Ага, как же. Размечтался.

Между родителями словно кошка пробежала. Они ругались ночью, думая, что их никто не слышит, но подслушивали все трое.

Мать не устраивало, что отец стал меньше получать, отец предлагал экономить. А еще предложил переехать — ради Тома. “После этой истории ему нормальной жизни здесь не будет”.

— А старшим из-за него всех своих друзей бросить? — громко и ядовито спрашивала мать. — Мне оставить мой сад?

И высказалась в том смысле, что Том нигде общаться нормально не сможет. Тут дело не в окружении.

Родители все никак не могли сойтись во мнениях. Мать упорно отстаивала интересы братьев, а отец пытался защитить Тома. Днем они почти не разговаривали между собой. Денни и Грей все время шептались. Несколько раз Том услышал слово «развод».

— Это ты во всем виноват! — не выдержал как-то Грей, встретив Тома на лестнице.

Том поднял вверх руку:

— Высокая у нас лестница, правда? А самое главное знаешь что? Если я буду стоять здесь, а вы оба упадете — никто ничего не докажет.

Том улыбнулся. Грей смотрел на него с ненавистью и испугом. И медленно отступил вниз по лестнице. Убрался у Тома с дороги.

Нет, Том не стал бы этого делать. Но должна же быть хоть какая-то польза от того, что собственные братья считают тебя чёрте-кем.

Как ему иногда хотелось, чтобы братья исчезли. Может Тома любили бы вместо них. И папа был бы только его. И Джейн бы закрывала глаза на любые его промахи.

Ее же раз в месяц в школу вызывают — не одно, так другое. То Денни Шекспиру усы подрисует, то в женский туалет ведро с лягушками подбросит. То кто-то впрыснет в обивку директорской двери яйцо шприцем и подозревают Грея. Все это мать считала оговорами и наговорами! А что началось, когда Том подсунул мистеру Тодду кнопку на стул, после того, как тот расстроил Эйприл…

На доме Эйприл была табличка: «Продан». Там никто не жил.

Том забрался внутрь через окно, провернув щеколду. Почему-то он был уверен, что найдет внутри письмо. Письмо, которое Эйприл написала ему….

Но в доме была только пыль. И стоял запах духов Эйприл — ландыш.

***

Потом Том пытался спросить соседей, но на него смотрели так… язык к горлу прилипал.

Раньше к Тому неплохо относились малыши у которых старших братьев-сестер не было и Том мог с ними повозиться. Но теперь… нет, малыши по-прежнему относились неплохо. Только родители запрещали им даже подходить к Тому. А когда он появился на площадке — хотел покататься на качелях — взрослые начали его гнать. Обозвали шизиком и психом — в общем, сказали то, что не решались говорить их старшие сыновья и дочери.

И, было совершенно непонятно, почему на него так кидаются. Все изменилось после истории с Элвином. Про Тома сделали какие-то выводы, но какие?

Все прояснилось через неделю — когда мать с отцом принялись ругаться даже днем, и оставаться дома стало невыносимо.

В дом Эйприл заезжали новые жильцы — Том подошел посмотреть. Жильцы наблюдали за грузчиками.

Это была семейная пара с маленьким ребенком — похоже, кроха только научилась ходить.

Тому стало больно и обидно. Зачем они заезжают в этот дом? Сюда ведь еще может вернуться Эйприл… И она вернется, потому что Том не даст им тут жить спокойно!

Мебель почти всю занесли, поэтому Том поднял взгляд вверх. На провода.

— Вот черт! — выругался худощавый мужчина в очках.

— В чем дело, милый? — поинтересовалась женщина, утирая лоб.

— Пробки.

— Вылетели? — подняла брови женщина.

— Оплавились!

— О боже… Дом в отличном состоянии! — передразнила она кого-то.

Затем, женщина обратила внимание на торчащую над изгородью голову ближайшей соседки:

— Простите, мисс…?

— Уорд, — спешно откликнулась та, — миссис Уорд. Если что-то случилось с электричеством, нужно позвать мистера Пиквика…ах, но сегодня же суббота. По субботам он сидит в баре и к трем часам уже совсем… Мисс Конни говорила, что ему непременно нужно жениться, потому что иначе…

— Простите, — вежливо, но непреклонно прервала Уорд женщина, — а других электриков в этом городе нет?

