Глава 19. 

Положение сталкера в этот момент было поистине жалким, и хозяин виллы на секунду почувствовал укол сочувствия. 

Честно говоря, у каждого долгосрочного арендатора в его доме были проблемы: кого-то подвергался домашнему насилию, кто-то страдал от издевательств в школе, а кто-то был вынужден жить, подвергаясь преследованию извращённого сталкера. 

Но, как говорится, благородные личности имеют своё очарование, а вот ничтожные души все одинаковы. 

Хозяин виллы, будучи жадным и похотливым мерзавцем, естественно, полностью разделял мировоззрение мужа учительницы Цю и этого сталкера. 

Если бы их нужно было описать интернет-сленгом, то использовался бы термин «раковая опухоль патриархата», ведь все три мужчины были отвратительны. 

Поэтому то хозяин виллы никогда не останавливал мужа учительницы Цю, и даже считал, что женщин просто необходимо бить, чтобы знали своё место, иначе «три дня не побьёшь – на крышу полезут срывать черепицу». 

Он также не видел ничего плохого в действиях сталкера, а в глубине души презирал госпожу Цуй за её «неблагодарность», считая, что она сама дразнит парня: иначе зачем бы ей постоянно краситься и щеголять перед мужчинами в таких коротких юбках? 

Поэтому хозяин виллы не мог понять страданий учительницы Цю и госпожи Цуй, напротив он был крайне недоволен властным поведением недавно въехавших временных жильцов сегодня вечером, особенно когда с двумя его «братьями»-единомышленниками уже разобрались. 

Вслух, однако, мужчина не смел высказывать оскорбления, полагая, что младшего из его «братьев» в худшем случае побьют и вышвырнут за дверь, поэтому совсем никак не ожидал, что тот будет подвергнут подобной пытке. 

– Мисс Чжу, это уже перебор, не так ли? Брат Чжан просто искренне влюблён, он неопытен и выбрал неверный подход, – осторожно обратился к Чжу Ян хозяин виллы, больше не в силах смотреть на это. – Все молодые парни глупы и вечно злят женщин. Посмотрите, уже так поздно, может, забудем об этом и поднимемся наверх отдохнуть? 

– Разве я не помогаю ему доказать свою искреннюю любовь? – с улыбкой ответила Чжу Ян, бросив на него косой взгляд. – Посмотри на госпожу Цуй: красавица, с отличной фигурой, к тому же отличница из престижного университета. Она независима, но в таком юном возрасте уже сама зарабатывает себе на жизнь, да ещё и семье помогает, – и принялась задавать риторические вопросы. – Где бы такая прекрасная девушка не была нарасхват? А при такой конкуренции, если ты просто жирный, ленивый бездельник, не имеющий ни красоты, ни денег, и твои стартовые условия не дотягивают до остальных, то нужно компенсировать это огромной искренностью, не так ли? А иначе как? Иначе ведь не получится просто так заполучить красивую женщину, бесстыдным приставанием? Бесплатного сыра не бывает даже в мышеловке. 

– То, что он делает – да любой мужик на такое способен! Это просто мерзко. Раз уж хочешь выделиться из толпы, нужно показать класс, чтобы другие ухажёры в ужасе разбежались. 

– Вот посмотри, – сказала Чжу Ян, указывая на сталкера, в рот которому Ли Ли как раз запихивал просроченный гамбургер. – Если в будущем он всем расскажет, что ради госпожи Цуй осмелился съесть всё это, разве другие парни не проникнутся к нему глубоким уважением, не признают поражение и не отступят с позором, поняв, что им до него далеко? Честно и открыто победить конкурентов – вот правильный способ ухаживать за девушкой! 

– Именно! – согласилась госпожа Цуй, испытывающая невероятное удовольствие, увидев, как этот мерзкий извращенец наконец-то сам скривился от отвращения. Под влиянием ауры Чжу Ян, она сама холодно усмехнулась, обращаясь к хозяину виллы. – Разве не вы всегда советовали мне не смотреть на то, есть ли у мужчины деньги и внешность, а обращать внимание на его чувства ко мне? Вот я сейчас и смотрю, только почему вы двое вдруг начали устраивать такую драму? Вы забыли, как однажды он настойчиво предлагал мне бутылку воды, из которой уже пил сам, а когда я отказалась, заявил, что я испытываю к нему отвращение? 

