Прежде, чем отправиться в город к ожидавшей его Ли Синь, Мэй Яо свернул к дому своих шисюнов. Кое-что беспокоило его, и, улучив момент, юноша завёл с Ху Цзя разговор наедине:

— Слушай, а-Цзя… Вы ведь сегодня снова пойдёте вместе на праздник? Насчёт а-Фэя и Е Лимина…

— Не продолжай, я знаю, что ты хочешь сказать, — отмахнулся Ху Цзя. — Боишься, что они станут мешать? Можешь об этом не переживать, я прослежу, чтобы им было чем заняться.

— …Спасибо, — с облегчением выдохнул Мэй Яо и уже собрался уходить, но во след ему неожиданно прилетело:

— Но тебя ведь заботит вовсе не приватность вашего свидания?

— Откуда ты… Ох, — слова вылетели прежде, чем Мэй Яо сообразил, что их не стоит произносить, однако Ху Даоди только покачал головой и отвернулся.

— Ты прекрасно знаешь, что я не буду лезть в происходящее, если оно не начнёт сулить неприятности тебе или всем нам. Просто хорошенько подумай, прежде чем принимать решение, а если понадобится наша помощь, ты всегда можешь о ней попросить. Помни — ты не один.

— Спасибо. Но я… уже всё решил.

— Вот как? Что же, удачи тебе сегодня, — пожал плечами юноша и оставил друга одного.

Такая проницательность со стороны шисюна огорошила Мэй Яо. Разумеется, в сообразительности Ху Цзя не откажешь, но юноша не мог припомнить, чтобы тот давал ему раньше подобные советы, да и в целом вмешивался в его планы, если только они не влекли за собой нарушение правил и неизбежное наказание. Мэй Лань никак не мог взять в толк, что именно могло повлиять на мнение всегда руководствовавшегося разумом друга, да и времени обдумывать услышанное не было — даже если он заложил в свои планы небольшую задержку, опаздывать было бы совершенно некстати.

Заранее договорившись встретиться с Ли Синь возле приметного магазинчика, юноша несколько раз оправил одеяние перед тем, как начать выискивать глазами знакомый силуэт. Однако девушки ещё не было на месте, и Мэй Яо успел украдкой выдохнуть, когда почувствовал как кто-то тянет его за рукав:

— Доброе утро!

— Ох! Д-доброе, — заклинательница вынырнула откуда-то сбоку, будто коротала время около ближайшего магазина. Юноша удручённо покачал головой — всё же опоздал!

Однако спутница и виду не подала, что пришла раньше — заняв место подле правой руки Мэй Яо, она отметила:

— Сегодня отличная погода — фейерверки будет видно во всей красе. Жду не дождусь!

— До них ещё достаточно долго. А насчёт наших планов на сегодня…

— Можем идти, куда душа пожелает! — ослепительно улыбнулась Ли Синь, но, заметив сомнение в глазах юноши, уточнила, — у тебя ведь, должно быть, есть места, которые ты бы хотел посетить?..

Смущённо потянув за пружинку чёлки, Мэй Яо сознался:

— …Их не осталось. Первые два дня фестиваля оказались чрезмерно насыщенными, и мы успели обойти всё, что вызывало у меня интерес. Поэтому… Если у тебя вдруг есть какие-то планы…

Ли Синь задумчиво коснулась подбородка. В принципе, она предполагала такой вариант, так что несколько идей у неё в запасе имелось. Только надолго их не хватит, и если в процессе они не придумают ещё что-нибудь — то долгожданное свидание превратится в долгую неловкую паузу вплоть до фейерверков. Оставалось надеяться, что стоит им начать — как всё само собой пойдёт как по маслу.

— В этом случае, — подмигнула девушка спутнику, — как насчёт пары закусок и небольшой прогулки в качестве разминки?