— Сэм Тайлер, — охотно ответила та. — Но по субботам он ездит с женой в Лондон. Еще есть Джон Шарп, но он уже немолод и всегда возится очень долго…

— Отлично, — кивнула женщина. — Где мы можем его найти? Кстати, — очаровательно улыбнулась она, — я Мэг Старпл. Это мой муж Вилли, а вот эту юную грязнулю зовут Джилл…

— Какая милая девочка! — пока миссис Старпл вытирала дочке слюну, Уорд успела нырнуть в калитку, оббежать ограду и…

— Пошел вон отсюда! — старая баньши заорала так, что к Тому едва недержание не вернулось. — Пошел, пока я полицию не вызвала!

Малышка испуганно заголосила. Том перепугано отскочил, развернулся и шмыгнул за угол. Затаился. У Эйприл, в доме которой собрались жить чужие люди, была отличная живая изгородь.

— Боже! — вскрикнула женщина на участке.

— Тихо, тихо, деточка, — засюсюкала миссис Уорд, — плохой мальчик больше не придет, иначе я ему…

— Кого это вы так? — удивленно поинтересовался мужчина.

— Увидите его — гоните сразу! — яростно откликнулась Уорд. — Чертов сумасшедший. До вас тут жила Эйприл Райли, школьная учительница… Я сразу ей сказала, не стоит привечать этого мальчишку, но ей, видите ли, было жалко, одинокий, дети его не любят… Подумала бы она, почему это его дети не любят!

— Дети часто недолюбливают тех, кто от них отличается, — мелодично произнесла женщина.

— О, он безусловно отличается, — ядовито произнесла Уорд. — У нас тут здоровые дети. И как Фрезера только отпустили из дурдома — это после того, он чуть было не задушил бедного Элвина!

— Что здесь произошло? — заинтересовался мужчина.

— О-о, это было ужасно! Я услышала, как кричит Ленора — а Ленора не из тех, кто будет драть глотку понапрасну, я вам скажу! — бедный Элвин уже задыхался, а Фрезер его все никак не отпускал, а Ленора его трясла и трясла… Когда проклятого мальчишку оторвали, Элвин был совсем плох — как он кричал и дергал ногами! Боже, я думала, он и вовсе умрет, пока доехали врачи! Ленора пыталась выяснить у Фрезера, почему он хотел убить Элвина, но разве добьешься чего-либо от сумасшедшего? Но я так думаю… — миссис Уорд замолкла. Она явно пыталась заинтриговать Старплов.

Том сидел, прислонившись к кустам, и разглядывал собственные пальцы. Если Эйприл пересказывал случившееся кто-то вроде Уорд… Но нет, она же знает Тома. Конечно, она не поверила глупым теткам. Но почему она уехала? Что случилось?

— … Я так думаю — Эйприл слишком много с ним возилась. Фрезерам-то плевать на младшего. Вот он и решил задушить Элвина, чтобы Эйприл занималась только им…

Том даже сперва не понял что слышит. То, что сказала Уорд было настолько чудовищно, что у него даже дыхание перехватило.

А старуха продолжала трещать, как ни в чем не бывало:

— …Бедняжка едва ходил — представляете, как с ним мучалась несчастная мать? Но бог на свете есть — я всегда это говорила — Элвин с перепугу на ножки встал — никогда не знаешь…

Внутри Тома надулся огромный раскаленный шар. Он едва расслышал последние слова Уорд.

— Вы все врете! — подскочил над оградой он, запрыгнув на заборчик. — Все вы врете! — по венам текла жидкая лава.

— Ах ты, скверный…

— Замолчите! — размахнулся Том и старуха беспомощно схватила ртом воздух. — Где Эйприл? — закричал Том на Старплов. — Она же продала вам дом, вы должны знать ее адрес!

— Увы, — покачал головой мужчина. — Дом нам продавал агент и предыдущую хозяйку мы не видели.

— Неправда! — закричал Том, прекрасно чувствуя, что — правда.

Эйприл исчезла. Как она могла с ним так поступить?!

Заборчик внезапно затрещал, охваченный пламенем — и Тому хотелось, чтобы все сгорело, все, дотла!