– Так пусть теперь он не испытывает отвращение в отношении меня! А если и испытывает отвращение, то пусть хотя бы собой не брезгует, – сказала госпожа Цуй и, указывая на вываленные из коробки трусы, добавила, превозмогая тошноту. – Кстати, проглотить это в таком виде, наверное, будет трудно. Вы же всегда горячо поддерживали его на пути любви, сегодня даже в мою комнату его впустили. Так помогите ему и сейчас. Вы ведь можете, возьмите ножницы и нарежьте их тонкими полосками. Учительница Цю, у вас дома есть какой-нибудь соус? Одолжите, пожалуйста. Если ему покажется пресновато, так хоть глотать будет легче. 

Хозяин виллы и сталкер недоверчиво уставились на госпожу Цуй. 

Воистину, самый страшный яд – это сердце женщины, – одновременно подумали они. 

– Ес, есть! Только вчера купила соус для риса. Сейчас принесу нашему юному другу, – неожиданно кивнув, отозвалась учительница Цю. 

И после этих слов она быстро побежала наверх. 

Вбежав в комнату, учительница Цю увидела, что её сын послушно сидит в комнате и делает уроки, а на столе громоздится куча изысканных сладостей, которые ему дала Ван Бэй. 

Однако с тех пор, как родители вышли за дверь, мальчик был рассеян, к сладостям не притронулся, а сосредоточиться на домашнем задании не мог. Зато сейчас, увидев вернувшуюся маму, Сяо Мин радостно бросился к ней. 

С тех пор как учительница Цю увидела трусливое и жалкое поведение своего мужа на эстакаде и услышала все эти крики «Развод!», в её душе словно что-то сломалось. 

Оказалось, что чувство непоколебимого отчаяния, испытываемое женщиной, во время избиений было лишь иллюзией.  

Перед другими людьми он даже не смел дать сдачи, когда ему буквально плевали в лицо! Оказалось, что он совсем не был таким уж непобедимым, а его истинная сущность была такой трусливой и презренной. Почему же я делила постель с этим человеком восемь лет, но прозрела только сегодня? 

Оказалось, что вовсе не весь мир смотрит на моё желание развестись как на бунтарское безумие. Всё это время я была в ловушке чего-то невидимого. Как и сказала мисс Чжу, я просто постоянно искала оправдания, чтобы гипнотизировать себя, сделав своё положение зоной комфорта. 

– С завтрашнего дня мы больше не будем жить с папой, хорошо? – сказала учительница Цю, гладя сына по голове. 

Она спросила это очень осторожно, но собственными глазами увидела, как глаза Сяо Мина постепенно загорелись радостью. Мальчик был счастлив больше, чем когда получал подарки на день рождения. 

Какой же дурой я была, раз осознала всё только сейчас! – сердце учительницы Цю болезненно сжалось, и она вновь обняла сына.  

Взяв соус, женщина спустилась вниз, но Сяо Мину велела остаться, ведь подобная сцена была не для детских глаз. 

Возможно, учительница Цю была слишком взбудоражена сегодняшним вечером, а может, так проявлялся её подавляемый гнев на собственного мужа, но сейчас она была не прочь подлить масла в огонь и насладиться зрелищем. 

Конечно, госпожа Цуй, испытывавшая схожее извращённое чувство удовлетворения, ощущая себя примерно так же. 

Хотя в каком-то смысле этот дом ещё не превратился в обитель призраков, человеческое уродство уже сплело здесь беспросветную паутину тьмы. 

Однако в тот момент, когда порог этого места переступила Чжу Ян и своим ноутбуком прервала это самое обыденное насилие, сюда словно проник луч света. 

В конце концов, всё содержимое той коробки, за исключением пластиковых и металлических предметов, которые действительно невозможно было проглотить, было скормлено сталкеру. 

Когда парня наконец отпустили, он даже не мог ровно стоять на ногах. Казалось, в эту ночь госпожа Цуй выплеснула всё то отвращение, что ощущала к нему. 

