Один из вопросов, который много лет мучает любителей шотландского, английского, да и, чего уж там греха таить, европейского футбола: что будет, если шотландские гиганты присоединятся к английской футбольной пирамиде и продолжат своё существование среди, казалось бы, куда более достойных для себя соперников. Особенно остро этот вопрос встаёт в период тяжёлого кризиса клубного футбола, который сейчас переживает Шотландия. И многие винят в этом, конечно, огромную пропасть между двумя гигантами и всеми остальными в лиге.

А теперь представьте, что завтра «Селтик» и «Рейнджерс» просыпаются в английской Премьер-лиге. Стадионы, история, миллионы болельщиков и привычка выигрывать чемпионаты прилагаются. Вот только вместо очередного матча с «Сент-Мирреном» по расписанию теперь «Арсенал», а за право попасть в еврокубки приходится конкурировать с клубами, у которых бюджет на трансферы может оказаться больше стоимости половины ШПЛ.

Так где на самом деле место Old Firm в английской футбольной пирамиде? И главное — насколько далеко шотландские короли зашли бы после пересечения границы?

Попробуем разобраться без привычного «да они там всех порвут» и без противоположного «в Англии им делать нечего».

Сразу обозначу свою позицию: в долгосрочной перспективе я вижу «Селтик» в районе 8–14-го места АПЛ, а «Рейнджерс» — 10–16-го. Не прогноз на первый сезон, когда можно и вылететь, и неожиданно зацепиться за еврокубки, а предполагаемый устойчивый уровень после адаптации к английской системе.

Но почему именно так?..

Начнём с цифр, потому что футбол давно перестал быть исключительно разговором о том, у кого лучше центральные защитники.

По итогам финансового года, завершившегося в июне 2025-го, «Селтик» отчитался о выручке в £143,6 млн. У «Рейнджерс» за тот же отчётный период она составила £94,1 млн. У последнего, к слову, £45 млн пришлось на матчи — масштаб поддержки на «Айброксе» впечатляет даже без поправки на шотландские реалии. Суммы солидные. Особенно если помнить, что речь о клубах из чемпионата с куда более скромными коммерческими возможностями, чем английский.

Но вот неприятный душ для сторонников безоговорочного превосходства Old Firm: совокупная выручка клубов АПЛ в сезоне-2024/25 достигла £6,8 млрд. Средний показатель — примерно £340 млн на клуб, хотя распределение денег между участниками крайне неравномерно.

Иными словами, даже финансово успешный «Селтик» не выглядел бы в Англии каким-то инопланетным захватчиком. А «Рейнджерс» пришлось бы ещё серьёзнее задуматься о том, как распределять деньги между зарплатами, трансферами и прочими радостями футбольного хозяйства.

При этом переносить клубы в Англию и автоматически начислять им одинаковые с местными участниками телевизионные доходы — слишком упрощённый сценарий. В реальности многое зависело бы от условий перехода, коммерческих контрактов и результатов. Деньги помогли бы им стать конкурентоспособными, но сами по себе не сделали бы их претендентами на чемпионство.

В Шотландии «Селтик» и «Рейнджерс» десятилетиями существуют в особой реальности. Их финансовые возможности, стадионы, болельщицкая база и исторический вес настолько превосходят возможности большинства соперников, что внутреннее доминирование становится почти естественным состоянием. В Англии подобной привилегии не было бы.

Там есть клубы с огромными международными аудиториями, мощнейшими коммерческими подразделениями и возможностью годами вкладывать деньги в состав. Есть команды, которые ещё недавно выступали в Чемпионшипе, а сегодня располагают инфраструктурой и бюджетами, позволяющими бороться за верхнюю половину таблицы. И есть отдельная категория английских клубов, которые не выигрывали ничего большого уже давно, но всё равно способны потратить за одно трансферное окно сумму, от которой в Шотландии случился бы коллективный обморок.

«Селтику» и «Рейнджерс» пришлось бы привыкать к мысли, что статус крупнейшего клуба в городе или даже в стране не гарантирует тебе превосходства над соперником на поле. В Глазго они привыкли делить футбольный мир между собой. В Англии мир уже поделен и желающих пересмотреть границы хватает.

