— Ты остаешься на Рождество? Здорово, мы с братьями тоже! — затараторил рыжий Рон, увидев списки. Гарри украдкой поморщился. Рон все еще не понимал намеков и навязчиво доставал его в самые неподходящие моменты. Например, как сейчас.

Мальчик краем глаза заметил, как Гермиона презрительно посмотрела в их сторону и отвернулась, ничего не сказав. Впрочем, последнему он был только рад.

— А вы почему остаетесь? — вслух спросил он, снова возвращая внимание к Рону. Это казалось странным, почему их семья не хотела провести праздник вместе? Да и присутствие рядом Рона не радовало. Правда, он тут же вспомнил о Перси.

— Родители хотят навестить Чарли, это еще один мой брат. Работает в Румынском заповеднике, — беспечно ответил Уизли, не особо задумываясь о смысле вопроса. Гарри кивнул. Он знал от Перси, что его семья довольно дружная — ну, кроме отношения к нему. Хотя мальчик до сих пор не понимал, как можно отказаться от своего ребенка только из-за неправильного выбора факультета. Или он чего-то не понимает?

— Эй, Рон! — Симус Финниган махнул рукой, привлекая внимание. — Будешь играть в плюй-камни?

Рыжик тут же отвлекся от Поттера и Гарри облегченно вздохнул.

                                                                   ***

Северус раздраженно перечеркнул очередную ошибку. Почему эти дети такие тупые? А ему приходится терпеть все это который год. Он отложил исчерканный пергамент в стопку таких же и с усталым вздохом откинулся в кресле. Все. Впереди несколько недель отдыха.

Единственное, что ему по-настоящему нужно. Не глупые праздничные обряды или подарки (которые все равно никто не дарит), а просто время, когда можно выдохнуть и расслабиться. Мужчина скривился, вспомнив о том, что часть детей останется в замке на каникулы. Конечно, никто из них не посмеет тревожить его, но как декан одного из факультетов он все равно должен поддерживать порядок.

А еще Гарри Поттер. Мальчишка тоже останется в замке, маяча перед глазами. Северус вздохнул. Наблюдение за Поттером и Уизли так ничего и не дало. Обычные раздражающие дети. Наверное, стоит признать это и наконец оставить их в покое. Тем более тот же Квиррелл ведет себя более чем подозрительно…

Декан Слизерина устало прикрыл глаза и загадал желание: пусть хотя бы эти каникулы пройдут без происшествий.

                                                                 ***

Замок окутался сияющим покрывалом снега, даря праздничное настроение. Гарри с радостью бродил по округе, наслаждаясь тишиной и отсутствием навязчивых поклонников. Хотя ажиотаж по поводу его личности спал еще в первый месяц, находились уникумы, не желающие ценить личное пространство. Из-за них в том числе Гарри научился прятаться и ходить тайными маршрутами, которых в старом замке оказалось предостаточно.

— Класс! — мальчик раскинул руки и покружился на месте, радуясь ощущению свободы. Как же здорово! А впереди каникулы и ритуал. Перси обещал, что все уже готово. Почти как подарок на Рождество…

Гарри замер на месте, застигнутый врасплох новой мыслью. Подарок. У него никогда не было друзей, потому он никогда не дарил подарки, хотя знал об этой традиции — пример Дурслей был перед глазами. Но в этом году у него появился настоящий друг — то есть друзья, поправил он себя, вспомнив о Миртл. А ведь он так ничего и не приготовил для них!

Мальчик нахмурился, уже не обращая внимания на окружающие красоты и усиленно размышляя, что могло быть хорошим подарком для Перси и Миртл. Он просто не мог оставить своих первых друзей без знака внимания!

Но, спустя час, ему пришлось сдаться и признать, что у него на самом деле ничего нет, что могло бы порадовать друзей. И даже горсточка волшебных денег, оставшихся с лета ничем не помогут — в Хогвартсе не было магазинов. Мальчик тоскливо вздохнул и направился обратно в гостиную Гриффиндора.

                                                                 ***

Питер сидел на столе и молча наблюдал за рыжеволосым мальчиком. Перси снова оставался в замке на рождественские каникулы, не пытаясь даже показать, что считает это время семейным праздником. Впрочем, в этом году все дети Уизли, находящиеся в Хогвартсе, никуда не ехали.

У Перси было приподнятое настроение и он слегка напевал, черкая что-то на пергаменте. В общей спальне уже никого не было — все слизеринцы разъехались по домам и подросток мог позволить себе некоторые вольности. Как и Короста — крысу старались не оставлять в спальне вне клетки, на всякий случай.

Питер понимал, что затянул с решением. Ритуал будет готов на Рождество и после него мальчишки, скорее всего, станут недоступны для Лорда. По крайней мере, по тем записям, что он видел, было ясно — защита не пропустит недоброжелателя и не даст нанести вред. И чтобы этого не допустить, вмешаться нужно сейчас.

Но крыс так и не сдвинулся с места. За прошедшие месяца он вдруг — совершенно неожиданно для себя! — понял, что не хочет вредить ни Перси, ни Гарри. Возможно потому, что Перси чем-то напоминал ему себя самого своим одиночеством и отверженностью. Или потому, что бывший слизеринец всегда заботился о своем маленьком питомце, не позволяя хулиганистым братьям обижать зверька. Или… причин можно выдумать тысячи. Главное не это.

А то, что выход из этой ситуации был только один, если он не хочет снова зависеть от милости Темного Лорда. И чем дальше, тем больше Питер понимал, что ему придется рискнуть, несмотря на непредсказуемые последствия. Это в любом случае лучше вечного рабства.

Крыса продолжала наблюдать…

                                                                    ***

Гарри спустился в Большой Зал, уже украшенный к празднику и улыбнулся Перси, сидящему за общим столом. Из-за небольшого количества оставшихся в замке учеников все столы сдвинули и преподаватели сидели вместе с детьми.

— Эй, Гарри, давай к нам! — позвал Рон, хлопая по скамейке рядом с собой. Рядом с рыжим уже сидели его братья-близнецы Фред и Джордж. Поттер выдавил улыбку и свернул в сторону Уизли.

— Привет всем, — поздоровался он, украдкой оглядывая собравшихся. В этом году оставшихся учеников было совсем немного. По сути, кроме семьи Уизли и Поттера, только пара человек: с Рейвенкло и Хаффлпаффа.

— Ты где бродишь весь день, Гарри? — немного обиженно спросил Рон. — Я искал тебя по всему замку!

— Гулял снаружи, — коротко ответил Поттер, пряча раздражение. В последнее время Рон раздражал его все больше и мальчику становилось все труднее это скрывать. А Уизли был настолько тупоголовым, что совершенно не понимал даже прямого посыла!

— В следующий раз не будешь спать так долго, Рончик, — хохотнул один из близнецов, отвлекая брата.

— Да ну вас, — надулся Рон, а Гарри порадовался тому, что на него никто не смотрит. Мальчик украдкой бросил взгляд в сторону Перси, который прекрасно слышал всю перепалку. Пятикурсник улыбнулся ему и отвел глаза.

А потом Дамблдор официально поздравил всех с праздником и началось шумное застолье. Гарри почувствовал, как внутри что-то расслабилось. Как будто до этого момента он все еще не верил, что все по-настоящему — и праздник, и окружающие люди, которые искренне радуются этому моменту. И понимание того, что это не исчезнет, как какой-то сон.

Он шутил с братьями Уизли и даже его общение с Перси не выглядело чем-то необычным. Профессора наколдовывали приятные мелочи, вроде дождика из сверкающих звездочек и просто смеялись и веселились со всеми. И даже вечно недовольный Филч казался не таким уж и противным, а совсем даже наоборот.

И именно в этом была настоящая магия.

***

Утро Рождества началось очень рано. Гарри проснулся в шесть часов, не понимая, что его разбудило. На соседней кровати мирно спал Рон, да и никто не бегал по лестнице с воплями (для Гарри было настоящим шоком узнать, что гриффиндорцы любят шуметь в любое время дня и ночи). Мальчик сел на кровати и нашарил очки, лежащие на тумбочке рядом. Мир сразу приобрел четкие очертания и Гарри понял, что что-то изменилось.

— Подарки! — забывшись, сказал он вслух и тут же испуганно покосился на Рона. Тот продолжал спать, как ни в чем не бывало и Поттер облегченно вздохнул. А затем с интересом посмотрел на свою тумбочку, возле которой были сложены несколько коробок в характерной праздничной упаковке.

Это были его первые подарки. Дурсли ничего не дарили ему — просто не считали нужным. Да Гарри и не были нужны подарки от них. Ведь подарок — это знак внимания и заботы, а люди, настолько равнодушные к его жизни не могли дать ему ничего хорошего. Так что даже хорошо, что никто из них не додумался до этого…

Гарри моргнул, отгоняя невеселые мысли. И к чему он вспомнил об этих Дурслях? Нет, гораздо лучше будет разобрать подарки и понять, каким людям он не безразличен. Мальчик быстро сгреб маленькую кучку на кровать, чтобы рассматривать все сидя.

Открыв первую коробку он удивленно заморгал, обнаружив красивый вязаный свитер из зеленой шерсти и пакетик сладостей. Приложенная записка тоже не прояснила ситуацию. Зачем мама Уизли прислала ему подарок? С Роном они не друзья, как и с близнецами. А о его дружбе с Перси она знать не могла, да и скорее всего, как подозревал Гарри, не одобрила.

Поттер отложил коробку, решив поговорить об этом с Перси. Тот наверняка лучше знает свою маму и сможет подсказать, что происходит. Кивнув сам себе, мальчик потянулся к следующему пакету.

А вот это было от Перси! Довольно увесистая книга «Традиции магического мира» и короткая записка «Я подумал, что тебе эти знания точно пригодятся. Счастливого Рождества. Перси». Гарри бережно погладил обложку книги, сдерживая неожиданные слезы. И дело было не только в факте первого подарка от друга — он просто еще сильнее ощутил неявную заботу. Старший товарищ конечно понял, что он ничего не знает о магах и магическом мире и таким образом решил помочь ему разобраться.

Гарри без интереса посмотрел на оставшиеся свертки, но решил все закончить дело. Тем более, осталось всего два пакета.

Первый сверток оказался от Хагрида. Явно самодельная флейта, вырезанная из корявого дерева. Гарри пожал плечами и отложил подарок в сторону. Хагрид был неплохим чело… то есть полувеликаном.  Но хорошими друзьями они так и не стали. Мальчик несколько раз приходил к нему по приглашению, пил ароматный травяной чай и слушал рассказы о животных, живущих в Запретном Лесу — но на этом все. Просто в какой-то момент гриффидорец понял, что ему гораздо интереснее общаться с Перси и Миртл, и Хагрид остался просто хорошим приятелем.

Поттер с сомнением взял последний пакет, нащупав пальцами что-то мягкое. Решившись, он потянул край упаковки и вытряхнул содержимое на кровать. Вниз упало… нечто. Странная серебристая ткань, как будто переливающая на свету, отчего Гарри никак не мог понять, какого она цвета. Мальчик осторожно взял записку, вылетевшую вместе с тканью, и прочитал:

Мантия-невидимка? Гарри нахмурился, вглядываясь в подарок. Он читал о ней — артефакт, который может скрыть все, что угодно. Если он наденет ее, то его никто не увидит. Мальчик перечитал записку, остановившись на слова «незадолго до смерти». Отец отдал ценный артефакт, который мог спасти его и маму? Но почему? И кто этот человек, который забрал у их семьи вероятное средство спасения?

Эти вопросы давили и заставляли чувствовать себя неуверенно. Гарри снова посмотрел на мантию-невидимку. Хочет ли он использовать ее? Или нет? Но и просто отказаться нельзя — это очень полезный артефакт, который может спасти ему жизнь… Тут гриффиндорец замер и широко улыбнулся неожиданной мысли.

Конечно! Мантия — артефакт, который может защитить его от опасности. И скоро Перси проведет ритуал, который даст лучшую защиту. Если подумать, ритуал будет лучше, а значит… он все же сможет сделать своему другу хороший подарок.

Гарри аккуратно сложил мантию и засунул ее в тот же самый пакет, откуда вытащил. Записка отправилась в карман.

                                                                 ***

Альбус Дамблдор получал на Рождество много подарков от самых разных людей. За свою долгую жизнь он обзавелся множеством знакомств и полезных связей, так что довольно внушительная горка традиционных подношений не сильно волновала старого волшебника. Гораздо интереснее было дарить подарки со смыслом.

В этом году один из таких подарков стала мантия-невидимка, которую когда-то действительно отдал ему Джеймс Поттер. И у этого поступка была причина: после рождения малыша Гарри родовой артефакт внезапно начал фонить энергией Смерти в такие особенные дни, как Самайн, Йоль, Остара и Лугнасад. Они вместе искали истоки этого странного явления и в одном старинном фолианте Альбус все же нашел упоминание, что это реакция на нового члена рода. И что мантия стабилизируется, когда ребенок достигнет одиннадцати лет.

Скорее всего, такое уже случалось, когда родился Джеймс. Они не могли проверить этого, так как родители молодого волшебника умерли, когда тот учился на седьмом курсе. Отец просто не успел рассказать сыну о свойствах артефакта. Естественно, когда это прояснилось, Джеймс отдал мантию на хранение Дамблдору, не желая, чтобы разрушительная энергия была рядом с его сыном. Кто же знал, что на тот Самайн произойдет трагедия?

Сигнальные чары сработали как надо. Альбус улыбнулся и пожелал маленькому Гарри Поттеру счастливого Рождества.

                                                                 ***

Квиринус Квиррел тоже получил подарок на Рождество. Его господин, величайший Темный Лорд и могучий волшебник решил, что подчиненному необходим поддерживающий ритуал, пока его физическое тело не распалось на части, как это было со всеми предыдущими носителями беспокойного духа.

И потому утренним рождественским утром, пока все остальные обитатели Хогвартса спали, молодой преподаватель незаметно покинул замок и перенесся на заранее подготовленную площадку посреди шотландских гор. По его расчетам, за те три дня, что его не будет в Хогвартсе, не должно произойти ничего важного.

Он еще не знал, как сильно ошибается.