18+ | Предназначено для личного ознакомления и не является пропагандой.

Запрещено копировать и распространять в любых форматах (DOC, PDF, FB2 и т.д.) Лица, нарушившие этот запрет, несут полную ответственность за свои действия и их последствия.

Проект: Bestiya

▬▬▬▬▬||★||▬▬▬▬▬

Банкет в честь восьмидесятилетия главы дома Лингов, Лин Хо Лина, оказался куда более роскошным, чем ожидалось.

Казалось бы, он уже повидал немало богатых и влиятельных семей, но, глядя на высокий потолок, полностью украшенный алыми полотнами, Чон Тхэ Ин невольно вздохнул и сделал глоток шампанского. Потолок возвышался на десятки метров, и если на его декоре не поскупились, то и пол зала, несомненно, был оформлен не менее вычурно.

Просторный зал, в котором можно было бы проводить футбольные матчи, был заставлен длинными столами, уставленными редчайшими деликатесами. Однако куда больше, чем роскошь, внимание привлекали люди, занимающие эти места. Здесь, словно обычные соседи, сидели политические и деловые лидеры со всего мира, чьи лица раньше можно было видеть только в новостях.

— Вау… если сюда бросить бомбу, получится глобальный хаос, — пробормотал Чон Тхэ Ин.

— Тебе так понравилось быть международным преступником? — безразлично ответил Кайл.

Чон Тхэ Ин лишь пожал плечами.

— Просто странно, что столько влиятельных людей собрались в одном месте. Это как посадить президента и вице-президента в один самолёт — слишком рискованно.

— Бросить сюда бомбу будет не так-то просто. Ты же сам видел охрану.

Конечно, видел. На пути сюда он заметил наёмников, притворяющихся садовниками, и бывших спецназовцев, разносивших блюда с поросятами на вертелах. Даже если бы террористам удалось пройти через строгие проверки на входе в особняк Линга, справиться со всеми этими бойцами, работающими здесь под видом обслуживающего персонала, было бы практически невозможно.

— Это действительно впечатляет, — протянул Чон Тхэ Ин, впервые воочию увидев, чем на самом деле является семья Линг. 

Он тяжело вздохнул и украдкой взглянул на Кайла.

Будучи главой одной из крупнейших военных корпораций, Кайл, казалось, вовсе не ощущал давления от этой обстановки. Более того, он даже не замечал окружающей роскоши, полностью поглощённый своим телефоном. Его пальцы быстро набирали сообщение, а выражение лица было почти счастливым.

— Отлично. Мы договорились встретиться завтра в два, — сказал он наконец, пряча телефон.

— Гейбл написал? — без особого интереса спросил Чон Тхэ Ин.

— Ага. Позвал к себе домой. Я уже записал адрес. От нашего отеля примерно сорок минут езды.

Дом Линга был знаменит не только своим огромным состоянием, но и частной коллекцией антиквариата, по масштабам сравнимой с музеем среднего города. Одним из её главных сокровищ был сорокадвухтомный сборник стихов династии Мин, который Кайл мечтал увидеть много лет.

Совсем недавно он случайно связался со старым сотрудником своей компании, Юрием Гейблом, который теперь работал на Линга. Услышав о книге, тот перекинулся парой фраз с Линг Шинру и, словно это было пустяковым делом, сообщил:

— Если хочешь, могу принести.

Где-то сбоку Линг Шинру пробормотал:

— Нет, я хотел сказать, что если мистер Гейбл захочет посмотреть я принесу ему это…

Однако Кайл не собирался упускать удачу, свалившуюся с неба и, проигнорировав его замечание, завалил Гейбла сотней благодарностей.

Как раз в это же время ему пришло приглашение на юбилей Линг Хо Лина. Изначально он собирался отказаться, так как в те же даты проходил важный международный форум, но, узнав о возможности получить книгу, тут же поменял планы и купил билет в Китай.

На форуме его заменил Джеймс. А вот вакантное место сопровождающего занял Чон Тхэ Ин.

— Что? Я? Сопровождающий? — ошеломлённо переспросил он, уставившись на Джеймса, словно тот только что ударил его молотком по голове.

Раньше он иногда помогал Кайлу или Джеймсу с мелкими делами, имел общее представление о бизнесе, но в роли сопровождающего никогда не выступал.

К тому же… это же семья Линг! Неужели все забыли, кто в своё время выбил глаз их драгоценному младшему сыну?! Конечно, политика — это одно, а бизнес — совсем другое, и Т&R давно поддерживала с Лингами нормальные деловые отношения. Раз уж ему даже отправили приглашение, значит, обиды решили оставить в прошлом.

Но всё равно…

— Думаешь, мне вообще стоит туда ехать?... — неуверенно спросил Чон Тхэ Ин, искоса глянув на Илая.

...тот факт, что именно Чон Тхэ Ин был коренной причиной повреждения одного глаза Линг Шинру, пока можно оставить в стороне, но после попытки Линг Шинру, похитить его они ни разу не пересекались.

Если бы ему пришлось снова встретиться с человеком, с которым у него были определённые разногласия, тот воспринял бы это…

— Если хочешь, можешь идти.

Однако, к удивлению Чон Тхэ Ина, Илай ответил легко. Ни капли сарказма, ни намёка на двойное дно.

— Раз это банкет Линг Хо Лина, то я не смогу пойти. В этот день у меня дела в России. Мне жаль, что не могу пойти с тобой, так что передай привет Линг Шинру.

— …..

Что-то здесь явно было не так. Чон Тхэ Ин подозрительно прищурился и сделал глоток пива.

Нет, конечно, теперь уже вряд ли Линг Шинру решит причинить ему вред. Даже если вдруг попытается, у Чон Тхэ Ина хватит ума и ловкости, чтобы избежать неприятностей. Но всё же… учитывая, что Линг Шинру когда-то проявлял к нему нездоровый интерес, Илай должен был бы сказать что-то вроде «Не суйся туда», а не вот это вот…

Но раз уж так, то почему бы действительно не съездить? Давненько он не бывал в Азии. К тому же можно заодно заглянуть в Корею, навестить родные места.

— Заодно передай привет Гейблу.

— А, да. Давно его не видел. Слышал, что он работал на Шинру, но не знал, что до сих пор. Он ведь не тот человек, который задерживается на одном месте надолго. Видимо, там у него хорошие условия?

Стоило Чон Тхэ Ину это сказать, как в комнате воцарилась короткая тишина. Одновременно на него посмотрели Кайл, Джеймс и Илай.

— Вот уж действительно, запоздалая новость.…

— А?

— Гейбл уже давно любовник Линг Шинру. Все уже давно это знают.

— …а?!

