Если говорить об этом месте, то каждый представит его с легкостью. Кассы ровными рядами, а за ними, словно за трибунами, стоят те, кого обычно можно было назвать "невидимками". Замени этих людей роботами — мало что поменяется. Причем не только внешне, но и внутренне. Уставшие глаза, вынужденные играть радость и участие. Вымученные улыбки, держащиеся как будто на шпильках.

В зале же будто митинг за права голодающих. Гул, бормотание, иногда слышится смех. Всё в беспорядке и хаосе, если смотреть со стороны. Внутри же толпы — относительный порядок. Очереди по причине, движение по закону. В этом нет ни отвратительного, ни прекрасного — просто обыденно.

— Кет, вот о таких местах я тебе рассказывал, — дверь отворилась, и первым в помещение вошел 15-летний подросток в странном на вид наряде. Будто он шел с какого-то мероприятия и был косплеером. Длинный черный кожаный плащ, на предплечьях которого была бахрома с бусинками из металла. Штаны из грубой ткани и простые утилитарные сапоги. На груди висел противогаз, а левый рукав заправлен, и из-под него торчит механическая рука. Обеими он активно жестикулирует.

На мальчугана мало кто обратил внимание. Все были заняты поглощением пищи. Но им стало не до этого, когда в дверь вошла другая особа. Высокая, тонкая, в такой же по стилю одежде, но совершенно инопланетного вида — создание с округлым животом. Кошачья мордаха с большими голубыми глазами, в которых можно было утонуть, черная прямая прическа до плеч резко оканчивалась, не доходя до них. Большие ушки, серебристая шерсть. Хвост плелся позади, а сапоги её были явно не для человеческой ноги. За руку она держала такое же, как она сама, существо, только на вид тому существу было годиков пять, не больше.

— Хм... а я представляла себе это по-другому, — сказала Кет, чем обескуражила людей вокруг. Кошка — да ещё и говорит. Кто-то посмотрел на свой напиток или откушенный бургер и принюхался. Может, туда что-то подмешали?

— Ну... да, я, может, немного приувеличил значимость, но это именно то, о чём я рассказывал, — сказал мальчик, не замечая реакции остальных. — Давай встанем в очередь.

В принципе, они так и поступили. Вернее, хотели поступить — так как очередь перед ними растворилась. Причем сначала это была взрывообразная реакция. Люди в очереди не сразу заметили, что происходит вокруг, и только при приближении увидели и осознали.

— Эм... спасибо... что ли, — сказал Вектор, почесав затылок на такую вот реакцию, а его спутница заметила:

— Может... лучше в другой раз? — спросила она, прекрасно замечая реакцию людей на своё присутствие.

Пока двое шли к очереди, словно капли пенициллина, вызывающие вокруг себя зону отчуждения, в забегаловку вошло ещё пять разнообразных существ, но шире, массивнее и явно в военной броне, и, что самое главное — при оружии. От такого люди хотели бы выйти, но чтобы выйти — надо было пройти через этих солдат. И люди оставались на своих местах.

— В другой? Ну... — мальчишка явно боролся с двумя противоположными чувствами. — Нет, давай просто возьмем заказ и уйдём?

— Я не против. Поступай, как знаешь, — ответила кошка, а после посмотрела на солдат. Те же с интересом рассматривали убранство и некоторых посетителей.

— Мда... умеют же жить люди, — сказал один из бойцов, рассматривая молодую пару, а после обратился к мальчишке. — Вектор, ну ты там сам выбери, хорошо? Я в кулинарии этих вот ничего не знаю, — сказал боец. Другие тоже закивали.

— А? Парни, я же сказал, что лучше будет, если вы снаружи побудете. Да и мы сейчас закажем и уйдём.

— Уйдём? Ну... ладно, окей, — сказал другой боец, и все пятеро двинулись на выход. Даже снаружи, скорее всего, заметили, как люди внутри выдохнули с облегчением.

Так как очереди перед Вектором и Кет не было, оба подошли к дрожащему от страха молодому парню лет восемнадцати.

— Что... что будете заказывать? — спросил он у мальчика, кидая косые взгляды на Кет и ребёнка. И Вектор стал перечислять. Взял всего и достаточно много. Для себя, других, и в общем сумма вышла приличная.

— Мда... цены с тех пор, как я тут был в последний раз, выросли, — сказал Вектор, доставая карточку и проводя спокойно по терминалу.

— Ваш заказ готовится. Ожидайте. Вот... вот ваш номерок, — сказал он, протянув Вектору бумажку. — А пока можете занять место в зале.

Мальчишка явно был слишком шокирован, чтобы реагировать на подобное как-то иначе, кроме как заготовленными фразами. Будто эти фразы — единственное, что отделяет его от мучительной смерти.

Хмыкнув, Вектор стал оглядывать зал. Многие, кто слишком боялись, уже высыпали прочь, так что выбор стал куда более обширным.

Вектор выбрал место у окна в углу. А оставшиеся люди, чьё любопытство было выше их страха, стали внимательно наблюдать за их действиями. Некоторые даже стали украдкой доставать телефоны, чтобы запечатлеть это. Ведь фиг им кто поверит!