Но было бы нечестно рассуждать исключительно о деньгах и глубине чемпионата.

«Селтик» в том же сезоне-2024/25 не просто участвовал в Лиге чемпионов, но и набрал 12 очков на общем этапе, после чего вышел в стыковые матчи за место в 1/8 финала. Это не случайная команда, которая попала в Европу благодаря удачному жребию. «Рейнджерс» тоже имеет серьёзный европейский опыт, включая выход в финал Лиги Европы в 2022 году.

Да, с тех пор много воды утекло, и старые заслуги не добавляют очков в нынешнюю таблицу. Но они показывают, что у клубов есть опыт выступлений на высоком уровне. Это важная поправка к разговору о предполагаемом месте в АПЛ. Я не думаю, что оба гранда оказались бы обречены на борьбу за выживание. У них достаточно ресурсов, опыта, поддержки и способности собирать конкурентоспособные составы, чтобы рассчитывать на более высокий результат.

Однако отдельные удачные еврокубковые кампании и способность регулярно конкурировать с английскими клубами в чемпионате — всё-таки разные вещи. Можно провести великолепный вечер против сильного соперника. Совсем другое дело — провести 38 туров, пережить травмы, спады формы, сложный календарь и необходимость одновременно играть в нескольких турнирах.

Здесь у меня нет желания превращать субъективное мнение в научный закон, но аргументы есть.

Во-первых, финансовая база. По приведённым выше отчётам разница в выручке двух клубов превышает £49 млн. Это не означает, что «Селтик» автоматически сильнее на поле, но даёт ему больше пространства для манёвра — при условии разумного управления.

Во-вторых, результаты сезона-2024/25. «Селтик» выиграл чемпионат Шотландии, Кубок шотландской лиги и провёл достойную кампанию в Лиге чемпионов. «Рейнджерс» в том сезоне финишировал вторым, а в Европе дошёл до четвертьфинала Лиги Европы. У обоих были аргументы в свою пользу, но по совокупности результатов преимущество оставалось за «Селтиком».

В-третьих, важна не только сила стартового состава, но и устойчивость клуба. Чтобы годами держаться в середине АПЛ, мало однажды удачно потратить деньги. Нужно регулярно обновлять команду, продавать игроков на выгодных условиях, находить замену лидерам и переживать смены тренеров без полного развала проекта.

Поэтому мой ориентир для «Селтика» — 9–12-е место в обычный сезон, с перспективой подняться на 6–8-е при удачном стечении обстоятельств. Для «Рейнджерс» — 11–15-е место, с возможностью подняться выше при грамотной перестройке. Это не пропасть между клубами, а скорее несколько позиций в таблице. И если бы «Рейнджерс» лучше распорядился ресурсами, а «Селтик» ошибся с тренером и трансферами, они вполне могли бы поменяться местами.

Здесь стоит договориться о терминах. Если под еврокубковой зоной понимать исключительно места, гарантирующие участие в Лиге чемпионов, то я бы не делал ни один клуб постоянным претендентом на них. Если же говорить о борьбе за Лигу Европы и Лигу конференций, то у «Селтика» были бы шансы регулярно вмешиваться в эту гонку, а у «Рейнджерс» — периодически к ней подключаться.

Но конкретные места, дающие путёвки в еврокубки, зависят от сезона, национальных квот и результатов английских клубов в Европе. Поэтому шестое место не всегда означает одно и то же. В любом случае я не вижу оснований автоматически помещать Old Firm в условную английскую элиту только потому, что в Шотландии они привыкли быть выше остальных.

Если бы «Селтик» и «Рейнджерс» вошли в английскую систему несколько десятилетий назад, с самого начала получали соответствующие телевизионные доходы, развивали коммерцию и строили составы в условиях постоянной конкуренции с английскими клубами, их потолок мог бы быть выше.

В таком сценарии я не исключаю, что один из них со временем стал бы постоянным участником еврокубковой гонки. Возможно, оба. Но это уже не история о том, куда поставить нынешние команды, а о том, какими клубами они могли бы стать в другой футбольной экономике. Именно поэтому мне интереснее обсуждать их предполагаемое место в АПЛ не в категориях «разнесут всех» или «не потянут», а через ресурсы, глубину конкуренции и способность адаптироваться.

Оба клуба достаточно велики, чтобы быть заметными участниками АПЛ, но недостаточно обеспечены и конкурентоспособны, чтобы автоматически претендовать на её верхушку. В Шотландии они — футбольная аристократия. В Англии им пришлось бы доказывать, что аристократия способна не только красиво выглядеть на семейном портрете, но и регулярно забирать очки у соседей. А соседи там, как известно, непростые.

Вообще, занятно получается. Мы тут рассаживаем «Селтик» и «Рейнджерс» по местам в таблице английской Премьер-лиги, прикидываем, кому они наваляют, а кому уступят, — но забываем спросить у самих гостей: ребята, а вы вообще хотите?

Идея перебраться на юг Британских островов старше многих нынешних футбольных трендов. Ещё в начале нулевых представители обоих клубов всерьёз рассматривали английское направление. В 2001 году тогдашний председатель «Рейнджерс» Дэвид Мюррей рассуждал о возможном переходе в Англию и даже допускал сохранение шотландского представительства клуба через команду, составленную преимущественно из игроков до 21 года. Правда, английская Премьер-лига не спешила расстилать перед шотландцами ковровую дорожку: никаких планов принимать их в свои ряды тогда не было.

Мотивация у этой затеи всегда была понятная — деньги. Английская телевизионная экономика позволяет даже клубам из нижней части таблицы получать доходы, которые шотландским грандам трудно воспроизвести у себя дома. В 2015 году основной акционер «Селтика» Дермот Десмонд говорил, что клубы масштаба «Селтика» и «Рейнджерс» должны выступать на высшем уровне, а возможность попасть в АПЛ будет зависеть от того, какой станет сама английская лига. Тогдашний тренер «Селтика» Ронни Дейла тоже не исключал такой перспективы, хотя признавал, что быстро провернуть подобный фокус не получится.

Но желание играть в более богатом чемпионате — не то же самое, что готовность прямо сейчас бросить шотландский футбол и уехать в Англию.

В 2017 году Брендан Роджерс, работавший тогда с «Селтиком», называл выступление клуба в Премьер-лиге невероятной перспективой, но одновременно подчёркивал, насколько много препятствий стоит на пути такого перехода. А в 2021-м Дэвид Мойес, тогда возглавлявший «Вест Хэм», вновь выступил за объединение британской футбольной системы, в которой шотландские клубы могли бы получить дорогу в английские дивизионы. Всё это, однако, — разговоры о желательном устройстве футбола, а не доказательство того, что переезд уже стоит в повестке дня руководства обоих клубов.

Есть и другая сторона вопроса. В Шотландии «кельты» и «джерс» — не просто два больших клуба, которым тесно в маленькой лиге. Это главные действующие лица национального футбольного спектакля, вокруг которых десятилетиями строились ожидания, конкуренция и борьба за титул. В Англии они лишились бы привычного положения местных монархов. Вместо ежегодной борьбы за чемпионство пришлось бы осваивать новую реальность, в которой даже попадание в еврокубки может стать отдельным проектом на несколько сезонов.

Конечно, финансовая выгода способна многое перевесить. Но кто гарантирует, что «Селтик» и «Рейнджерс» получат именно тот вариант переезда, о котором мечтают? Если им предложат начинать не в Премьер-лиге, а в низших дивизионах английской системы, это уже совсем другой разговор. Можно сколько угодно рассказывать про 60 тысяч зрителей на «Селтик Парк», мировую известность Old Firm и стадион «Айброкс», но регламент не обязан проникаться историей и атмосферой.

Поэтому главный вопрос сегодня даже не в том, хотят ли эти клубы когда-нибудь оказаться в АПЛ. История показывает, что такая идея не раз находила сторонников и внутри самих клубов. Вопрос в том, какой ценой они готовы туда попасть и кто вообще согласится их принять.

Пока английский футбол не предложит им реалистичный и согласованный маршрут, «Селтик» и «Рейнджерс» остаются там, где их положение понятно, соперничество имеет вековую историю, а чемпионский титул — не абстрактная мечта, а вполне конкретная ежегодная цель. Пусть и с телевизионным контрактом поскромнее.