Если бы он не успел проглотить пиво, вышло бы некрасиво. С открытым от удивления ртом Чон Тхэ Ин уставился на Илая, который, кажется, усмехнулся.

— Что, расстроился?

— Рас… нет, с чего бы мне расстраиваться?! Дело не в этом!

Запнувшись от неожиданности, Чон Тхэ Ин моргнул, а затем вздохнул.

— Просто… я даже не мог представить, что из них выйдет пара. И что Шинру может с кем-то встречаться нормально. У него ведь… не самый простой характер.

— …..

Кайл и Джеймс одновременно посмотрели на него словно говоря “чья бы корова мычала”, и Чон Тхэ Ин сразу понял, что сморозил глупость. Аккуратно отвёл взгляд.

Похоже, Джеймсу стало его жалко, потому что тот сменил тему:

— Когда они приезжали во Франкфурт, я их мельком видел. Выглядели довольно близкими. Даже слишком.

— Слишком?

— Ну, Линг Шинру, похоже, сильно его изматывает. Он даже ко мне начал ревновать, хотя я просто встретил их по работе. Но раз Гейбл до сих пор с ним, значит, его всё устраивает.

Джеймс выразительно посмотрел на Чон Тхэ Ина:

— Гейбл не тот человек, который будет терпеть что-то, что ему не по душе.

— Так что, Тэй, ты поедешь с Кайлом? Дел особых не будет, просто проследи, чтобы этот человек не устроил большой беды.

Похоже, Джеймс хотел сказать «этот тип», но вовремя поправился. Чон Тхэ Ин делать на этом акцент не стал. Подумав немного, он всё же согласился.

В этом не было ничего особо плохого. Кайл не делал ничего особо безрассудного, если не считать его способности путать расписание. К тому же это шанс посмотреть, как живут богачи, да и старых знакомых повидать.

Последний раз он расстался с Шинру не в самых приятных обстоятельствах. Время от времени этот момент всплывал в памяти, словно заноза.

Каково будет встретиться снова? Будет ли неловко? Или, может, напротив, приятно?

Чон Тхэ Ин понятия не имел, как отреагирует Шинру… и даже не мог предугадать, что почувствует сам.

Но...

Он явно был глуп, раз ожидал, что увидит его сразу.

На банкете, который оказался в пятьдесят раз роскошнее, чем он предполагал, среди толпы влиятельных гостей, какой-то там заместитель секретаря главы T&R не мог так просто встретиться с драгоценным младшим сыном Линг Хо Лина.

Чон Тхэ Ин посмотрел на дальний стол перед залом.

В центре просторного стола, за которым сидели члены семьи Линг, находился сегодняшний виновник торжества — Линг Хо Лин, а по обе стороны от него сидели его жена и младший сын, которого он, по слухам, любил больше всего.

Другие сыновья ходили по залу, приветствуя гостей, но только Линг Шинру оставался рядом с отцом, принимая тех, кто подходил к их столу.

Нельзя было сказать, что он сидит как украшение только из-за своей молодости и привлекательности. За последние годы он стал известным гением, чьи проекты стремительно процветали, что сделало его ещё более ценным в глазах Линг Хо Лина.

Наверное, из-за занятости он то и дело доставал телефон, даже сидя рядом с отцом. Судя по всему, у него были важные и срочные дела, раз он проверял сообщения, находясь в центре внимания.

— С таким раскладом я даже не рискну подойти поздороваться, — пробормотал Чон Тхэ Ин, наблюдая за их столом.

Кайл, будто невзначай, переспросил:

— Линг Шинру? Завтра же увидишься. В два часа запланирован визит к нему домой.

— А... мистер Гейбл и Шинру живут вместе?

Даже если они близки, оба казались людьми, которые дорожат личным пространством. Видимо, они ладят лучше, чем он думал. Пока Чон Тхэ Ин удивлённо качал головой, Кайл нервно пробормотал:

— Было бы хорошо встретиться с ним пораньше... успею ли я посмотреть все книги...

— Посмотреть? Разве ты не говорил, что просто взглянешь на них? Их же сорок две! Даже если не спать несколько ночей, времени не хватит! Да ещё и на китайском, причём на классическом!

— Поэтому мне нужно сфотографировать каждую страницу и найти переводчика.

— ...ты собираешься... фотографировать все страницы этих сорока двух книг?...

Чон Тхэ Ин на секунду потерял дар речи.

Кайл же кивнул с полной уверенностью:

— Ага!

— Ты уверен, что с авторскими правами не возникнет проблем?

— Да я же их только для себя возьму!

Чон Тхэ Ин предпочёл не продолжать этот бесполезный спор. И логика, и мораль были здесь бессильны.

«Хорошо, что Джеймс этого не слышал...» — вздохнул он, решив обсудить более реалистичную проблему:

— Если их сорок две, то сколько же времени уйдёт на съемку всех страниц?

— В этом и проблема! Вот бы можно было встретиться раньше, но Юрий сказал, что у него ещё дела с Линг Шинру.

Кайл беспокойно ёрзал, а Чон Тхэ Ин, отвечая машинально, сказал:

— Ну, не повезло.

Он снова перевёл взгляд на дальний стол. Шинру сидел рядом с отцом, как статуя, встречая гостей. А когда разговор между отцом и собеседниками затягивался, он, казалось, скучал и украдкой проверял телефон.

Чон Тхэ Ин заметил, что он делал это регулярно. По идее, на его позиции не должно быть необходимости лично отвечать на рабочие сообщения. Но он смотрел на экран каждые десять минут.

...и, судя по временами озаряющему его лицо выражению, это явно были не только рабочие сообщения.

Правда, как только кто-то обращался к нему, он мгновенно снова становился непроницаемым.

Чон Тхэ Ин сделал глоток шампанского.

Вечеринка, начавшаяся ранним вечером, длилась уже больше шести часов.

Казалось бы, её пора заканчивать, но здесь собралось слишком много влиятельных людей, которые не упускали шанса завязать новые связи.

В конце концов, даже тот, кто сидел в самом дальнем углу, в любом другом месте считался бы уважаемой персоной.

Он взглянул на Кайла. Тот теперь серьёзно беседовал с каким-то высоким чиновником из Министерства обороны США.

— Кто бы мог подумать, что этот человек собирался за несколько часов сфотографировать целых сорок две книги...

Хотелось вернуться в номер и отдохнуть, но он всё же был здесь в качестве сопровождающего. Значит, оставить всех и уйти первым он не мог.

«...ладно, выйду подышать.»

Чтобы немного взбодриться, Чон Тхэ Ин поднялся и направился к выходу.

Он и представить не мог, что, выйдя из боковой двери зала, увидит перед собой бескрайнее озеро.

Очевидно, оно было искусственным. Но его размеры...