Вспыхнули кусты. Огонь побежал к дому прямо по сырой траве.

Внезапно разревелась совсем забытая всеми кроха — и Тома окатило чувством вины. Что он творит?!

—Хватит! — вытянул руку он. — Прекратись! — и ударил пламя наотмашь.

Пламя виновато утихло. Том свалился с забора и побежал. Он бежал в парк. Бросился на траву в самом глухом его уголке и долго бессильно молотил землю кулаками.

Старплы съехали через неделю. Не удивительно.

Уорд так и онемела. Впрочем, Том подозревал, что облагодетельствовал этим многих. В любом случае он не знал, как это поправить. Тем более, что старуха стала от Тома шарахаться, он даже близко подойти не мог.

Вечером к Тому пришел отец. Просто посидеть. Вид у него был измученный и больной.

— Пап, не надо, — тихо попросил Том, у которого аж в груди сжалось.

— Не надо что? — на лице отца появилась тень прежней задорной улыбки.

— Ругаться с мамой. Я как-нибудь так… Мне и без друзей нормально, — соврал Том.

Про переезд он уж молчал. Но за эту неделю понял, что папа имел в виду, говоря, что жизни ему тут не будет. Только и мать, как ни противно признавать, тоже права. Том не станет другим и его странности останутся с ним…

Отец тяжело вздохнул.

— Том, а ты не хотел бы сменить школу? — внезапно спросил он. — Там где я сейчас работаю… Там рядом хорошая гимназия. Я бы мог возить тебя туда…

— Мама говорит, что у нас нет денег, — удивился Том, опираясь на подушку.

— Нету, — оперся на стол папа. — Вот так и получается — есть деньги — нет времени, нет времени — есть деньги…

— Пусть у нас лучше будешь ты, чем деньги, — попросил Том, — я-то ладно, я воспитанный, а Денни и Грей ужас до чего разболтались. Денни Шекспиру усы подрисовал, представляешь?

Отец внезапно расхохотался в голос:

— Забавный ты у нас парень, Томми… Знаешь, я что подумал?

— Что? — заинтересовался Том.

— Младшие классы ты уж здесь доучишься… Но в средней школе ты пойдешь в крутую гимназию. Обещаю. К тому времени деньги будут, — отец потрепал Тома по голове.

***

Вот так, к середине второй ступени Том лишился еще и любви большинства учителей. Порой, Том ощущал себя призраком. Но…

У него были друзья намного лучшие, чем эти глупые мальчишки и визгливые девчонки.

У него были... отважные мореплаватели и путешественники. Рыцари и разбойники. Прекрасные дамы, гордые короли, хитроумные сыщики...

У него были книги. Через них он мог уйти в тот мир, куда за ним не могли последовать никакие беды. А в дальней части парка находилась настоящая зачарованная страна, где Том мог быть кем угодно. Кем сам выберет. Ведь это была его страна — она не могла бы существовать, если бы он, Том Фрезер.

А в одиннадцать лет он попал в настоящую волшебную страну.

***

Как всегда, Том сам был во всем виноват. Он давно забросил эксперименты — с каждым месяцем Том все хуже контролировал свою силу. Раньше, ее было трудно вытащить из себя и легко направить. Сейчас — ровно наоборот. Желая наморозить себе льда в сок, Том случайно заморозил все жидкости в кухне. Трубу водопровода разорвало — родители только диву давались, как такое могло произойти летом.

Самым поразительным в жизни Тома были даже не его удивительные способности — а то, что родители до сих пор не поняли, почему у них дома постоянно происходит какая-то чертовщина.

А Денни и Грей, которые все прекрасно знали — молчали. Они и Том старательно делали вид, что друг друга не существует. Это было почти хорошо — но сильно огорчало отца.

Он их всех как-то раз даже в поход взял — думал, это их помирит.

Денни поставил рюкзак Тома на коровью лепешку, Грей заботливо приткнул его куртку у муравейника, а Том натравил на братьев тучу комаров. Идея оказалась так себе — Тому самому пришлось бежать в палатку. Комары звенели снаружи и пытались пролезть сквозь сетку, облепив ее живым, шевелящимся ковром. И тут у отца не выдержали нервы. Рявкнув:

— Я не хочу встретить утро обескровленным трупом! Выбираемся из этого болота! — он послал их собирать вещи.

