🔥Киберпанк: Путь Демона - 🏷️Арка 1 - 🏷️(Главы 13-16)
Глава 13
— …? — Его голова внезапно дёрнулась и уставилась прямо туда, где она стояла. Открыв пасть, он зашипел, выпуская пар, теперь он был истинным воплощением демона. Оттолкнувшись от стены, он сделал один шаг в её сторону. Глория пыталась пошевелиться, сделать хоть какое-то движение, но тщетно. Кроме движения век, она была в шоке. Она была слишком парализована страхом от всепоглощающего давления, которое источал этот монстр. Её нейросеть начала трещать, когда демон приблизился, предупреждающие сигналы о перегреве пищали, но она не могла на них отреагировать.
Всё, что она могла делать, это смотреть, как это потустороннее существо медленно приближается к ней, его когтистые лапы оставляли за собой выжженные дыры чистой энергии. Единственное, что она могла сделать в этот момент, — это закрыть глаза и надеяться, что её конец наступит быстро. Последние мысли, крутившиеся в её голове, были о её маленьком мальчике, теперь вынужденном бороться и жить на улицах без неё. Она проклинала мир, в котором родилась, этот грешный мир, настолько полный зла, что он, по-видимому, породил буквального демона, чтобы тот ходил по нему и наказывал его за грехи. И теперь она вот-вот станет ещё одной жертвой.
«О, михо… Lo siento. Да присмотрит за тобой Dios.
Одна секунда. Две секунды. Три секунды. А затем до её ушей донёсся звук, похожий на выключение печи. Она оставалась неподвижной по меньшей мере минуту, её тело онемело и застыло. Подождав ещё минуту, она услышала другой звук, на этот раз глухой удар. Делая глубокие вдохи и выдохи, она медленно заметила, как огромное давление спадает с неё, словно сдутое ветром одеяло, и нашла в себе силы открыть глаза.
Вместо синего чешуйчатого демона, нависающего над ней, она обнаружила, что переулок пуст, и кроме неё в нём было лишь ещё одно тело.
Мужчина лежал лицом вниз, его серебряные волосы развевались на ветру, а разбросанные обломки уже пачкали его волосы и одежду…
«Это настоящий шёлк и кожа?» — подумала она, медленно приближаясь к лежащему мужчине, а затем покачала головой.
«Не время для этого, девочка. Соберись».
Его одежда была богато украшена замысловатыми узорами и сшита в стиле, который Глория могла описать лишь как викторианский.
«И всё же…» Образ того адского лика всё ещё стоял у неё перед глазами, поэтому она приближалась с крайней осторожностью. Был ли этот человек настоящим демоном из ада? Или секретным экспериментом какой-то мегакорпорации, который спустили на мир?
Тем не менее, она медленно подошла, теперь уже полностью вытащив пистолет и нацелив его на тело. Просканировав тело своей оптикой парамедика, она с удивлением обнаружила, что мужчина не зарегистрирован ни в одной организации в Найт-Сити и не имеет никаких имплантов. Мужчина, однако, излучал показания, схожие с электрическим генератором, что заставило её озадаченно нахмуриться. По мере того как её инстинкт «бей или беги» медленно угасал в процессе расследования, на поверхность начал выходить её более пытливый ум, теперь уже сомневающийся в её предыдущем, подпитанном религией, мировоззрении. Её теория медленно отходила от возможности, что это был настоящий демон, и склонялась к более приземлённой позиции, что этот человек, возможно, был каким-то вышедшим из-под контроля лабораторным экспериментом.
«Что, чёрт возьми, здесь происходит? Он что, какой-то… человеческий генератор?»
Стоя всего в нескольких метрах от таинственного мужчины, она приблизилась, но тут же отскочила назад, когда случайный разряд электричества перескочил с тела мужчины в пространство перед ней, подняв пыль. Учащённо дыша, она прислонилась к обломку и собралась с мыслями, прежде чем снова использовать свою оптику, чтобы перепроверить, действительно ли человек перед ней был без хрома. Когда результат оказался тем же, она покачала головой и выругалась. «Что бы ни случилось раньше с этой… штукой, должно быть, повредило некоторые из моих имплантов. Надо будет потом проверить». — убедила она себя. Взяв с земли кусок щебня, она бросила его рядом с мужчиной, но разряд электричества столкнулся с ним в воздухе. Выругавшись в недоумении, она убрала пистолет в кобуру и обдумала сложившуюся ситуацию.
«…Осторожнее, девочка, не хватало ещё, чтобы тебя обнулила какая-то экспериментальная технология». Высунув язык и нахмурив брови в сосредоточении, она бросала в него ещё обломки, проверяя множество способов, которыми электричество исходило от него дугами и, казалось, образовывало защитный купол.
Прошли минуты, и, наконец, она заметила, что какое бы электрическое поле ни окружало мужчину, оно начинало ослабевать. Разряды со временем становились всё слабее, а земля вокруг мужчины начала заполняться разбитыми обломками. Ещё пара минут, и разряды прекратились вовсе, полностью иссякнув. Бросив в мужчину последний камень, он пролетел по воздуху и безвредно отскочил от его плеча.
Подойдя к нему ещё раз, она протянула руку, медленно касаясь его плеча.
— …
— Эй? — прошептала она, слегка встряхнув его.