— Сколько же у них денег, чтобы выкопать такую махину... — невольно пробормотал он, садясь на скамейку.

Здесь, вдали от шумного зала, наконец-то можно было спокойно вздохнуть.

Это была тихая лунная ночь.

На угольно-чёрном небе, без единой звезды, висела белая, круглая луна, которая, отражаясь в спокойной глади озера, образовывала идеальную пару, освещая ночь.

...хорошо.

Было бы здорово, если бы он тоже это увидел.

Чон Тхэ Ин вдруг подумал о мужчине, который, должно быть, сейчас находится в России, но тут же отмахнулся от этой мысли: «Нет, не стоит приглашать его на такое торжественное событие». Он покачал головой, одёргивая себя, и в этот момент услышал шорох шагов за углом здания.

Кто-то приближался, негромко разговаривая, похоже, по телефону.

— …да, скоро зайду. Вроде со всеми, с кем надо, уже поздоровался, да и отцу пора отдыхать. Восемьдесят лет всё-таки, и так долго продержался.

Даже спустя несколько лет этот голос был слишком знакомым, чтобы его не узнать.

Чон Тхэ Ин, сам того не осознавая, повернул голову в ту сторону. Вскоре говоривший вышел из-за угла.

— Да-да, я провожу его домой и потом вернусь. Думаю, в течение получаса уйду отсюда... Ах, что ты говоришь. Да я с самого начала хотел уйти. И кто же меня всё это время подгонял, заваливая сообщениями?

Знакомый голос. Знакомое лицо. И всё же Чон Тхэ Ину на мгновение пришлось убедиться, что это действительно тот самый человек. Просто потому, что его голос звучал слишком тепло и ласково.

И в этот момент их взгляды встретились.

Линг Шинру застыл, затем посмотрел прямо на него.

Чон Тхэ Ин на секунду растерялся, но быстро взял себя в руки. Чего тут смущаться? Он просто поднял руку в приветственном жесте.

— Нет-нет, просто кто-то позвал меня… да-да. Увидимся позже. Если устал, ложись спать без меня.

Закончив короткий разговор, Шинру отключил телефон. Некоторое время он смотрел на потемневший экран, потом поднял голову.

На его лице появилась улыбка, знакомая Чон Тхэ Ину — яркая, но уже не такая непринужденная, как его недавний голос.

— Давно не виделись, Тэй-хён. Я заметил, что ты пришёл, но не мог отойти — был рядом со стариком. Люди без конца приходили, чтобы поздравить его.

— Понимаю. Поэтому я тоже не стал подходить.

Это не была личная встреча, да и разве хватило ли бы у него наглости пробираться сквозь толпу влиятельных людей?

— Ты выглядишь хорошо. Я слышал, что у тебя всё в порядке.

— Да?

— Да. Точнее, я слышал, что этот сумасшедший ублюдок до сих пор жив и особо не меняет окружение.

Шинру слегка пожал плечами, как будто говорив о каком-то незначительном факте. Похоже, он всё еще следил за новостями об Илае.

— Рад, что у тебя тоже всё хорошо. Говорят, ты сейчас очень занят.

Имя «молодого тигра Лингов» уже давно гуляло среди людей — всё, за что он брался, приносило успех. И теперь многим стало понятно, почему старый тигр так его оберегал.

— Кстати, ты постоянно проверял телефон. Отец, дела... Должно быть, всё навалилось сразу.

— Ах, это… Гейбл всё время пишет.

— …..? Что-то случилось?

— Нет. А для того, чтобы написать, обязательно должно случиться что-то особенное?

Голос Шинру вдруг стал мягче. В конце его фразы послышалась едва заметная довольная интонация.

Чон Тхэ Ин удивился.

Гейбл… пишет без повода? И так часто? Разве он не был тем молчаливым и угрюмым типом?

Хотя, наверное, влюбленный человек может сильно измениться...

— Гейбл помогает тебе с работой, да? Почему он не пришёл с тобой?

— А зачем ему приходить в такое многолюдное место? Что хорошего в том, чтобы светиться перед всеми?

Ответ прозвучал… как-то оборонительно.

Чон Тхэ Ину стало интересно, ведь если Шинру всюду сопровождает Гейбл, то рано или поздно его бы заметили. Но он не стал спорить.

— Ну да, если бы он был здесь, всё равно бы не удалось поговорить. Завтра всё равно увидимся, так что не страшно.

Он сказал это в обычном, будничном тоне, но внезапно почувствовал на себе пронзительный взгляд.

Чон Тхэ Ин несколько раз моргнул, недоумевая.

— Кстати, ты знаешь, да? Меня завтра пригласили в гости, так что я встречусь с Гейблом. Кайл уходит по делам.

Они ведь вместе живут, так что он не может этого не знать...

Шинру кивнул.

— Да, слышал. Я бы тоже хотел быть там, но у меня назначена встреча. Думаю, вернусь только к вечеру.

— Ладно. Нам с Гейблом давно пора нормально поговорить, так что не переживай.

И снова тот самый внимательный взгляд, изучающий каждую деталь.

Чон Тхэ Ин машинально провёл ладонью по лицу — не испачкался ли?

Шинру вдруг сказал:

— Тэй-хён. Ты знаешь, что я встречаюсь с Гейблом?

Чон Тхэ Ин замер.

Какой-то… неожиданный вопрос.

— Да. Я слышал.

— Понятно.

Шинру пробормотал это себе под нос, пристально изучая его лицо, словно сканируя выражение эмоций.

Затем внезапно улыбнулся.

— Ну, значит, мне не о чем волноваться.

— О чём ты…

— Просто… в мире случаются самые неожиданные вещи. А важные вещи стоит перепроверять и тщательно следить за ними.

— …..??

Чон Тхэ Ин попытался осмыслить эти слова, но тут их разговор прервали.

Кто-то издалека окликнул Шинру.

Похоже, его отсутствие затянулось.

— Мне пора. Увидимся завтра, Тэй-хён. Постараюсь вернуться пораньше. Спасибо, что пришёл на день рождения моего отца.

Сказав это, Шинру не обернулся и просто ушёл в сторону, откуда его звали.

Чон Тхэ Ин смотрел ему вслед, пока тот не скрылся из виду.

Затем расслабил плечи и выдохнул, сам не понимая — с облегчением или нет.

Все его эмоции… нет, даже следов прошлых чувств больше не осталось.

Только когда Шинру говорил про «того сумасшедшего ублюдка», в его глазах вспыхнула тень прежней злости.

В остальном он был спокоен. Даже слишком.

Слишком… будто весь разговор был просто вежливым обменом репликами.

Человек, который когда-то был другом, теперь стал просто знакомым.

Чон Тхэ Ин перевёл взгляд на ночное озеро.

