Дорогие друзья, я очень, очень больной человек. И сегодняшний день начался для меня худшим из возможных образом - со спазмов. У меня очень больные ноги, которые регулярно мучают спазмы - боль страшная, ощущения - хуже, чем ожоги и ранения - ощущение, что нервная система разрывается изнутри, и её закоротило. Врагу не пожелаю такой участи, короче, я в плохом состоянии сегодня.

Пришлось опять скорую вызывать. Меня там уже знают и ненавидят.

Друзья, если вы можете помочь - киньте денешки на карту по номеру телефона. +79660677054, Филипп - нужно купить лекарство, в частности - кетанов-мд кончился - это очень хорошее, но увы, рецептурное обезболивающее. Не то чтобы это было прям вообще-вообще ппц экстренно - но кончился и без него - тревожно. А ежедневного пайка стало не хватать, увы. Лето - сезон отдыха для всех.
Короче, я бы не просил - если бы цены остались как в 2020м году, но увы - лекарства сейчас все подорожали, и сильно. Кетанов - был 160р, стал рублей 400, а у меня на карте всего 500!

Спасибо за внимание(и понимание), это было очень важно для меня. А теперь обещанная по субботам прода!

__________________
В гостиной собрались зрители – на огромном телевизоре на стене – показывали Спортивный Фестиваль юэй – там были «весёлые старты» для нашего класса. Я вышел незаметно для всех и присоединился. Милашка Асахара задержалась и вышла на минуту позже, отчаянно краснея. Но к её счастью – все были увлечены просмотром интересного кино – нашего 1-А класса, когда уже пошли битвы один на один. И на девушку никто не обратил внимания, кроме меня. Она подошла ближе.

Я сам сел позади всех и поглядывал на происходящее, а происходящее было интересным! У меня в голове крутились образы героев. Раньше ведь их не было – и вообще, что такое «герой»? Смысл этого слова давным давно потерян – когда-то в стародавние времена существовали комиксы, создавшие прообраз разных суперлюдей. Но почему именно «Герой»? Зачем им нужны дурацкие аляповатые костюмы? Герои не могут носить плащи?

Я упёр взгляд в ковёр под ногами, раздумывая над этой философской концепцией – почему люди так зависимы от интереса к «героям», а те прыгают по крышам и ловят уголовников, спасают котиков из пожара и проституток из наводнения?

Почему герой – это вообще герой – что его таковым делает? Где та волшебная нить, зерно, почему? Почему супергероика стала популярна – что заставило людей миллионами, миллиардами, мечтать о героях?

Внутри каждого человека живёт множество личностей – составляющих его общую личность – и многие из них – дети, которые со временем не меняются – они верят в супермена. Они верят в бэтмена и человека-паука – эта вера сопливая, наивная, но в современном мире – это новая религия. Это святые для людей, идолы, боги – местечковые, мелкие, но божества – от которых требуют идеальности и ждут помощи.

В мире, где суперспособности есть у всех – никто не супергерой – а вся эта героическая надстройка над обществом – это религия героев – в которой почитание героев стало нормой. Смысл слова «герой» давно утрачен – герой это тот, кто зарабатывает деньги на имидже спасителя. Люди сами породили таких героев – своей верой, для них эти костюмы не выглядят нелепо и аляповато, для них это нечто… религиозное.

Герои – это слуги общества – которые обязаны людям так же, как некие божки обязаны были древним людям, которые приносили в жертву баранов и друг друга – и верили, что чурбан деревянный, он же бог чего-то-там, им должен услугу.

Люди создают из людей – божеств, сами считают свои силы и себя – частью божественного – некоей сверхсилы, для них причуды – это проявление этой самой божественности. Поэтому люди без причуд – в японском обществе подвергаются гонениям. И даже от тех, кто обладает абсолютно бесполезными причудами, или причудами, уродующими их внешность.

Люди изменились – общество вокруг мало похоже на таковое в двадцать первом веке – и хотя большинство технологий после появления причуд развивались очень так себе – мир вокруг всё же сильно социально изменился. В Японии – в наименьшей степени…

Что есть герой? Это отражение внутреннего эго, люди ассоциируют себя с героями. Как дети, которые играют в супермена и бетмена – именно этим герои так захватывают мысли людей – некое магическое, первобытное мышление – первобытное умение считать себя чем-то большим.

Люди хотят быть чем-то большим – и через героев – они могут хотя бы фантазировать о том, что они нечто большее, чем ещё один бессмысленный житель этой планеты.

Герои внутри других людей – и люди ждут от них помощи – не только потому что те помогают – но и потому, что это в их понимании – то, что сделал бы герой – это их внутреннее желание справиться со стрессом и кризисом – некий внутренний «идеальный я», который как Всемогущий – придёт и порядок наведёт…

Нить ухватить стало сложнее – она уже касалась пальцев, но они скользили по ней – герои это не те, кто сражается со злодеями – а те, кто позволяет людям чувствовать себя уверенней – герой живёт в своих последователях – меняя мир не столько тем, что он лично бьёт лица злодеям – сколько тем, что на него хотят быть похожими – и то, каким он является – задаёт и многим людям вектор поведения – ведь это приращение к ним личности Героя – который является их внутренним альтер-эго.

В чём же сакральная суть всего этого? Где нить… пальцы по ней скользят – но не могут ухватиться!

А суть должна быть проста. Сложной сути не бывает в природе. Герои – это попытка человека стать богом – стать пусть не большим богом – но хотя бы каким-нибудь асом, ангелом мстящим, или божком – попытка выйти за рамки человеческой сущности. Это вечное стремление человека к некоему идеалу – который обозначен как Бог – вершина мечтаний человека – абсолютная сила и абсолютная власть. Совершенство, которому поклоняются – но в душе каждого живёт надежда быть его частью и жажда быть творением божьим, а не просто набором случайных мутаций обезьяны на протяжении миллионов лет…

Вот оно!

Я подскочил как ужаленный и чмокнув Асахару, забегал по помещению.

– Стоп, – меня схватил хозяин дома, – что такое?

– Придумал! Всё, я убежал творить!

– Если хочешь – у меня есть небольшая мастерская, пока мысль не ушла, – усмехнулся хозяин дома.

– Давай сюда!

В мастерскую забежал уже в количестве семи клонов – и бросился к мольберту, где были бумаги, краски, карандаши и так далее. И решил начать творить, сразу же, карандашами и акварелью.

Клоны распределились по мастерской и взяли себе альбомы и мольберты, краски, и мы всей кодлой – начали рисовать то, что хотели – мысль наконец-то родилась!

Сущность героя – это не беготня за злодеями – поэтому я хотел показать экзистенциальную суть героя – то, что является его истинным отражением – но не тех людей, которые бегают по японии в цветастых костюмах – в основе героя лежало желание человека о божественной справедливости – о том, что есть некая сила, способная наказать преступников – тяга к Справедливости Мира.