— … — Он был в полной отключке. Нахмурившись, она медленно перевернула его на бок, а затем на спину. Осмотрев его тело, она остановилась на его лице, с отчётливо европейскими, красивыми и, как она могла бы почти описать, аристократическими чертами. Грязь, покрывавшая его лицо, ничуть не скрывала его почти супермодельных качеств. Взяв фонарик и открыв его правое веко, она увидела, как его зрачки сузились. Значит, повреждений мозга нет.
— …Хммм, не такой уж и страшный, когда ты в таком состоянии?.. И выглядишь неплохо… — Шлёпнув себя по щеке, она решила, что после такого долгого дня ей нужно немедленно лечь спать. Снова сосредоточившись на своём новом пациенте, она взяла его руку в перчатке и нащупала пульс. После нескольких секунд молчания она утвердительно кивнула, почувствовав слабое, но отчётливое биение. Сняв с плеч аптечку, она достала «Максдок» мк.3 и «Баунс-бэк» мк.3. Вколов оба ему в руку, она была озадачена, когда ни один из них не сработал, чтобы вывести мужчину из коматозного состояния.
«Должно быть, он очень сильно вырубился, раз сопротивляется обоим видам реанимации».
Встав, она подошла к каменной плите и снова села в нескольких метрах от мужчины в коме, обдумывая ситуацию и раскладывая факты по полочкам.
Во-первых, был ли этот человек жертвой или виновником того, что произошло в Пасифике, он всё равно был с этим так или иначе связан, учитывая, что он был единственным, кого она нашла живым в эпицентре событий. Во-вторых, у него была какая-то экспериментальная технология, учитывая ту… разительную трансформацию и активное силовое поле, которое защищало его даже в бессознательном состоянии. В-третьих, богатая одежда… «настоящий шёлк и кожа! Не синтетика!» незарегистрирован в Найт-Сити… европейские черты лица… всё это могло указывать только на богатого иностранца. Её глаза заблестели, она только что поняла, что сорвала джекпот! Встав, она заходила взад-вперёд, в её голове зрел план, как извлечь из ситуации максимальную выгоду.
Она позаботится о нём, тайно поместит его в больницу или клинику… и когда он очнётся, он будет вечно благодарен тому, кто о нём позаботился, и отвалит неприличную сумму эдди. Никто настолько могущественный, связанный с корпо или носящий такую богатую одежду, не мог быть без гроша!
…Или мегакорпорация, к которой он принадлежал, придёт к ней за компенсацией. Или они просто обнулят её за то, что она даже находилась рядом с их экспериментальной технологией, и исчезнут в ночи. Чёрт, они, вероятно, в любом случае обнулят её за то, что она просто взглянула на этого человека, не говоря уже о том, чтобы прикоснуться к нему…
Решив про себя, что первый вариант лучше, она схватила его и закинула мужчину на плечо, как мешок с картошкой. Часть её противилась этому плану, грызя её и без того истрёпанную мораль. Осуществление этого плана означало бы использование (теперь) беззащитного человека ради крупной суммы эдди. Склонив голову, она сказала себе, что такова цена Найт-Сити. Каждому приходится делать что-то, что ранит и пачкает его душу, и она не была исключением. Так здесь живут, в так называемом городе мечты.
«Это по крайней мере лучше, чем та сомнительная херня, которой ты занимаешься, чтобы свести концы с концами…» — убеждала она свою моральную часть. Снимать импланты с трупов всегда было неприятным делом, но платили за это достаточно щедро, чтобы она могла позволить себе квартиру в мегабашне и отправить Дэвида в посредственную среднюю школу. И всё же, это определённо было на грани аморальности — копаться в трупах и осквернять их ради эдди. Не говоря уже о том, чтобы продавать их наёмникам, чтобы те могли и дальше сеять смерть и разрушение.
«Дэвид скоро заканчивает школу, и у меня на примете для него только одна старшая школа…»
Сжав кулак, с суровой решимостью на лице, с сердцем, пылающим надеждой, она наконец решилась. Это было её начало, её ключ и билет в один конец, чтобы покинуть адскую дыру под названием Найт-Сити. Её мечта дать Дэвиду хорошую жизнь была прямо здесь, в её руках! Они с Дэвидом больше не будут страдать!
Улыбаясь небу, она поблагодарила Бога и его ангелов за возможность всей жизни.
— Я знала, что вы присматриваете за нами!
Дела семьи Мартинес наконец-то пошли в гору.
* * *
Глава 14
2070 год, Санто-Доминго, Найт-Сити
Дела семьи Мартинес шли неважно. На самом деле, Глория сказала бы, что они впали в нищету. С тех пор как она поместила таинственного мужчину в клинику на другом конце города, постоянные больничные счета истощили её сбережения, пока те не повисли на волоске. Она ожидала, что он очнётся от комы через несколько дней, недель или, в крайнем случае, через месяц.
С тех пор прошло три месяца.
Пропустить Рождество было тяжело для неё, особенно для Дэвида, но она пообещала ему новый БД-венок, как только получит следующую зарплату парамедика. Вздохнув и откинувшись на спинку стула, она взглянула на свой банковский счёт на компьютере. Прикинув в уме, она поняла, что следующая зарплата уйдёт на мужчину, лежащего в клинике, и с подарком придётся подождать.
— Этот мужчина лучше бы заплатил… иначе я не знаю, что ещё смогу сделать… — Если он вообще когда-нибудь очнётся. Врач подключил к коматознику аппарат ЭЭГ и сообщил, что мозговые волны активны, но, тем не менее, он всё ещё находился в глубоком сне.