Луна всё так же отражалась в воде.

И он вдруг усмехнулся.

Ну и ладно. Шинру, похоже, действительно живет неплохо.

* * * * *

Днём Чон Тхэ Ин наслаждался неспешной прогулкой по улочкам рядом с отелем, но не успело наступить и полдень, как Кайл позвонил ему и попросил вернуться.

Время было какое-то неопределённое — ни завтрак, ни обед — но Кайл так настойчиво звал его поесть, будто собирался умереть, если не доберётся до места встречи за полчаса до назначенного времени.

Они поспешно пообедали, затем быстро подготовились, и когда машина, которую прислал Шинру, прибыла ровно в назначенный час, они оказались у места встречи с точностью до секунды.

Этот новый жилой район на окраине города был заселён в основном молодыми богачами. Современные, стильные особняки стояли в ряд на просторных участках, но по сравнению с огромным поместьем, которое они видели вчера, это место казалось скромным.

Когда они вошли через охраняемые ворота, у входа в дом, словно стражник, возвышалась белая сосна, а под ней сидел Гейбл.

Очевидно, он ждал их прихода. Он постукивал по экрану телефона, но, почувствовав их приближение, сразу поднялся.

— Давно не виделись, Кайл. Мистер Чон Тэй, у вас всё хорошо?

Гейбл поприветствовал их так естественно, словно они виделись лишь вчера. Чон Тхэ Ин, пожимая ему руку, невольно удивился. Как же долго они не встречались... Почти десятилетие? И почему этот человек совсем не изменился? Он выглядел точно так же, как в Серенгети.

Пройдя через холл и длинный коридор, они оказались в просторной гостиной. Раздвижные стеклянные двери были полностью открыты, соединяя её с внутренним садом, скрытым от посторонних глаз. Оттуда доносился свежий ветер.

Сквозь солнечный свет в саду можно было разглядеть большой бассейн, который медленно наполнялся водой. Глядя на него, Чон Тхэ Ин задумался, а не искупаться ли ему. Похоже, Гейбл это заметил.

— Вчера его почистили и только начали наполнять, так что пока нельзя, — пояснил он.

— Да нет… просто вспомнил, что Гейбл всегда любил воду.

Чон Тхэ Ин усмехнулся, вспоминая, как в Серентеги Гейбл каждое утро уходил к морю. В этот момент Кайл издал восторженный возглас.

— О! Боже! Это же полное собрание древней поэзии, составленное Цзинь Исю?! Настоящее сокровище!

Трепеща от волнения, он тут же начал пересчитывать книги, аккуратно перелистывая их, боясь повредить.

— Все сорок две книги… Боже мой!

Только взглянув на часы, он немного успокоился и спросил у Гейбла уже более серьёзным тоном:

— Если ты не возражаешь, могу я сфотографировать их для дальнейшего изучения?

— Да, пожалуйста, — спокойно ответил Гейбл, будто предвидел этот вопрос.

Хотя едва ли он ожидал, что Кайл начнёт фотографировать каждую страницу с абсолютной сосредоточенностью.

Пока Кайл был полностью поглощён книгами, Чон Тхэ Ин огляделся.

Дом был пуст. Только звук воды из сада нарушал тишину. Интерьер выглядел элегантно и старомодно, но взгляд невольно притягивал массивный деревянный барельеф на стене гостиной.

Это была фигура тигра, вырезанная с невероятной детализацией. Он сидел, скрывая свою свирепость, и словно наблюдал за всем домом, напоминая о характере его хозяина.

— Есть что-то, что вы не едите или не любите? — неожиданно спросил Гейбл.

Оборачиваясь, Чон Тхэ Ин увидел, что тот раскладывает блюда из принесённых контейнеров. Рядом стоял чайник, из которого начал подниматься пар.

— Нет, я ем всё. А у вас нет прислуги?

— Утром приходят, но потом уходят. Я и Шинру не любим, когда дома кто-то посторонний.

В коробках оказалось множество аппетитных закусок. Чон Тхэ Ин взял самый обычный на вид квадратный крекер и, разжёвывая, посмотрел, как Гейбл заваривает чай.

— Вы умело обращаетесь с чайником.

— Я здесь уже давно.

Гейбл выглядел так естественно в этой обстановке, словно сливался с этим домом и даже с тем тигром на стене.

Он поставил чай и перед собой, и перед Кайлом, который, разумеется, даже не посмотрел на чашку, продолжая увлечённо фотографировать книги. Затем Гейбл привычным движением взял телефон и задумчиво посмотрел на экран.

Чон Тхэ Ин тоже взглянул на него и внезапно почувствовал, что этот жест напоминает кого-то...

— Вчера на приёме у Линга я встретил Шинру, — сказал он.

Гейбл кивнул.

— Да, слышал. Там было слишком много людей, так что он не смог поговорить с Вами.

— Да… народу действительно было море. А Шинру выглядел очень занятым. Мы думали, вы придёте вместе, ведь Вы вроде как помогаете ему с работой.

Чон Тхэ Ин не стал добавлять, что Кайл мечтал встретиться с Гейблом раньше назначенного времени. Но, кажется, тот и так понял — по его лёгкому взгляду в сторону Кайла.

— Хм… ну, во-первых, Шинру не любит, когда я бываю в многолюдных местах. А во-вторых, его мать не слишком меня жалует, так что я стараюсь не появляться на семейных мероприятиях.

Гейбл сказал это совершенно равнодушным тоном, но Чон Тхэ Ин всё равно замер.

Перед глазами вдруг всплыл классический сюжет корейской утренней дорамы. «Ты увёл моего сына?!» 

«Нет, мама, это не так…!»

О нет.

Вчера он видел эту утончённую даму… и теперь представил, как она противостоит этому невозмутимому мужчине. В голове всё перемешалось.

Чон Тхэ Ин быстро потряс головой, прогоняя мысли. Давно он не жил на родине, и, видимо, поэтому пересмотрел слишком много корейских дорам.

— А, да... — протянул он, неуверенно отвечая, раздумывая около трёх секунд, стоит ли сделать вид, что он в курсе, или просто притвориться, что ничего не знает. 

Но тут внезапно вмешался Кайл.

Хотя казалось, что он был полностью погружён в книгу, его уши, похоже, оставались настороже.

— Это из-за того, что ты встречаешься с младшим господином Лингом?

На этот прямой вопрос Чон Тхэ Ин тихо закрыл рот и мысленно отступил в угол.

— В прошлом году, когда я по делам встретился с Линг Тань Юанем, зашла речь о семье. Кстати, Линг Тань Юань не придавал особого значения вашим отношениям. Наоборот, он выглядел довольным, говоря, что благодаря тебе младший стал более уравновешенным. Но, похоже, у других членов семьи мнение иное?