Моя первая картина – которую рисовал я лично – это уставший герой – почти как Демон Врубеля – герой, главный в кодле франшизы, который должен быть самым уважаемым – его характер, его сущность…. Просто нарисовать арт? Да за кого вы меня держите – у картины должен быть сюжет – и поэтому я нарисовал сюжет о том, как он держит в руках злодея – наказывая его – а вокруг люди – стоят на коленях, в позе молящегося, и воздевают к нему руки. Эта картина должна стать главнее всех – но раскрываться она должна только деталями – поза, люди вокруг, их поклонение, мелкие детали – его статус не столько человека, сколько Идола – образца для подражания и морального ориентира – некоего божества, которому поклоняются и от которого ждут служения.

На картине сами собой возникали люди – я их рисовал – но у меня было ощущение, что я не пишу картину, а вспоминаю что-то, что видел сам – что-то, что видел по телевизору и в фильмах о супергероях – руки сами писали то, что мне нужно – я лишь быстро набросал полуразрушенную улицу, какой-то завал – но нужна была глубина. Картина должна быть не плоской – она должна иметь смыслы, должна иметь глубину.

Эта картина, казалось, послана мне в мозг высшими силами – я лишь повторял то, что нужно было написать – записывал то, что хотела моя Муза – и настолько увлёкся, что пропустил то, что делали клоны.

Картины должны показывать не просто героев франшизы – а разные аспекты их сущности – то, что нельзя изобразить на одной картине – я напишу на семи полотнах!

Первая – это надежды людей и их преклонение перед Героем – неким божеством – «Справедливость» – как важнейший аспект. Как его сущность героизма.

Главное это передать деталями – дети рядом, с игрушками героя, автомобили вокруг, поза людей, поза злодея, который в ужасе от того, что его поймали – и сама бескомпромиссная поза героя, которая должна всем своим видом выразить его решимость и приверженность справедливости. Идеальность, иддилистическая справедливость.

Вторая картина – аспект жажды человека самому стать героем – стать богом, вера в героя как в некое божество – и его внутренняя сущность – его альтер-Эго – в виде любимого героя – для этого я решил изобразить нечто большее, а именно – второго героя по значимости – Чёрного Паука – но на этот раз – главный герой картины не он, а обычный работяга, который на большой высоте работает – на стене небоскрёба – и рядом с ним на небоскрёбе сидит, прилипнув пальцами к стеклу – местный спайдермен – который имел костюм как у спайдермена, только чёрный – и звался «Чёрный Паук» – персонаж явно основан на спайди, и это тоже самый молодой из супергеройской лиги – почти подросток.

А парень в люльке и в шлеме, который моет окна – тоже молодой – и он с завистью и благоговением смотрит на отдыхающего спайдермена – но при этом нужно добавить деталей – и клон их добавил. Едва заметное изображение по ту сторону окна – должно придавать картине глубины, небольшой мерч у работника, его поведение – его взгляд, поза, его восхищение и вместе с тем – то, как спайди на него повлиял – ведь они рядом, на стене небоскрёба. Стремление человека уподобиться герою – герой внутри, которому не дали выхода – но который жив внутри. Стремление человека стать таким же – или хотя бы мыть окна на большой высоте, и так же как спайди – смотреть на мир с высоты.

Третья картина – «Спасение».

Герои, которые спасают гражданских из пожара – бушующий огонь рисовать сложно – но дьявол кроется в мелочах – в тонких деталях – которые должны так же дать картине глубины – что и отличает её от всякого ширпотреба. Это те люди, которых спасают герои – каждому свой человек, это толпа тех, кто жаждет получить. Это женщина, протянувшая руки к девочке, которую выносит на плечах огромный бугай-супермен, местный его аналог, точнее. Это толпа, неистово желающая, чтобы герои спасали людей. Это журналисты с камерами – которые снимают это всё.

И вместе с тем, их религиозная вера в героев – как людей, которые ОБЯЗАНЫ это делать. Кто такой герой? Это человек, который случайно оказался на месте событий и поступил как герой? Или может быть это профессионал, который просто делает свою работу?

Может ли герой брать деньги за свою работу? Ну конечно может и должен – только конченый псих, вроде Пятна – может считать, что герои должны пахать бесплатно – и в огонь прыгать просто потому что в них верят.

Именно эту веру – инфантильное желание, чтобы герои спасли всех – я хотел передать – двоякость общества – одни целуют героев и благодарят – а другие винят в том, что спасли не их родственников – разозлённые люди, которые видят в героях не людей, а некие божественные силы – и ждут от них чудес – ждут, что те будут идеалом.

Я хочу критиковать Японию и её отношение к людям и к героям – и в этом случае – я сделал всё правильно – хочу показать, что люди – с их верой в героев почти как в религиозных божков – верой в то, что те должны быть для них идеальными и делать им всё хорошо – это инфантильность и нежелание принять ответственность за свою судьбу – желание, чтобы пришёл кто-то и сделал тебе всё. Лишь бы не самому!

Вот что я хотел передать – какая мысль у меня была – именно её я передал в лице тех, кто винит героев за то, что они спасли не всех – это был главный лейтмотив картины – вера человека в справедливость и жажду видеть в героях некий идеальный образ – и неспособность смириться с тем, что герои – это просто люди, пусть даже и со сверхспособностями. Всё равно люди – а не боги.

Богам была посвящена четвёртая картина – «Олимп» – где все герои представлены в большом пентхаусе – открыто срисованном с того, в котором я только что был – и в котором герои отдыхают, не снимая костюмов – девушка валяется на диване с геймпадом в руках. Один герой бухает у бара, другой – читает книгу.

Пятая картина – «Воздаяние» – это уже картина массовой драки героев и злодеев. Шестая – «Вера», и седьмая – заключительная картина цикла – «Признание». Где герои снимают свои маски после того, как победили злодеев – и люди вокруг в шоке от этого – где не иначе как древние боги признались, что они не боги, а обычные люди.

Каждая из картин была наполнена огромным количеством визуальных отсылок и смыслов – в них не было лишнего. Я это чувствовал – это была сущность героев – попытки и жажды человека быть больше, чем просто человеком. Жажды быть суперчеловеком.

Стремление к совершенству – к божественной силе – и к идеальному человеку.

– Минета, ты уже закончил?

Я уже переносил наброски на бумаге – на холст – холстов здесь было много, и даже места для работы с ними имелись – холсты, правда, были разного размера – но это даже хорошо – я экспериментировал с разными форматами картины, разным соотношением сторон, разной перспективой и светом.

– А?

– Ты закончил, спрашиваю? Всю ночь тут сидишь.

– Ночь? Разве?

– За окном уже рассвело, мой друг, – улыбнулся он, – или ты не заметил?