— Его мозговые волны случайным образом сходят с ума. О чём бы он ни видел сны, это, должно быть, что-то очень напряжённое, — сказал ей врач.
Показания говорили о том, что внутри он был невероятно активен, но казалось, будто что-то мешало ему проснуться.
— Я могу давать ему питательные вещества и витамины, всё, чтобы его тело поддерживало гомеостаз. И могу продолжать наблюдать за ним. Остальное… если честно, будет зависеть от него самого.
Лгать Дэвиду тоже было тяжело. Сказать ему, что она выплачивает долг за что-то, что сломала на работе, казалось приемлемым оправданием. «Но это было ради высшего блага и его защиты», — убеждала она себя. Она не хотела, чтобы он был втянут в ситуацию с таинственным мужчиной, какой бы она ни была. Чем меньше людей знало, тем меньше был шанс, что какая-нибудь корпа или семья этого человека пронюхают о местонахождении их проекта/члена семьи. Единственным человеком, который окажется под прицелом мегакорпорации, была она и врач, которому она доплатила эдди за молчание.
Теперь она сомневалась в себе. Её банковский счёт был на рекордно низком уровне, электричество и воду отключали в случайные промежутки времени для экономии денег, а её рацион сократился до одного контейнера изибифа в день. Она не знала, сколько времени ему понадобится, чтобы очнуться, или как долго она сможет так жить. Часть её даже ненавидела себя за то, что она ввязалась в этот полусырой план. И всё же она верила, что всё получится. Должно было получиться. Ради неё и ради Дэвида. Это было всё, во что ей оставалось верить.
Дверь открылась, и вошёл её маленький мальчик, которому теперь было двенадцать, с хмурым выражением на лице.
— Hola, mijo, как прошёл твой день? — она устало улыбнулась ему. Дэвид бросил рюкзак на диван и сел напротив Глории, скрестив руки на груди и уткнувшись лицом в стол.
— …Намальна, — тоном, который вовсе не подразумевал, что всё было в порядке. Глория хорошо знала все его манеры и понимала, что что-то беспокоило её сына.
— …Что-то случилось, mijo? Ты можешь рассказать маме, ты же знаешь, — ответила она, протянув руку и коснувшись его плеча. Дэвид отстранился и встал. Подойдя к окну, он бросил гневный взгляд на улицы внизу, а затем повернулся к матери.
— Мам, я устал так жить! Устал есть только изибиф и помои из автоматов изо дня в день! И видеть тебя такой я тоже устал! — выплеснул он, указывая на неё раскинутыми руками. Глория моргнула и посмотрела налево, где стояло зеркало в полный рост. Её глаза были налиты кровью, а под ними висели тяжёлые мешки. Волосы растрепались, хвост был завязан небрежно и слабо. Губы потрескались, сухие, как пустыня.
Другими словами, выглядела она хреново.
— О, Ди… не волнуйся за меня… хочешь сегодня где-нибудь поесть? Я могу завтра взять дополнительные часы, чтобы наверстать… — После её слов самообладание Дэвида рухнуло, и он сполз по стене, садясь на пол. Он обхватил себя руками, впиваясь пальцами в плечи, а его правая нога начала быстро отбивать дробь. Его взгляд то фокусировался, то расфокусировался на полу под ним.
— Mijo? — Глория встала со своего места, не в силах выносить, как её единственный сын срывается из-за стресса в столь раннем возрасте. Сев рядом, она обняла его, прижалась к нему головой и крепко обхватила руками. Дэвид замер от прикосновения, но потом медленно подался навстречу, и напряжение, скопившееся в его теле, отступило. Они так и сидели, слушая приглушённый гул Города за окном.
Дэвид выдохнул и обнял мать в ответ. «Так больше продолжаться не может», — подумал он.
— Я не могу сейчас здесь сидеть. Надо что-то с этим делать… — Дэвид принял решение. Высвободившись из её объятий, он встал и взял её лицо в свои ладони.
— Не надо, мам. Слушай, я сейчас выйду, может, поспрашиваю у соседей, не нужна ли кому работа. Подзаработаю немного эдди, — сказал он, выдавив из себя улыбку. Глория открыла рот, чтобы возразить, но слова замерли на губах, когда она увидела выражение его лица. Полное решимости и несгибаемой воли. Такое же лицо было когда-то у его отца…
— Я… Хорошо, mijo. Береги себя, — сказала она почти шёпотом. Дэвид снова улыбнулся, на этот раз менее натянуто.
— Ладно. А ты ложись и отдохни, хорошо? Я вернусь. Обещаю. — Дэвид вышел за дверь.
Глория ещё некоторое время сидела на полу, мысли разъедали её, как муравьи гниющий фрукт на муравейнике. О том, как рушились её тщательно выстроенные планы на будущее Дэвида. О том, как бедность могла легко склонить его к преступной жизни. О том, как совершенно незнакомый человек лежал в клинике, по сути, забирая все их деньги. О том, что им оставалась одна зарплата до жизни на улице. О том, что Дэвид всё ещё верил её лжи, что она не делала ничего настолько аморального, как использование человека в коме. И теперь её маленький ангел брал дело в свои руки, чтобы обеспечить их в таком юном возрасте. Она винила во всём себя.
Она была никудышной матерью.
Перебравшись на диван, она распустила хвост и легла, отгоняя опасные мысли.
«Отдохни. Решай проблемы по мере их поступления. Это первое, что ты можешь сделать для Дэвида».