Тема могла быть щекотливой, но Кайл говорил об этом так буднично, что казалось, будто в этом и правда нет ничего особенного.

Такова удивительная способность Кайла. Но, скорее всего, он действительно не видел в этом проблемы. Он всегда смотрел на вещи так, как есть, без предвзятости. 

(Как-то Кристофер заметил, что именно благодаря этому Кайл смог выжить, имея такого человека, как Рик, в качестве родного брата.)

— У каждого своё мнение... в самом начале кое-кто испытывал дискомфорт, но теперь всё в порядке. Хотя есть люди, которые всё равно не особо этому рады.

Гейбл отвечал так же спокойно. И поэтому Чон Тхэ Ин тоже решил не придавать этому значения. — Кто-то кроме матери? Отец?

— Нет, отец, наоборот, нормально к этому относится. Скорее, это племянники...

— Племянники? Причём тут они вообще?

Кайл резко провёл черту.

Пока Гейбл молча пил чай, из телефона раздался электронный сигнал. Похоже, он установил напоминание — регулярный механический звук прозвучал несколько раз. Гейбл взглянул на часы, затем отправил сообщение.

Ответ пришёл сразу же, и некоторое время они обменивались сообщениями.

Кайл тем временем осторожно, но быстро фотографировал страницы старинных книг. Казалось, он уже просмотрел около десятка томов, хотя оставалось ещё в несколько раз больше.

Чон Тхэ Ин посмотрел на сад, где солнце медленно клонилось к закату. Вода в огромном бассейне постепенно поднималась, и, казалось, ещё немного — и можно будет перекрыть подачу.

Гейбл, закончив с сообщениями, убрал телефон и пробормотал:

— Прошу прощения.

Чон Тхэ Ин, задумчиво глядя на солнечные блики на поверхности воды, внезапно спросил:

— Как там с глазами у Шинру?

— Всё так же. Благодаря регулярному уходу зрение на правом глазу улучшилось, но поврежденный глаз так и не восстановился до конца. Надежды на улучшение нет, но мать настаивает на продолжении лечения. Обычно, когда человек использует только один глаз, нагрузка увеличивается, и зрение ухудшается. Но, к счастью, здоровый глаз поддерживается в хорошем состоянии.

Чон Тхэ Ин, услышав это, горько сжал губы.

Гейбл, заметив его молчаливую реакцию, добавил:

— Вам не стоит расстраиваться. Это же дело рук Рика.

— Но я ведь тоже не совсем в стороне.

— Не всегда нужно чувствовать ответственность за последствия, даже если ты был частью причины. Это как раз такой случай. И если рассматривать только Рика и Линг Шинру, то их поступки определялись обстоятельствами. Это не потому, что Рик был злодеем, а Шинру — святым. Будь у него возможность, Шинру тоже без колебаний вырвал бы Рику глаз. — ...очень разумно, но, секундочку, разве Вы не встречаетесь с Шинру?

Чон Тхэ Ин удивлённо посмотрел на Гейбла, но тот, казалось, не видел в этом никакой проблемы. Его равнодушное выражение лица вдруг вызвало у Чон Тхэ Ина смех.

— Нет, просто... Гейбл, Вы, оказывается, довольно беспощадны. И при этом сохраняете совершенно объективный взгляд. Обычно, когда дело касается любимого человека, у людей появляются розовые очки.

Сказав это, Чон Тхэ Ин вдруг осознал, что сморозил глупость, и тут же уловил долгий взгляд Кайла.

«А ты-то сам когда-нибудь носил розовые очки?»

Чон Тхэ Ин поспешно отвёл взгляд и принялся сосредоточенно есть сладости. Гейбл тоже посмотрел на него с лёгкой насмешкой, но ничего не сказал и просто продолжил:

— Что ж, в плане характера Шинру у меня изначально не вызывал особых иллюзий... В самом начале он меня ужасно ненавидел. Даже пытался убить.

Чон Тхэ Ин подавился печеньем, но, к счастью, успел поймать его рукой, прежде чем оно упало на пол.

Он вгляделся в Гейбла, пытаясь понять, шутит он или нет.

— Шинру, несмотря на свою внешность, обладает немалой физической силой... Вам повезло выжить.

— Да, как и Вам, мистер Чон Тхэ Ин.— …..— …..

Чон Тхэ Ин встретился с его безмятежным взглядом и внезапно расхохотался. Гейбл тоже слегка усмехнулся.

На душе стало легче.

То, что в одних обстоятельствах могло показаться серьёзным, в других выглядело пустяком. Как и сам этот человек, который спокойно принимал жизнь такой, какая она есть.

Чон Тхэ Ин улыбнулся и продолжил в том же духе:

— Хм, трудно сказать, кто из них опаснее — Шинру или Илай, но мне кажется, что в каком-то смысле Шинру страшнее. Если разозлить Илая, он просто свернёт шею. А вот Шинру...

— Будет медленно ломать кости в шее, одну за другой, но при этом оставит человека в сознании как можно дольше.

Гейбл подхватил его мысль без тени сомнения, и Чон Тхэ Ин снова рассмеялся.

В этот момент внезапный порыв ветра ворвался в сад.

Листья зашуршали, раскачиваясь на деревьях.

Резкий аромат древесины и воды проник в гостиную, смешиваясь с привычным запахом их дома.

Сквозь густую листву сверкала гладь бассейна, похожего на скрытый среди зелени пруд.

За окнами медленно угасал прохладный вечер.

— ...хороший вечер, пробормотал Чон Тхэ Ин, и Гейбл кивнул.Спокойствие, не отягощённое неловкостью, повисло в воздухе. Они наслаждались этим тихим моментом. Только Кайл был полностью поглощён фотографированием.

В какой-то момент раздался сигнал будильника.Гейбл, который рассеянно наблюдал за наполняющимся бассейном, взял телефон и начал быстро набирать сообщение.

Неожиданно Чон Тхэ Ин вспомнил, как вчера на приеме Шинру то и дело доставал телефон. Тогда он подумал, что тот просто очень занят, но теперь понял — Гейбл тоже не отстаёт. Настолько ли у него много дел, что приходится даже ставить будильник, чтобы не пропустить что-то важное?

Гейбл какое-то время печатал сообщения, затем отложил телефон. Чон Тхэ Ин поинтересовался: — Мы Вам не мешаем? Вы кажется заняты?

— Ах, нет. Я просто связался с Шинру. Он сказал, что закончит пораньше.

Он специально уточнил, когда тот освободится? Ещё и будильник для этого поставил?

— Вы и раньше ему писали? — спросил Чон Тхэ Ин.

