***

Если честно — Виктор был доволен как слон. Он сделал нужный выбор и не его вина, что шляпа отправила его туда, куда он и хотел, верно?

Да, он не попал на факультет Лаки, но эй! Вик четыре года привыкал к мысли, что брат вообще у магглов останется! А сейчас они будут учиться в одной школе, просто спать в разных спальнях…

Во время пира Вик успел немного познакомиться с будущими одноклассниками, ну, точнее с теми из них, кто оказался за столом ближе к нему… Среди них, кстати, были двойняшки — мальчик и девочка, Джереми и Джессика Спаркс. Оба были стройные, спортивного вида и, так же как Виктор, не стали бросаться на быстрые углеводы. Это было сложно — весь стол был просто уставлен тяжелыми блюдами, типа ростбифа с йоркширским пудингом, пропитанным жиром, пирогов с почками, бараньих котлеток… Просто холестериновые бомбы!

Они с ребятами с трудом отыскали среди этого раздолья печеные овощи и взяли по стейку. После перемены блюд, Джереми, Джессика и Виктор обменялись тяжелыми вздохами. Нет, фрукты тут тоже были — но взгляд то и дело падал на такие жирные, сладкие и манящие эклеры, дрожащие горы ванильного пудинга, креманки с мороженым, корзиночки, полные белкового крема, меренговые пироги, пироги с патокой… Издевательство просто, маги вообще слышали что-нибудь о здоровом образе жизни?

На пиру Виктор страдал, зато после пира — немного злорадствовал. Переевшим одноклассникам пришлось карабкаться на седьмой этаж… К тому же, одна из лестниц, по которой они шли, внезапно сменила направление и увела половину учеников в какой-то непонятный коридор. Старосты остались с другой половиной, но среди них оказалось достаточно старшекурсников. Быстро нашелся какой-то проход за портретом, выход в коридор верхнего этажа… И вот они пристраиваются в хвост остальной колонне. Вик и не понял, как они выбрели к портрету полной женщины в ночнушке. В проходе стоял староста и весело считал их по головам:

— Восемнадцать, девятнадцать… Хах, надеюсь, мне не придется искать первачков по этажам, как в прошлом году… О, двадцать!..

Всего их оказалось, вроде бы, двадцать три человека. Веселый староста, представившийся, как Чарли Уизли, прочел им краткую речь о том, что они на факультете смелых и благородных, на факультете победителей и он ждет от них соответствующего поведения.

А потом предупредил быть осторожнее со слизеринцами, ожидать подстав, учитывать что они любят нападать скопом и не вздумать за ними следить…

Вик набычился:

— А если я подружился с девочкой, которая попала на Слизерин, то теперь что?

На него обернулись…

— Да ничего, — пожал плечами староста. — Дружи, если получится. Так, теперь те, кто желает выяснить, где здесь мужской туалет — за мной!

Старшие ученики уже разошлись и теперь Вик мог по-нормальному рассмотреть гостиную. Это была большая полукруглая комната, стены которой прикрывали бордовые гобелены. На гобеленах среди цветов скакали рыцари, девы гладили единорогов, львы клали головы на колени дамам… С правой стороны над комнатой нависала балюстрада, туда вела кованая лестница винтом.

У высокого прямоугольного окна с квадратными стеклами горел камин, от камина концентрическими кругами расходились кресла в бордовой обивке. Еще два камина поменьше грели левую стену и криво стоящие диваны, с высокого потолка свисали многосвечовые люстры, сделанные из темного дерева. На каминных полках Вик разглядел фигурки каких-то зверей, но времени особенно разглядывать их не было — староста повел их в проход под балюстрадой.

Гостиная была совершенно ассиметрична, но этим и крута. Из прохода они попали на лестницу, спустились вниз на два этажа и оказались в широком коридоре, освещенном факелами. Гобеленов и прочего тут не было — только ковровая дорожка (бордовая в желтую полоску) и глухие темные двери без надписей.

— Душевая старших курсов, душевая младших, — быстро ткнул ладонью туда-сюда староста. — Если зайдете не в свою, будете прыгать к крючкам. Туалеты — вон там.

В туалете Виктора поджидала старинная тяжеловесная роскошь — огромную мраморную чашу со статуей грифона окружали чугунные раковины с бронзовыми кранами. Двери кабинок были сделаны из настоящего дерева, вверху просвечивая полумесяцем стекол. Унитаз на бронзовых львиных лапах восхитил Виктора совершенно! Вик бы поставил этому месту пять звезд, вот только будь тут посветлее — половина факелов не горела.

В душевой, на центральной колонне, висели свежие полотенца гранатового цвета. Вместо перегородок кабинки разделяли потоки воды, причем где-то она текла снизу вверх, где-то — сверху вниз, а кое-где вбок. Еще нашлись три чугунные ванны с бронзовыми лапами. Когда они помылись, староста показал фокус — толкнул одну из ванн коленом и… она пошла! Пошла к душевым лейкам!

— А по лестнице она пройдет? — выпалил Вик, внезапно в один голос с рыжими близнецами.

— Только попробуйте проверить, — сообщил им староста. — Переведу вас в спальню к Перси.

Близнецы переглянулись и обхватили лица ладонями в притворном ужасе. Вик кинул на них взгляд, надеясь поймать ответный взгляд, но близнецы смотрели только друг на друга.

“Ну и ладно, — подумал Вик. — Я и без вас найду, с кем на ванной покататься”.

После осле того, как все желающие приняли душ, им пришлось тащиться по лестнице наверх три этажа.

— Я тут сдохну, — негромко простонал Маккензи.

— Займись спортом, — посоветовал ему Вик. — Ты единственный, кто жалуется, обрати внимание. Хочешь присоединиться ко мне на пробежке завтра?

Потолки тут в самом деле были высокие, а лестницы — длинные. Но Вик неудобств не испытывал, как и большинство. Кому-то просто стоит перестать быть дрищом.

— Я хочу, — немедленно сказал Джереми. — Во сколько?

— Во сколько тут завтрак? — озадаченно спросил Вик.

— В восемь, — откликнулся староста. — Вы будете жить в третьей башне. Сразу предупреждаю, все четные башни — девчачьи. Если лестница вдруг превратилась в горку, перейдите комнату по диагонали, вам туда. Так… Вы это конечно не запомните, но нумерация идет от общей гостиной — сперва на этаж выше, потом ниже, снова выше и снова ниже… Нумерация башен отражает время их постройки, поэтому она такая странная. В башне может быть от трех до семи этажей, плюс чердак. Третья башня — шестиэтажная, вам достались первый, второй и пятый этаж. Самых спортивных из вас я попрошу выбрать спальню на пятом, ладно?

Вик и Джереми обменялись взглядами. Лестница вывела их в какой-то извилистый коридор с многочисленными дверями.

— На этом этаже — комнаты самоподготовки, здесь можно тренировать заклинания, — объяснил Уизли. — Ну и спальни конечно, как без них. Этажом выше — малая гостиная, там обычно девчонки пьют чай… Гриффиндор сейчас — самый многолюдный факультет и может показаться, что здесь негде побыть в одиночестве… Неправда! Вы всегда можете задернуть полог балдахина или забраться на чердак своей башни. Правда там обычно полно совиного помета…

Первокурсники дружно рассмеялись. Чарли довел их до входа в башню и предложил дальше расселяться самим, а то ему лень подниматься, это снова всех рассмешило.

Вместе с Виком и Джереми на пятый этаж отправился еще один мальчик — Гарри… как там была его фамилия? Вик не запомнил. Но в общем, он был крепкий, бронзово-загорелый и умел круто присвистывать в щель между передними зубами.

— Круто, — присвистнул Гарри, зайдя в комнату. — Шикарные койки.

Узкая лестница привела их в полукруглую комнатку с высокими стрельчатыми окнами в косом переплете. Между окон стояли пять кроватей — старинных, высоких, с пурпурными бархатными балдахинами, расшитыми золотой нитью, в львах и розах. На тумбочках, в старинных стеклянных лампах горели свечи.

О да, Гарри был прав — шикарные койки! Виктор с удовольствием подумал, что спортивная форма дала им преимущество, эту комнату они будут делить на троих. Остальным придется жить по пятеро…

— Народ, — сказал он, — как насчет того, чтобы проверить, будут ли те ванные ходить по лестнице?

