«Может быть, я смогу использовать ее как "мост"...» — едва эта мысль промелькнула в голове Клейна, как его правая рука уже схватила темно-золотую брошь в форме солнечной птицы.

В то же время он закрутил свою духовную энергию, словно водоворот, притягивая приведенную в движение силу таинственного пространства и вливая ее в Брошь Солнца мощным, как прилив, потоком.

Густой серый туман задрожал еще сильнее. Крошечные частицы чистого света переплелись, закрутились и устремились к Клейну, слившись с его духовной энергией воедино.

Темно-золотая брошь в виде солнечной птицы засияла ослепительным блеском. Свечение становилось все ярче и гуще, конденсируясь в золотистые полупрозрачные капли.

Эти капли стремительно сливались друг с другом, образуя человеческую фигуру ростом с Клейна. От этого золотого силуэта ясно веяло святостью!

«Сработало… Силы более высокого уровня позволяют созданной святой воде Солнца приблизиться к божественному дару!» — сердце Клейна наполнилось радостью. Он снова перевел взгляд на багровую звезду, символизирующую [Солнце], на фигуру, ожидающую постепенного соединения с великим существованием.

Что же касается того, что золотистая святая вода Солнца сконденсировалась в священную человеческую фигуру, это произошло не из-за аномалии, вызванной Брошью Солнца, а из-за идеи, невольно возникшей у Клейна.

На этом этапе он уже мог заставить эту золотую фигуру шагнуть вперед, пройти через иллюзорную багровую звезду, соединиться с [Солнышком] в ритуале причащения и изгнать скрытого в его теле гадкого призрака, а также передать ему определенные знания и духовный опыт.

Однако Клейн все еще не был уверен.

Пробужденные силы таинственного пространства над серым туманом явно превосходили по уровню его собственную духовную энергию, из-за этого он не мог управлять ими обоими достаточно свободно. Образовавшаяся в результате их слияния золотая фигура обладала неоднородной, хаотичной, несбалансированной и неестественной силой. Если использовать ее в таком виде, эффект составит не 10 % от ожидаемого.

А тот Амон, предположительно, являлся потомком Древнего Бога Солнца, выходцем из семьи богохульников времен империи Тюдоров Четвертой Эпохи. И даже если это было не истинное тело, он уже успешно обманул Охотника на демонов высокой Последовательности и мощный артефакт, поддерживающий существование Города Серебра. Полагаясь лишь на 10 % силы, Клейн действительно не был уверен в успехе.

Изначально он планировал просто попробовать. Если не получится, он бы временно заблокировал [Солнышко] и восстановил связь только после того, как найдет лучшее решение.

Но теперь, зайдя так далеко, Клейн, естественно, хотел сделать все в лучшем виде и добиться успеха с первой попытки.

«Когда долго притворяешься [Шутом], близким к божеству, все-таки становишься немного гордым и хочешь сохранить лицо...» — с самоиронией подумал он, надеясь в последний момент найти способ усилить очищающий эффект золотой фигуры.

«Правда, у меня есть лишь несколько секунд, иначе ритуал закончится...» — взгляд Клейна снова скользнул по предметам, лежащим на длинном бронзовом столе, а в голове крутились слова «высокий уровень» и «высокий статус».

Руководствуясь интуицией Провидца, он задержал взгляд на одном предмете:

Богохульной Карте Черного Императора!

Среди всех предметов, которыми владел Клейн, только она соответствовала словам «высокий уровень» и «высокий статус»!

Что касается медного свистка Азика, Клейн отчетливо помнил, что тогда, в охранной компании «Терновник» при столкновении с отродьем Злого Бога, он был полностью подавлен.

«Однако "высокий уровень" и "высокий статус" Карты Черного Императора заключаются в знаниях внутри нее... Хотя нет, после того, как обладатель достигает высокой Последовательности, она сама может устанавливать тонкую связь с нужными потусторонними материалами. Кроме того, она обладает свойствами анти-гадания и анти-прорицания... Это значит, что и ее собственный "статус" отнюдь не низок...  Мне не нужно использовать ее для боя, достаточно лишь воспользоваться ее "высоким статусом", чтобы подавить потревоженную силу этого таинственного пространства над серым туманом и свести к минимуму неоднородность, хаотичность, несбалансированность и неестественность золотой фигуры!» 

Клейн быстро пришел к решению проблемы и протянул руку к лежащей рубашкой вверх Карте Черного Императора.

И в этот момент краем глаза он заметил сцену, повергшую его в ужас:

Прямо внутри призрачной фигуры [Солнца], очерченной иллюзорным светом багровой звезды, иссохшая до кожи и костей рука резко вытянулась вперед. Она медленно, но неуклонно тянулась к границе багровой звезды, будто хотела проникнуть сквозь реальность в мир по ту сторону.

Этот Амон пытался при помощи образовавшейся мистической связи раздвинуть границы багровой звезды, чтобы сквозь нее просунуть руку в пространство над серым туманом!

Ву-у-у!

Бескрайний серый туман, казалось, впервые столь сильно содрогнулся. Прежние потоки энергии обернулись волнами, что, подобно яростному шторму, осаждали стены дворца.

Зрачки Клейна сузились. Он больше не колебался и быстро схватил Карту Черного Императора.

Как только этот предмет оказался у него в руке, он сразу же почувствовал, что его собственная духовная энергия больше не прогибается под пришедшими в движение силами таинственного пространства.

Внезапно золотая фигура стала необычайно высокой. За ее спиной выросли одна за другой пары огромных черных как смоль крыльев – целых двенадцать пар!

И на каждом крыле были перья, на которых в переплетении света и тьмы были выгравированы многочисленные таинственные символы.

