Глава 7
Веленское болото чавкало под копытами, выделяющими ядовитые испарения. Кайлас ехал следом за Геральтом, старый сосед тот факт, что его сапоги уже покрылись слоем жирной субстанции, которую в этом мире гордо называли дорогой.
— Слушай, ведьмак, — Кайлас нарушил тишину, когда они углубились в лес. — Мы тут по колено в дерьме лазаем ради этой девчонки... Цири. Давай колись, что в ней такого особенного? Кроме того, за ее поиски Барон готов кормить нашу половину своей истории.
Геральт натянул повод Плотвы, не оборачиваясь.
— Она мне как дочь, Кайлас. И она в большой опасности. За ней охотится Дикая Охота — призрачные всадники из другого мира. Если они ее схватят, это будет концом не только для нее.
— Дикая Охота? — Кайлас хмыкнул, и в его глазах промелькнул знакомый хищный огонек. — Призраки на конях? Парень, я в его мире такими «всадниками апокалипсиса» пачками на завтрак ел. Если они из другого мира, значит, они такие же туристы, как и я. Только я тут «честно» отдыхаю, а они беспределят.
Он перекинул ногу через луку седла, устраивая поудобнее, пока конь медленно брел по тропе.
— То есть, она — твоя воспитанница. И она, как я понял из рассказов о том, что Алкаша-Барона, тоже не касалась деланной. Мечом мачет, монстров режет... — задумался Кайлас. — «Значит, девчонка с характером. И за ней гоняется целая армия мертвяков. Прямо классика. Только вот Геральт за ней готов глотку перегрызть, а я... я просто иду рядом. Пока что».
— Она необычная, — добавил Геральт после долгой паузы. — В ней течет Старшая Кровь. Она может открыть порталы между мирами.
Кайлас чуть не свалился с лошадью от неожиданности.
— Порталы? — он резко выпрямился. — То есть, она может прыгать из одного мира в другой по ученому писанию? Сука... Геральт, так она же — мой билет обратно! Или хотя бы способ разобраться, какую хрен меня сюда выкинуло за одну «секунду»!
Он хлопнул себя по колену, и звук эхом разнесся по затихшему лесу.
— Теперь я в деле на все сто процентов. Если эта девчонка — ключ к пространству, я ее из-под земли достану. И никакой «Кровавый Барон» или призрачные ковбои мне не мешают. Я ее защищу просто из солидарности с коллегами по межпространственным прыжкам.
Геральт наконец обернулся и посмотрел на Кайласа — серьезно, без тени иронии.
— Она не «билет», Кайлас. Она человек. Помни об этом.
— Да помню я, помню, — Кайлас махнул рукой. — Я же сказал, я теперь честный. Я буду использовать ее не как деревянную, а как другую. Но сначала нам нужно вытрясти из этого ворожея, куда делись бабы Барона.
В этот момент лес впереди подозрительно затих. Кайлас замер, его внутренний радар зафиксировал резкое возмущение пространства.
— Геральт, тормози, — Кайлас спрыгнул с коня, и земля под его ногами глухо отозвалась на его истинный вес. — Похоже, твоя «Дикая Охота» прислала нам комитет на встречу. Или это просто местные утопцы решили, что мы вкусно пахнем.
Из кустов впереди начали вылезать костлявые фигуры, окутанные трупным смрадом. Но это были не утопцы. Что-то более быстрое и злое.
— Гнильцы, — вытаскивают серебряный меч Геральт. — Осторожно, они взрываются перед смертью.
— Взрываются? — Кайлас оскалился, вытягивая руку вперед, и вокруг его ладони начал закручиваться серебристый вихрь. — Обожаю фейерверки. Отойди-ка, ведьмак. Дай я проверю, как работает мой «Кинетический Поглотитель» в условиях местной экологии. Покажу им, что такое — настоящий взрыв давления
Кайлас даже не потянулся к оружию. В этом не было смысла — после того, как «купол» полетел, он чувствовал движение каждой молекулы воздуха. Для него эти гнильцы двигались так медленно, словно плыли в киселе.
— Поиграем в «бейсбол», — хищно прошептал Кайлас.
Когда первый гнилец, раздутый от трупных газов и злобы, прыгнул в сторону Геральта, Кайлас просто выставил ладонь. Воздух перед ним на мгновение сгустился до состояния прозрачной стены.
— Пошел нахер! — рявкнул эльф, делая резкий толчок рукой.