Приняв облегчённую улыбку за согласие, Ли Синь двинулась по немноголюдной улице, указывая направление. Накручивая на палец прядь волос и порой притормаживая возле интересных вывесок, она завела беседу о чем-то отстранённом и совершенно неважном. Мэй Яо оставалось лишь вежливо кивать, порой вставляя пару фраз, и внутренне радоваться её хорошему настроению — как ни старался, у него никак не получалось искать общие темы для разговоров с ней. Когда они оставались наедине и стоило девушке замолкнуть, как между ними повисала напряжённая тишина.

Вернее, возможно, только он воспринимал это так — про Ли Синь никогда не удавалось угадать, что у неё на уме и как на самом деле она относится к нему и их общему досугу. Нравились ли ей их короткие беседы? Или вызывали в ней лишь насмешку? Воспринимала ли она его компанию как нечто приятное? Или с трудом сдерживала раздражение от его присутствия рядом? Порой её нежная улыбка казалась холодной и чужой, но юноша упорно гнал эти мысли прочь. Быть того не могло, чтобы за её действиями могло крыться что-то страшнее обыкновенного глумления. Ведь что вообще можно было с него взять? Нищая семья, неблагородное происхождение и затерянный в горах орден, на который бросал тень возвышавшийся южнее Чжэнфу Тянь.

Коротко поёжившись, Мэй Яо попытался отвлечься от этих мыслей яркими украшениями на домах, но беглым взглядом поймав их отражение в блестящей поверхности, он тут же разочарованно поджал губы.

Они совершенно не смотрелись вместе.

Ли Синь была безусловно красивой — пушистые каштановые волосы с медным оттенком игриво блестели на солнце, оттеняя нежнейший персиковый цвет её глаз. Сдержанный и утончённый силуэт лишь выигрывал от приталенного зелёного платья, выгодно подчёркивающего все достоинства её фигуры. Любой нормальный мужчина глаз не мог бы от неё отвести, а единожды попав в плен её очаровывающего взгляда уже того и не захотел бы.

С другой же стороны стоял он — скованный и неловкий, постоянно боящийся сделать лишнее движение, так и не научившийся передвигаться в чьём-либо сопровождении. Да, как верно подметил Е Лимин, само по себе его лицо можно было считать достаточно симпатичным, в чьих-то глазах оно могло быть даже красивым, однако ровно до тех пор, пока не выражало никаких эмоций. Стоило же на переносице образоваться озабоченной морщинке — и единственным, с кем мог себя сравнить Мэй Лань, становился вечно испуганный Кан Цзянцзюэ.

Даже высокий рост и крупное телосложение не давали ему преимущества рядом с хрупкой Ли Синь. Всё равно вместе они смотрелись… как-то не так. Не гармонично. Будто случайные знакомцы или соученики, но уж точно не пара.

— Что-то случилось?

Ушедшая вперёд девушка притормозила и вопросительно глянула на юношу. Тот покачал головой и поспешно нагнал спутницу:

— Нет, ничего. Просто засмотрелся на украшения.

Не важно. Он не искал в ней гармонии или спасения. Даже если в конце их дороги разойдутся самым страшным способом — хватало и того, что пока им было по пути.

— Гляди, рыбки!

Затормозив, Ли Синь указала куда-то в тень около дома. Там, окружённые немногочисленными зрителями, стояли заполненные водой корыта. Из них то и дело доносился плеск, а сидевшие на корточках дети пытались что-то выловить с помощью бумажных сачков.

— Я заметила эту игру ещё в первый день, но всё никак не могла сюда выбраться. Давай тоже попробуем? — предложила девушка.

Только после её слов юноша заметил в руках одного из детей небольшую прозрачную ёмкость, в которой плавала пара золотых рыбок. Значит, именно их предстояло вытаскивать с помощью хрупкого орудия? Будь на его месте Шэнь Тафэй, он бы непременно отказался, ведь никогда не славился аккуратностью, а вот у Мэй Ланя забава вызвала интерес. Почему бы не опробовать свои силы? И если Ли Синь согласится превратить её в небольшое состязание…

«Ах».