***
Глория проснулась от звука вызова. Сонно сев, она протёрла глаза и взглянула на время — 20:45. Громко зевнув, она нахмурилась и снова легла.
— Mierda, кто звонит мне в такой час…
Раздосадованная тем, что её смена начинается через два часа, она проигнорировала звонок и повернулась на бок, уютно устроившись на диване. Кто бы это ни был, он мог подождать час. Прошло пятнадцать секунд, и раздался ещё один звонок. Глория застонала от раздражения и села, настроение теперь было окончательно испорчено. Сосредоточившись на том, кто ей звонил, она чуть не подпрыгнула на месте, теперь уже полностью проснувшись от осознания.
Это был врач из клиники.
Он никогда раньше не звонил, и ей всегда приходилось самой приходить, чтобы узнать новости о состоянии её пациента. Тот факт, что он звонил ей сейчас, означал одно. Она немедленно ответила, сердце билось всё быстрее и быстрее от предвкушения.
— Алло, доктор, всё в порядке?! — с энтузиазмом спросила она, прежняя сонливость покинула её тело.
— Здравствуйте. Да, мисс Мартинес, у меня новости касательно вашего… пациента.
— Он… очнулся? — с надеждой спросила она, всё крепче сжимая подушку в руках.
— Вы будете рады узнать, что да, похоже, он скоро очнётся. Его мозговые волны подскочили до уровней, наблюдаемых в аналогичных состояниях у пациентов в коме, которые выздоравливали. — Глория не могла поверить своим ушам. Три долгих месяца мучительного напряжения и долгих часов вот-вот окупятся. Её план вот-вот осуществится. Она снова увидела свет в конце тоннеля.
— Он должен скоро очнуться.
Глория немедленно встала и снова собрала волосы в хвост. Накинув куртку, она отправила сообщение Эстебану, сказав, что отменяет свою смену на сегодня.
— Я сейчас буду!
***
???????????????????
«............................»
«.............................?»
«…Как долго… я здесь…?» — Вергилий брёл по лабиринту, опустив глаза и устремив пустой взгляд в никуда. Его шаги отдавались эхом в пустых коридорах, лишённых каких-либо других звуков. Весь лабиринт был тёмным, словно художник взял свои самые тёмные краски, смешал их все в одном чане и выплеснул на холст. Чёрные скалы и фиолетовые прожилки, перемежающиеся с синим, пролегали по земле и стенам.
На самом деле, он уже видел это место раньше. Когда он ещё был человеком Ви и должен был собрать себя воедино, используя собственные кошмары. Он не знал, что произошло, но казалось, будто он вернулся в то же место, что и раньше, только на этот раз пространство было заполнено зданиями различной архитектуры, в основном викторианской. Жуткие шпили возвышались в небо, пронзая горизонт своими острыми концами, а адские, похожие на упырей, горгульи ревели, их каменные лица были высечены в гримасе гнева. При ближайшем рассмотрении многие здания оказались точными копиями архитектуры, которую он видел на протяжении всей своей жизни. Остров Маллет, Темен-ни-гру, Фортуна… и даже некоторые разрушенные и обветшалые здания Ред-Грейв-сити украшали таинственный пейзаж.
Он шёл с тех пор, как очнулся в этом месте. Шаг за шагом. Сцены из его прошлого проигрывались в многочисленных зеркалах, которые он встречал.
«…Мама, Данте не отдаёт мне мою книгу!»
«Мама! Папа!... Данте! Где вы! Мама?...»
«…Глупость, Данте, глупость».
«Она принадлежит Сыну Спарды…»
«Ты не достоин быть моим противником…»
«Залечи свои раны, Данте… стань сильнее…»
«Спасибо, Неро».
Покачав головой, он продолжил свой путь. Спустя неопределённое количество времени дорога начала казаться знакомой… Тёмная и каменистая тропа постепенно расчищалась, пока он не оказался на мощёной булыжником мостовой.
— Не может быть… — произнёс Вергилий, постепенно ускоряя шаг. Дорога была до боли знакомой. Той, которую он видел много раз…
Он уже ходил по этой тропе. Много раз. И не так давно, прямо перед тем, как разделил себя надвое.
Он возвращался в свой старый дом.
Особняк Спарды.
Тропа расчистилась, и знакомые очертания его дома предстали перед его глазами. Эмоции хлынули через край, впервые с тех пор, как он прибыл в этот… ментальный пейзаж? Стиснув зубы и нахмурившись, он двинулся вперёд, сердце колотилось в груди. Мысли теперь были пусты, за исключением предвкушения того, что ждало его в старом доме. Сделав глубокий вдох, он положил руку на искусно украшенную ручку массивной дубовой двери.
— Посмотрим, что скрывается за ней…
* * *
Глава 15
Толкнув дверь, он почувствовал, как тёплый порыв воздуха омыл его, наполнив ощущением дома. Знакомый запах дубовых полов и старинных реликвий из путешествий его отца пропитал его, вызвав два сильных чувства. Одно — ностальгию, по ушедшим дням, по лучшим временам. Другое — великую меланхолию, боль, пронзившую Вергилия, словно нож, вонзившийся между рёбер. В камине ярко горел огонь, а над ним висела картина его семьи. Его матери и отца, и их двух сыновей-близнецов. Вергилия и Данте.
— Что ж… ты не торопился сюда, — раздался ровный и приятный голос. Вергилий очнулся от своих раздумий и сосредоточился на голосе. Огонь ревел, дрова потрескивали каждую секунду. Угли медленно вылетали из камина, освещая комнату. И кто-то сидел на стуле перед огнём. На стуле его матери. Очевидно, ожидая его прибытия.