Раздался глухой хлопок, как от взрыва петарды в бочке. Гнильца отшвырнуло назад с такой силой, что он пролетел метров десять, врезался в своего сородича, и оба они сдетонировали. Фонтан ошметков и едкой слизи разлетелись во все стороны, но Кайлас даже не шелохнулся — серебристая пленка барьера вокруг него, а Геральта просто испарила всё, что летело в их сторону.
— Эй, костлявые! — Кайлас начал весело шагать прямо на оставшуюся толпу монстров. — Кто следующий хочет стать мировым сообществом?
Он не просто бил их. Он поймал их динамическим захватом в воздухе, запустил зависнуть на секунду, а потом с диким хохотом вбивал одно гнильца в другое место, вызывая цепную реакцию взрывов. Болото затряслось. Деревья вокруг гнулись от ударных волн, которые вызвал эльф.
Геральт, так и не пронесший ни одного удара, просто стоял рядом, опустив меч. Он смотрел, как Кайлас, матерясь и разглядывая невидимые оплеухи, за минуту зачистил целую поляну.
— Ты закончил? — сухо спросил ведьмак, когда последняя вещь гнильца шлепнулась в трясину далеко в лесу.
— А? Да, вроде всё, — Кайлас выдохнул, его глаза начали постепенно светиться серебром. — Слушай, Геральт, а они забавные. Прям как живые гранаты. Только воят хуже.
Эльф обернулся ведьмаку, и на его лице снова появилось самое выражение искреннего разочарования.
— Знаешь, о чем я сейчас думаю? Опять этот Данзо в голову полез. Если бы у него в подчинении были такие взрывоопасные твари, он бы точно придумал, как засунуть их кому-нибудь в задницу ради высшего блага Конохи. Сука, какой же он всё-таки пидорас.
Геральт только потер переносицу.
— Я не знаю ни одного Данзо, ни одной Конохи, и, честно говоря, после твоего «бейсбола» я рад, что мы на одной стороне. По коням. Ворожей не жди, любит, а шум твоих взрывов наверняка слышен до самых Врониц.
Они двинулись дальше. Кайлас ехал, насвистывая какой-то мотивчик и чувствуя себя подозрительно хорошо.
— «А ведь Геральт прав», — думал он. — «Цири — это не просто билет. Это шанс. Но если Дикая Охота — это такие же уроды, как гнильцы, только в множестве... то им очень, очень не повезло, что я в этом мире «проснулся»».
Вскоре среди деревьев показалась покосившаяся хижина, обвешанная черепами животных и пучками сушеных трав. На пороге стоял старик с безумными глазами, прижимая к себе неуверенную козу.
— Ворожей, — констатировал Геральт.
— А коза-то ему зачем? — вслух прошептал Кайлас, подозрительно сощурившись. — Надеюсь, это не то, о чем я думал. Если он еще один «пидорас» в моей коллекции, я его вместе с этой избушкой в космос запущу.
Кайлас спрыгнул с лошади, и почва под его сапогами жалобно чавкнула. Он скрестил руки на груди, скептически разглядывая старика, который работал с козой так, будто это была как минимум принцесса в изгнании.
— Слушай, папаша, — начал Кайлас, не ожидая, пока Геральт закончит свои ведьмачьи вести. — У нас к тебе дело государственной важности. Про бабу Барона и его дочку слышал? Нам нужны ответы, и желательно без загадок про кости и духовность.
Ворожей даже не взглянул на Кайласа. Он продолжал гладить козу по морде, его глаза блуждали где-то в районе крон деревьев.
— Духи молчат... — проскрипел старик. — Княжна волнуется. Княжна подумала... она не может говорить, когда в лесу бродят такие тяжелые тени.
Геральт понял и сделал шаг вперед.
— Нам нужно узнать, где Анна и Тамара. Барон сказал: ты им виноват.
— Помогал... оберегал... — Ворожей внезапно вскинул голову и в упор посмотрел на Кайласа. — Ты! В тебе нет общества в этом мире. Ты — как камень, упавший с неба, который забыл, что он камень. Но ты распугал мои духовки. Княжна убежала! Она боится твоего серебряного шума в голове!
Кайлас обернулся. Действительно, коза, воспользовавшись моментом, когда старик отвлекся на «серебряный шум», ворвалась в кусты с такой скоростью, словно за ней врезался сам дьявол.
— Ну охуеть теперь, — Кайлас потер лоб. — То есть, пока мы не найдем твою рогатую подругу, ты нам ничего не скажешь? Геральт, скажи мне, что мы не будем сейчас строить болотам за козой. У меня в инвентаре магия пространства, я фрагмент бога сожрал, я гнильцов в лепешку хлопал... и теперь я должен работать пастухом?