Светлые пряди волос среди густой зелени предстали перед его внутренним взором, и юноша тут же устыдился своих мыслей. С каких это пор ему стало интересно заключать пари? Мэй Ланю ничего не было нужно от Ли Синь в качестве приза, потому и соперничать с ней не имело смысла. Да и чувство победы в столь несерьёзной игре казалось чем-то бессмысленным и глупым, не стоящим всех приложенных усилий. Так зачем?

— Дурацкая игра!!!

Пока Мэй Яо предавался размышлениям, один из детей, безуспешно пытавшихся выловить рыбку, со слезами швырнул сачок оземь и вскочил, от души пнув корыто.

— Эй, если ты не можешь справиться…

Но его соседка не успела договорить — по разбухшей древесине прошла трещина и посудина с гулким звуком лопнула. Застоявшаяся вода рванула наружу, омыв стоявших ближе всего, а яркие рыбки разлетелись по всей дороге. Блестя на солнце чешуёй, они беспомощно молотили хвостами по влажной земле, своими потугами лишь отдаляясь от вожделенной ёмкости.

— Да что же вы!..

Хозяин аттракциона тут же подскочил, а дети с визгом и хохотом разбежались, отталкивая с пути недовольно ворчащих взрослых, отряхивающих одежду. До юных заклинателей долетели лишь жалкие брызги, и Ли Синь хотела уже озвучить произошедшее, но прикусила язык: враз побледневшее лицо Мэй Яо выдавало его внутреннее напряжение. Хотя этот пустяк был чем-то бытовым, едва ли важным, но он случился сразу, как только они подошли к отдыхающим горожанам.

И Мэй Яо совершенно точно принял его на свой счёт.

— Кажется, мы подошли в неудачное время, — тут же сменила подход Ли Синь. — Можем вернуться попозже и попробовать ещё раз — а пока у меня есть другая идея!

Не давая юноше зациклиться на происшествии, заклинательница зажала пальцами его рукав и потянула за собой. Тот безропотно подчинился её движению, словно бы и сам хотел верить в то самое мифическое «неудачное время», никак не связанное с ним.

На самом деле ко второму пункту плана переходить было ещё рановато, поэтому Ли Синь, делая вид, что заплутала в незнакомом городе, намеренно выбирала небольшие улочки вдали от основного праздника. Здесь тоже легко находились интересные места, так что она не боялась вызвать подозрений. И совсем скоро ей удалось отыскать небольшую сцену, на крохотной площадке которой кружились в танце три изящно одетые девушки.

Теснота была такой, что артистки постоянно задевали друг друга одеждами, однако зрителей всё равно было на удивление много. Потянув Мэй Яо за рукав, заклинательница указала на них и тихо спросила:

— Не знаешь эту музыку? Судя по количеству людей, должно быть что-то интересное…

Юноша прислушался к мелодии, но та не дала ответа. Он хотел уже было пожать плечами, когда возле сцены зазвучал красивый женский голос:

От услышанного текста Мэй Яо едва не подпрыгнул. Конечно, они находились вдали от главной улицы, но ставить на виду у всех представление о похождениях девы Сянляо?!

— Мне кажется, — смущённо кашлянул юноша, — нам не стоит и дальше смотреть…

— Почему? — недоумённо склонила голову на бок Ли Синь.

— Н-ну… Это…

Мало того, что спектакль основан на мемуарах из жизни самой спорной небожительницы, так ещё и сам сюжет относился к разряду тех, которыми интересовались девы наподобие Фа Лянь. Хотя немалая его часть состояла из долгих диалогов и игры в сёги, финальная сцена… Она была… Ну, как бы, очень в духе всех остальных работ о деве Сянляо. Но прямо сказать об этом Мэй Лань стеснялся, поэтому решил ограничиться именем главной героини представления.

Склонившись к уху Ли Синь, юноша приготовился объяснять, но его голос оказался заглушён громким вскриком. Одна из танцовщиц зацепилась поясом за декорацию и от резкого движения потеряла равновесие — всего мгновение она балансировала на краю сцены, прежде чем скатиться с неё прямо в толпу.

