Когда я читаю интересную книгу со множеством библиографических ссылок в тексте, я превращаюсь в обезьянку Павлова: немедленно начинаю искать источники онлайн, в библиотеке или у букинистов. У этой моей особенности есть два последствия. Во-первых, я читаю каждую (хорошую!) книгу очень долго. Это процесс. А, во-вторых, у меня, ну, очень много книг. Книги - основная расходная статья в моём бюджете после аренды жилья и долга за машину. (С ними очень сложно переезжать. В семь-переездов-назад у меня было 64 коробки с книгами, 4 коробки с остальными вещами, пол-минивэна музыкальных инструментов и растения в горшках (не считала, они почти как книги)). 

Сейчас у меня затишье между континентами и между работами, и я читаю. Сначала выбрала и сложила стопкой самые интересные книги. Теперь выбираю из этой стопки самые тяжёлые. Читаю и конспектирую. Попадаются удивительные. 

Недавно закончила читать “Психологию музыкальных способностей” - “Psychology of Musical Ability”, Rosamund Shuter-Dyson & Clive Gabriel. Второе издание, 1981 год. За год до моего рождения эта книга была напечатана - и, кажется, никто её до меня не читал. Как новенькая. Очень трепетное ощущение.

Книга немного похожа на путешествие во времени. Отличный от современного стиль, сильно неполиткорректный, по теперешним меркам, язык: авторы легко употребляют совершенно, к счастью, табуированные и невозможные сейчас словосочетания типа “N*gro girls”, “Mongols” (в значении “человек с синдромом Дауна), “imbeciles”, “idiots”, “backward children”. Такой яркий пример того, что мир движется в сторону инклюзии, приятия, осознания человеческого достоинства каждого человека. Британско-американское чувство собственного превосходства над всем миром, "западного музыкального мышления" над “примитивными” культурами тоже удивило. Оно и сейчас ощутимо, но всё же завуалировано гораздо сильнее. В общем, интересный экскурс в историю толерантности.

По содержанию книга - топ-источник по исследованиям в области психологии музыкальных способностей человека за период с середины 19 века до, собственно, 1981 года. Подробнейший обзор и анализ тестов на музыкальность разных авторов, обсуждения элементов, из которых состоит музыкальность человека (например, способность слышать тон, чувство ритма, эстетический компонент, музыкальная память и т.д.). Авторы прослеживают развитие музыкальности человека от рождения, в раннем детстве, в начальном школьном возрасте, в переходном возрасте, среди взрослых и даже чуть-чуть среди людей старшего возраста. Смотрят на различия устройства личности между музыкантами и немузыкантами. На разницу в музыкальности мужчин и женщин. На пересечение музыкальных и немузыкальных способностей. На наследственность. В общем, очень добротный исторический источник. Если вы преподаёте музыку или пишете научную работу о музыкальной педагогике, он будет очень полезен.

Поделюсь здесь интересными фактами из книги. Без комментариев.

Древние правители Китая и Египта считали хорошим подарком красивых женщин, умеющих хорошо играть на музыкальных инструментах.

Музыкальный талант - не монолит. Он состоит из множества разных под-талантов, умений, навыков. У разных людей они проявляются и накапливаются по-разному.

Во время музыкальных тестов маленьким детям сложно понять, что такое “высокий”, а что такое “низкий” звук (это не интуитивно!). Советская исследовательница Репина использовала игровую метафору (“папа медведь”, “мама медведь” и “медвежонок”) и доказала, что даже 2-летние дети могут различать разные регистры.

Впервые встречаясь с музыкой других культур, мы сначала интерпретируем её в привычных нам категориях (например, тональность, размер) - и, конечно, часто ошибаемся.

Обратная связь через тело (слух, вибрации) очень важна для исполнителя: даже профессиональные певицы сильно завышали мелодию, когда слышали в наушниках шум (то есть не слышали своё пение).

Возможность неограниченно двигаться - под музыку и без - критически важна для развития чувства ритма у ребёнка (это наблюдение многократно фигурирует в книге, в разных разделах, в работах разных исследователей).

Музыканты лучше владеют недоминантной рукой (например, правши - левой), чем немузыканты.

У незрячих и слабовидящих музыкантов лучше, чем у зрячих музыкантов, развита музыкальная память, но хуже - чувство ритма.

С рождения мальчики больше заинтересованы в визуальных стимулах, а девочки - в звуковых.

Порог комфортной громкости сильно различается для женщин (75.5 dB, в среднем) и для мужчин (83.3 dB, в среднем).

Мальчики чаще испытывают проблемы с пением (и их речь чаще бывает монотонна), но их ритмические способности они на одном уровне или слегка превосходят девочек.

Музыкальные способности напрямую коррелируют с общим интеллектом. Те дети, кто учатся лучше в общеобразовательной школе, достигнут бОльших успехов и в музыкальной. Возможно, это просто потому, что они быстрее справляются с учебной программой и у них остаётся больше времени и сил на музыку. А может быть, занятия музыкой положительно влияют на интеллект.

Тем не менее, дети с низким уровнем интеллекта иногда бывают чрезвычайно музыкально одарены. Необходимо предоставлять им возможности развивать их талант.

Знаменитые музыканты - группа с самым низким IQ среди знаменитых представителей других профессий. И наименее разносторонняя по интересам и умениям (исследователи считают, что это потому, что музыканты посвящают всё своё время музыке).

Музыкантам проще даются иностранные языки.

Только 9% профессиональных музыкантов имеют математический талант. Музыкальные и математические способности НЕ коррелируют.

Уверенность в себе, самоконтроль, ум и склонность к интеллектуализации - часто встречающиеся характеристики музыкантов.

Музыканты проявляют склонность к андрогинности: женщины-музыканты более маскулинны, чем гендерная норма, а мужчины-музыканты - наоборот, более женственны. А ещё женщины-музыканты более раскрепощены, менее стабильны и менее приветливы, чем женщины-немузыканты. 

Обучать детей музыкальным навыкам можно в любом возрасте, но самым эффективным будет циклическое обучение с возвратом к ранее пройденному материалу на новых уровнях развития.

В возрасте между 14 и 16 недель ребёнок перестаёт плакать, когда слышит приближающиеся шаги матери.

Речевой и музыкальный лепет младенца - это разные процессы. Музыкальный лепет (зачаточное “пение”) появляется только у детей, которые слышали музыку.

Во время “спонтанного музицирования” младенец больше заинтересован в процессе (действии), чем в получающемся в результате звуке.

Для спонтанного музицирования дети выбирать САМЫЕ ШУМНЫЕ инструменты.

На втором году из репертуара младенца, растущего в “западной” музыкальной парадигме, пропадают микротона.

Нотная запись большей части песен традиционного детского песенного репертуара записана выше удобного диапазона большинства детей. 

Когда ребёнок поёт у неудобном для себя диапазоне, он чаще не попадает в ноты. На прослушиваниях и на уроках хора таких детей могут счесть неспособными к пению.

В период с 6 до 9 лет ребёнок совершенствует способность различать высоту звука на столько же, насколько в период с 9 до 19 лет. 

В период около 8 - 9 лет - мелодический слух и чувство ритма развиваются активнее всего, скачком.

Раннее начало музыкального обучения напрямую коррелирует с наличием у музыканта абсолютного слуха.

Мы лучше различаем высоту тона, когда слышим звуки на том инструменте, который освоили первым (даже если в данное время играем на другом).

Примерно до 9 лет дети не различают диссонансные и консонансные гармонии. Диссонансные гармонии не воспринимаются как “неприятные”, “неправильные” до 11 лет.

Наследственность и среда влияют на развитие музыкальных способностей в сравнимой степени.

Если подросток занимается музыкой в 14, то, с большой вероятностью, музыка навсегда останется в его жизни.

Чтение с листа, импровизация и умение подбирать на слух - самые важные музыкальные навыки, по отзывам взрослых, продолжающих заниматься музыкой.

Музыкальные способности не угасают с возрастом - вывод на основании тестирования 119 взрослых в возрасте от 65 до 93 лет.

Музыкальные самоучки никогда не перестают заниматься музыкой.