Вектор живо запрыгнул за стол и уселся, а напротив него элегантно и смиренно села Кет, следя за тем, чтобы стол не упирался ей в живот. Рядом усадили ребёнка. Правда... малышка вместо того чтобы сидеть смирно, тут же выскочила из-за стола и стала ходить по залу, рассматривая людей, иногда тянулась за телефонами, как за какими-то странными игрушками.

Обстановка потихоньку переставала быть критической. Люди снаружи облепили окна, пытаясь рассмотреть неведомых гостей. Вектор же, заметив это, щёлкнул пальцами, создав зеркальный слой. Не чтобы люди не видели, а чтобы он сам их не замечал.

— Как думаешь, нас послушают? — спросила Кет, смотря на людей. — Они ведь не знают, что грядёт.

— Зато мы знаем. И я думаю, что нет. Просто... они хотя бы с меньшей вероятностью будут делать глупости, — сказал Вектор, так же наблюдая за происходящим в зале. — Главное... мы смогли передать все данные и сказать, зачем действовали так, как действовали. А дальше... пусть сами решают, — Вектор посмотрел на играющегося ребёнка, своего ребёнка, и его взгляд округлился. Какая-то женщина вот прямо сейчас замахивается на его ребёнка.

Ситуация банальна: у той женщины, по какой-то причине, видимо, отключилась связь с внешним миром. Социальные сети захватили разум девушки, так что она не заметила ничего, что происходило вокруг. А между прочим, у той самой был ребёнок примерно такого же возраста, как и ребёнок Вектора. И вот, когда маман заметила смену обстановки, двое детей нашли общий язык и мирно сидели возле её стола и занимались своими детскими делами.

Когда она очнулась и увидела, что её ребёнок играет с кем-то звероподобным, тем более таким "большим", то испугалась и замахнулась.

Вектор очутился возле неё и толчком отправил назад на сидение. Ребёнок её, естественно, испугался такому резкому движению и начал рыдать. Ребёнок Вектора тоже.

— Абсцисса, милая, ты как? — Вектор присел перед ней, а после взял на руки. Абсцисса же обняла отца и быстро успокоилась.

Меж тем женщина, набравшись наглости, вспылила:

— Держите своих домашних питомцев при себе! — выпалила она, а Вектор сощурил взгляд.

— Это моя дочь, тупая ты сука, — сказал он и после опустил Абсциссу на пол и толчком отправил к матери.

Кет же встала и обняла дочь. Женщина, посмотрев на это, скривилась от отвращения. А Вектор, меж тем, заметно вскипал. Она явно хотела что-то сказать, но Вектор её опередил:

— Прежде чем ты произнесёшь свои слова, знай. Какие-то вещи я могу пропустить мимо ушей, какие-то вещи могу оставить безнаказанными, а есть вещи, которые я прощать не собираюсь.

— И что ты мне сделаешь, зоофил придурковатый! Как тебя мать вообще...

Вектор успел сделать лишь одно движение. Он легко достал револьвер, направив его на женщину. И готов был спустить курок, как тяжёлая рука опустилась на револьвер. Это не была Кет. А один из бойцов.

— Ух... Вектор, ты это полегче, — сказал медведь в два метра ростом, широченный, как пять таких вот, как та, что осмелилась сказать непростительные для Вектора слова.

Девушка отшатнулась. Мальчишка её замер, хлопая глазами.

— Я всё понимаю, но давай пушкой не размахивать?

Вектора явно корёжило от гнева. Он пару раз вдохнул, выдохнул и убрал револьвер под полы своего плаща.

— Ладно. Заказ скоро должен быть готов. Там много чего. Заберёте в транспортник? — спросил Вектор у медведя, а тот кивнул.

— Передам по рации, — сказал он, и они двинулись обратно к месту, где сидела Кет.

— Да вали, тупой извращенец! — крикнула женщина, осознав, что опасность миновала.

Остальные же посетители, что остались тут, не реагировали. А медведь, развернувшись, подошёл к женщине и ребёнку. Взял одного в охапку, а другую — за локоть и таким образом вытащил их наружу, попутно говоря:

— Вы, дамочка, ходите по охренеть какому тонкому льду, — говорил он спокойно и сдержано. — Сейчас я спасал не его от вас. А вас — от него. Думаете, он пушкой своей опасен? Пушка — это самый лёгкий и быстрый способ. Не доводите до греха, пожалуйста.

Он вышвырнул её наружу, а ребёнка аккуратно положил на землю. Она хотела ещё что-то сказать, но упала к ногам других бойцов. Нет, с ней ничего плохого не случилось. Она просто осознала, в какую передрягу попала. Вскочила, кажется, забыла про своего же ребёнка, но вернулась и утянула его за собой. А мальчик, удивлённый, видимо, тем, что персонажи из мультиков оказались более реальны, чем он думал, лишь помахал им вслед.

— Ладно... бойцы, заказ сейчас готов будет... пойдём забирать, — сказал Медведь...

Дальше были сборы заказа, длившиеся весьма долго, помещение оного в транспортник, стоявший на площади недалеко, а дальше — поездка домой и знакомый многим ужин.

Забегаловка же с этого момента и ещё несколько дней была закрыта.