Комары лезли в лицо. Грей оступился в гнездо земляных ос — безо всякой помощи со стороны Тома. Отец запнулся за растяжку и сел в муравейник. А Денни, собиравшего удочки у воды, укусила какая-то змея (впоследствии, по описанию, Том опознал обычного ужа, но это было уже после).

…Ох и бежали же они из того леса!

Но папа был упрям — он их еще и на рыбалку с собой вытащил. Братья выбили из-под ног у Тома опору, когда он наклонился через борт. Том не выпал, но вымок. По счастью отец взял с собой их запасную одежду.

Скоро она пригодилась снова — при тралении Денни удачно поймал корягу и вылетел из лодки. Хотя, считалось, что тут и коряг-то нет. Но Тому для брата было не жалко. А вот Грею досталось без всякой посторонней помощи — он не вовремя встал. Отец как раз в это время забрасывал удочку — и как-то так вышло, что здоровенный тройной крюк с блесной воткнулся в голову Грея, около правого уха. Том хохотал так, что чуть из лодки не выпал, даже после того, как получил от отца увесистый подзатыльник. Естественно, после этого рыбалка продолжилась уже в травматологии.

Но упрямства у папы оказалось больше, чем казалось. Он взял их на футбольный матч.

Том притащился на матч с энциклопедией «все обо всем» и уткнулся в нее, как только отец достаточно отвлекся. Правда мешал Деннис, который вопил и свистел под ухом.

Грей плевался на макушки сидящих снизу. Папа этого не замечал, зато внизу прошарили.

— Бандиты. Бандерлоги. — ругался отец, прижимая лед к глазу. — Вас с собою брать — как тигров на прогулку выводить.

— Верблюдов, — поправил Том, кивая на Грея. — Можно меня с собой больше не брать? Сперва мне все читать мешали, а потом Денни еще мою книгу порвал!

— Что ты придумываешь, зачем брату рвать твою книгу? — возмутилась мать.

— Он бил ей какого-то мальчика по голове, — пожаловался Том. — И совсем ее порвал!

— Эгберт! — ахнула мать. — Знаешь, я долго терпела эти ваши… мужские развлечения, но…

— Развлечения, — буркнул Грей. — Меня в школе теперь карасем обзывают!

— Так тебе и надо, — тихо пробурчал Том.

***

В общем, Том больше не использовал способности без крайней нужды. Но… дело было в том, что он полюбил собирать истории о себе. О том, что он стал героем местных страшилок, Том прознал случайно, но теперь регулярно торчал под окнами старого сарая.

Пока Том еще не оставил надежды с кем-то сдружиться, подобные россказни его сильно огорчали. Но теперь — пожалуй, даже льстили его самолюбию.

Том прикусывал себе руку, чтобы не визжать от восторга, когда кто-нибудь рассказывал, что он ночами превращается в сову и когтит всех, кого увидит. Кто ночью не спит, того и когтит.

Потом кто-то начал рассказывать, что его знакомый ходил на спор ночью на кладбище и видел, как Том в склепе пьет со скелетами что-то красное из серебряных кубков.

Тому пришлось выдрать клок травы и запихать себе в рот, чтобы не выдать себя громким хрюканьем.

Еще была чудесная история про то, как Том превратил одну крысу в девочку — ее поцеловал какой-то мальчик и у него отвалилась голова.

Том страстно постанывал, лежа носом в землю. Но в одну ночь, все принялись рассказывать истории про привидений — а Тома никто и разочка не вспомнил.

И он не придумал ничего лучше, чем перекорчить рожу, прижаться к стеклу и завыть.

А убежать Том не смог. Все высыпали из дому, и Том успел только уползти под куст — его так скорчило смехом, что и встать-то не получалось.

У ребят оказались фонарики, и Том очень испугался, что его сейчас найдут. Кто-то в самом деле посветил на куст… И завопил так, что Том едва не обделался. Фонарик полетел в сторону, а его владелец — домой, впереди собственного визга. Тома видел только один человек, но разбегаться с дикими воплями отчего-то начали все.

Том выбрался из куста и попытался стряхнуть с себя ветки — но они не стряхивались. И ему внезапно стало страшно. Не разбирая дороги, он рванул домой.