— Ах!..

— С вами всё хорошо?!

— Расступитесь, расступитесь…

Зрители волнительно отпрянули от бедной девушки, позволяя ей сесть и убедиться в собственно целостности. Но зря — как только она поднялась, стало видно, что предательский пояс не только зацепился, но и весь остался на сцене! Распахнутая настежь одежда скатилась с плеч, обнажая грудь девушки, и едва та заметила произошедшее, как в ужасе обхватила себя руками и с криком бросилась за кулисы.

Так и не сорвавшиеся в воздух, слова застыли у Мэй Яо на устах. А вместе с ними застыл и весь он — ему не хотелось, ему действительно не хотелось думать, что в случившемся есть его вина. Но лопнувшее корыто, а теперь ещё и это… И оба раза — стоило только им подойти… Может лучше не…

Кто-то настойчиво потянул его за рукав, увлекая прочь от сцены. Никак не заостряя внимание на произошедшем, Ли Синь воскликнула:

— Т-точно, наконец я вспомнила, где видела то место! Тебе там точно понравится — хотя желающих попробовать много, к обеду они обычно расходятся, так что, думаю, мы сумеем пройти почти без очереди!

Мэй Лань молчал. Ему не хотелось обесценивать старания Ли Синь, хотя его собственное настроение уже было далёким от радостного и беззаботного. И всё же он позволял ей вести себя сквозь толпу, не подавая признаков расстройства, ведь она тоже изо всех сил пыталась делать вид, будто ничего не произошло.

В этом напряжённом молчании, понемногу становящимся убаюкивающим, они шли до тех пор, пока девушка не указала куда-то вперёд:

— Смотри, видишь вольеры? Там можно покормить ручных лисят. Попробуем?

Внутри засвербело неприятное предчувствие. Лисы ведь хищные животные? Даже если они ручные, не опасно ли это? Но Ли Синь настойчиво тянула его к группе людей, и юноша сдался. Они ведь работают здесь уже не первый день, и раз их не прогнали — значит, ничего не случилось. И в этот раз тоже не случится.

Не так ли?..

— Желаете попробовать? — услужливо расплылся в улыбке один из сотрудников аттракциона. — Смотрите, вон там можно купить немного еды и затем занять одну из очередей. Тех малышей можно покормить с рук, но только в защитных перчатках, а ребят за оградой угощают с помощью длинных палок с крюком. Заходить к ним нельзя, они хоть и спокойные, но достаточно крупные, так что необходимо соблюдать осторожность. Прошу, прошу!..

Мужчина ненавязчиво подтолкнул парочку вглубь прохода, откуда хорошо были видны умильные мордочки лисят, довольно жующих переданные им лакомства. Тем, кто кормил малышей в перчатках, порой даже удавалось почесать за пушистым ушком или пощекотать доверчиво подставленную шейку. Не смотря на опасения Мэй Ланя, животные выглядели дружелюбными и привычными к людскому вниманию.

Немного успокоенный этим, юноша последовал за Ли Синь, уже присматривающейся к фруктам для кормления.

— Хм… Как думаешь, им больше нравится морковь или яблоки? — негромко окликнула она спутника.

— Разве мясо не будет лучше? — рассеяно отозвался юноша.

— Да, но я хочу покормить тех, что в клетке — они такие хорошенькие! И, насколько я вижу, им не дают мясо, — вздохнула заклинательница.

— Тогда, наверное, морковь? Она, по крайней мере, не может быть кислой…

Пара принялась тихо обсуждать угощение. Люди проходили мимо них, о чём-то переговариваясь, где-то за спиной слышались довольные взвизгивания детей, когда лисята лизали им пальцы, откуда-то издалека раздавалась музыка… Ничего не происходило. Сколько бы Мэй Яо ни кидал украдкой взгляд на окружающих, всё вокруг шло своим чередом, будто их двоих здесь и вовсе не было.

