Полусгнившее тело восставшего из мёртвых упало на холодный, влажный камень кладбищенской дороги, постепенно исчезая в золотистых хлопьях света. Через тот же процесс проходило несколько других тел, лежавших неподалёку.

Молодой Игрок возвышался над ними, не выглядя хоть сколько-то уставшим или запыхавшимся. Он выглядел бодро, спокойно. Схватка с несколькими ходячими мертвецами нисколько его не утомила.

Несмотря на внешнее спокойствие, рука крепко сжимала рукоять клинка, взгляд постоянно блуждал по туманным окрестностям кладбища, а уши вслушивались в любой, даже самый незначительный шорох.

Перед глазами Владимира промелькнуло несколько уведомлений от системы, но тот не обращал на них особого внимания. Вместо этого, его взгляд оторвался от мистического тумана, сосредоточившись на лежавших на камне трупах, которые уже почти полностью исчезли в золотых хлопьях. На их месте лежала добыча – куски плоти, кости, колбы, внутри которых покоилась эссенция смерти. Как только последняя добыча появилась на месте исчезнувшего трупа, молодой Игрок подошёл чуть ближе, одной мыслью убирая выпавшие предметы в «Инвентарь».

Убирая добычу, его взгляд непроизвольно упал на черный, с едва заметным зеленоватым отливом, металл нагрудника, а также другие части доспеха – кожа, поверх которой были прикреплены разные элементы идентичного металла. Использовав «Создание» и смешав купленные материалы – кожу и «Сталь Чёрного Солнца», Владимиру удалось создать целый комплект, который по всем своим характеристикам значительно превосходил изначальный кожаный нагрудник. Помимо повышенной защиты, «Сталь Чёрного Солнца» также наделила защитное снаряжение небольшой защитой от магических атак. По мнению молодого Игрока, не совсем идеально, но вполне могло спасти ему жизнь во время битвы с магом или существом из данжей, что владело магией.

До конца отпуска, предоставленного Протекторатом, оставалось всего ничего. Вместо расслабления, молодой Игрок решил потратить оставшееся время на привыкание к новому снаряжению, а также повышению собственной силы. Именно последнее уже в который раз привело его на территорию «Кальварийского кладбища». Пока что, он встречал лишь ходячие трупы, не представлявшие для него никакой угрозы.

Хоть это и звучало как жалоба, у молодого Игрока не было никаких претензий к подобным противникам. Да, где-то в глубине сознания у него возникла мысль о встрече с кем-то посильнее. Но одновременно с этим было и понимание, что гасить простых зомби, помимо простоты, также было выгодно. Они, конечно, не давали большого количества столь важных для прокачки очков. Вместо этого, они с лихвой компенсировали это численностью, никогда не нападая в одиночку – всегда группами.

Покачав головой и отогнав любые мысли, мешавшие ему сосредоточиться, Владимир обратил свой взор вперёд, на дорогу, выложенную камнем. Это был самый очевидный путь, однако, ничто не мешало ему попросту свернуть с дороги и начать идти по земле, сквозь десятки заброшенных захоронений. Однако молодой Игрок не стал этого делать, предпочтя идти по дороге. Идти вдоль захоронений было опасно – в любой момент его могли окружить зомби, и насколько сильным он бы не стал, как и в случае с кобольдами, его бы попросту завалили бы телами. Поэтому, несмотря на едва заметное нежелание, Владимир выбрал более простой, и что главное, безопасный маршрут.

Он медленно шёл, всматриваясь в туман, постоянно укрывавшим кладбище, вслушиваясь в любой, едва заметный шум. Однако, единственным, что он слышал, были лёгкий звон металла и его собственное дыхание. Кроме этого, в данже царила нервирующая, смертельная тишина, даже ветер не дул.