Гейбл на мгновение замер, будто смутился, но потом кивнул. Чон Тхэ Ин моргнул, а затем вспомнил, как вчера на банкете Шинру время от времени проверял телефон, оставаясь при этом совершенно невозмутимым.

— Значит, и вчера, пока он был на приёме...?

После короткой паузы Гейбл тяжело вздохнул, словно уже смирился, и признался: — Когда мы не вместе, мы связываемся минимум раз в час.

— …..?

— Ему так нравится, — пояснил Гейбл, видя замешательство на лице Чон Тхэ Ина.

Он говорил так буднично, будто речь шла о чём-то совершенно естественном. Чон Тхэ Ин всё ещё пытался осмыслить это, а Гейбл, будто приняв свою судьбу, продолжил:— Обычно раз в час, но вчера и сегодня мы решили уменьшить интервал. Просто Шинру беспокоился из-за вашего приезда.

— ...из-за того, что я здесь?

Чон Тхэ Ин невольно выпрямился и посерьёзнел.

Если подумать, Шинру теперь возлюбленный Гейбла. А Чон Тхэ Ин — человек, к которому у него когда-то были чувства. И вот они встречаются спустя годы. Было бы странно, если бы Шинру это совсем не волновало.

Чон Тхэ Ин никогда не думал, что Гейбл способен ревновать, но… кто знает? Может, он куда более чуткий и собственнический, чем кажется. Даже Кайл смотрел на Гейбла с выражением «Да ладно? Ты серьёзно?»

— Нет, не в этом дело.

Гейбл выглядел растерянным, будто не знал, как объяснить. Почесав шею, он, наконец, выдавил:— Это он переживает за меня, а не наоборот.

Повисло молчание.

Осознав, что на него уставились сразу двое, Гейбл поспешно добавил:— Впрочем, даже если не брать это в расчёт... Шинру просто нравится, когда я часто ему пишу.

— А-а... ясно...

Чон Тхэ Ин, который неожиданно оказался в роли «бывшего, из-за которого теперь переживают», уставился в чашку.

Но потом он вдруг понял, что ему вообще не о чем беспокоиться. Это вообще не его проблема.

Когда-то он научился быстро отключать эмоции в ситуациях, которые его не касаются. И вот этот навык снова пригодился.

Да и если подумать, в конечном счёте, всё сводилось к одному: они просто были счастливы вместе.

Чон Тхэ Ин почувствовал, как внутри стало спокойно.

Сейчас Шинру был лишь частью его воспоминаний. Он даже не вспоминал о нём, кроме тех случаев, когда слышал новости о семье Линг.

Но до сих пор перед глазами стояли последние секунды их встречи — злость, боль в глазах Шинру, горечь от несказанных слов.

И вот теперь, наблюдая за невозмутимым Гейблом, который даже будильник ставит, чтобы не забыть написать, Чон Тхэ Ин понял: можно наконец перестать возвращаться к этому воспоминанию.

* * *

Вода в бассейне почти полностью набралась. Казалось, будто в лесном пруду поднимался уровень воды.Гейбл перекрыл водопровод и, присев на корточки у края бассейна, медленно поводил рукой по воде, словно проверяя её температуру.

Солнце уже заметно клонилось к горизонту. Это было время суток, когда трудно сказать, вечер это или всё ещё поздний день. Если поднимался ветер, становилось немного прохладно, но в безветренные моменты воздух был приятным и свежим.

—  Сейчас, наверное, уже прохладно заходить в воду?— Нет, в самый раз, — покачал головой Гейбл, отвечая Чон Тхэ Ину, — когда плаваешь, тело разогревается.

Он выглядел так, словно ему хотелось залезть в воду, но вместо этого лишь водил рукой по поверхности, не решаясь сделать шаг дальше.

— Тогда почему бы Вам не искупаться. Вода ведь только что набралась.

Гейбл задумчиво посмотрел на воду, явно испытывая искушение, но затем всё же отрицательно покачал головой.

— Потом. Сейчас у нас гости.— Да я вовсе не против, — пожал плечами Чон Тхэ Ин, — а Кайл всё равно занят своим делом.— Нет… всё-таки не сейчас.

Гейбл, словно пытаясь отбросить мысли о воде, отвернулся и вернулся обратно в гостиную.

—  Да что с тобой? Ты ведь только и делаешь, что ныряешь при любой возможности. Если ты не зайдёшь, придётся слить воду, помыть бассейн и наливать заново, а это займёт кучу времени. Ты, наверное, уже весь на нервах от того, что не плавал со вчерашнего дня. Забудь про нас и иди. Всё в порядке… я уже почти закончил.

Кайл, похоже, действительно был близок к завершению работы — фотографированию старинных книг. Он дошёл до последнего тома и с довольным видом продолжал снимать страницы.

— Кайл, ты совсем не изменился, — усмехнулся Гейбл, наблюдая за ним, — помню, как лет двадцать назад впервые увидел тебя — ты тогда с таким же упорством изучал книги, пока Джеймс не вытащил тебя с ярмарки антиквариата за шкирку.

— Ой, не начинай. Ты-то сам изменился не больше моего! Характер, вкусы, привычки — всё то же самое. Я даже помню, как Джеймс беспокоился: «Юрий, если ты впервые в жизни влюбишься в кого-то, ты, наверное, будешь любить его всю жизнь. Надеюсь, ты не западёшь на кого-то с ужасным характером».

Кайл хмыкнул:

— Ну, по крайней мере, ты не зациклился на первой любви до конца жизни, и то хорошо.

Гейбл замолчал, плотно сжав губы, а Кайл, не заметив его реакции, продолжил листать книгу.

— К тому же ты не только характером, но и лицом не меняешься. Вот выйди сейчас на улицу в повседневной одежде — кто поверит, что тебе за сорок?

Услышав это, Чон Тхэ Ин взглянул на Гейбла внимательнее.

— Правда. Я ещё в самом начале подумал, что Вы совсем не изменились. Но теперь, присмотревшись, понимаю… Вы ведь выглядите точно так же, как тогда, в Серенгети!

Он оглядел Гейбла с головы до ног, осознавая, что его память не играла с ним шуток.

— Я ещё тогда думал, что Вы выглядите моложе своего возраста… но теперь… вау.

— Юрий с подросткового возраста таким был, — вставил Кайл.

— Вы знакомы с юности?

— Ну да. Он подрабатывал у нас в компании перед поступлением в университет. Потом почти сразу бросил учёбу и стал работать у нас на постоянной основе.

Кайл поднял голову от книги и уверенно заявил:

— Вот увидишь, Юрий и в шестьдесят-семьдесят будет выглядеть так же. Наверное, его имя попадёт в какие-нибудь древние хроники как о ёкае.