Подойдя ближе, он заметил тонкую, почти истощённую руку, принадлежавшую голосу. Держа в руках книгу, которую Вергилий узнал как «Притчи Ада» Уильяма Блейка, мужчина встал и повернулся к нему. Волосы чёрные, как полночь, самодовольное, но в то же время мрачное выражение на лице. На нём была простая кожаная куртка без рубашки, обнажавшая его худое, но подтянутое тело. На этот раз без татуировок.
— Здравствуй, Вергилий, — поприветствовал Ви, слегка поклонившись. Вергилий лишь посмотрел на него, сжав губы в тонкую линию. Ви воспринял это как должное и указал на стол у камина, где стояла тарелка с печеньем и чай.
— Можешь звать меня…
— …Ви. Я знаю, кто ты. Что ты такое, — закончил за него Вергилий и сел на другой стул сбоку. Стул его отца. Ви кивнул в знак признания и налил Вергилию чаю, прежде чем сесть самому. Седовласый мужчина с достоинством взял чашку и сделал глубокий глоток. Он не знал, действительно ли ему нужно какое-либо пропитание в этом мире, но всё равно выпил всё, пытаясь почувствовать, как что-то наполняет его тело, кроме скорби и горя.
— …Я не хочу пить… но мне это было нужно. Спасибо, — сказал Вергилий, поставив пустую чашку и подняв голову, чтобы посмотреть на угли, выпрыгивающие из горящих поленьев. Ви лишь улыбнулся и открыл свою книгу, закладка покинула место, где он остановился.
— Не стоит благодарности. В конце концов, я — это ты. — После этого комментария они погрузились в неловкое молчание, напряжение которого время от времени нарушалось тем, что Ви переворачивал страницу, или потрескиванием дров. Спустя неопределённое количество времени Вергилий отвёл взгляд от огня и посмотрел на свою человеческую ипостась.
— Что это за место, если быть точным?
— …Ты уже знаешь.
— Развлеки меня. — Ви выдохнул и посмотрел на потолок, глубоко задумавшись.
— Что ныне доказано, некогда было лишь воображаемо. Всё, во что можно поверить, есть образ истины, — произнёс он, явно цитируя книгу. Вергилий нахмурился. Он бродил по своим прошлым воспоминаниям бог знает сколько времени. Он был не в настроении разгадывать загадки своего двойника.
— Говори по существу, или не говори вовсе, — прорычал Сын Спарды, его глаза не терпели возражений. Ви снова заложил страницу и закрыл книгу, резкий хлопок разрезал воздух.
— Боже мой, какой нетерпеливый. У нас здесь весь день, знаешь ли. Или даже конец времён. Кто знает? — сказал Ви, улыбаясь и глядя в огонь. — В конце концов, это твой разум.
— Тогда что мы здесь делаем? Почему ты здесь? — спросил Вергилий, но ноющая боль в затылке уже подсказывала ему ответ.
— …Ты помнишь, чем нас ударила Малфас? Или, вернее, что с нами сделал Ямато.
— Конечно.
— Пожалуйста, развлеки меня своими мыслями. — Ви вернул ему его же слова, и Вергилий мог лишь нахмуриться.
— …Он расколол время и пространство, чтобы отправить нас в другое измерение, — ответил Вергилий, и Ви подождал мгновение, прежде чем жестом попросить его продолжить.
— Продолжай…?
— …И снова наши силы были отделены от нашего тела, или, вернее, значительная их часть.
— …и ты использовал немалую их часть в своей маленькой выходке в Пасифике, не так ли?
Вергилий молчал в ответ на упрёк, откинувшись на спинку стула. Он был так разгневан ситуацией, в которой оказался, снова отрезанный от своей семьи и окружённый смертью и развратом, порождёнными ненасытной жадностью и насилием людей, что не мог не призвать свою демоническую мощь, чтобы распылить всё вокруг на атомы.
— …Мало того, были и другие побочные эффекты, — добавил Ви, наклонившись к нему ближе.
— Большая часть силы, которую Ямато отделил от тебя, была демонической по своей природе. Что означает…
— …МЫ СТАЛИ СЛАБЕЕ. ГДЕ НАША СИЛА!
Вергилий моргнул, и молодой худой мужчина перед ним внезапно сменился громадным чудовищем, излучавшим злобу из каждой поры. Оно возвышалось над Вергилием, его рост легко достигал потолка, заставляя его сгорбиться и присесть в почти комичной манере. Однако этот образ ничуть не уменьшал чувства ужаса, которое оно излучало, словно ауру. Его цвет был резким тёмно-фиолетовым, с чёрными шипами, торчащими из плеч и других конечностей. Его голову венчали рога, почти узловатые, в форме зазубренной короны. Ярко-жёлтые глаза с зрачками, суженными, как у ящерицы, украшали его тело, все они были наделены пронзительным взглядом, и все были направлены прямо на Вергилия. Этот демон был узурпатором самого подземного мира. Тот, кто посадил корень древа Клипот и планировал полную демоническую аннексию человеческого мира.
Король Демонов, Уризен.
Уризен наклонился вперёд, пока его огромная голова не оказалась на одном уровне с телом Вергилия.