– О, это так… я тут немного заработался. Пока мысль не ушла – нужно творить. Да, я закончил – спасибо за краски и холсты – деньги за них могу скинуть на карту.

– Ой, да не надо, – махнул он рукой, – для любого холста честь быть использованным для шедевра. Покажешь, что получилось?

– Ага. И расскажу смысл.

….

Надо признать – что я тупой, и когда пытаюсь делать что-то осознанно – у меня нихрена не получается. Но стоит «отключиться» и позволить себе писать свободно – и нечто высшее двигает моей рукой, создавая картины, которые можно назвать шедеврами. Это моё подсознание, мой внутренний художник – которого я выпускаю наружу.

– Вот здесь, – показал я на шестую картину, – важное значение имеет свет, отражения и блики – они формируют три основных точки внимания – три точки притяжения – которые расположены по своей важности – вот здесь, здесь и здесь. Стоит так же обратить внимание на остальные сюжетные детали – книга в руках у прохожего, автомобиль, который тут стоит, вывески, позы, время дня, люди в окнах – всё это имеет важное значение…

И я рассказал, какое именно.

– Знаешь, ты написал идеально. То есть фанатам зайдёт – а те, кто любит искать скрытые смыслы – тоже будут не в обиде. Но попсовость и экстравагантность композиций для широкой публики, которая любит что попроще и попонятней – просто зашкаливает.

– Правда?

– Точно тебе говорю. Идеальная картина – но смысл…

– Смысл всего семикартиния – экзистенциальная суть героев, как религиозных идолов, в которых верят – которыми хотят быть. Смысл – в стремлении Человека К богу и жажда стать им, богом.

Парень прикрыл глаза и посмотрел на выставленные картины ещё раз.

– Да… это видно, все картины по очереди должны быть. Семикартиние… великолепно. Чёрт, да это не хуже, чем твои картины по истории Японии! Даже лучше – смысл в них глубокий, и очень хорошо передан. Я бы сказал, что это шедевр. Западают в душу, не просто картинка, а нечто… со смыслом. Не забывается такое.

– Нужно показать ещё другим людям, я не могу ориентироваться по одному мнению – особенно по лестному!

– Критики хочешь? Тогда могу посоветовать одного своего друга, художник, очень любит всяких супергероев. Могу познакомить.

– Пожалуйста.

– Так, а ты иди поспи. Можешь бросить кости у меня – у меня пять гостевых спален.

– Окей… – я против воли широко зевнул, – устал чё-то.

– Всю ночь херачить – это конечно устанешь! А картины… я пока позвоню своему другу.

* * * * * * *

__________

– Ну как оно?

Пожилой гость приехал быстро – и тут же в мастерскую. И уже минут сорок разглядывал картины, сохнущие около стены. Хозяин дома – тоже художник, стоял рядом и принёс гостю кофе.

– Спасибо.

Гость был одет в костюм, лет ему под шестьдесят, седые волосы, квадратное лицо и очки в скромной оправе.

– Ты уже полчаса здесь, если не больше.

– Я здесь ещё часа два могу простоять. Уж больно занимательные картины у тебя тут, – он отпил кофе, – Я вот что думаю, что отличает обычные арты и красивые картинки – от настоящих картин? От настоящего искусства?

– Об этом уже веками спорят.

– Да, это словами не передать, – кивнул приехавший мужчина.

– Юске, ты слишком загоняешься.

– Я так не думаю. Ты просто посмотри на это, посмотри! Это же… вроде бы я видел тысячи разных артов по киновселенной, но это… картина. Настоящая, а не какой-то рисунок. И не потому, что написана на холсте – здесь есть смысл. Я его, кажется, понимаю. Эта картина о героях, о их сущности, экзистенциальная. О том, почему герои – это герои.

– Примерно так мне и объяснил автор.

– Ах он засранец… Я говорил Дайки, что не стоит заигрывать с настоящими художниками – но ему захотелось попиариться. Ну а то, что этот Минета вообще цену не поставил – его обрадовало до зелёных соплей.

– Не поставил цену?

– Только потребовал, чтобы картины ему принадлежали. Дайки решил, что получил золотой билет – халяву. А теперь понятно, почему он оказался в дураках.

Хозяин дома посмотрел на картину – четвёртую из серии, которую разглядывал гость.

– Это внушительное полотно.

– Да, тут видна работа мастера. Картинка может быть сколь угодно красивой и детализированной – но это только иллюстрация. А настоящая картина – это самостоятельное произведение. Она имеет свой смысл, свою философию, свой сюжет, его развитие и его понимание, интерпритацию… Поэтому по-настоящему шедевральные картины… можно стоять перед ними и смотреть, наслаждаться – а картинка – увидел и забыл на следующий день. Красиво, прикольно, но не более того.

– И что из этого?

– Это гениальные картины. Словами не могу передать – но когда я здесь стою и смотрю на них – мне хочется стоять и смотреть ещё и ещё. Они врезаются в мозг, отпечатываются там, всеми своими нюансами и деталями. Это… настоящий шедевр.

– И автор за него ничего не получит?

– Плохо ты понял, Дайки обвели вокруг пальца как сосунка. Сам посуди – заказал он картины к фильму – и хотел получить просто крутые картинки, для фанатов. Он туп. А автор написал настоящие шедевры. И что из этого выйдет?

– Фанаты захотят ещё?

– Нет, нет, и нет. Фанаты будут считать автора картин – творцом, художником, гением. Они понесут ему деньги – а за копии можно будет получить огромные суммы. Его известность резко возрастёт – фанаты будут пересылать картины. Ими будут пользоваться все, кто захочет иллюстрировать супергероику и конкретную франшизу. Они станут известны – и этот Минета тоже.

– Он уже известен.

– Да, но пока ещё узкому кругу лиц…

* * * * * *

________

Хочу вертолёт.

Стоп, как я до жизни такой докатился? Вопрос, конечно, очень правильный и своевременный. Я сдал работу – картины, которые по контракту студия имеет право использовать как хочет. Представил их – и…

Нет, понимая, что люди, далёкие от искусства – будут тупить – я внимательно разобрал каждую картину по деталям – и объяснил, что она выражает и что означает, весь скрытый смысл выложил как на духу, для чего записал видео – и видео залетело на ютубе – потому что студия опубликовала его на своём канале.

Картины были выставлены в столичном кинотеатре во время премьеры – а там их увидели журналисты – полотна были о том, кто такие герои – в чём их глубинный смысл и философия – почему они такие, какие есть. Но для массового зрителя – это просто ну очень хорошие картинки по их любимой франшизе – им многого не надо – американцы сразу начали яростно надрачивать на картины со своими любимыми героями, которые выставила киностудия.