И вот, через какое-то время, словно повинуясь велению свыше, туман отступил. Лишь на пару метров. Не полностью, словно делал это неохотно. Взору Владимира открылся небольшой открытый участок пространства. Он был значительно больше узкой каменной дорожки, здесь запросто мог стоять не один десяток разумных. Причина расширенного пространства также показалась молодому Игроку на глаза – заброшенный костёл.

Превращение кладбища в данж не было добрым к небольшому оплоту веры – отсутствие должного ухода превратило строение в развалюху, которая, судя по всему, держалась на одной лишь вере.

Несмотря на то, что он уже не раз проходил мимо этого строения, на этот раз что-то заставило его остановиться. Он замер в нескольких шагах от входа в костёл, уставившись на здание. Всё тело непроизвольно замерло в напряжении, хватка на рукояти клинка усилилась.

Всё изменилось в одно мгновение. *ДОНННН*. Тяжёлый, низкий, похоронный звон колокола раздался откуда-то сверху. Он ударил один-единственный раз, вызвав неожиданный, короткий порыв ветра, ударившего в лицо. Не успел звон утихнуть, как раздался ещё один удар. *ДОННН*. Неподалёку, совсем рядом, игрок смог уловить ещё один шум. Негромкий, разрывающийся, чавкающий. Обернувшись, он с удивлением заметил мистический туман, который отступил ещё дальше, словно специально для того, чтобы молодой Игрок смог увидеть происходящее. Земля в нескольких могилах начала шевелиться. Сначала едва дёрнулась, а после из неё вырвались руки - мертвенно бледные, грязные, с обнажёнными костями. *ДОННН*. Третий удар, с которым из-под земли вылезло несколько ходячих мертвецов.

Проследив за звуком колокола, взор молодого Игрока обратился на самую вершину заброшенного костёла. Звон был оттуда. Однако, причина звона, как бы он ни всматривался, оставалась для него неясной. Единственное, что он мог сказать наверняка – ему нужно было подняться наверх.

*ДОННН*. Из могил вылезло ещё несколько зомби. Но Игрок лишь мельком обратил на них внимание, вместо этого потратив несколько секунд на то, чтобы посмотреть на самую вершину костёла.

Наконец-то обернувшись, Владимир заметил, что нежить начала приближаться к нему. Мгновенно, клинок покинул ножны, а в свободной руке возник магический круг, из которого через несколько мгновений вылетел «Снаряд блестящих камней», достаточно сильный, чтобы вырвать кусок гнилой плоти из ближайшего мертвеца, даже задев ещё один оживший труп, стоявший позади.

Несмотря на то, что для обычного человека подобное ранение было бы смертельным, восставший из мёртвых продолжил неуклюже приближаться к Владимиру, как ни в чём не бывало. Игрок не стал медлить и ждать, пока мертвеца завалят его толпой. Стремительным рывком, клинок вгрызся в шею ближайшего мертвеца, в следующее же мгновение начисто отрубив тому голову. Обезглавленное тело дёрнулось, после чего начало падать на землю, постепенно исчезая в хлопьях света.

В течении нескольких секунд, Владимиру удалось разобраться с ещё одним мертвецом, чьё тело также постепенно исчезало. Однако парень вовсе не выглядел довольным. Взгляд его сузившихся глаз на мгновение метнулся в пустоту, туда, где обычно должно было появиться уведомление от системы о присуждении очков. Оно не появилось ни при убийстве первого мертвеца, ни при умерщвлении второго. Когда же заклинанием он оторвал голову третьему зомби, так и не получив уведомления, его разум начал метаться в догадках, тем не менее, почти тут же найдя ответ.

«Колокол», - подумал Игрок. Именно он и поднял эту нежить из могил. Обычные зомби встали бы сами по себе, им не было нужды слышать звон колокола. А значит, если он хотел покончить с ними, прежде всего необходимо разобраться с первопричиной. Звоном. Точнее, тем, кто или что его вызвал.