Геральт посмотрел на него фирменным «я-же-говорил-что-тут-всё-через-задницу» взглядом.
— Без Ворожея мы не знаем, что случилось в ту ночь. Иди поищи ее с той стороны, а я посмотрю здесь. У тебя чутье на движение... используй его.
— «Использовать магию высшего порядка, чтобы найти козу...» — Кайлас яростно сплюнул и зашагал в заросли папоротника. — «Данзо точно был бы в восторге от такого унижения. Пиздатый эльф на службе у козлиного дедушки. Честно говоря, если я ее найду, и она на меня блеет — я ее лично на шашлык пущу, а деду скажу, что так и было».
Он углубился в лес, раздраженно раздвигая кусты. Чтобы ускорить процесс, Кайлас закрыл глаза и издал тонкую волну вибрации земли.
— Так, — прошептал он. — Дрожание земли... четыре копыта... сердцебиение обычное... Ага, вот ты где, тварь рогатая.
Он увидел Княжну за густыми кустами малины. Коза стояла и меланхолично жевала какой-то листок, совершенно не осознавая, что за ней охотится Существо, способное схлопнуть горизонт событий.
— Слышь, Княжна, — объявил Кайлас на поляну, стараясь говорить «дружелюбно», хотя его голос всё равно звучал как скрежет тектонических плит. — Пошли по-хорошему. У нас там дела, барон, Геральт носом ведет, а я начинаю терять остатки терпения. Если ты сейчас же не пойдешь со мной к своему поехавшему деду, я применю к тебе гравитационное лассо, и ты полетишь до избушки со скоростью звука. Поняла?
Коза подняла голову, посмотрела на Кайласа своими прямоугольными зрачками и... громко, издевательски блеяла прямо ему в лицо.
— Ах ты ж... — Кайлас замер, его кусочки сжались. — Ты только что меня управляла? На его козлином языке?
Он сделал шаг вперед, но тут его «радар» зафиксировал движение. Из-за деревьев, привлеченный блеянием Княжны, начал выходить медведь. Огромный, облезлый веленский медведь-людоед, явно не нуждающийся в витаминах.
— О, — оскалился Кайлас. — Наконец-то нормальная цель. Гляди, коза, сейчас я тебе покажу, почему со мной лучше дружить.
Кайлас ухмыльнулся, глядя на изображающегося медведя. Это был идеальный способ показать козе, кто здесь главный, и при этом не тратить силы на бессмысленную рубку.
— Ты думаешь, я только швыряться умею? — прорычал Кайлас, обращаясь скорее к Княжне, чем к медведю. — Смотри и учись, как общаться с природой.
Он вытянул руку вперед. Воздух вокруг его ладони начал дрожать, но это было не агрессивное гравитационное давление. Из пальцев Кайласа потек тонкий серебристый поток, который окутал медведя. Это не было человеком в обычном понимании — это был чистый поток намерения, преобразованный через его связь с Пространством. Кайлас не мог управлять окружающей средой, как друид, но он мог влиять на восприятие.
В голове медведя внезапно вспыхнула яркая, теплая мысль: «Друг. Сильный друг. Защитник. С ним безопасно. Ему нужно помочь. Он добрый. Он пахнет... грибами и силой».
Медведь, который секунду назад готовился разорвать эльфа в клочья, внезапно остановился. Его глаза, налитые кровью, смягчились, и он с недоумением посмотрел на Кайласа, а затем на козу. В его зверином положении Кайлас стал не угрозой, а неожиданным и очень авторитетным лидером.
— Ну, что, дружок? — Кайлас подошел к зверю, похлопав его по тихой, мохнатой лапе. — Не хочешь помочь старому другу донести его... козу?
Медведь тихо зарычал, но уже без агрессии. Он послушно присел, ожидая описаний. Кайлас, торжественно оглядываясь на оторопевшего Княжну, схватил ее за рога и аккуратно усадил на спину медведю. Коза, которая должна была блеять от ужаса, внезапно затихла, почувствовав отход от зверской дружелюбия.
— Так, Княжна, — подмигнул Кайлас. — Чувствуешь разницу? Я не просто сильный. Я умею договариваться. И вот так, с комфортом, мы доедем до твоего деда.
Он сам ловко запрыгнул на спину медведю, устроившись за козой.
— Вперед, дружище! К хижине! — командовал Кайлас, и медведь, рыкнув, двинулся по болоту, стараясь быть максимально аккуратным.