И произошёл релиз манги. Манги – в виде отдельного журнала – сто восемьдесят страниц текста – великолепное художественное исполнение. Это не комикс, где главное «а? Новый злодей? Мстители, общий сбор!» - и картинка как они кучей прыгают в сторону врага. Да, именно такого уровня были злодеи и сюжет в комиксах – в манге совсем всё иначе. Это прежде всего – не просто манга, а художественное произведение. Написанное карандашом и тушью, с очень хорошим стилем и графикой – великолепной рисовкой, и сюжетом – драматичным, ироничным, серьёзным – не «очередной злодей напал на готэм», а нечто на порядок лучше.

Графику я мог подтянуть – и я её подтянул – самое главное в моей манге то, как она была преподнесена – и каким образом отрисованы эмоции, что выражали персонажи – и вот например при взгляде на персонажа – сразу чувствуется, что это за человек.

Поэтому манга – которую бесплатно раздавали на премьере в кинотеатре – очень быстро закончилась – напечатали всего сто тысяч экземпляров! Мировая премьера потребовала перевода на Английский всей манги – и её успели переправить за океан и перевести – чтобы америконцы могли насладиться мангой сполна – уже после кино.

Премьера, в пиар которой студия вбухала миллиард баксов – прошла оглушительным успехом – потому что фильм был хороший, база фанатов уже давно устоялась, народ пёр как солдаты в массовую атаку – на штурм кинотеатров, ну а картины в нескольких крупных кинотеатрах – где висели репродукции – повесили как промо-акцию рядом с зрительным залом – и народ волей-неволей оказался в плену у настоящего творчества. Не жалкие второстепенные арты – а картина. Большое Художественное Произведение.

Я за этим наблюдал, и к моему удивлению – в интернете и даже в новостях говорили о феномене «Картины про супергероев» – студия выложила вирусный ролик про их создание, пошло-поехало всё очень бодро.

Манга зацепила людей – и… Начали просить ещё.

Я записал короткий ролик – что да, я написал эти картины. Я вложил в них всю душу, и что я не попросил у студии ни цента за это – все права на картины принадлежат мне, и я могу и буду изготавливать их варианты – копии, не совсем точные. Каждый вариант оригинального семикартиния – будет пронумерован скрытой на полотне цифрой, и поэтому – двух абсолютно одинаковых картин не будет. Возможно, в процессе я ещё что-то изменю – но общий сюжет вы поняли и увидели. Маркетинговая стратегия? Нет, это не просто маркетинговая стратегия. Картины моей кисти, от и до написанные лично мной – это предмет искусства. Настоящего, большого искусства – а не какие-то картинки-арты – это философский цикл о Героях и их месте в мире и в сознании людей. Это не штамповка автора, который привык писать очень много и с плохим качеством – но я всё же пишу быстро, благодаря своим навыкам – поэтому…. Заказы принимаются – картины – будут написаны и проданы на интернет-аукционе, куда я лично их привезу, и лично своей рукой их выложу – чтобы не было споров о том, подлинник или нет. Стоимость картины – ну тут извините, это серьёзное творчество, а не постер на стенку.

Продажа семидесяти полных комплектов картин – была оглушительной. Потому что народ приобщался к искусству, в том числе те, у кого реально были деньги – и в итоге – восемь из десяти комплектов уехали в США, а цена на каждый комплект начиналась с миллиона долларов – и дошла до пятнадцати миллионов к концу торгов.

Стоит главное помнить – каждая картина уникальна – они не идентичны, это не копии оригинальной. И каждая имела свой номер, свой порядковый номер – те, что выставлялись в кинотеатре – вернулись ко мне. Это оригиналы – нулевой пациент.

И началось…

Скажем так, я влетел в художественный бизнес – с двух ног, но при этом никуда не ходил – я только разговаривал в чатах и по телефону – оставаясь при этом в Юэй – и мои клоны писали картины. А я – договаривался, следил за аукционом – и за своей популярностью.

Существует расхожее выражение «проснуться знаменитым» - это когда какой-то человек резко завирусился и стал известен. Никто его не знал, никому до него не было дела – например, как актёр, игравший Люка Скайуокера – до Звёздных Войн он тоже был актёр, и тоже его кто-то где-то знал – но когда фильм выстрелил – он проснулся знаменитым.

То же с теми, кто играл в Гарри Поттере – едва ли их узнавали на улице до премьеры – а потом проходу не давали.

И вот я испытал на своей шкуре, что значит «проснуться знаменитым» – моё имя было на передовице новостей – «Художник из японии прославился своими картинами» – называть их артами – я запретил. Новости в разных мессенджерах и на крупных неофициальных каналах – и даже по NHK – национальном телевидении японии, в вечерних новостях – акции мои личные – резко взлетели вверх – стоимость картин росла пропорционально моей известности.

И тут после того как сверкнуло – раздался ещё и гром – люди разрыли прошлый всеяпонский скандал, начавшийся с меня – и то, что меня поддержал даже Всемогущий – и об этом началась полномасштабная дискуссия!

Я не рассчитал силу бомбы, которую заложил под общество своими высказываниями и коммерческими планами – силу искусства, способную сделать человека популярным.

По правде говоря, основной потребитель – а значит, и основные деньги – далеки от высокого искусства. Картины известных художников покупают за миллионы люди, чаще всего ничего не смыслящие в искусстве, а больше всего ценятся мёртвые художники – нужно умереть, чтобы стать популярным. Живой художник мало интересен публике – потому что он… ну… жив же. Мало ли что ещё сделает, да и не умер – не стал легендой посмертно.

А вот с мангой ситуация обстояла иначе – манга это попса. В Асашай – нашей главной стране мира, владеющей главными деньгами в мире – манга была чисто японским явлением – и то, она уже как-то позабылась. Эпоха анимешников по западному миру потихоньку сходила на нет – да и виноваты в этом авторы манги, слишком уж упоровшиеся и забывшие про потребителя – а потребитель за пределами японии им вообще не интересен. Они обладают средневековым менталитетом – хочешь мангу – лети в Японию и покупай – манга это продукт мастерских, а не мировой товар.

Короче говоря, несмотря на всё – манга зачахла, вне Японии, в том числе и стараниями самих японцев, которые обладали просто титаническим уровнем упрямства и тупости.

Но если кто-то тупой – то это возможность умному это использовать против него. Это возможность использовать – рынок манги в США оказался очень слабо сформированным, а вот борьба за авторские права – очень и очень сильно продвинулась – пиратские переводы найти трудно.

И что мы будем делать в этом ключе, если мы умные и понимаем, что японцы сами, ослиным упрямством – упускают гигантский рынок, с многомиллиардными, в перспективе, оборотами?

Правильно – делать мангу на западного потребителя!

Именно поэтому я и предложил нарисовать мангу про супергероев америки – при этом сделав своеобразную, высокодетализирвоанную рисовку – и чисто манговый подход к формированию сюжета, выработав свои собственные стили – и главное – я получил на это полные права.

Мои клоны тут же начали рисовать мангу дальше – а между тем, прошло уже три дня с премьеры. И происходило… бог знает что.

Новый фильм из очень старой и уважаемой франшизы – выстрелил на ура – народ валом повалил в кино – мои картины приобретали популярность – особенно после объяснений – моё имя стало гораздо более медийным – меня называли «художником студии», но я отрицал это – я не взял с них ни цента за работу, только права на свои собственные картины.

Ещё одним фактором, который в японии – это передёргивание цивилизованности – в Японии очень своеобразное, архаичное представление об авторском праве. Японцы жутко бугуртят от любой демонстрации защищённого контента – это платно, и никак иначе. Хочешь по тв показать кадр из фильма – заплати, купи, или вообще запретят.

По этой причине полностью бесплатная манга и картины – стали очень популярными – ведь за их демонстрацию не надо платить! Ни цента, ни йены!

Результат? Они во всех обзорах блогеров на тытрубе, во всех коротких вертикальных видео, во всех пабликах, ими иллюстрируют энциклопедию персонажей и их же используют везде – изображение героев с моих картин стало за считанные три дня – жутко вирусным – и не видя никаких страйков – люди резко начали использовать их – как доступный и бесплатный контент. Безопасный для демонстрации.

Имя Минору Минеты – стало известно всем. Буквально всем – кто имел хоть какой-то интерес к манге, или фильмам – картины в качестве промо – это нечто новое – но я так понял, мои картины называли шедеврами и работой гения.

Тут я честно признаюсь – в душе не понимаю, почему так – я хорошо пишу, опыт накопил клонами огромный, и руку набил идеально – до мелочей, и картину пишу быстро – гораздо быстрее, чем некоторые художники, месяцами мучающие полотна.

Результат – очевиден. Мои картины – стали продаваться, а имя – стало весьма известным в интернете среди простых смертных – как синоним молодого современного художника. Так же, как в своё время стал известен Хидео Кодзима после Метал Гир – ситуация на самом деле похожая. Только Кодзима – гений.

Именно этого я и добиавлся – имя это личный бренд. Мне трижды звонила мама – и говорила, что узнала про меня из новостей – я её успокаивал.

И вот, отпуск после спортфестиваля – заканчивался. Всё это время я писал картины на продажу и тренировался в Юэй – под бдительным руководством директора Незу – а заодно Незу участвовал в моей работе – он следил за происходящим и давал советы, и с интересом наблюдал.

Как оказалось – картины принесли мне гораздо больше дохода, чем я планировал изначально – по той причине, что различные искусствоведы – очень высоко оценили мою работу. А ещё в обществе в очередной раз разгорелась дискуссия о философии героев – и благодаря этому – ещё одна волна популярности прокатилась по моим картинам.

Но главное – это Ас Аш Ай.

Америка – страна, которой принадлежала Лига Героев, страна, в которой не было такого высокохудожественного промо. Страна, в которой много денег. Страна, в которой японцы из принципа не занимают много рынка. Страна, которая может заплатить очень и очень дорого.

Студия предлагала мне сто миллионов долларов за права на картины – я отказался. Сходу. Контракт ещё хотели пихнуть – чтобы я и дальше им писал – но за зарплату – это вообще наглость высшей степени!

Картины улетали в США самолётами, стоили очень дорого – в США на них поднялся бум моды. Каждый хотел почувствовать себя причастным к большому и настоящему искусству – в то время как для кого помельче – издавалась манга. И она была широко растиражирована – большая книжка, толстый журнал, с чёрно-белыми рисунками – стоила пятнадцать баксов, всего навсего – но при этом – была переведена профессионалами, а над мангой я поработал особо – с особым тщанием проработав графическую и сюжетную часть.

Рука уже была набита – поэтому манга – стала жутко популярным феноменом – роялти от её продажи были намного больше, чем у обычных авторов текстовых книг, пишущих по контракту с издателем.

По заказу из США я написал семь полотен размера десять икс эль – огроменных полотен, и несколько десятков полотен разных форматов и размеров.

Всего за неделю – я понял, что значит рынок. Когда твои акции могут взлететь с уровня никому не известного додика-нх, который может только рисовать арты на сайты – до художника, апологета философии героев.

Моя учёба в Юэй – стала большим подспорьем в моём имидже – ведь я учился в классе героев! У Всемогущего!

А всемогущий был известен даже в АсАшАй.

Всего за семь дней – активной продажи своих картин по дичайшим ценам – я заработал огромное состояние – которое мне и не снилось. Я трудился как пчёлка – но при этом сам охреневал от денег и думал – да куда ж вы всё покупаете то? Поберегите деньги для новых картин!!!

Я стал счастливым обладателем суммы в двести двадцать миллионов зелёных. И теперь сидел у себя в кабинете и обдумывал – куда я их хочу потратить. То, что половина суммы уйдёт в виде инвестиций – это и ежу понятно. Инвестиции – должны приносить прибыль. Я думал вот о чём – мне можно было потратить некую крупную сумму на себя.

Раньше такое тоже было – но там суммы были на три порядка меньше – а тут – я мог потратить на себя огромные капиталы – десятки миллионов долларов!

Перво-наперво я скинул маме на карту – десять миллионов юнитед стейтс долларс. Мама позвонила и в шоке спросила:

– Минета, что это?

– Деньги.

– Минета! – её голос стал раздражённым, – деньги? Ты видел количество нулей? Хочешь, чтобы я их сохранила?

– Нет, мам, – я выдохнул, – я хочу, чтобы ты потратила их на себя. Расслабься. Брось работу. Поезжай в какую-нибудь красивую страну, можешь даже сделать пластическую операцию. Говорят, в Корее очень хорошие пластические хирурги. Купи себе что захочешь…

– Сынок, ты в своём уме? Я не могу принять такие большие деньги! Это нужно будет тебе!

– Я заработал куда больше, мам. Куда больше, и на себя тоже потрачу, а это… Ну это моя благодарность за то, что терпела меня целых пятнадцать лет.

– Сынок, – с той стороны трубки всхлипнули, – ты вырос таким… благодарным! Я не могу уехать без тебя!

– Можешь, – я подобрался, – у меня занятия в Юэй, живу я тоже здесь – поэтому… поэтому давай встретимся где-нибудь. Будет нам лучше, если ты уедешь в отпуск, и он затянется лет на пять. Найдёшь себе уже хорошего мужчину, ну или купишь дом где-нибудь и будешь жить в своё удовольствие.

– Минета, я… я тебя не узнаю.

– Я сам себя не узнаю, мам. Одно я знаю точно – у нас теперь есть большие деньги. Не такие, как у крупных промышленных кланов – но по меркам моего бизнеса – очень хорошие. Я же говорю – лучший план для тебя – отправься в Корею, сделай себе пластику, наслаждайся жизнью где-нибудь в красивом и тихом месте.

Кстати, с пластическими хирургами сейчас на порядок лучше, чем раньше – благодаря причудам некоторых людей, способным исцелять и вообще полезным в хирургии. С остальными хирургами тоже хорошо, медицина на высоте.

– Сынок…

– Ну не надо говорить так, будто у нас нет телефона и видеосвязи, и ты меня больше не увидишь, – хмыкнул я.

– Ладно, я подумаю над этим.

Она повесила трубку. Я положил телефон на стол и продолжил валяться в кресле. И думать – а собственно, почему бы мальчику не порадовать самого себя подарком? Тратами? Я конечно чувствую, что с одной стороны – поступаю глупо – выгоднее было бы вложить все деньги – с другой стороны… жизнь она одна – всех денег мира не заработаешь – продавая картины я могу заработать на жизнь всегда. Так что смысл копить? Зачем? Копить – всё равно что собирать то, что в итоге не понадобится – поэтому логичнее – потратить деньги на то, что нельзя нафармить – на хорошее настроение. На свою мечту, на свои желания, отложенные на потом.

Первое, что я хотел – это ДОМ.

Мне нужен был свой дом, в котором я мог бы жить. Памятуя историю Мидории и прочее – я понимал, что скоро жить придётся в общежитии – а я уже живу в Юэй – но всё же, мне нужна собственная квартира. А если я захочу жить с девушкой – тогда что?

С девушками сложно. Приключение с Асахарой – лишь открыло передо мной возможность продолжить эти отношения. Но я в ней не чувствовал чего-то такого… она не персонаж истории – она типичная девочка из японской творческой молодёжи – ей стоит подарить подарок – отступные, что мол спасибо, было классно – возьми на память о наших чувствах – а больше я с тобой не буду.

Отношений с ней нет, чтобы их можно было продолжать. Меня больше привлекала Тсую – девочка-лягушка. Но после известных событий – отношение девочек класса ко мне стало намного прохладней, чем раньше – и это было пока временной обидой. Но… Я же спас их от серьёзных последствий – их могли выгнать из профессии.

Вопрос лишь в том, когда они перебесятся и поймут очевидное – японцы могут обвинить их даже если бы они были максимально вежливыми и никому не навредили.

Дом всё равно нужен – хочу дом. Хочу свою мастерскую – личную, не общественную. Хочу просыпаться в своей спальне, хочу наконец иметь возможность пригласить девушку пожить у меня. Какую девушку? Я пока не решил!

А почему бы мне не купить дом за городом? Дом в городе – это тоже классно. В памяти всплывала недавно посещённая квартира-пентхаус – богатая, на четыре спальни, огромный зал, красивый вид из окна высотного жилого комплекса… Всё это шикарно сделано – и стоит прочнее, чем дерево в лесу – никакое наводнение или землетрясение не страшно. Круто же?

Так, посмотрим, сколько у меня денег… Банковские счета показывали девяносто восемь миллионов долларов асашай. Много? Дохрена. Я вот что подумал – а что чувствует человек, который понимает, что он богат? Что он может не просто позволить себе что-то – а позволить себе почти всё, что захочет? Таких людей ведь много – даже из моего класса Момо определённо может себе позволить что захочет!

Что он чувствует – азарт? Облегчение? Ну… если прислушаться к себе – некоторая непривычность и озорство присутствуют – я крут, я смог, у меня есть. Это первое. Второе – это ощущение, что эти деньги будут всегда – хотя это не так. И третье – как ребёнок на входе в диснейленд – предвкушение и желание их потратить. На себя, любимого. Маме отстегнул я немного – но десять миллионов баксов… за такие деньги можно купить красивую виллу и прожить там ещё лет десять как минимум – если не шиковать, или всю жизнь – если тоже не шиковать, прожить можно. Это много – но не слишком, это приемлемо.

Осчастливил маму – это хорошо. Дальше что?

Я тут подумал – а не купить ли мне вертолёт?

Нет, тупо. И летать на нём я не умею – и не буду.

А ведь время поджимает – скоро обратно в академию – время героям на раздумья и выбор себе возможных напарников проходит – сразу после спортивного фестиваля – начинается практика… И меня тоже Незу обещал куда-нибудь пристроить…

* * * * * * *

__________

– Привет, ребят! – я махнул рукой.

После прошедшего отдыха – все вернулись в Юэй. День выдался дождливый, погода – дерьмо, но я вообще ночевал в Юэй, поэтому мне было без разницы. В класс уже вошли все – и все были взбудоражены, стоял шум.

– Привет, Минета! – отозвалась Урарака, – А ты где был?

– Бегал. Прости, вырвалось, – я закинул сумку с учебниками и тетрадями на парту, – я занимался работой и тренировками.

– У, одобряю! – улыбнулась девочка. Мидория кивнул несколько раз:

– Ты смотрел наше выступление?

– Немного, но не всё. Там целых четыре часа же это длилось.

– А, ну и как тебе?

– Неплохо, – с сомнением ответил я, – драки в самом конце только посмотрел. Было весело, должно быть.

Мидория выдохнул. Он нервничал.

– Эй, а ты что, правда не смотрел за нами? – спросила Тсую, сидевшая прямо за мной.

– Тсу, привет. Ну… я был занят.

– Ммм… – Тсую поводила носом, – от тебя пахнет женщиной.

– Эй, ты же вроде лягушонок, а не корги! И как вообще у женщин удаётся определять по запаху, кто с кем и когда был?

– Ква, – улыбнулась она, – тебе не понять.

– Вот оно что, – закатил я глаза, – хотя стоп. Я же всю неделю в Юэй обретался, а с девушкой был вообще в другой одежде. Ты меня разыгрваешь?

– Вот ты и признался, ква! – снова обрадовалась лягушечка, – я же говорю, тебе не понять.

Я обиженно хмыкнул:

– Ладно, случайно вышло, а так – ты навсегда мой номер один, Тсую.

– Льстец. Подлиза.

– Немного.

Прозвенел звонок и… пришлось прервать общение. Из под стола вылез Сотриголова. И выглядел он особенно убитым – он не высыпается видимо никогда.

– Тишина. Сегодня у нас будет особая информатика героев, – сказал он, потирая лицо.

Все напряглись.

– Клички. Придумаете героические имена, - он взял пульт, – в вас увидели потенциал, и вам предстоит себя проявить, но приглашения могут отозвать. Самое время показать, кто их получил.

Он вывел на доску статистику. Видимо, какой-то экселевский файл.

– Тодороки первый? – удивилась Кьёка Джиро, – но ведь Бакуго победил.

– Некоторые боятся парня, которого нужно усмирять, – пояснил Серо.

Бакуго закономерно взорвался:

– Чего эти герои боятся??? – заорал он.

Урарака уже праздновала – и трясла Мидорию:

– ОГО! МЕНЯ ПОЗВАЛИ!

Мидория не получил ни одного приглашения. Бакуго был в бешенстве.

Потому что вторую строчку занимал Я. С тремя тысячами приглашений!

– Ква, тебе пришли приглашения, хотя ты вообще отказался от участия, – сказала Тсую, – как так?

– Пока вы занимались спортом, я тоже не сидел на месте. И стал немного известным. В узких кругах.

– Не назвала бы такие круги узкими. Колись, чем ты так прославился?

– Ну не знаю, – почесал я подбородок – моё имя несколько раз фигурировало на телевидении, ещё в кино, в связи с премьерой фильма, в интернете…

Количество тех, кто хотел меня увидеть – росло как популяция тараканов на кухне дешёвого ресторана – глазом моргнуть не успевал – вся почта завалена приглашениями на интервью. Однако, бросаться в интервью – значило быстро остудить интерес к себе – директор Незу, решивший мне помогать в этом деле – дал совет – отказывать всем, кроме самых мелких и незначительных – потому что интервью крупному телеканалу – быстро удовлетворит интерес публики и спрос на мои картины упадёт. Сбрасывать заряд популярности – было крайне невыгодным делом – за популярностью должна стоять системная работа – но даже так – много было разных трендов-однодневок – интерес людей к искусству, который в последнее время сильно вырос – тоже может быть всего лишь фикцией, быстро пришедшей и столь же быстро испарившейся славой.

Поэтому я дал пару интервью – в которых не старался раскрывать о себе всё – и мы поговорили с малознакомыми блогерами, без репутации крупных воротил – крупные блогеры хотели поднять просмотров на чистом месте и позвать к себе известного художника – но они были для меня смерти подобны. Обыватель быстро потеряет интерес – для долгосрочных интересов – нужен свой ритм работы – и Незу помогал мне в этом – по его совету – я выставил на продажу копии картин «Офисное Средневековье». Не оригиналы, которые до сих пор оставались в Юэй – а копии, или вернее – варианты картины. Копия – написана не автором в первую очередь – вариант картины – это тоже оригинал, написанный тем же автором.

Многие думают, что какой-нибудь Врубель или Монэ написали свои знаменитые картины – и всё, ушли наслаждаться жизнью. Ха, как бы не так – авторы тиражируют свои картины. Известные картины – чаще всего любой автор делает в нескольких экземпляров – на заказ.

Но в художественной среде считалось, что чем больше повторов сделает автор – тем меньше цена оригинала – первой картины. Но я придумал собственный вариант – каждая картина отличалась от предыдущей, и была пронумерована – это лимитированная серия, а не готовый экземпляр – например, в картинах про офис – настенные часы на каждой картине показывали разное время – чем позже написана картина – тем больше вроемени они показывали. Стрелочки.

Так в чём же причина, по которой картины стоили ТАК дорого – дело в том, что после успеха – ценник на все прочие мои полотна резко взлетел. Резко. Их отрывали с руками – но картин больше не становится – их нужно делать. И более того – изначально по контракту я не предъявлял права на воспроизведение картин – их могли копировать. Изготавливать копии машинным способом – поэтому я решил поступить иначе – вместо того чтобы выходить на рынок, и без того насыщенный любителями картин – где уже полным-полно конкуренции – я твёрдо решил – выйти на рынок тех, кто картины не покупал ранее – поэтому картины, изготовленные машинным способом – то есть путём печати краской по холсту – тиражировались.

Прошла всего одна жалкая неделя – а уже появились несколько контор – которые продавали копии картин – по очень низкой цене. С той лишь разницей, что на копии обязательно должна присутствовать маркировка копии, в виде небольшого изменения в деталях картины, которые сразу заметны, но выглядит так же.

Это позволило снизить стоимость картины с сотен тысяч и миллионов – до пятисот долларов.

С точки зрения моих коллег – это полнейшее безумие – потому что картина становится «попсой». Любой художник пальцем у виска покрутит – а в Японии вообще инсульт случится у любого – как это так – бесплатно отдавать свою картину???

Ну-ну. Они, конечно, по-своему правы – но ведь есть много картин классиков – которые успешно копируются всеми – и вручную, и на принтере – и это не умаляет, а увеличивает стоимость оригинала – потому что всего одна маленькая деталь – в виде того, что это полотно – оригинал, написанный рукой автора – и её стоимость взлетает до небес.

Парадоксально, но факт – моей целью была узнаваемость моих полотен – и только когда уже достигнута узнаваемость – именно оригинальность – становилась дорогой. А любители супергероики, и даже сами герои – могли легко заказать в интернете печать на полотне удобного себе размера – копии моих картин – и получить за двести-триста долларов, холст, масло, принтер…

Результат превзошёл ожидания – мы с Незу в очередной раз взломали рынок и взломали менталитет японцев – поскольку круг фанатов был очень большим – то картины массово скупались. Но поскольку оригинал – стоил очень дорого – большинство покупали себе копии – и так как некоторые хотели себе оригинал – чтобы быть лучше других – уже известной по копиям картины – то раскошеливались.

Поэтому спрос на них рос в геометрической прогрессии – тут подошла очередь и «Истории Японии» – серии картин про историю Японии – они тоже начали тиражироваться. Я снял с них авторские ограничения – и результат получился таким же великолепным – их начали копировать сразу же – и казалось, стоимость оригинала рухнет – но нет!

Наоборот, стоимость картин резко возросла – потому что возросла их популярность. Разница как между малоизвестным певцом, который нигде не записывается – и тем, чьё лицо смотрит с каждого плаката, и музыкой которого заполнен интернет – второй популярнее, хотя первый – не тиражирует свою музыку бесплатно и дерёт деньги с каждого посетителя.

Лично прикоснуться к известному – это дорого, куда дороже, чем кот в мешке.

Именно так и начал формироваться мой бизнес по продаже картин – мои клоны писали картины – дубликаты. История Японии выстрелила не хуже, чем Офисная Япония – к моему удивлению – среди бизнес-кругов – эти картины приобрели культовый в чём-то статус – картины серии «Средневековое настоящее» – приобретали дельцы, особенно любили картины, посвящённые офисам. Это стало модно – повесить в офисе оригинал картины, на которой офисные работники изображены в виде традиционных самураев.

Стоимость картин варьировалась – но одно можно сказать точно – это был не такой доход, как у некоторых авторов – написал, кучу денег хапнул – и всё. Это был более стабильный доход – каждая авторская копия – вариант картины – стоила около ста двадцати тысяч долларов. На написание уходило пять-шесть часов силами трёх клонов, которые использовали причуду.

Стабильный спрос на мои картины – это было прекрасно – в день всего писалось по пять-восемь картин – то есть сумма до миллиона долларов.

Хайпанувшие картины – стоили дороже – но на историю японии и на офисных самураев – тоже был высокий спрос.

Как результат – я зарабатывал около миллиона долларов в сутки, хотя хайпанувшие картины ушли за баснословные суммы.

И вот этим я был занят – сейчас у меня эпоха первоначального накопления капитала – процесс пошёл и я с упоением ему отдался. Поэтому на учёбу пришёл лично – клонов я оставил в предоставленном Незу классе – в котором обустроил маленькую мастерскую – директору я отдал сумму в двести тысяч долларов, единоразово, чтобы он предоставил мне в Юэй персональную мастерскую. Чтобы Немури-сенсея не подвигать всякий раз, когда мне нужно работать.

Так а какое отношение к этому имели приглашения? Я подозревал, что большая часть приглашений – это когда различные блогеры и журналисты сговорились с героическими агентствами – что те пригласят меня, а когда я приду – устроят допрос с пристрастием. Поднимут кучу просмотров и кучу денег соответственно!

Поэтому меня начали приглашать – моё имя, объективно, было куда известнее, чем у моих одноклассников.

Пока я размышлял о том, как вести бизнес – и что сейчас делают клоны – а делали они картины – всем раздали маркеры и блокноты, на которых писали свои странные имена.

Странные – потому что они делали на японском иероглифическую дескрипцию-пояснение – вроде «Героиня сезона дождей: Фроппи».

Не просто фроппи – а с пояснениями. Мне это показалось смешным!

Зачем делать пояснения – это что, стихотворение? Резюме?

Я машинально взял маркер и решил нарисовать быстро маленький скетчик – в виде Тсую – нарисовал её в роли лягушки, сидящей на большой кувшинке, силуэтами – только силуэт – и красивую надпись – «Фроппи» – на английском, так как иероглифы не слишком любят разные шрифты. Красивую девушку удалось нарисовать всего несколькими штрихами – стройный стан, поза лягушки, длинные ножки, кувшинка. Следующим был Киришима – его тоже быстро заскетчил. В виде чувака из камня – каменная глыба. Следующий… и следующий…

На каждый скетч было отведено очень немного времени – но я рисовал очень быстро – как принтер, фигачил маркером с разным нажимом, и получалось очень достойно. Порой чтобы написать что-то – не нужны краски и детализация – достаточно только выделить самое главное – и это самое главное изобразить в виде контура – чем меньше деталей – тем больше требования к художнику – тем больше нужно выделять это самое главное – тем больше нужно не ошибиться – одна неловкая линия может запороть всё ощущение от картины. Это конечно не «Крик» Мунка, но и не чёрный квадрат – скорее простейший, но вместе с тем – художественно наполненный скетч, отображающий ощущение, отображающий сущность и то, как ощущалась кличка и сам герой.

Мелочь… но я аж вспотел – было очень трудно после неторопливой и вдумчивой работы – быстро в голове составить картину всего из нескольких штрихов – и так, чтобы она показывала то, что нужно – маркер – тоже очень неудобная штука для рисования – поэтому нужно было именно что работать контуром с разным нажимом.

Спустя двадцать минут – прошли почти все – остался Мидория – который несколько нервничал и ломался – но его поддерживала Урарака. Он явно хотел взять себе имя «Деку», которое по большому счёту ничего не значило.

Последним был я – своё имя я нарисовал.

Имя моё – «Лилипучка».

Шучу, это шуточное имя пришло в голову сразу, как только я вспомнил про свой рост и причуду. Веном – круче липких шариков – Веном – это почти живой костюм, только… с возможностью быть экстремально липким.

– Минета?

– Да, да, зовите меня «Веном», – отмахнулся я, – что значит «Яд».

– Это… Странно, – Немури Сенсей задумалась, – Ладно, можешь не выходить. А какое-то объяснение будет?

– Типа «Герой пропущенных вызовов и дождливой погоды»? – выгнул я бровь, – нет.

– Как хочешь!

* * * * * * *

__________

Мальчишка всё-таки хочет воплотить свою мечту. Я давно убедился в одной простой истине – мужчина, сколько бы лет не прожил – остаётся мальчишкой. Его всегда будет тянуть к девочкам поздне-пубертатного возраста, автомобилям и желанию иметь свой вертолёт, чтобы делать «БРРР» над городом.

Выбор мой был таким неслучайно – дело в том, что серии картин продавались ну очень, очень хорошо – несмотря на то, что я не вошёл в клуб мёртвых гениев – ещё ведь деньги приносила манга. А рисовка манги от МЕНЯ – это, оказывается, очень и очень дорого.

Схема простая – студия обращается ко мне – и просит – Минета, нарисуй нам, нарисуй. Чтобы мы могли добавить на обложку надпись «Рисунки: Минору Минета» – рисовка резко делала скачок в качестве. Просто потому что я не считал мангу – японской мангой – у меня мозг иначе устроен – художники-мангаки как только не изгалялись – но далеко не каждый из них умел передать в своей рисовке и динамику, и смысл, скрытый от первого прочтения – и вообще, не каждый мог работать по два-три часа над одной страницей манги. А у меня были клоны – которые разделялись, брали задачу с намётанным черновиком – где очень примитивно было изображено всё – палка-палка-человечек – и рисовали на этом месте… творение.

Одна глава манги в двадцать четыре страницы – рисовалась четыре часа – с помощью двадцати четырёх клонов – и каждый из них работал без всякого компьютера. Компьютерная графика – ЗЛО. Зло высшей пробы – это как контент нейросетей – нейрослоп. Только чуть-чуть подправленный человеком.

Поэтому – ко мне обратился автор одного популярного сёнена и предложил сделать одну главу, филлерную, его манги – обратился он, кстати, не по почте, а через Эйчиро Сёгу. Это был художник, с которым я познакомился на вписке – тот дал ему мой контакт, познакомил, и мой клон-секретарь – постоянно сидящий за компьютером и обложенный мобильными телефонами – получил вызов – создал и развеял клона, передавая информацию всем клонам, и в том числе мне.

Я сделал то же самое – создал и развеял клона – и мои клоны, работающие в мастерской – получили новое задание. Создать главу манги – получив от автора – наброски, что в филлере должно быть – должна быть романтика.

Я ухмыльнулся очень, ОЧЕНЬ коварно. Потому что насчёт романтики… особенно хентайной – меня просвещать не надо – мастер! Я оглядел наших девчонок, мы как раз выходили из Юэй. И заметил из интересных – разве что Момо Яойорозу.

– Момо-чан, ты занята сегодня вечером?

– Ммм? – Она посмотрела на меня, вздохнула:

– Нет, я не занята.

– Не хочешь немного подработать? Мне нужна натурщица.