[Прим.: Ёкаи — это сверхъестественные существа, духи или демоны из японского фольклора. Они могут быть как злыми, так и добрыми, а иногда просто нейтральными.

Кайл подразумевает, что Гейбл выглядит нереалистично молодо, словно сверхъестественное существо, не стареющее с годами.]

— Ну уж нет… — пробормотал Гейбл.

Чон Тхэ Ин уже видел многих людей, выглядевших моложе своих лет, но среди них Гейбл, пожалуй, занимал первое место.

— Ему же за сорок, а выглядит… Ну, дай бог, лет на тридцать с небольшим. Даже с запасом. А если изменить стиль одежды и причёску, можно легко сойти за двадцатилетнего… хотя нет, голос и манера речи всё же выдают возраст.

— Знаешь, рядом с младшим господином Лингом ты вообще выглядишь его ровесником. А он-то, наоборот, возмужал… вчера я его видел — такая харизма, что затмит любого. Точно сын своего отца. Если вас двоих поставить рядом, не факт, что все сразу поймут, кто из вас старше.

Кайл продолжал фотографировать, бормоча себе под нос:

— Красивое лицо, конечно, но жутковатый эффект.

Гейбл недовольно скривился и провёл руками по лицу, словно надеясь, что внезапно появятся морщины.

— При Линг Шинру не говорите об этом, ладно?

— Почему? Боишься, что подумает, будто он постарел? Я-то хотел сказать, что это ты выглядишь слишком молодо.

— Всё равно. Просто не говорите об этом, когда он рядом.

Гейбл тяжело вздохнул, ещё раз повторив просьбу.

И в этот самый момент… — О чём это не стоит говорить при мне? — с другой стороны сада раздался жизнерадостный голос.

Гейбл вздрогнул. За ним последовал Чон Тхэ Ин.

Тигр.

Появился тигр.

Теперь стало ясно, что моделью для тигра, вырезанного на той стене, был именно этот человек.

— О, бассейн уже полный. Думал, он наполнится только к ночи.

В поле зрения появился Линг Шмнру с бодрым голосом.

— Вы тут хорошо беседовали? Простите, что оставил вас. Было дело, от которого никак нельзя было отлучиться.

С идеально вежливым выражением лица, подходящим для светского разговора, Линг Шинру протянул руку для рукопожатия Кайлу, одновременно кивнув Чон Тхэ Ину в знак приветствия.

— Рано вернулись.— Да. Дело оказалось не таким уж сложным. К тому же мне было любопытно, о чём три человека могут так весело беседовать без меня, поэтому я постарался управиться побыстрее. Почему, вы что-то обсуждали, что я не должен слышать?

Притянув Гейбла к себе и легко коснувшись губами его губ в приветствии, Линг Шинру улыбнулся, прищурив глаза.

Как и вчера, он казался ещё более ослепительным красавцем, ведь к его ангельскому лицу добавился налёт благородной зрелости.

Если судить только по внешности, именно такие лица притягивают взгляд… — подумал Чон Тхэ Ин, но тут же вздрогнул, будто услышал чей-то насмешливый голос в пустоте: «Аха, ну да, конечно.»

Стоило появиться одному человеку, как уютная, расслабленная атмосфера мгновенно исчезла, сменившись напряжённостью и сосредоточенностью.

Между Кайлом и Линг Шинру завязалась вежливая беседа, в которой переплетались формальные любезности и обсуждение деловых вопросов.

Только что казавшийся безумцем, с горящими глазами уткнувшимся в книги, Кайл теперь выглядел безупречно — как серьёзный и успешный предприниматель. Чон Тхэ Ин, хоть и привык к таким превращениям, всё же снова невольно восхитился.

Тем же взглядом восхищения он заметил и Гейбла, который тоже с интересом разглядывал Шинру — но тут их взгляды встретились. Гейбл неловко усмехнулся и быстро отвёл глаза.

Похоже, под ярким фасадом Линг Шинру скрывалось нечто иное.— Так что, вы, наверное, давно не виделись с мистером Гейблом. Удалось хорошо пообщаться?

Только закончив с формальностями, Шинру обратился к Кайлу. Тот с сожалением взглянул на раскрытую книгу, явно не желая прерываться.

— Да, отлично пообщались и посмотрели книги. Ваш отец обладает действительно редкими и ценными экземплярами, невероятная коллекция. Жаль, что не успел дочитать...

Оторвав взгляд от последней книги, Кайл смотрел на неё с явной тоской.

— Ничего страшного, Вы можете продолжить, — быстро ответил Линг Шинру, легко уловивший его настроение.

Как только эти слова сорвались с его губ, Кайл с радостью снова погрузился в чтение.

Тем временем Шинру перевёл взгляд на Чон Тхэ Ина.

И вот тогда на его идеально вежливом лице появилось нечто новое — слабый намёк на человеческие эмоции.

Но какие?

Это была не симпатия, не тоска, не ненависть... Скорее нерешительность, настороженность, тревога... но почему? — Эм… о чём вы говорили?

Чуть раньше безупречный Линг Шинру теперь говорил мягче, с лёгким колебанием в голосе.

Чон Тхэ Ин невольно взглянул на Гейбла. Их взгляды встретились — оба были удивлены.

То ли из-за того, что Линг Шинру говорил в таком дружелюбном тоне, то ли из-за того, что при этом внимательно всматривался в их лица, но внезапно появилось ощущение, что они обсуждали что-то секретное.

— Да так… ни о чём важном, — пробормотал Чон Тхэ Ин.

На самом деле они и правда говорили о пустяках, но из-за пристального взгляда Линг Шинру вдруг почувствовалось, будто их ловят на лжи.

— Просто болтали о разном, узнавали друг друга получше, — пробормотал он, почесав затылок.

— Не стоит, хён.

— А?

Линг Шинру улыбнулся.

Эта улыбка была твёрдой.

— Вам не стоит становиться ближе. Вам обоим. Вы ведь оба достаточно интересные люди, так что если кто-то из вас вдруг начнёт испытывать чувства к другому, это не будет чем-то удивительным. Поэтому лучше не сближайтесь.

Хотя тон был шутливым, в его глазах не было ни шутки, ни похвалы.

— Э-э... — пробормотал Чон Тхэ Ин, сбитый с толку, стараясь понять, что сейчас происходит.

Линг Шинру снова ослепительно улыбнулся и спросил:

— Так что? О чём вы говорили?

— А как ты думаешь?

В этот момент Гейбл спокойно вмешался в разговор, отвечая вопросом на вопрос.

Линг Шинру замер, улыбка исчезла, и он украдкой взглянул на Гейбла.

— Ну... у вас двоих ведь нет почти никаких общих тем для разговора. А если это было что-то, что касается лично Гейбла... Неужели вы обсуждали меня?

