ЕвВа терпеливо, а самое главное — молча, наблюдала, как я страдаю, пытаясь изобразить Каина в разных ракурсах и при этом не сделать его слишком непохожим на оригинал.

— О, а вот это прям Каин-говнюк получился, — ЕвВа расхохоталась, — внешне не совсем похож, но вот эмоция — в точку.

— Серьёзно? Ой, давай я выброшу этот вариант.

— Ни в коем случае, пусть будет! Он таким и правда бывает, особенно, когда с каким-нибудь моральным уродом вынужден разговаривать, вместо того чтобы просто уничтожить.

 Я покосилась на ЕвВу. Она хихикала, рассматривая неудавшийся вариант Каина. «Уничтожить» было сказано с такой обыденностью, словно речь шла о комаре или назойливой мухе. И это демоны страсти, что же тогда говорить о других?

— ЕвВа, давно у тебя хотела спросить. Как я поняла, в твоём мире демоны не делятся на виды, то есть у вас нет, например, демона алчности, обжорства, демона гнева или войны?

— Правильно, нету, — довольно заулыбалась ЕвВа, — потому что Ак'Туурги и земные исчадия ада совпадают только по некоторым внешним признакам: крылья и рога. А, ну и само название вы у нас не постеснялись позаимствовать — «демоны». Всё остальное — ваша попытка уйти от ответственности, приправленная буйной фантазией. Так что можешь адскую демонологию только так и рассматривать — выдумка хитрожопого человека, а нас — настоящих демонов, она не касается.

На удивление, ЕвВа это озвучила подозрительно равнодушно, не фыркая и не закатывая возмущённо глаза. Словно ей давно уже надоело повторять одно и то же миллион тысяч раз, и в конце концов она просто плюнула на это дело.

 — Интересно, как у вас всё устроено? Ты мне уже несколько раз обещала рассказать и всё никак.

— Тогда тащи вкусняшки и чай, потом этого засранца дорисуешь.

— Как ты его, любя, — фыркнула я, насмешливо прищурившись. Даже обзываясь, в её голосе слышалась нежность к Каину. — Вот узнает же — получишь!

В глазах ЕвВы вспыхнули игривые искорки:

— Ой, как страшно.

Она устроилась на диване и явно не собиралась мне помогать — ни чай делать, ни сладости нести. Ох, ЕвВа!

— Ну, слушай, — начала она, уплетая пирожные и мурлыча от удовольствия, — только потом не говори, что я тебя не предупреждала — у нас всё сложно. Но интересно.

Она закинула в рот шоколадную конфетку целиком и сделала большой глоток чая.

— Ты их точно жуёшь? — смеясь, поддела её я. — Их вообще-то кусать надо, а не проглатывать.

ЕвВа вместо ответа скорчила рожицу фыркающего бурундука:

— Не жадничай. Так вот. Начнём с того, что у каждого демонёнка есть свои врождённые способности. Например, может легко даваться учёба в целом или, допустим, какое-то определённое направление — анализ и стратегические задачки, может быть талант в военном искусстве или магии. А бывают и спорные таланты — хитрость, умение внушать свои мысли, чувствовать чужие слабости. Их определяют ещё в раннем возрасте, и кому-то такой набор поможет стать великим стратегом, а кого-то сделает самым невыносимым манипулятором в Цитадели. Всё зависит от того, как распорядиться даром, ведь демоны не рождаются высшими или низшими. Сумеешь научиться контролю — значит
быть тебе высшим; нет — будешь в низшем ранге; сумеешь, но слишком часто будешь позволять себе расслабляться — средний ранг.

— Необычно, но у меня тут есть ещё один вопрос, — я чувствовала неловкость, — ты почему-то никогда не упоминаешь родителей?

ЕвВа с искренним недоумением уставилась на меня и через мгновение рассмеялась.

— Точно, я и забыла рассказать. Хм… — она сложила руки груди, задумчиво потирая подбородок, — тебе будет непросто это понять. Нас почти с рождения воспитывают в Цитадели. Это наш дом приблизительно с полугода. Покидаем мы Цитадель уже взрослыми.

— Но, почему?

— Как бы тебе объяснить. Демоны слишком импульсивны, слишком вспыльчивы — в буквальном смысле. Выживали только те, с кого вначале просто глаз не спускали, а потом ещё и научиться контролю нужно было. Такой вот естественный отбор, но в какой-то момент мы чуть не вымерли. И тогда Скаларис явил себя в мир, обязав абсолютно всех демонят отдавать в Цитадель…

— А как же Высшие? — не удержалась я. — Они же уже умеют себя контролировать. Неужели они тоже отдают своих детей?

— Контроль — это не то, что передаётся с кровью. Мой самоконтроль не защитит моего ребёнка от его собственного гнева. Научиться этому можно только в Цитадели, пропитанной магией сдерживания, среди таких же, как он. И потом... — она усмехнулась, — даже Высший может моргнуть не вовремя. А демонёнку хватит и доли секунды, чтобы натворить бед.  Да если бы Высший
и мог уберечь малыша от его же гнева — он всё равно не даст ему того, что даёт
Цитадель. Скаларис создал систему, где ребёнок получает всё: контроль, силу, знания, социальные связи.

— А всякие там няньки-гувернантки, личные учителя?.. — всё ещё пыталась спорить я.

ЕвВа, отставив чашку, на секунду замерла, а потом расхохоталась. Я насупилась:

— Вот и что смешного? Кто-то же занимается всем этим в Цитадели.

— Нет, ну ты сравнила, — еле выговорила она сквозь смех, вытирая выступившие слёзы. — Демон-нянька… ох-х… Демоны — буйное пламя Скалариса, а не прислуга. П-ф-ф… да они бы поубивали друг друга только за одно такое предложение.

Немного успокоившись, ЕвВа откинулась на спинку дивана и принялась обмахивать раскрасневшееся лицо руками.

— Вообще-то, малыши-демонята к полугоду и летают, и бегают, если что, для справки. И одно дело — миссия воспитания, возложенная на тебя самим Скаларисом и другое — чьё-то конкретное чадо. А получить персонального наставника, это знаешь ли честь. Тут либо надо быть очень талантливым, либо… очень-очень талантливым.

Я фыркнула, а она насмешливо ухмыльнулась.

— Родители отдают детей в Цитадель не потому, что не могут воспитать сами, а потому что так лучше для самого ребёнка. Есть, конечно, и другая сторона монеты. Родители могут приходить почти в любое время, навещать. Формально никто не запрещает. Но... — она развела руками. — Демоны — не люди. Наша привязанность угасает, если её не подпитывать. А жизнь в Цитадели — это отдельная жизнь. У ребёнка — своя, у родителей — своя. И уже через какое-то время к малышам никто не приходит.

— Совсем? — удивлённо выдохнула я. В голове не укладывалось. Даже понимая все плюсы, я не могла это принять.

— Совсем, — она кивнула, без тени сожаления. — Кто-то чаще навещает, кто-то реже, но итог всегда один — родители и дети становятся чужими. Могут встретиться через сотню лет и не узнать друг друга. Или узнать, но не почувствовать ничего, кроме любопытства.

— Это же ужасно, — прошептала я.

— Почему? Это система, — ЕвВа искренне не понимала, что тут может быть страшного. — Она спасла наш вид. Да, мы не знаем, что такое семья в вашем понимании, но у нас есть Цитадель. У нас нет брака на всю жизнь, но есть
те, кого мы выбираем. У нас с Каином есть стая. А кровь... — она провела пальцем по краю чашки, — кровь ничего не значит, если её не подогревать.

Я поджала губы — сомнительное утверждение, я бы поспорила, но... не стала.

ЕвВа хитро подмигнула:

— Ункарх рассказывал, что Каин в юности был тот ещё фрукт — хитрый манипулятор с улыбкой ангелочка. Представляю, в кого он бы вырос без твёрдой
руки и мудрого наставничества. Но наш Верховный демон, а он на тот момент уже был одним из трёх Старейших, достаточно быстро его вычислил и даже взял в ученики.

— Вот почему-то я даже не удивлена, — хмыкнула я. — Интересно, что он в нём увидел?

ЕвВа улыбнулась своим мыслям и её взгляд ушёл куда-то вглубь времён, за пределы комнаты...

* * *

Продолжение с иллюстрациями — по подписке или за один кофе — в книге "НесусветнаЯ"