***

На Томе росли ветки. Он попытался выдернуть одну — но это было больно! Том промучался полночи. Ветки никак не хотели исчезать, зато заколосился стол.

Под утро он уснул в слезах. Тому мерещились заголовки: «Найден мальчик — куст!» «Только сегодня в нашем цирке!».

Явление мисс Фичерс он проспал. Но надо сказать, явилась она вовремя, как никогда.

— Том, спускайся! — тряс дверь отец.

Том проснулся. Сегодня он соображал уже лучше.

Ветки гнулись — Том уложил их под рубашку, а сверху еще и надел зимнее пальто. Родителям что-нибудь соврет.

…Но внизу были не только родители. За столом сидела тетка в странной одежде — вроде судейской мантии, только не черной, а лиловой. С оборочками по подолу. У нее была высокая прическа и располагающая улыбка. Родители почему-то выглядели напряженными и бледными.

— Это ты Том? — улыбнулась женщина. — А я к тебе.

— Ко мне?

— Том, в чем дело? — спросил отец. — Почему ты в пальто?

— Закаляюсь, — туманно ответил Том.

Было немилосердно жарко и чесались кончики веток.

— Меня зовут мисс Фичерс, — вмешалась женщина. — Я принесла тебе приглашение из школы магии и волшебства Хогвартс.

Мать порывисто вздохнула. А Том поначалу даже не понял о чем речь. Но, когда сообразил…

— А ветки в этой школе убирают? — спросил он, через некоторое время.

Он не знал, как эта женщина узнала о его способностях — но раз уж она рассказала о них родителям, из ситуации надо попробовать извлечь хоть какую-то выгоду.

— В-ветки? — поперхнулась мисс Фичерс. — Какие ветки?

— Ну, если на каком-нибудь мальчике случайно выросли ветки, — вроде как невзначай сказал Том. — В вашей школе смогут их убрать с мальчика?

Женщина хихикнула, а вот Тому было не смешно!

— Сними пальто, — попросил отец.

— Не стоит, — все так же туманно ответил Том.

— Я тебя сейчас вытряхну из твоего пальто! — зарычал он. — Что у тебя там?

— Ветки, — внезапно сказала мисс Фичерс. — У тебя там ветки, да? Как так вышло?

— Я хотел получше спрятаться в кустах, — понурился Том.

— Ничего страшного, — улыбнулась женщина. — С кем не бывает.

— Кроме меня — ни с кем, — грустно сказал Том.

— Со всеми юными волшебниками такое приключается, — попыталась утешить его мисс Фичерс.

— А я разве волшебник? — удивился Том.

— А разве нет?

— Но… — развел руками Том. — Волшебство, это же когда ну… когда волшебник рукой махнул — и вышло, как он хочет. А не так чтобы на тебе ветки росли…

Фичерс звонко рассмеялась:

— А ты никогда не думал, что для этого нужно немножко поучиться?

— Чему поучиться? — тупо спросил Том. — Колдовать?!

— Том, — внезапно вмешался отец. — Мисс Фичерс сказала, что у тебя есть… особые способности… Это правда?

Вместо ответа Том молча снял пальто…

***

Отец был явно шокирован. Его потрясло, то, что его младший сын оказался волшебником, и, едва ли не сильнее — то, что старшие это знали. А вот мать…

— Понятно теперь, из-за кого нам пришлось менять все трубы. И что случилось с феном, — сухо сказала она.

— Мальчик не виноват! — тут же вклинилась Фичерс. — Для этого ему и нужно обучаться — чтобы он смог контролировать свою силу. Не переживай насчет веток, мы обязательно их уберем!

***

Том потом узнал, что ему снова беспощадно повезло. Мисс Фичерс не была хорошей волшебницей — она была всего лишь чиновницей от образования. Помогала персоналу школы, когда маглорожденных было особенно много. Следила за тем, чтобы все успешно сели на поезд и благополучно нашли нужную платформу, а не уехали на межконтинентальном экспрессе куда-нибудь за Ла-Манш вместо Хогвартса.

Она понятия не имела, как расколдовать Тома — и поэтому потащила его в Мунго. И следом поволоклись все!