Бормоча это себе под нос, будто прикидывая вслух, Линг Шинру внезапно сменил выражение лица, прищурился и резко спросил:

— Минутку. Разве не было сказано, что при мне нельзя что-то обсуждать?

Гейбл на мгновение замер.

Линг Шинру Линг Шинру этого момента. — Значит, вы говорили о чём-то, что мне не следовало слышать?

— ...нет, это не было чем-то, что следовало бы скрывать.

— Тогда о чём же?

Вместо ответа Гейбл взял самый большой кусок печенья и целиком запихнул его в рот.

Линг Шинру, прищурившись, наблюдал, как Гейбл молча жует, а затем резко повернулся к Чон Тхэ Ину.

— Эм... нет, правда, ничего особенного, — замялся Чон Тхэ Ин, — просто давно не виделись, вот и говорили, что ты выглядишь хорошо, что ты, как всегда, остаёшься собой... спрашивал, как ты живёшь… ну, вот что-то в этом духе.

— Хм…?

Линг Шинру задумчиво посмотрел на них обоих, словно анализируя их поведение. Затем его взгляд метнулся к Гейблу, потом снова к Чон Тхэ Ину, а затем снова к Гейблу.

Похоже, он уже догадался, о чём шла речь. С его лица мгновенно исчезло дружелюбие.

— Да, Гейбл совсем не изменился, — холодно заметил он, — с момента нашей первой встречи он остался таким же. Или даже моложе стал, что ли.

Он внимательно осмотрел лицо Гейбла. Взгляд его был столь пронзительным, что казался почти враждебным.

— Человек должен меняться с возрастом, а он всё такой же.

— Однажды это догонит меня сразу, — спокойно ответил Гейбл, перебивая его.

— Вот-вот. Всё придёт в один момент, — повторил Линг Шинру, словно желая ещё раз это подчеркнуть.

Некоторое время он изучал Гейбла с недовольным выражением лица, а затем перевёл взгляд на Чон Тхэ Ина.

— А ты как? Всё в порядке? Слышал, ты чуть не умер из-за него.

Чон Тхэ Ин, который как раз размышлял, хорошо ли, если твой возлюбленный выглядит моложе, резко вернулся к реальности.

— Хм... ты про что? Лето прошлого года в Салониках? Или позапрошлую зиму в Гданьске? Или тот случай в Касабланке? Или что-то ещё? Если не считать этого, то да, у меня всё отлично.

Линг Шинру уставился на него в полном недоумении, а затем коротко усмехнулся. В его взгляде больше не было той ядовитой остроты. — Ты не жалеешь? О том, что тогда выбрал его?

Его тон был безразличным, но в узком прищуре глаз читался немой вопрос: Разве ты никогда не думал об этом?

О том моменте.

О том, как он отвернулся от Линг Шинру и протянул руку Илаю.

О том, что было бы, если бы он этого не сделал.

Чон Тхэ Ин смотрел в чёрные, полные ненависти глаза Линг Шинру и вдруг ощутил, как усталость тяжело осела на его плечах. Он опустил голову и выдохнул:

— Хм... я часто задумывался, зачем вообще влез во всё это... Но о том, что стоило бы сделать другой выбор или не встречать его вовсе, — нет, таких мыслей у меня не было.

Он мог бы соврать, но нет. Он чувствовал, что перед Линг Шинру обязан сказать правду.

На мгновение замолчав, он поднял глаза и прямо посмотрел на него.

— Но знаешь, я иногда думал о тебе. Надеялся, что у тебя всё хорошо. А ты? Если бы ты оставил меня рядом, если бы твоя жизнь сложилась иначе... Как ты думаешь, что бы тогда было?

Лицо Линг Шинру внезапно опустело, будто с него стёрли все эмоции.

Его лицо, застывшее, словно замерзшее без малейшего движения, едва заметно дрогнуло, очень-очень слабо, странным образом.

То, что он, возможно, мог бы получить. И то, что за это пришлось бы отдать.

— …нет.

Слова сорвались с его губ быстрее, чем пришла мысль.

— Мне нравится моя жизнь. Мне нравится то, что у меня есть сейчас. Я ни за что, ни на что это не променяю.

Чёрное пламя мгновенно вспыхнуло в его глазах. Линг Шинру, неосознанно сжав пальцами запястье Гейбла, смотрел на Чон Тхэ И, или, возможно, на ту жизнь, которая могла бы быть его.

Леденящий воздух наполнился свирепым напряжением и затаённой яростью.

Но стоило его взгляду пересечься с глазами Гейбла, как это напряжение, как снег под солнцем, растворилось. Линг Шинру уставился на него, а затем внезапно наклонился и поцеловал в щеку. Несколько раз чмокнул его, играючи, будто дразня. Лёгкая улыбка вернулась на его лицо.

Расслабленно откинувшись на спинку дивана, он спокойно посмотрел на Чон Тхэ Ина.— Сейчас у меня тоже хватает раздражающих вещей — работа и всё такое, — да и людей, которых хочется раз и навсегда вычеркнуть из жизни, тоже предостаточно. Но, несмотря на это, мне нравится то, что у меня есть. У меня есть самое важное.

Его голос звучал спокойно, без фальши и лишних прикрас.

— Раньше я хотел тебя. Сейчас я по-прежнему считаю тебя хорошим человеком. А ещё меня до чёртиков раздражает, что тот сумасшедший ублюдок смеётся рядом с тобой, будто жизнь — это сплошное веселье. Но знаешь что? Я благодарен тебе за то, что ты тогда ушёл.

Он улыбнулся тонкой, чуть ироничной улыбкой, но в его словах звучала искренняя благодарность.

Чон Тхэ Ин смотрел на него, и выражение его лица изменилось.

То есть, если сказать проще…

— Спасибо, что исчез из моей жизни.

Это ведь было именно так, да?

— …о. Ну ладно, — Чон Тхэ Ин великодушно принял благодарность, но затем не выдержал и рассмеялся.

Тёплая волна разлилась внутри. Нечто, напоминающее сожаление или даже вину, маленькой тенью сидевшее в уголке его души, вдруг исчезло.

Вот оно как. Значит, без меня ты смог стать счастливее. Так же, как и я без тебя.

Жизнь идёт своим чередом.То, чего когда-то жаждал всем сердцем, оборачивается тем, чем никогда не следовало владеть.А то, что казалось незначительным, или от чего ты пытался убежать изо всех сил, на самом деле оказывается важнейшей частью жизни.

Чон Тхэ Ин почувствовал искреннее облегчение.

Что ж, это к лучшему. Ты не поддался на уловки жизни и получил то, что действительно было тебе нужно.

* * * * *