– Теперь-то я поняла, что с этим придурком нужно общаться только с позиции силы. Нормальных слов он не понимает, а ругательства пропускает мимо ушей. Уж лучше вообще ничего не объяснять, а просто бить! – после этого она радостно и без умолку благодарила Чжу Ян, а внезапно госпожу Цуй словно осенило. – Я просто буду всегда носить в сумке перцовый баллончик и электрошокер! Если он посмеет приблизиться, я тут же отвешу ему пощёчину! А если он посмеет вызвать полицию…… Ха! Разве не он кричал на каждом углу, что мы парочка и просто дурачимся? Разборки парочек никого не касаются, верно? Этот придурок такой жирный, он ни за что меня не догонит! Пока он меня не схватит, я могу вытворять с ним что угодно. Ой, а если и схватит, тоже не беда – просто оторву ему яйца! 

Хозяин виллы, который из жалости только что помог сталкеру выйти, вернулся как раз в момент, когда были произнесены эти слова и мгновенно почувствовал холодок. 

Что она, чёрт возьми, за человек?! Учительница Цю, которая раньше была покорной, как деревянная кукла, решила бросить мужа стоило ей лишь раз выйти на улицу вместе с этой богачкой. А наивная и легко поддающаяся запугиваниям госпожа Цуй в одночасье стала такой жестокой и беспощадной. Во что она превратила каждую женщину в этом доме всего за три-четыре дня?! – с замиранием сердца думал он украдкой смотря на Чжу Ян 

Из-за состояния своей комнаты госпожа Цуй пребывала в ужасе и не желала спать там. От одной мысли, что этот извращенец находился в её спальне, девушке становилось мерзко. 

Поэтому госпожа Цуй потребовала у хозяина виллы дать ей другую комнату. В прежней она больше жить не собиралась, вещи перенесёт позже, а пока переночует в новой. 

Изначально мужчина не согласился бы на это, но, увидев сегодняшнюю сцену и понимая, что вызвал всеобщий гнев, всё же отдал госпоже Цуй ключ от новой комнаты. 

После столь бурного вечера все, наконец, расслабились, почувствовали усталость и разошлись по своим комнатам для сна. 

Ван Бэй и Ли Ли изначально были не в духе, поэтому за ужином съели совсем немного, но два этих события подряд заставили их забыть о дневном разочаровании, и теперь они вдруг почувствовали сильный голод. 

Ван Бэй и Ли Ли заказали две порции лапши в качестве позднего перекуса, и сказали Чжу Ян и Лу Синю ложиться спать без них. 

Чжу Ян тоже устала. Вернувшись в комнату, она даже не стала сидеть в телефоне, а умылась, упала на кровать и вскоре уснула. 

Девушка даже не заметила, когда Ван Бэй вернулась после своего ночного перекуса. Но глубокой ночью, когда она спала и видела сны. 

В полудрёме Чжу Ян почувствовала, как человек на соседней кровати поднялся, открыл дверь и вышел. 

Она не придала этому значения, подумав, что Ван Бэй выпила слишком много бульона от лапши и просто пошла в туалет. Однако вскоре раздался пронзительный крик, а затем звук того, как что-то тяжёлое скатилось с лестницы. 

Чжу Ян мгновенно проснулась и поспешно включила свет. Кровать Ван Бэй действительно была пуста. 

Почувствовав неладное, девушка схватила первую попавшуюся шаль, накинула её на плечи и выбежала из комнаты. Двери других комнат тоже открылись, было очевидно, все услышали шум. 

Подбежав к лестнице, игроки увидели Ван Бэй, лежащую у её подножия и было непонятно, жива она или мертва. 

Они быстро спустились вниз и поднимая Ван Бэй, которая была без сознания, но дышала. Игроки тут же позвали хозяина виллы, чтобы он завёл машину для поездки её в больницу. 

– И чего её понесло к лестнице посреди ночи? Даже свет не включила! Если кто-то упадёт и пострадает, это не моя вина! – причитал мужчина, опасаясь несчастного случая, ведя машину. 

У хозяина виллы был подержанный микроавтобус, так что места хватило всем троим бодрствующим игрокам. Учительнице Цю и госпоже Цуй завтра нужно было на работу и учёбу, поэтому женщин не взяли с собой. И, несмотря на такой шум, из комнаты старшеклассника на втором этаже не раздалось ни звука. 

