

— Хорошо, я согласен на данные условия.

Коулсон улыбнулся.

— Вот пейджер, по нему мы будем с вами связываться. Думаю, задание для вас найдется в скором времени.

— Благодарю за доверие.

— А теперь, мистер Грэйвс, позвольте откланяться.

— Всего хорошего, мистер Коулсон.

Закрыв за неожиданным гостем дверь, я стал готовиться, освежая в памяти все свои летальные и нелетальные заклинания. Я был уверен, что задача появится буквально в ближайшие дни, и должен быть во всеоружии — это вселенная Марвел, тут редко всё идёт по плану.