Первого урока сегодня не было, так что Вик и Джереми успели побегать после завтрака. День выдался солнечным, почти по-летнему теплым, но ветер резал холодом. Деревья в предгорьях уже покрасило в желтые и оранжевые оттенки, чуть выше лиственного пояса сурово зеленели ели.

На Травологии Вик появился бодрым и веселым. Лаки сообщил, что вечером они пойдут исследовать коридор, и нельзя сказать, что Виктору не грела душу мысль о том, что они с ребятами обскакали компанию Саймона, убивающую время на бесполезных дежурствах.

А вот защита обернулась настоящим кошмаром. Нет, Вик еще в прошлый раз заметил, что Гриффит — тетка нечеловечески педантичная.  Полчаса их в стойке продержала. Все эти ее “большой заголовок”, “подзаголовок”, “выделить красным”, “подчеркнуть”...

Но такого полета кукушки Виктор от нее не ждал! Ни один преподаватель его прежней школы не позволил бы себе так оскорблять учеников! Странно, в понедельник Гриффит была довольно спокойна… Озверином ее, что ли, за эти три дня накачали?

Но задевать Лаки ей не стоило. Вик потом только жалел, что не догадался поступить как близнецы Уизли. Черт, за это он должен им пару шоколадушек! 

Всю Трансфигурацию Вик просчитывал, что они скажут директору, бездумно бормотал заученные строчки и конечно не изменил спичку ни на йоту. А директор справился и без него. 

Сегодня вообще все справлялись без него — вот и Лаки планы озвучил лишь к ужину. Вдобавок, Виктору место в них не то чтобы нашлось.

Вик топтался около статуи архитектора Хогвартса и мрачно размышлял, что рейвенкловцев не зря считают индивидуалистами. Сколотили банду и пошли на дело своим составом…

Часы на часовой башне звонко пробили половину девятого и тут-то Виктора и обожгло понимание. А где дежурные? Где Саймон и его подружки, где вторая тройка? Передумали?

Вестибюль был пустынен и тих. Хотя отбоя еще не было, за полчаса мимо Виктора пробежались только двое хаффлпаффцев. От нечего делать Вик рассматривал статуи и портреты и даже заметил, что архитектор Хогвартса стоит на четырех плитах: желтой, зеленой, красной и синей.

Минут через десять со стороны лестниц послышался шум. Виктору показалось, что он различил знакомые голоса. Он радостно пошел навстречу и встал, как вкопанный, увидев процессию, тянущуюся в замок с террасы.

— О-о… — только и сумел произнести он. — О-о… О… Я могу помочь?

Саймон криво улыбнулся:

— Чарами левитации человека поднять сможешь?

Вик едва не подтвердил, но та усталость, которую он чувствовал после тренировки, заставила его придержать язык.

— Плечо подставить могу, — сказал он, стремительно шагая к старшекурсникам. — Как ты вообще идешь?!

— Тонкс нас обезболила, — сказал Саймон, чьи ступни оставляли на полу размазанные полосы крови.  — Тяжело, но не болит.

Тонкс сосредоточенно левитировала слабо шевелящегося корейца. С его мантии на плиты пола часто и звонко капали красные капли.  Девушка с розовыми волосами, единственная, выглядела полностью целой. Остальным повезло меньше.

Лицо Мэри, до верхней губы, выглядело какой-то кровавой губкой. Из него щетиной торчали занозы. Изранены были даже ее закрытые веки. 

Мэри медленно вела под руку рыжая, чья мантия выглядела так, словно ее кошки драли. Энис, из плеча которой торчала огромная окровавленная щепка, придерживала Мэри под второй локоть здоровой рукой. 

Вик добежал до Саймона и поскорее подставил ему свое плечо. Старшекурсник оперся тяжелой ладонью.

— Кто вас так? — тихо спросил Вик. — Это был Ли?

— Нет, — медленно сказал Саймон. — Это был… как там Энис сказала? Ах, да. “Всего лишь первокурсник”.

“Чего-о?! — мысленно изумился Вик. — Это Фрезер вас так?!”

— Мелкий больной ублюдок, — с трудом выцедила Мэри.

— Как это произошло?! — взволнованно спросил Вик.

— Я написала Меруле записку с просьбой о встрече, но она догадалась, что это ловушка, — сказала рыжая. — Она специально выбрала тот класс, из-за тайного хода в за картиной! Тут она меня обскакала…

Рыжая помрачнела.

—  Мальчишка выскочил к нам в бок и швырнул в парты “бомбарду”.  — угрюмо добавила Энис. — Гаденыш…

 —  Я уверена, это мог быть выброс,— твердо произнесла Тонкс. — Откуда бы первокурснику владеть “бомбардой”?

— Мелкого пожирательского ублюдка учили его родственники, — угрюмо выронил Саймон.

Виктор счел, что должен ему кое-что прояснить:

— Вообще-то Фрезер — маглорожденный.

— Бред, — коротко ответил Саймон. — Мерула никогда бы не приблизила к себе… кто это вообще придумал?

— Зельда принесла. — Виктор постарался не обижаться на это “бред”. Саймону сейчас нехорошо. На плече, которое он стиснул, точно синяки останулся…

— Фрезер не отрицает, что его родители магглы. А на Слизерине, похоже, лучше быть пожирательским ублюдком, чем честным маглорожденным, — добавил Вик.

На некоторое время все умолкли. Подъем по лестнице не дался им легко: рыжая явственно хромала, а Саймон настолько лег Виктору на плечо, что у него спина заскрипела.

— Родственники жертв слали Меруле угрозы, — тихо сказала рыжая, когда они наконец добрались до второго этажа. — Я имею в виду, что… если на руках его родителей много крови, ему есть смысл скрывать происхождение, даже на Слизерине.

— Мы тоже думали в эту сторону, — выдохнул Виктор. Он совершенно вымотался на этой лестнице. — Даже фотографии в газетах смотрели, но там никого внешне похожего…

— Да он мог пойти в кого угодно, — мрачно сказал Саймон. — В бабку, в прадеда… Ты смотри, что он творит. Маглорожденный первокурсник, знающий такие заклятья? Без сомнения применяющий их? Ну да, конечно. Я верю.

… Мадам Помфри смотрела на них, плотно сжав губы. Виктору даже неудобно стало под этим взглядом. Но целительница ничего им не сказала.

Первым по линии огня стоял Ким. Он пострадал сильнее всех, с него и начали лечение. Волшебница отправила Тонкс к шкафу, за настойкой растопырника, одним взмахом палочки придвинула ширму и велела Виктору помочь ей раздеть пациента.

И Вик хорошо его рассмотрел. До мороза по хребту пробрало. Он понял, что имел в виду Саймон. Каким психом отмороженным надо быть, чтобы устроить такое? Черт, если родители Фрезера были такими же жестокими уродами, то не удивительно его стремление это скрыть, пусть даже и ценой статуса маглокровки на факультете расистов. 

Честно говоря, Вик думал, что Ким изуродован навсегда. Но мадам Помфри вершила настоящее волшебство. Всю эту кучу заноз она извлекла несколькими движениями палочки. Прозрачная, резко пахнущая жидкость, без следа закрыла кровавые раны. 

Потом она долго возилась с его глазницами и наконец объявила, что новые глаза будут расти дня два. Виктор себе только колени нижней челюстью не отшиб. Это покруче, чем хвост ящерицы! И с такими-то возможностями волшебники до сих пор живут, как в средние века? Че-ерт, а он недооценил всю мощь зельеварения! Теперь Вик будет усердно учить этот предмет…

Тут Виктор вспомнил, кто же у него в соседях за котлом и настроение его немедленно испортилось. К тому же, мадам Помфри отобрала у Виктора губку и отправила его подышать. За ширму пригласили Мэри. 

Саймон сидел на табуретке и нервно барабанил по губам пальцами. Вик почти серьезно подумал — не сказать ли ему, что логово слизеринцев почти раскрыто?

Но все-таки не решился. Кто знает, что Саймон сгоряча может устроить? Виктор поставил на Талботта, этого и будет держаться.

Мэри выпнули из-за ширмы буквально через минуту. О недавнем побоище теперь напоминали только полосы крови у нее на шее. 