– Не стоит быть таким категоричным, – холодно усмехнулась Чжу Ян, услышав причитания хозяина виллы. – Я слышала, ваша жена погибла, случайно упав с лестницы. А вдруг её неуспокоенный дух всё ещё бродит там и ищет себе компанию? 

Вспомнив место, где упала госпожа Ван, хозяин виллы вздрогнул. Стояла жаркая летняя ночь, а кондиционер в этой развалюхе всегда работал из рук вон плохо. 

Однако сейчас, несмотря на полный салон людей, мужчина вдруг почувствовал, как по спине пробежал беспричинный холодок. 

И хотя слова Чжу Ян были лишь догадкой, они не были лишены оснований. 

Прошлой ночью уже появился призрак пропавшей девушки, поэтому духу жены хозяина виллы тоже пришло время выйти на сцену. К тому же «лестница» – ключевое слово, с которым любой дурак сможет провести параллель. 

На втором этаже есть и кулер с водой, и туалет, и раковина. Что бы ни понадобилось Ван Бэй посреди ночи, ей незачем было идти к лестнице. Сказать, что эти два события не связаны, будет оскорблением логики этого мира ужасов. 

По прибытии в больницу игроки сразу обратились в отделение неотложной помощи. К счастью, ничего серьёзного не произошло, и вскоре после капельницы Ван Бэй пришла в себя. 

Женщина была совершенно сбита с толку и сама не могла толком объяснить, что произошло. 

– Разве я не спала? Я хотела в туалет, поэтому встала и отправилась в уборную, но туалет на втором этаже оказался сломан и был на ремонте. Тогда меня повели на первый этаж. Я увидела, что она чуть не упала, и хотела поймать её…… Но почему в итоге с лестницы скатилась я? 

– Туалет на втором этаже не ремонтируется, – тут же сказали Ван Бэй остальные, услышав это. 

Ван Бэй изменилась в лице, а затем её разум прояснился, и женщина вдруг осознала:  

Кто вообще посреди ночи будет специально ждать возле туалета, чтобы предупредить о ремонте, а потом ещё и вести на первый этаж? 

Даже в пятизвёздочных отелях нет такого безупречного сервиса, что уж говорить о каком-то старом гостевом доме! 

Однако, когда остальные спросили, как выглядел этот человек, женщина не смогла вспомнить, лишь смутно припоминая, что это была женщина. 

И что ещё более странно: Ван Бэй вспомнила, что когда она падала с лестницы, и её голова уже должна была удариться о пол, но удар словно смягчило что-то. 

Вероятно, именно поэтому её голова не сильно пострадала. Позже даже осматривавший Ван Бэй врач сказал, что, учитывая положение при падении и расположение ушибов, было настоящим чудом, что она не получила серьёзных травм. 

Ван Бэй пришлось помучиться, но, поняв, что стала жертвой призрака (вероятнее всего, тут не обошлось без духа жены хозяина виллы), она испытала лишь лёгкий страх постфактум, без какой-либо паники. 

Женщине уже доводилось встречать призраков и пострашнее, поэтому эта игра пока что не казалась такой уж невыносимой. Немного Ван Бэй радовало лишь то, что до «Ночи жатвы душ» ещё было время, а призраки, не входившие в основной сюжет, ещё не могли отнимать жизни. 

Вскоре пришли результаты обследования головы: всё было в порядке, но врач порекомендовал Ван Бэй остаться в больнице под наблюдением ещё на какое-то время. 

Однако откуда у игроков было столько свободного времени? Поэтому они всё равно настояли на выписке. 

Но перед самым уходом Ли Ли, отлучившийся в туалет, вернулся и таинственно обратился к ним: 

– Угадайте, кого я только что видел? – и серьёзно продолжил, видя, что никто не настроен на угадайку. – Только что я видел старшеклассника. Он крадучись вышел из какой-то комнаты с пакетом в руках, сейчас в четыре утра! Неудивительно, что он не открыл дверь, когда был такой шум, его просто не было в комнате. 

– Что это за комната? Ты заходил туда? – спросила Чжу Ян, поняв, что это важная новость. 