— Отличная идея, — живо откликнулся Гарри. — Я в деле. Вот только давай завтра?

— Завтра с утра, — предложил Джереми. — Когда все будут спать. Мы же все равно собирались на пробежку…

— Тогда надо встать в шесть, — Виктор протяжно зевнул. — Тогда мы все успеем…

***

Сразу лечь не получилось. Вик с досадой обнаружил, что забыл в душевой свои W10. Это был последний подарок от отца, Виктор скорее бы повесился, чем позволил им потеряться…

Он уже переоделся в пижаму и переодеваться назад не стал. Вытащил из сундука войлочные тапочки и тихо ступая отправился вниз…

Вот эти-то тихие тапочки и были во всем виноваты. Они — и то, что Вик запутался в здешних лестницах и этажах. Еще и факелы почти погасли. Черт побери, Вик и подумать не мог, что в магическую школу надо брать фонарик! Он вообще не представлял, что где-то может не быть электричества.

“Надо будет написать деду и попросить настольную лампу, — озадаченно подумал он. — Не при свечах же я стану делать уроки!”

Наконец, он отыскал свою (как он думал) башню и потопал на пятый этаж. Но на площадке четвертого каменная лестница внезапно кончилась. Вик уперся в крутую деревянную лесенку на чердак… Он попал не туда!

Из люка пробивался свет, вот в чем дело. Вик хотел попросить помощи и полез вверх, он уже протянул руку к крышке люка, когда начал разбирать слова в доносящихся сверху неясных переговорах.

— …и тогда мы выведем этих убийц на чистую воду, — звонко резал злой девичий голос. — Порадуем их встречей с родителями!

— Но нам нужна помощь, — добавил ломкий басок.

— За Ханну я с вами! — добавил какой-то парень.

Потом все снова пошло неразборчиво, Вик слышал только отрывки: “Северная башня — удобно всем…” “ Уингер с Рейвенкло… кого из Хаффлпаффа?”

— …Уверены? Пострадает!

Среди этих голосов Вик с огромным изумлением расслышал голос старосты! Любопытство взяло Виктора за горло и требовало немедленно выяснить, кто кого убил, а здравый смысл говорил, что когда старшекурсники начнут спускаться, они Вику, скорее всего, не обрадуются…

Додумать эту мысль он не успел. Чердачный люк поднялся, на площадку хлынул поток золотистого света. Вик замер, подняв голову. В отверстии люка стоял староста.

— А что это ты тут делаешь? — спросил он с легким удивлением, но к облегчению Вика — без злости.

— Заблудился, — честно ответил Вик. — Забыл в душе отцовские часы… Я думал, это моя башня, а это чужая.

За спиной старосты хихикнула какая-то девочка.

— Пойдем, я тебя провожу, — староста легко сбежал вниз по крутой лесенке. — Заодно проверю, что делают близнецы, — пробормотал он себе под нос.

Вик бросил быстрый взгляд на второго спускающегося — тот как раз подавал руку кому-то наверху. К радости Виктора, второй оказался парнем приметным: невысокий крепыш с афрокосами до плеч и оттопыреными ушами-топориками. Утром Вик узнает, кто это такой!

Вместе с Чарли и Виктором вниз отправились две молчаливые девушки. Первая была симпатичная, только вот слишком худая. Но у нее было милое лицо сердечком и огромные темные глаза — и к этим нежным чертам совершенно не подходила ее прическа — ярко-алый “ежик”.

Вторая девушка совсем не была красоткой. Она была маленькая, смуглая, с лицом словно бы сдавленным, как у резинового пупса, которому нажали на макушку. Монобровь не делала ее краше, но вот “хвост” у нее был шикарный — целая река смоляных волос ниже талии… Девочки попрощались с Чарли на следующем этаже. Вверх они поднимались уже вдвоем.

— Ты слышал, о чем мы говорили, верно? — тихо спросил Чарли.

— Слышал, — кивнул Вик. — Я… правильно понял? В этой школе есть убийцы?!

Чарли выдохнул:

— Кое-кто так считает.

— Кое-кто? — уточнил Виктор. — Не ты?

— Не я, — невесело хмыкнул Чарли.