Несколько раз юноша замечал, как Ли Синь смотрит на него, однако она никуда его не торопила, позволяя спокойно стоять и прислушиваться к шуму праздника. В конце концов Мэй Лань выдохнул и позволил себе немного расслабиться — наверное, это и правда была просто череда неудачных совпадений?..

— Если ты не против, давай я куплю фрукты? А ты пока можешь занять очередь туда, где тебе нравится, — предложил он.

Ли Синь радостно кивнула и оглядела клетки в поисках того самого лисёнка, которого хочет покормить. Один из них, со смешным пятнышком вокруг глаза, привлёк её внимание ещё на подходе — именно его она пыталась высмотреть среди прутьев клеток. Обнаружив его, девушка привлекла внимание спутника и указала в нужную сторону:

— Я буду там.

Юноша кивнул, и Ли Синь направилась в конец нужной очереди, не переставая вертеть головой во все стороны. Не только само кормление лисят, но и просто наблюдение за их игривым поведением поднимало настроение — после немного скомканного начала дня эти малыши стали отдушиной, немного вернувшей верный настрой их свиданию. Сейчас они немного повозятся с животными, затем, уставшие и довольные, отправятся на обед, после чего у Ли Синь в запасе было одно уютное местечко, где, разморённые сытной едой и полуденным солнцем, они смогут посидеть рука об руку. А если её спутник достаточно сильно переживал о предстоящем дне и умудрился не выспаться…

Девушка довольно хихикнула, уже представляя как тёмные кудряшки склоняются всё ниже к её плечу, щекоча нежную кожу выбившимися прядками. Да-да, именно так и должно случиться! Хотя если всё случится наоборот — то она не возражал и против этого варианта событий. Разумеется, ей не удастся увидеть смущённо порозовевшие щёки Мэй Яо от неожиданного женского прикосновения, но даже догадываться об этом уже было приятно.

— П-папа, прекрати!

Чей-то негромкий возглас выдернул девушку из мира сладких фантазий. Неподалёку от неё явно нетрезвый мужчина выхватил из рук подростка шест для кормления лисиц с нанизанным на него куском мяса. Размахивая им перед носом уже сердитого животного, он гоготал:

— Вот так, вот так! Эти твари — всего лишь дикие животные, так пусть поохотится!

Картина заставила Ли Синь недовольно надуться. Разве так можно — приходить сюда, только чтобы поиздеваться над животными? Наверняка сейчас сотрудники увидят это и прогонят нарушителей.

Она почти уже отвернулась, не желая и дальше наблюдать за неприятной парочкой, когда мужчина, увлечённый размахиванием палкой, наклонился вперёд ещё сильнее. Девушка успела лишь внутренне подобраться, ожидая недоброго, после чего сапоги незнакомца оторвались от земли, и он завалился вперёд, неловко молотя руками по воздуху.

— П-папа!

— Ааааа!!!

Тело грузно рухнуло оземь с той стороны железного забора, вслед за чем рассерженное животное, раздразнённое чужим поведением, вцепилось зубами в своего обидчика. Мужчина громко завопил, и к нему немедленно бросились работники аттракциона. Столпившиеся вокруг посетители растерянно заголосили, и среди этой толчеи Ли Синь почувствовала, как её тянут за руку и пытаются увести. Край ученического одеяния недвусмысленно давал понять, кем именно был этот человек, и девушка не сопротивлялась, следуя за ним до тех пор, пока двое не выбрались на свободный участок дороги и не остановились.

Мэй Яо ничего не говорил, но по видимой части его лица всё было ясно. Если на все случавшиеся с ними в ордене неприятности он тут же начинал извиняться и проявлять беспокойство, то сейчас он скорее напоминал грозовую тучу — тёмную, неподвижную и полную мрачных переживаний.

Поколебавшись, Ли Синь напряжённо улыбнулась и попробовала завести разговор:

— К-кажется, сегодня не наш день, да? Ах, но знаешь, мы можем…

Однако Мэй Яо качнул головой и прервал её:

— Давай найдём какое-нибудь тихое и безлюдное место?

— …Хорошо.