Том вполне это понимал — ему самому мало верилось в существование целого волшебного мира, скрытого от чужих глаз. Отец хотел увидеть его собственными глазами, братья не могли пропустить такой аттракцион, а мать не отпустила бы драгоценных сынишек от себя.

Мисс Фичерс не возражала. Она сняла с шеи круглый кулон и велела каждому прикоснуться к цепочке. Том заинтригованно взялся, он видел как блестят от любопытства глаза отца… А потом их отвратительно рвануло, словно всасывая за пупок в какую-то воронку!

Том на несколько мгновений потерял ориентацию — это было очень легко, потому что всего секунду назад он находился у себя дома, а теперь…

— Вау! — вырвалось у него.

Рядом тошнило Грея. Денни имел бледный вид, а отец, такой большой и такой сильный, стоял, казалось, только потому что держался за плечо матери. Но та тоже не выглядела слишком бодро.

— Простите, — чирикнула Фичерс. — Я не знала, как это действует на магглов. Эванеско!

Все что изверг из себя Грей исчезло.

Том с восторгом оглядывался. Сам холл, где они находились, был вполне обычным — если не считать того, что освещался он свечами, плавающими в огромных хрустальных шарах. Тому хотелось глядеть и вверх и по сторонам разом, потому что по сторонам тоже было на что посмотреть!

Первое что бросилось в глаза — Том и его семья выглядят тут не к месту, в своих джинсах и футболках. Посетители носили мантии самых разных фасонов. На некоторых Том углядел шляпы, классические ведьмины шляпы! Просто какой-то Хеллоуинтаун!

— Нам сюда, — мисс Фичерс делала отчаянные попытки подтащить отца к расставленным стульям. Отец подозрительно разглядывал посетителей, а вот Том ощутил сильное облегчение.

Он выглядел здесь… нормально! Из него растут ветки, но вон тот мужик в старомодном сюртуке беспрерывно виляет длинным хвостом, выпущенным наружу через прорезь в мантии.

— И сам по себе, сам по себе… — негромко жаловался воллшебник соседу. Сосед согласно икал. Из его рта вылетали, поднимаясь к потолку, огромные зеленые пузыри.

Женщина рядом с ними беспрерывно тряслась и издавала звук будильника. Ее пытался о чем-то расспросить парень в мантии цвета лайма. В руках у него был большой блокнот, а на плече красовалась эмблема: кость скрешенная с… это шприц или что это?

— … анимагией… — продолжал жаловаться Сюртук.

— Присаживайся, — ласково предложила Тому мисс Фичерс. — Сейчас целители опросят тебя, а потом мы поднимемся на нужный этаж и тебе помогут.

Том осторожно присел на стул рядом с волшебницей, баюкающей у груди меняющую цвет руку, прихваченную окровавленной повязкой.

— Смотри, Грей, смотри какие щупальца! — возбужденно и не совсем тихо шептал Денни.

Том повернул голову и увидел крайне смущенного чем-то молодого парня, из под мантии которого свисали тонкие разноцветные щупальца

— Ты лучше на вон того глянь… — слабым голосом произнес Грей.

Том повернул голову обратно к братьям и обнаружил, что Грей показывает на его ровесника, плотного бледного мальчика с неимоверно раздутыми руками. Правая его рука была раздута по плечо, левая — только до середины предплечья.

— Денни, Грей, — жестко произнес отец, и Том понял, что тот наконец-то пришел в себя. — Ну-ка хватит злословить. Вы в больнице и ведите себя прилично!

Том поймал взгляд того самого мальчика с большими руками и ему стало неуютно. Мальчик смотрел на его семейство с такой гадливостью и презрением, словно они были слеплены из собачьих какашек.

Но тут его отвлекли — подошедшая женщина в лаймовой мантии поинтересовалась, как его зовут.

Том представился и мисс Фичерс тут же начала давать целительнице какие-то довольно путанные объяснения. Но целительница оборвала ее и спросила как он оброс ветками.

— Прятался в кустах и испугался, что меня найдут, — признался Том.

— Детский выброс, — пояснила Фичерс. — Мальчик только в этом году идет в Хогвартс.

— Поднимайтесь на пятый этаж, — сообщила целительница и оторвала листок от своего блокнота. Отец протянул за ним руку, но тот внезапно рассыпался искрами. