ГРАДАН. Эпилог
Они сидели за грубым дубовым столом, выставленным прямо в саду, у самого края парапета, где камни обрывались в бездонную зубастую пропасть. Кот-цыган, чья ревность наконец перегорела и осыпалась серым пеплом, больше не зыркал исподлобья на хозяина и его «рыся». Теперь кот и рысь сидели по разные стороны, словно два зверя, признавших право друг друга на это логово: не друзья, но и больше не враги, связанные незримой волей Домнула.
Варвара, чье лицо в сумерках казалось вырезанным из сосновой коры, сонно и мерно перебирала на медном блюде мелкие белесые кости. Черт знает, что это была за змеиная ворожба; старуха что-то ворчала под нос, отсеивая косточки то ли по их надтреснутой форме, то ли по длине, понятной лишь ее старушечьему чутью. Мирко, разомлевший и сонный, пытался проследить за движением ее скрюченных пальцев, но мысли путались, не в силах постичь узоры этого колдовства. Он сидел совсем рядом с Граданом, впитывая исходящее от него спокойное, тяжелое тепло. Домнул его души задумчиво тянул дым своей трубки, и сизые облака таяли в воздухе, сливаясь с туманом, который чарующе баюкал лес далеко внизу. Градан глядел на свои владения взглядом хищника, который слышит каждый голос своего леса и отвечаем ему.
Внезапно Варвара поймала на себе взгляд Мирко. Сейчас она снова предстала той самой согбенной старухой, что впервые отворила перед княжичем тяжелые ворота. Она глянула на него остро, цепко, словно проверяя на излом, но в ее глазах больше не было жгучего зла. Осталась лишь сухая, как пергамент, покорность: даже родная тетка, mătușică самого Домнула, стапына Железного Пика, не смела перечить решению Градана. Мирко был принят домом, принят стапыном Карпат, и теперь сама судьба, шуршащая костями на блюде, смирилась с тем, что он сидел за хозяйским столом, как свой.
Градан указал резным концом трубки на безмолвное море леса, раскинувшееся под ними в сумерках.
— Глянь-ка, Мирко!
Мирко чуть привстал, чтобы лучше видеть, и Градан тут же, не таясь, обхватил его за талию. Это собственничество на глазах у домашних Домнула заставило Мирко затаенно, грешно улыбнуться. А там, в глубокой долине, по узкой тропе между вековых деревьев, медленно тек ручеек людей. Легини уходили прочь, а стригои — бледные тени в сгущающейся тьме — скользили впереди и позади них. Мирко невольно поежился. Он представил, каково им сейчас — входить в вязкую темноту леса плечом к плечу с теми, кто еще вчера вытерзал их до хруста в костях. Жнецы кошмара, прислужники дракона, застрявшие между мирами... полунечисть, полулюди. Но они были живы. Они шли домой.
Чудовищный порядок, но с ним никто не смог бы поспорить. На кровавой правде сам мир держался — звери охотились друг на друга, нечисть — на людей, а люди — брат на брата. И кому под силу это исправить, уж не Мирко! Он медленно сел обратно, чувствуя надежное тепло руки Градана, и поднял к нему лицо. Он искал в изумрудных глазах жестокую истину, природную правду и свое единственное равновесие между жизнью и кровью. Градан на мгновение прикрыл ресницы, а когда вновь посмотрел на него, его взгляд был полон той обжигающей мудрости, которая доступна только богам.
— Așa trebuie, micul meu râs, — прошептал он, выдыхая сизый дым прямо в губы Мирко.
(Так надо, мой маленький рысь!)
Варвара громко цыкнула, неодобрительно качнув головой, и напоказ вернулась к своим костям. Кот же, напротив, подложил руку под голову, глядя на них с умилением и тихим лукавством в желтых глазах.
— Știu, dragonul meu, — ответил Мирко на том же языке, который стал для них общим наречием страсти и тайны.
(Знаю, мой дракон).
Он доверчиво положил голову на плечо Градана, закрывая глаза. Оставаясь в ним навегда, обещая ему это от всего «нежного» сердца.
Над Карпатами сгустилась тьма, укутав пропитанным кровью бархатом и человека, и зверя. А Железный Пик им свою тихую песню костей и голодной тоски, полную затаенной печали о любви, которую они теперь делили на двоих, согревая друг друга.
Стригои кружили во мгле, повинуясь безмолвной воле Домнула, пока сам он бережно укрывал маленького рыся своей любовью чудовища...
Друзья мои карпатские!
Эта история подошла к концу, но жизнь "лепестков" только обретает свою страшную форму.... Что же было с ними дальше, каково теперь их "смертование" - читайте в книге "Яблонев цвет на крови".
Андрий вернулся из плена Железного Пика в родную деревню.
Но не зря ли Мирко просил за него перед Домнулом?
Градан конечно, отпустил пленников... да только какова цена свободы?..
- пост-военный ПТСР
- карпатские стригои
- украинская деревня
- Гоголевщина
- стекло
- цветущий май
- цена расплаты за войну
Nu căuta mântuire în brațele nopții, căci noaptea nu are milă, ci doar stăpân.
Nu căuta mântuire în brațele nopții, căci noaptea nu are milă, ci doar stăpân.
Не ищи спасения в объятиях ночи, ибо у ночи нет милосердия, а есть только хозяин.
https://boosty.to/angels-bite/posts/0cde90ab-d0a5-42a7-bc2e-c2cea5aee922?share=post_link
https://boosty.to/angels-bite/posts/0cde90ab-d0a5-42a7-bc2e-c2cea5aee922?share=post_link
In bundle
градан