Наметив в голове приблизительный план действий, молодой Игрок развернулся, рывком увеличивая расстояние между собой и зомби, одновременно с этим приближаясь ко входу в костёл. В несколько мгновений сократив расстояние, парень почти влетел в костёл. Схватившись за хлипкое, полугнилое дерево, он потянул его на себя, закрывая вход в костёл.

Закрыв двери костёла на засов, Владимир был уверен, что, по крайней мере, на какое-то время, это задержит мертвецов снаружи. Отвернувшись от двери, его встретил вид запущенного храма. Гнилые скамейки, которые лишь каким-то чудом остались стоять на месте. Некогда девственно белые стены пожелтели от времени, заполнились плесенью и грибком, покрылись многочисленными трещинами. Алтарь, главная часть любого храма, некогда явно обладавший своеобразным очарованием, превратился в труху.

Потратив несколько мгновений на осмотр, молодой Игрок двинулся к разрушенному алтарю, одновременно с этим осматривая помещение в поисках лестницы. Искать долго не пришлось – по обе стороны от алтаря расположились чудом уцелевшие и стоявшие на месте двери.

Владимир толкнул ближайшую к нему дверь. Петли громко, протяжно заскрипели в знак протеста, но тем не менее, выполнили свою работу. За дверью показался узенький коридор, в самом конце которого расположилась винтовая лестница, ведущая наверх.

Пока он аккуратно поднимался по на удивление хорошо сохранившейся лестнице, его рука крепко сжимала рукоять клинка. Несмотря на то, что лестница была небольшой, не больше двух десятков ступенек, для Владимира эти двадцать ступенек казались вечностью. Но вот, он наконец-то переступил через последнюю ступень, оказавшись на втором этаже костёла – колокольне.

Помещение не представляло особого интереса – оно было абсолютно пустым, если не считать огромного колокола, висевшего в самом центре помещения. По крайне мере, так наверняка было, когда костёл всё ещё работал. Теперь же, облупленные стены колокольни были исцарапаны непонятными каракулями и символами. Но больше, нежели непонятные надписи, внимание Игрока привлекла одинокая фигура, стоявшая прямо под колоколом.

Первое, что бросалось в глаза – две толстые, проржавевшие цепи, которые тянулись от языка колокола прямиком к фигуре, словно сковывая её. Следующим шли «одеяния» фигуры – истлевшая, рваная тряпка блекло-красного цвета, когда-то явно бывшая робой священника, ныне же превратившаяся в тряпьё. Потом, в глаза Игрока бросилась неестественная худоба, стройность одиноко стоявшей фигуры.

В одно мгновение раздалась жуткая, крайне неприятная симфония звуков – треск костей и резкий звон цепей. Язычок колокола едва заметно дергался. Фигура в истлевшей робе медленно поднималась с пола, одновременно с этим поворачиваясь к Игроку, словно чувствуя, где он был.

И вот, взгляд серых глаз живого человека встретился с пустыми глазницами абсолютно гладкого человеческого черепа. Два таких разных существа, одно живое, другое – мёртвое, смотрели на друга несколько мгновений. Тут, неожиданно для Игрока, в пустых глазницах скелета вспыхнуло два голубых, мертвенно-бледных огонька.

Окончательно встав, нежить подняла свои костлявые руки. Именно в этот момент Игрок увидел откуда тянулись тяжёлые цепи. Они, словно змеи, обвивали его руки, тянувшись к язычку колокола.

Повернув череп, на мгновение забыв о человеке, скелет сосредоточил взгляд на колоколе. Пускай Игрок не мог этого видеть, но при виде колокола, а также двух толстых цепей, обвивших его руки, мертвенно-бледная голубизна в пустых глазницах разгорелась сильнее, ярче.

Он резко дернул руками. Цепи взмылись волной, язычок двинулся в сторону, ударившись о стенку. *ДОННН* От силы звона, в воздух поднялось облако пыли.

Сквозь пыль, что ограничивала зрение, молодой Игрок увидел, как него уставилось два факела бледной голубизны.