— ТЫ ПОЗВОЛИЛ ЭТОЙ ДУРЕ МАЛФАС ОТПРАВИТЬ НАС СЮДА. ЗАТЕМ ТЫ ПОТЕРЯЛ НАШУ СИЛУ! НАШУ СИЛУ! МОЮ СИЛУ! — проревел король демонов в гневе, ударив кулаком по столу при этих словах.
— А ПОТОМ ТЫ… АРГХ! — Уризен дёрнулся и закашлялся в руку, прежде чем из его рта хлынул значительный объём крови. Вергилий моргнул, и король демонов исчез, сменившись спокойным Ви, сидящим на стуле его матери, пьющим чай и глядящим в огонь.
— …Не обращай на него внимания. Он недоволен, что большая часть твоей силы хранилась в Ямато, который ты потерял. — Вергилий поднял бровь, сбитый с толку происходящим.
— Его сила, наша сила?
— Конечно. Я всего лишь человек. Уризен выполняет всю тяжёлую работу в нашем теле, — говорил Ви о своей демонической ипостаси. Вергилий встал и подошёл к камину, греясь в его тепле. Глубоко задумавшись, он обдумал слова своего двойника. Если то, что говорил Ви, было правдой, то его человеческая сущность служила батареей, из которой его демоническая сущность черпала силу. В конце концов, это имело смысл. Источник, из которого демоны черпали свою силу, — это, конечно же, человеческая кровь. А то, что он был наполовину демоном и наполовину человеком, безусловно, способствовало этому взаимодействию, тем более у его сына Неро, который на три четверти был человеком.
— Так… как я на этот раз избежал разделения на две сущности?
— …Просто. Ты принял и свою демоническую, и свою человеческую сторону как единое целое, одну Альфу и Омегу. Одного Вергилия, — сказал Ви, подняв палец, чтобы подчеркнуть свою мысль.
— В таком случае Ямато может только вычитать, а не делить. Забирая с собой значительную часть твоей демонической силы.
— Значит, потеряв значительную часть своей демонической силы… — Вергилий повернулся к Ви, и измождённый мужчина ответил.
— …ты ослабил себя, пока не сможешь найти демоническое оружие, — ответил Ви, а затем добавил ещё одну деталь.
— Ты вложил значительную часть своей души в Ямато. И ты сразу же перешёл в свою форму Греха Дьявола. Таким образом, твои демонические резервы на рекордно низком уровне.
— Так что… весь этот… фарс — это способ моего тела исцелиться? — спросил седовласый мужчина, раскинув руки, словно охватывая всю область.
— Ты знаешь не больше, чем я, — пожал плечами Ви. Вергилий снова моргнул, и Уризен снова оказался прямо перед его лицом, тяжело дыша и глядя ему в глаза. Стиснув зубы, демон наклонился ещё ближе, почти прошептав свои следующие слова.
— Наша демоническая… мощь там, с… с Ямато. Найди его, пока не стало слишком… поздно. Я уже чувствую этих мошек… жужжащих вокруг. Скоро они набросятся… ахххх… ИДИ! Пока… — Уризен начал кашлять ещё сильнее, но Вергилию нужны были ответы.
— Слишком поздно для чего? — Вергилий моргнул, и Ви ответил ему.
— Ты помнишь Фортуну? И Орден Меча, не так ли? — спросил Ви, улыбка исчезла с его лица. Вергилий вспомнил тех культистов, что жили в Фортуне, и их фанатичную преданность его отцу. То, как они экспериментировали с демоническими силами, чтобы «эволюционировать» и приблизиться к своему «Богу».
— …Конечно. Это была группа людей, поклонявшихся демону как Богу.
— И ты видел воспоминания Ямато, когда ты… кхм, присвоил его у Неро?
— …Да… теперь я понимаю, — сказал Вергилий, связывая предупреждение Уризена с Орденом Меча. Если люди его родного мира могли реконструировать демонические силы и использовать их для своих целей, используя лишь осколки сломанного Ямато, то что могло сделать это человечество, полное технологической мощи, ещё не виданной его глазами, с полностью восстановленным и переполненным собственной демонической силой Вергилия Ямато?
Могла быть только полная и безоговорочная катастрофа.
Вергилий подошёл к камину, единственному месту с цветом в этом покинутом мире, который был его ментальным пейзажем. Наклонившись, он протянул руку в пламя, позволяя ему медленно ползти по его пальцам и на руку.
Ви подошёл к нему и смотрел, как огонь медленно поглощает руку Вергилия.
— Полагаю, это прощание, на данный момент.
— …Я не могу здесь оставаться, как бы приятно ни было переживать свою травму, — саркастически произнёс Вергилий, его лицо было холодным как камень, пока пламя подбиралось к его плечу.
— …Хорошо. У тебя много дел.
Когда пламя полностью поглотило Вергилия, его сознание сгорело дотла и унеслось вверх, угли вылетели через дымоход в мир наверху.
Ви улыбнулся и снова сел, на этот раз на стул своего отца. Открыв книгу, он пролистал её, прежде чем выбрать фразу, которая пришла ему на ум в тот самый момент, момент пронзительной покорности.
— Вечность влюблена в творения времени. У занятой пчелы нет времени на печаль. — Закрыв книгу, он усмехнулся.
— Так написано.
* * *
Глава 16
2070 год, Клиника в Уэстбруке, Найт-Сити.
Глаза Вергилия резко открылись, и его снова встретил яркий больничный свет. Стиснув зубы от досады, он снова закрыл глаза. Он чувствовал тяжесть, каждая клетка его тела казалась лишённой силы. Пошевелив пальцами, он застонал, суставы в его теле протестовали при каждом движении, каким бы малым оно ни было. Несмотря на это, он сжал кулак, содрогаясь от боли.
— Спокойно, спокойно. Вам не следует торопиться, — раздался мужской голос слева от него, но Вергилий не обратил на него внимания, оперевшись на локти. Внезапные шаги устремились к нему, и две пары рук схватили его, убеждая лечь обратно. Упрямо Вергилий сопротивлялся, пот стекал по его лицу.
— От…пустите… если… цените… свои… жизни, — прохрипел Вергилий, его голос был сухим от долгого молчания. Пара рук, принадлежавшая мужскому голосу, отступила, но та, что была справа от него, переместилась спереди ему за спину и помогла ему сесть, оперевшись на изголовье кровати. Тяжело дыша от усилия, он наконец снова открыл глаза, заставляя сетчатку привыкнуть к свету. Он начал различать два силуэта, и постепенно они становились всё чётче и чётче, по мере того как к нему возвращалось зрение. Слева от него стоял мужчина в простом лабораторном халате, наблюдая за происходящим и делая заметки на своём датападе. Справа…
Вергилий отвёл взгляд, его зрение отшатнулось от яркого жёлтого цвета, в который был одет человек. Его сердцебиение медленно нормализовалось, он вытер пот со лба. Отбросив отросшие волосы с глаз, он снова сосредоточился на человеке справа. Женщина, с волосами цвета бордо и в отвратительной ярко-жёлтой куртке, стояла там, с выражением предвкушения на лице. У неё были странные отметины на одной стороне лица. Она улыбнулась ему, заметив его взгляд, и протянула стакан воды, который он взял и жадно выпил, наслаждаясь холодным ощущением, растекающимся по его телу.
— Что ж, похоже, он в порядке. Голосовые связки тоже в норме, к моему удивлению. Обычно пациенты, выходящие из длительной спячки, с трудом говорят и восстанавливают ориентацию, но, похоже, ваш экземпляр довольно особенный.
Женщина нахмурилась от этого комментария и повернулась к врачу.
— Он не мой экземпляр. — Врач пожал плечами и подошёл к двери, нажимая кнопки на своём датападе.
— Его жизненные показатели в норме. Я дам вам немного лекарств на дом, и тогда вы свободны. Я пока отойду, дам вам двоим немного времени, чтобы наверстать упущенное.
— …Постойте, — произнёс Вергилий, протянув руку к врачу. Врач обернулся и выжидающе посмотрел на седовласого мужчину.
— Мне… нужны… пакеты… с кровью, — сказал Вергилий, задыхаясь на каждом слове. Врач в замешательстве посмотрел на него, затем на женщину, и покачал головой.
— Странная просьба. У меня есть пакеты, но они для моих других пациентов. А теперь идите и помогите вашему экземпляру отдохнуть, моя дорогая.
— Я же сказала, он не мой…! — Женщину прервали, когда врач захлопнул за собой дверь, оставив Вергилия и рыжеволосую одних в комнате.
Медленно привыкая к новой обстановке, он посмотрел вниз и бросил гневный взгляд на свою одежду — простую больничную рубашку, свободно висевшую на его теле. Оглядевшись, он заметил свой плащ и другие аксессуары, висевшие на вешалке в шкафу для пациентов.
Проследив за его взглядом, женщина улыбнулась и подошла к его одежде.
— Помочь надеть?
Вергилий покачал головой, проклиная себя за проявление слабости перед такой… заурядной женщиной. Всё ещё чувствуя головокружение, он заставил себя встать с кровати и опёрся на прикроватный стул. Женщина выругалась и подбежала к нему, подхватив его, когда он не смог удержать равновесие.
— Ты что, гонк? Вставать сразу после трёхмесячной комы? Jesucristo… — Глаза Вергилия расширились, когда женщина помогла ему сесть на стул, мысленно проклиная тот факт, что он был в отключке три месяца.
— Не хватало ещё, чтобы ты снова отключился и провёл здесь ещё больше времени, понял? — отчитала она его, и Вергилий мог лишь поднять на неё гневный взгляд.
— Кто… ты… такая… чтобы… приказывать… мне? — спросил он, впиваясь руками в подлокотники.
— Твоя спасительница, вот кто. Почему бы тебе не проявить немного уважения, а? — Вергилий заскрежетал зубами от этого комментария и поднялся во весь рост, но приступ тошноты одолел его, и он снова рухнул на стул.
До его ушей донёсся тихий шелестящий звук, и он посмотрел вниз, увидев, как кончики его пальцев медленно крошатся в пыль. Женщина увидела это, и её челюсть отвисла, она быстро отошла на другой конец комнаты.
— К… какого хрена? Что ты такое? — спросила она, её бравада испарилась при виде этого странного зрелища.
— Кровь… мне… нужна… твоя… кровь, — произнёс Вергилий, узнавая симптомы демонического распада. Без постоянного источника человеческой крови демоны медленно увядали, каждая их молекула пожирала саму себя, чтобы поддерживать существование. Его тело, лишённое остаточной демонической силы и ослабленное трёхмесячным испытанием, снова было на грани коллапса.
— Чт… зачем? — спросила она с выражением отвращения и омерзения на лице. У Вергилия не было на это времени. Ему нужно было двигаться, выбраться из этого места и найти Ямато, прежде чем с этим миром случится что-то необратимое. Спрятав свою гордость, он стиснул зубы и посмотрел ей в глаза своими холодными, как кинжалы, глазами, встретившись взглядом с мягкими карими шоколадными глазами.
— Я… буду… в… твоём… долгу… помоги… мне, — прохрипел он, снова на грани потери сознания.
Женщина поджала губы, нахмурив брови в сосредоточении, но вздохнула, взяла скальпель из шкафчика и подошла к седовласому мужчине.
— …Это так странно. Но я должна это сделать. Ради Дэвида. — Она села на подлокотник стула и порезала кончик указательного пальца. Она поднесла его к голове мужчины и начала капать свою кровь в его открытый рот. Глаза Вергилия расширились, синий оттенок в них медленно восстанавливал свой цвет по мере того, как всё больше крови попадало на его губы и язык, он жадно слизывал багровую жидкость. Женщина начала краснеть и отвернулась, смущённая видом мужчины, пьющего её жизненную силу. Но для Вергилия это было вопросом жизни и смерти. Чем быстрее он восстановит свои силы, тем быстрее сможет достичь своих целей. Неважно, насколько постыдным был способ.
— Мне нужно больше. Больше крови!
Он почувствовал, как сила возвращается в его тело, и схватил её за руку. Женщина ахнула и прикрыла рот свободной рукой в шоке от прикосновения, его кожа была ледяной. Вергилий не обратил на это внимания и опустил руку женщины, взяв её палец и проведя по нему языком, очищая его от капающей крови, прежде чем обхватить палец губами.
— Que… que mierda? — выругалась она вслух, её лицо стало свекольно-красным, как помидор. Она ничего не могла поделать, пока Вергилий продолжал высасывать кровь из её пальца, её багровая жидкость свободно текла под действием его языка и губ. Цвет медленно возвращался к его коже и волосам, и Вергилий почувствовал, как его демоническое ядро вздымается от вливания, уже ощущая холодный и горячий прилив энергии, проносящийся по его венам. Спустя, казалось, вечность, седовласый мужчина отнял её руку и встал, прежняя слабость теперь исчезла из его тела. Женщина тоже встала и с криком ударила Вергилия по лицу, что он воспринял стоически.
— Какого хрена с тобой не так? Извращенец! — крикнула она, но, казалось, судьба повернулась вспять, так как на этот раз она почувствовала приступ тошноты и начала падать. Вергилий, как истинный джентльмен, поймал её и помог сесть на стул. Седовласый мужчина посмотрел на неё ровным взглядом, в то время как женщина смотрела на него с новообретённым огнём в глазах.
— …Спасибо. Я в твоём долгу, — просто заявил он и направился к своей одежде.
— …Куда ты идёшь? — Прежнее отвращение теперь было забыто, она протянула к нему руку, обеспокоенная возможностью быть обманутой. Вот она, слабая и истощённая, в то время как мужчина, который забрал все её деньги, а теперь и её собственную жизненную силу, уходил от неё.
— …Успокойся. Я освежусь. Затем мы уладим этот вопрос, — ответил Вергилий, взял свою одежду из шкафа и ножницы со стола. Войдя в ванную, он бросил косой взгляд на женщину, которая сидела на стуле, её лицо было похоже на лицо оленя в свете фар, и всё ещё красное, как помидор. С тенью усмешки на лице он закрыл дверь и снял халат. Зайдя в душ, он смыл с себя трёхмесячный слой омертвевшей кожи и грязи, накопившейся на его теле. После долгого пятнадцатиминутного мытья, размышлений и самоанализа, он вышел из душа и посмотрел в зеркало.
— …Данте?
Быстро моргнув, он почти подумал, что смотрит прямо в лицо своему собственному брату. Его длинные волосы ниспадали на шею, а на лице пробивалась щетина, его неопрятный вид был до жути похож на его близнеца. Недовольно нахмурившись, он порылся в шкафчике и нашёл полезный предмет.
— Ни за миллион лет, Данте.
Взяв бритву, он сбрил растущую бороду и использовал ножницы, чтобы подстричь волосы до желаемой длины. Порезав палец, он позволил крови скопиться в ладонях, прежде чем сгустить её своей силой и провести по волосам, зачесав их назад. Чисто выбритый, с уложенными гелем волосами и в надлежащей одежде, он посмотрел в зеркало.
Старший Сын Спарды вернулся.
Он открыл дверь в палату и вышел, в его походке появилась новообретённая уверенность. Женщина всё ещё была там и подпрыгнула на стуле от удивления, когда дверь распахнулась, и была ошеломлена его внешним видом. Она только что видела, как хрупкий мужчина с трудом поднялся с кровати, а из ванной вышел… настоящий супермодель, его ледяной взгляд был устремлён на неё, как у хищника, оценивающего свою добычу, плащ развевался за ним от какого-то невидимого ветра. Она бы покраснела ещё больше, если бы не была так оскорблена его предыдущими действиями.
— Что ж, hombre, ты неплохо выглядишь… — пробормотала она рассеянно, прежде чем покачать головой и сосредоточиться на том, зачем она здесь. Наклонившись вперёд, она начала последний этап своего плана.
— Так… ты не из этих мест, не так ли?
Вергилий обошёл комнату, заметил свои ботинки и надел их с отработанной точностью.
— Нет. Нет, полагаю, что нет. Но что навело тебя на эту мысль? — ответил он, застёгивая ремешки на ботинках. Его голос был мягким, но сильным и чётким гулом, скрывавшим под собой резервуар силы.
киберпанк: путь демона