Виктор сходил к столу Помфри и принес оттуда зеркальце. Мэри благодарно улыбнулась и принялась вытираться платком.

С рыжей целительница возилась дольше, минут пять, затем за ширму нырнула Энис. Скорость магической медицины просто поражала — через пару минут Мадам Помфри уже занималась ногами Саймона. 

Со звуком пушечного выстрела распахнулась дверь.

— Мистер Гамильтон! — возмутилась мадам Помфри. — Это больница, а не таверна! Не надо вышибать мне дверь!

На пороге стоял взмыленный Лаки. В одно мгновение он долетел до Виктора и замер над его головой вытянувшись в струну и плотно сжимая кулаки..

— Черт бы тебя побрал, Вик! — прорычал Лаки. — Мы просто попросили тебя подежурить в холле, какого хрена?!..

Вик увидел в дверях за спиной брата Санни и Уингера.

“Черт, как неудачно получилось, — сообразил он. — Они приходят, меня нет и кругом кровь…”

— Со мной все в порядке, — сказал он так успокаивающе, как только мог. — Это не моя кровь.

— Парень просто помог нам, — хмуро сказал Саймон.

— Ты записку оставить мог?!

— Чем? — возмутился Виктор. — Кровью? Чернила и пергамент в башне!

— Кхх, да записка кровью “у меня все в порядке” — это не очень успокоительно, — заметил Санни.

Лаки упал на стул рядом с Виком и сгорбился. Вик почувствовал себя виноватым — и как сам не сообразил!.. Надо было хотя бы Саймона попросить наколдовать карандаш и бумагу.

— Можете идти, — кивнула медиковедьма.

Саймон приподнял свой окровавленный ботинок и критически его оглядел. Талботт молча подошел и так же молча сотворил прямо из воздуха пару штиблет.

“А что, так можно было?” — изумился Виктор.

Саймон благодарно кивнул, обуваясь. На выход они шли в молчании. Ну да, не при мадам же Помфри обсуждать это все…

…По-дороге в башню Гриффиндора, Саймон по-новой пересказал свои приключения и получил от Талботта категорическое уверение, что это точно был выброс.

— “Бомбарда” — энергоемкое заклятие, — мерно говорил Талботт. — Я бы поверил в вашу версию, будь он хотя бы второкурсником, не вылезающим из Дуэльного клуба. Но первокурсник, проучившийся всего несколько дней? Кто бы ни были его родители, вряд ли они ставили ему в столь юном возрасте столь опасное заклинание…

— Он маглорожденный, — добавил Лаки.

— Не факт, — перебил его Виктор. — Послушай, мы тут поговорили… Человек не всегда похож на своих родителей как две капли воды. А что если его родители творили что-то настолько ужасное, что он скрывает фамилию, чтобы ему не угрожали местью?..

— Звучит, как неплохое начало романа, — заметил Талботт. — Однако, из всех объяснений верным обычно оказывается простейшее. Мальчик увидел, как на его знакомую напали, перепугался. Выброс.

— Думай что хочешь, — зло сказал Саймон. — Но то, чем он засветил нам в морды в понедельник точно не было выбросом. Его кто-то учил.

— Возможно, кто-то из волшебников жил по соседству, — невозмутимо ответил Талботт. — Не стоит разводить теорий заговора.

Саймон упрямо выдвинул челюсть вперед и Вик понял, что старшекурсник остался при своем мнении.

Наконец они дошли до гостиной. Вик задержался снаружи, с поводом — пожелать брату спокойной ночи.

— Ну, чего? — возбужденно спросил он, лишь только портрет закрылся за спиной у Энис.

— Не очень удачно, — признался Уингер. — Да, они прячутся где-то в этом коридоре. Но мальчик наступил на меня и я был расшифрован.

— Мальчик?..

— Фрезер шел туда с какой-то старшекурсницей, — пояснил Лаки.

— С Мерулой Снайд, — проинформировал их Уингер. — Она верховодила этой компанией с первого по четвертый курс, пока они все не подросли. Думаю, нам стоит повторить этот поход через недельку. Они не будут настороже постоянно.

***