— Что здесь произошло? — серьёзно спросил Виктор.

— Двое наших друзей, — тихо сказал Чарли, — Бен и Ханна. Не вышли из Запретного Леса живыми.

Некоторое время они шли молча. Наконец Чарли заговорил снова:

— Они были задушены, — с горечью сказал он. — И кое-кто считает виноватым в этом одного слизеринца, но я думаю, что человек, который так искренне любит животных не может быть убийцей.

Виктор едва не споткнулся!

— Гитлер был вегетарианцем и любил собак, — сообщил он.

— Эм… кто такой Гитлер?

Тут Виктор реально споткнулся:

— Ты сейчас прикалываешься, да? — он просто поверить не мог, что волшебники настолько оторваны от реальности. — Это же самый страшный злодей мира!

— А ты знаешь, кто такой Гриндевальд? — внезапно поинтересовался Чарли.

Вик лихорадочно вспоминал, Санни упоминал это имя, но что он рассказывал? Кажется, это был какой-то немец…

— Какой-то немец, — сказал Виктор.

— Волшебник, развязавший самую страшную войну двадцатого века, — проинформировал его Чарли. — Войну, которая затронула всю Европу. Сам-знаешь-кто рядом с ним просто любитель… Если ты, конечно в курсе, кто такой Сам-знаешь-кто. Я это сейчас к тому, что не стоит возмущенно орать, если кто-то тут не разбирается в маггловской истории.

“Но нельзя же настолько ее не знать!” — мысленно возмутился Виктор.

— По лицу вижу — не согласен, — заметил староста. — Тут, видишь ли, такая штука… статут секретности жестко разделяет наш мир и маггловский. Знаешь, мой отец увлекается маггловскими изобретениями, но он вряд ли ответит, кто такой Гитлер. А если ты сейчас снова решишь возражать, назови мне, кто был правителем Египта двадцать лет назад.

— Правителем Египта? — озадаченно спросил Виктор. А потом до него дошло: — А. Это ты сейчас пытаешься сказать мне, что большинству волшебников так же интересна политика обычных людей, как мне — политика Египта?

— Соображаешь. Пойдем, — староста легонько тряханул его за плечо и Вик вспомнил, с чего начался этот разговор о политиках.

— Как зовут того мальчика, которого вы подозреваете? — выпалил он. — Любовь к животным — не аргумент. Я должен знать, с кем мне надо быть осторожнее!

— Просто не следи за слизеринцами, — поморщился Чарли. — И тем более не ходи в Запретный Лес. Не ввязывайся в эту историю, хорошо? Я сам не собираюсь в нее лезть, тем более что огромная часть вины лежит на тех, кто сейчас больше всего кричит о возмездии, — сумрачно закончил он. — Идем уже, завтра не встанешь!

Виктор снова начал подниматься по ступеням.

— Как это — часть вины лежит на тех, кто кричит о возмездии? — тихо спросил он.

— Если бы кое-кто не попросил Бена и Ханну кое за кем последить, ничего бы не случилось, — коротко ответил староста.

— Последить за слизеринцами? — понял Вик.

— Надеюсь, ты этого делать не будешь? — безжизненно спросил староста.

Виктор не понимал!

— Но… получается, убийца останется безнаказанным?!

— Этим делом занимается авторат, — зло сказал Чарли. — Но нет, Саймону, Энис и Мэри хочется поиграть в великих мракоборцев!.. Виновный ими назначен, только доказательства подобрать! Но, видишь ли, я считаю: если бы наши правда увидели что-то лишнее, они бы получили “обливиэйт” в лоб. Логично?

— Ну, это сложное заклинание… — пожал плечами Виктор.

— Их трое и они сильные волшебники, — бросил Чарли. — А в Запретном Лесу кого только не встретишь. Все это очень шатко и не доказано, зато обязательно кончится новыми жертвами. К сожалению, у Саймона лоб из гранита, не будь как Саймон! Пришли, вот твоя башня. Наверх я не полезу, хорошо?

Вик кивнул. Ему так дико и невероятно хотелось спать, что не оставалось даже сил как следует все обдумать! Одно он знал точно — влезть в это дело ему жизненно необходимо. Надо только правильно подать это Лаки.