Золото и черный цвет создавали яркий контраст. Эта гигантская фигура, повинуясь воле Клейна, расправила пары крыльев, заслонив собой широкий купол величественного дворца.

Беззвучно эта священная и одновременно падшая, светлая и темная фигура метнулась вперед и слилась с [Солнышком], которого очерчивал свет багровой звезды!

Свет и тень переплелись, яростный ветер вырвался наружу. Иссохшая рука, лишенная плоти и крови, состоящая только из кожи и костей, неудержимо отпрянула назад, но отступать не желала.

Она была похожа на человека, падающего в пропасть, который сумел схватиться за спасительный выступ и теперь не желает отпускать его даже под страхом смерти.

Ву-у-у!

В иллюзорном и сложном звуке свет и тьма окончательно взорвались. Иссохшая рука наконец потеряла «точку опоры» и резко отлетела назад и вниз, одновременно распадаясь и исчезая.

Спустя всего несколько секунд серый туман и таинственное пространство над ним полностью вернулись в состояние покоя, словно здесь не ступала нога человека на протяжении миллионов лет.

Клейн присмотрелся: на размытой фигуре [Солнышка] больше не было того искаженного, иллюзорного и жуткого существа, обвивавшего его.

— Фу-ухх… — он не сдержал вздоха облегчения, а затем материализовал изображения «до» и «после», бросив их в фигуру [Солнышка], очерченную багровым светом, чтобы тот сам осознал, что только что произошло.

***

Город Серебра. В доме Бергов.

[Солнце] Деррик почувствовал, что одновременно находится в сознании и в трансе.

Ему казалось, что он видит фигуры, форму которых невозможно описать, видит сияние разных цветов, содержащее бесконечные знания, видит величественную и огромную золотую человеческую фигуру, взирающую на все сверху вниз.

Эта фигура стояла в густом сером тумане рядом с мистером [Шутом], а за ее спиной было двенадцать пар огромных таинственных черных крыльев.

Незаметно для себя Деррик почувствовал, что соединился с этой фигурой, в которой резко контрастировали золото и чернота. Его тело и разум не только наполнились теплом и чистотой, словно он постиг, что такое солнечный свет, но он также напрямую получил знания о том, как создавать святую воду и как изгонять злых духов.

Сюда входили и некоторые образы, которые он не мог понять, например, возвышающийся скрытый мавзолей в форме пирамиды.

Этот чудесный духовный опыт опьянил Деррика. Он словно вернулся в самое беззаботное время своего детства, перенесся в воображаемую землю, озаренную солнцем. Лишь когда все исчезло и перед его глазами появилась простая мебель его комнаты, он пришел в себя.

«Это и есть ритуал причащения, о котором говорится в учебниках… За более чем две тысячи лет в Городе Серебра ни один человек не добился успеха, ни один не смог вступить в контакт с великим существованием…» — в этот момент подавленность и одиночество Деррика значительно уменьшились, а на его лице появилась искренняя улыбка.

«Так называемый эксперимент мистера [Шута] заключался в том, чтобы проверить, можно ли в условиях нашего Города Серебра завершить ритуал причащения? А многочисленные знания и чудесные ощущения – это награда, которую Он мне даровал?» — Деррик снова склонил голову и с величайшим почтением произнес:

— Благодарю вас, мистер [Шут]!

В этот момент перед его глазами снова заклубился серый туман. В центре тумана возвышался стул с высокой спинкой, на котором непринужденно восседал [Шут].

Затем Деррик увидел себя самого – себя, окутанного прозрачной, иллюзорной фигурой.

Эта фигура была одета в черную классическую мантию и остроконечную шляпу того же цвета, в правом глазу у нее сидел хрустальный монокль, и она, словно удав, обвивала все его тело!

«Это же… Амон жив?! Он смог скрыться от артефактов и внимания Главы, паразитируя в моем духовном теле!» — глаза Деррика резко расширились, но тут же он увидел себя нынешнего – себя, больше не обвитого Амоном.

«Мистер [Шут] заметил его и прикончил?» — сердце [Солнца] Деррика вернулось на место. Его лоб покрылся холодным потом от пережитого страха, а на лице невольно отразилось благоговение.

Он непроизвольно произнес слова, описанные в курсе мифологии:

— Хвала Тебе, великий мистер [Шут]!

***

Где-то в глубине тьмы. Вспышка молнии рассекла небо, осветив окрестности.

Это была изрезанная оврагами равнина, где бесцельно бродил темно-синий одноглазый великан.

Его взгляд был пуст, лицо испещрено гноящимися следами разложения, а из тела постоянно выходил серо-желтый газ, сплетавшийся в небе в клочья облаков.

А у его ног, на краю самого глубокого ущелья этой равнины, стояла человеческая фигура и смотрела вниз.

При свете молнии на дне ущелья смутно виднелось массивное, широкое светло-серое строение.

Человек был одет в черную классическую мантию и остроконечную шляпу того же цвета. У него были черные кудрявые волосы, черные глаза, широкий лоб и худые щеки – точь-в-точь как у призрака, которого видел Деррик Берг.

Он поднял руку, поправил хрустальный монокль и повернул голову влево, глядя куда-то вдаль.

— Ожидаемый исход… — внезапно прошептал он на древнем фейсаке.

Сделав паузу, этот человек скривил губы в улыбке и произнес одно слово:

— [Шут]...

Не успел он закончить фразу, как уже шагнул в пропасть перед собой.

В этот момент молнии на секунду утихли, и тьма вновь поглотила этот мир.

***

Устранив смертельную угрозу, Клейн вернулся в реальный мир и с новой силой ощутил насущную необходимость повышения своей Последовательности.

Клейн распахнул дверь уборной и, погруженный в раздумья, спустился на первый этаж.

________________

Под наблюдением