– Не смог зайти, – ответил Ли Ли. – Только хотел открыть дверь, как из туалета вернулся врач и прогнал меня. Я полагаю, старшеклассник прятался поблизости и, улучив момент, когда в комнате никого не было, украл что-то. Ещё я успел бросить взгляд на дверную табличку: кажется, там было написано «Помещение для хранения медицинских отходов», неужели он хотел украсть иглы от шприцев, чтобы колоть ими других ради мести? 

Пока игроки размышляли над этим, хозяин виллы подогнал машину. Он тоже промучился полвечера, поэтому, вернувшись домой и припарковав машину, сразу ушёл к себе в комнату отсыпаться. 

Было уже почти пять часов утра. Летом светало рано, поэтому вскоре за окном стало совсем светло. 

Вернувшись, игроки тоже упали в свои кровати, чтобы немного поспать, но около семи часов послышались звуки просыпающихся и собирающихся жильцов. 

Шум продолжался больше получаса, после чего на вилле снова воцарилась тишина. 

В это же время Чжу Ян и остальные трое, не сговариваясь, встали. Дождавшись, пока старшеклассник, оставшийся последним, уйдёт, они, пользуясь тем, что хозяин виллы ещё спит, вскрыли его комнату. 

Из-за ограды и растительности вокруг виллы освещение на первом этаже было плохим. 

Однако старшеклассник жил на втором этаже, и всё же умудрился сделать свою комнату жутко мрачной. 

Шторы в комнате были плотно задёрнуты, вещи не были разбросаны, но нагромождение старых книг создавало давящее ощущение. 

Игроки разделились и начали обыск. Разумеется, это не касалось Чжу Ян, которая была напрочь лишена командного духа и лишь жаловалась на пыль и беспорядок, наотрез отказываясь трогать что-либо грязное. 

Будь на её месте обычный человек, его бы давно вышвырнули из группы, но Ли Ли и Ван Бэй за эти несколько дней настолько привыкли к приказам Чжу Ян, что, словно мазохисты, стали воспринимать их как нечто само собой разумеющееся. 

– Тогда просто постой за дверью, – сказала девушке Ван Бэй, будучи наполовину здоровой. – Так на тебя точно пыль не попадёт, да и постоишь на страже вдруг хозяин проснётся. 

Только в итоге Чжу Ян, сложив руки на груди, просто стояла и смотрела, как остальные трудятся в поте лица! Просто смотрела! 

Поскольку нельзя было оставлять следов, искать приходилось крайне осторожно, возвращая всё на свои места. 

Поэтому прошло немало времени, прежде чем игроки откопали коробку, спрятанную глубоко в шкафу под слоями одежды. 

Троица поспешно позвали Чжу Ян, а открыв коробку, они поняли, что всё было не зря. 

На самом верху лежала фотография семьи из трёх человек. Ребёнком на ней явно был старшеклассник, но судя по его возрасту, снимок был сделан как минимум семь-восемь лет назад. 

Мужчина на фото выглядел весьма элегантно: глаза с прищуром в форме персика излучали улыбку, выдавая в нём типаж, который очень нравится женщинам. 

Женщина имела явные южноазиатские черты лица и была типичной тайской красавицей. Вероятно, это были родители У Юэ. 

Только, кроме этой фотографии, остальные вещи в коробке оказались куда менее безобидными. 

Там был свёрток с какими-то мелкими предметами. Развернув его, они увидели кучу всякого мусора: волосы, ногти, контактные линзы, пуговицы и даже чей-то зуб. 

Также там лежало несколько книг. Той жуткой книги, которую Чжу Ян видела ранее, среди них не было, но остальные старые книги были на тайском языке, а некоторые иллюстрации в них выглядели зловеще и странно. 

Чжу Ян скачала приложение-переводчик с тайского и перепечатала названия пары книг. В полученном грубом переводе мелькали ключевые слова вроде «порча» и «проклятие». 

На самом дне коробки лежал жестяной контейнер, размером со среднюю коробку из-под лунных пряников, только чуть глубже. 

Ли Ли осторожно подцепил крышку и открыл контейнер. 

Несмотря на то, что он имел немалый опыт общения с призраками, содержимое контейнера заставило волосы мужчины встать дыбом. 

Внутри лежал уже сформировавшийся человеческий плод. Он был весь синюшно-багровый, с распухшей головой и кожей тоньше бумаги. Из-за этого синяки и кровеносные сосуды проступали на нём особенно чётко. Казалось, стоит лишь подуть на плод, как эта тонкая кожа лопнет, и из неё вытечет скопившаяся кровь. 