Когда Геральт увидел, как из зарослей выходит Кайлас верховом на Медведе, который рабски вез на своем спине Княжну, ведьмак просто замер. Его челюсть отвисла, глаза расширились от неверия.
— Что... что это за чертовщина?! — пробормотал он.
— А, Геральт! — Кайлас весело помахал рукой с медведя. — Я же говорил, что умею договариваться с природой. Он не смог ее уговорить, зато уговорил его. Смотри, какой славный малый. И козу довезет, и нам путь расчистит. Намного более уверенно, чем идти по твоему болоту. Ну что, дедушка? Сюрприз! Твоя Княжна вернулась на элитном транспорте.
Ворожей на пороге Джинхи уронил свой посох. Его глаза, и без того безумные, расширились до предела, когда он увидел своего рода верхом на медведе-людоеде, который нежно носил его любимую козу.
— Ты... ты... — Ворожей заикался, указывая пальцем на Кайласа. — Ты приручил духа леса! Ты... ты несешь порядок в хаосе, чужак!
— Порядок — это мое второе имя, — гордо заявил Кайлас, слезая с медведя, который тут же начал тереться головой о его ногу, как бы преданный пес. — Теперь, когда Княжна на месте, может, перейдём к делу? Или ты хочешь, чтобы мой новый друг порычал на тебя для ясности?
Ворожей, не сводя глаз с медведя, который теперь мирно вылизывал лапу у ног Кайласа, попятился к дверям своей хижины. Его руки дрожали, а в безумных глазах читался первобытный ужас, смешанный с благоговением.
— Духи... они не просто молчат, они преклоняются, — прошептал старик, заглатывая воздух. — Ты притащил в мой лес силу, которой здесь нет места. Княжна дома... Княжна цела. Я скажу, ведьмак. Всё скажу. Не опускай на меня этого зверя.
Кайлас победно ухмыльнулся, похлопав медведя по загривке.
— Вот видишь, Геральт? Честность и правильный выбор транспорта творят чудеса. Давай, дедушка, рассказывай о Бароне и его семье.
Ворожей заговорил быстро, захлебываясь словами. Он про темную ночь, про Анну, которая сбежала к нему в защиту от мужа, рассказал, и про то, как она была беременна. Но самое жуткое событие произошло, когда президент выкидыш.
— Барон не знает... он думал, они просто ушли. Но там была кровь, много крови. Несчастное дитя, не нашедшее утро. Оно стало Игошей — проклятым плодом, который сосет кровь из беременных и не дает жизни в живых. Анна и Тамара убежали, но за ними гнались не только люди Барона, но и лесные силы.
— Игоша? — Геральт помрачнел, его рука непроизвольно легла на серебряный меч. — Значит, у Барона под порогом зарыт монстр.
— «Игоша...» — Кайлас почувствовал, как по спине пробежал холодок. — «Опять какая-то некромантская херня. Родился мертвым, стал чудищем... В моем мире мы бы просто упокоили его хорошим взрывом маны, но тут, похоже, все сложнее. Барон — ты реально конченый, если довел бабу до такого».
Ворожей закончил рассказ, показав, что Тамару и Анну увлекли «темные силы», и что Барону нужно признать свои грехи, если он хочет их вернуть.
— Ну что, Шерлок, — Кайлас повернулась к Геральту. — Едем обратно во Вроницы? Нам нужно серьезно поговорить с твоим Кровавым другом. У него под крыльцом происходят результаты его пьяных дебошей, и я честно не собираюсь это терпеть.
Геральт внешне, его лицо было суровым, как никогда.
— Нам следует провести обряд. Либо убил Игошу, либо превратил его в Чуру — духа-хранителя дома. Но для этого барон должен признать ребенка своим.
— Обряды, духи-хранители... — Кайлас запрыгнул на медведя. — Ладно, я в самом деле. Если этот алкаш начнет отпираться, мой новый мохнатый друг напомнит ему о правилах хорошего тона.
Геральт посмотрел на Кайласа, сидящего на медведе.
— Ты же не потащишь медведя в замок?
— А почему нет? — Кайлас искренне удивился. — Он — мой свидетель. И вообще, мне лень пересаживаться на лошадь, этот парень идет мягче. Не ссы, Геральт, если что — я скажу, что это мой новый экзотический коврик, который просто временно ожил.
Они выдвинулись обратно в замку. Кайлас поехал на медведе, погрузившись в свои мысли. Снятый «купол» эмоций задал ему чувство искренней злости на Барона. Ему хотелось не просто решить квест, а лучше этого человека почувствовать всю тяжесть содеянного.