Мёртвый плод сам по себе был зрелищем не для слабонервных, но самое жуткое заключалось в другом: глаза младенца, так и не увидевшие этот мир, и его рот, не успевший издать ни единого крика, были зашиты красной нитью. 

Чжу Ян поперхнулась, её чуть не стошнило. Девушка уже не боялась призраков, но вся эта кровавая и мерзкая плоть вызывала у неё жуткое отвращение. 

Если её раздражала отвратительная фальшивая Садако, она могла схватить стул и избить её до полусмерти.  

Но что делать с этой штукой? 

Младенец, умерший в утробе, и так уже несчастный, не буду же я срывать злость на нём? 

Заметив это, Лу Синь поспешно сунул в рот девушки какую-то конфету. Чжу Ян рефлекторно разжевала её и проглотила. Удивительно, но ей сразу стало намного легче, и чувство тошноты полностью прошло. 

– Что это такое? – с удивлением спросила она. 

– Разновидность конфет, предотвращающих тошноту, – объяснил Лу Синь. – Съешь одну, и теперь, даже если кого-то расчленят прямо у тебя на глазах, ты сможешь посмотреть всё от начала до конца, и тебя не стошнит. 

– Какая прелесть! Это игровой предмет? – поинтересовалась Чжу Ян. 

– Нет, в игре продаётся не так много предметов, – улыбнувшись, ответил Лу Синь. – Я принёс её из мира ужасов про серийного убийцу, который как-то прошёл. Это конфеты ручной работы от хозяйки магазина «Конфетный домик Синди». Тот серийный убийца всегда покупал пару упаковок перед тем, как убивать и расчленять жертв. Я тоже попробовал и, как ни странно, смог вынести их из игры. У них оказался вот такой поразительный эффект. Новичкам они полезны для повышения устойчивости к пугающим сценам, а вот опытным игрокам без надобности. 

– Так это средство от тошноты? Зачем тогда рассказывать всё в таких подробностях? – спросила Чжу Ян, и у неё дёрнулся уголок губ. 

Конфеты, которые серийный убийца ел перед резнёй, обладают подобным эффектом – до чего же иронично, – подумала она. 

Да и почему мне кажется, что этот ублюдок Лу Синь сделал это специально? – с досадой тут же подумала Чжу Ян. 

Однако, судя по имеющимся зацепкам: старшеклассник с подозрительной книгой в руках, куча книг по чёрной магии в его комнате, а также чужие личные вещи…… 

Даже если не брать в расчёт остальное, цвет волос в свёртке явно не принадлежал самому У Юэ. Плюс этот мёртвый плод, который он украл из больницы. 

Очевидно, этот пацан задумал что-то серьёзное. Во время «Ночи жатвы душ» и так будет полно призраков, а если к этому прибавится ещё и проклятие, ситуация станет куда более запутанной. 

Более того, судя по текущему положению дел, если старшеклассник собирался проклясть тех, кто над ним издевался, то вопрос о его добровольном самоубийстве через повешение становился спорным. 

Вернув всё на свои места, игроки не стали задерживаться в комнате. И действительно, стоило им выйти в коридор, как они увидели зевающего хозяина виллы, вышедшего из своей комнаты. 

Игроки притворились, что тоже только проснулись и собираются уходить, а поздоровавшись с хозяином, покинули виллу. 

Чжу Ян решила разыскать тех троих хулиганов, чтобы задать им ещё несколько вопросов, а у Ли Ли сохранились номера их телефонов. 

Однако, дозвонившись одному из хулиганов, они узнали, что один из троицы погиб. 

По слухам, парень угнал из дома мотоцикл и гонял на нём по дороге, не справившись с управлением, он врезался в едущий впереди грузовик, гружённый арматурой. 

Арматура пробила ему шею насквозь. Говорят, что после этого труп так и остался висеть на прутьях, а грузовик проехал ещё несколько сотен метров, пока перепуганные прохожие не вызвали полицию и не остановили его. 

В этой аварии парень был виноват сам, ведь он даже не достиг возраста для получения прав. 

И всё же, его семья сейчас скандалила с компанией водителя грузовика, требуя компенсации, поэтому тело ещё даже не забрали. 

Услышав эти новости, игроки переглянулись.  

Неужели проклятие уже начало действовать? 

А если прибавить к этому случай с Ван Бэй, которую посреди ночи загипнотизировал призрак, заставив упасть с лестницы, то становилось ясно: до наступления «Ночи жатвы душ» абсолютной безопасности больше не существовало. 

Вечером, когда они вернулись на виллу, учительница Цю сообщила Чжу Ян, что уже составила соглашение о разводе и больше не пустит своего без-пяти-минут-бывшего-мужа на порог. 

Женщина также попросила их вмешаться, если этот подонок посмеет устроить скандал. Чжу Ян не стала отказывать, ведь для неё это было сущим пустяком. 

После этого госпожа Цуй показала игрокам целую кучу средств самообороны, которые накупила за день. Эта девушка, осознав свою силу, словно понеслась на всех парах в совершенно новом направлении. 

Провозившись с жильцами ещё довольно долго, игроки наконец вернулись в свои комнаты, умылись и легли спать. 

Посреди ночи Чжу Ян, которая обычно спала до самого утра, проснулась из-за того, что за ужином съела что-то солёное и выпила слишком много воды. В полудрёме она встала, чтобы сходить в туалет. 

Пройдя по тёмному коридору к туалету возле раковин, она увидела стоящую там женщину. 

Женщина была в светлой вязаной кофте, полненькая и белокожая, а из-за улыбки на лице она выглядела очень доброй и дружелюбной. 

– Госпожа Чжу, идёте в туалет? – тут же улыбнулась женщина, увидев её. – Прошу прощения, туалет сломался и его ещё не починили, там очень грязно. Давайте я отведу вас на первый этаж. 

Чжу Ян кивнула. Женщина извиняюще улыбнулась и пошла вперёд, указывая путь. 

– Осторожно, здесь ступенька, – предупредила она, когда они проходили неровный участок. Я давно говорила старику Сяо поменять деревянные полы, а он вечно находит отговорки, – говорила незнакомка сама с собой. – То материалы дорогие, то закрываться на ремонт невыгодно. И где он только нашёл таких рабочих для туалета? Провозились полдня, а так ничего и не починили. 

– А вы…… кто? – спросила Чжу Ян, которая словно что-то вспомнила, слушая её монолог. 

– Ой! Вы, наверное, ещё не проснулись. Я же хозяйка виллы, сестра Цюань! – ответила женщина. – Просто днём я всё время бегаю за покупками по делам, а старик Сяо сидит на ресепшене. Вы живете здесь уже несколько дней, но почти не видели меня. 

Подумав, Чжу Ян решила, что звучит логично. В этот момент они подошли к лестнице. 

Хозяйка виллы, разговаривая с ней, вдруг оступилась, и было видно, что она вот-вот упадёт. 

На лице женщины мелькнула паника. Чжу Ян находилась в шаге позади неё и рефлекторно потянулась, чтобы схватить её. 

Однако в этот же миг Чжу Ян заметила, как выражение лица хозяйки внезапно сменилось с испуганного на жуткое. 

Это была смесь ядовитой злобы и зловещего торжества в улыбке. 

Видя, что рука Чжу Ян уже почти схватила её, хозяйка виллы приготовилась внезапно исчезнуть, чтобы молоденькая девушка провалилось в пустоту и насмерть разбилось, упав с лестницы. 

Однако всё изменилось в мгновение ока. 

Сонное и затуманенное выражение на лице Чжу Ян тоже мгновенно исчезло, вместо него появилась злая насмешка. Рука, уже протянутая наполовину, резко остановилась в воздухе. 

А после Чжу Ян с силой махнула ногой, просто спинывая с лестницы жену хозяина виллы, которая ещё не успела раствориться в воздухе. 

Её тучное тело с грохотом покатилось вниз, издавая такой шум, что даже слышать его было больно. 

Хозяйка отбила себе все кости, в её голове зазвенело, а лицо исказилось от боли. Она даже не могла встать на ноги. 

В этот момент до женщины сверху донёсся презрительный смешок. 

– Ты так долго пыталась упасть, и всё никак решалась, вот я и помогла тебе! – фыркнула Чжу Ян. 

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –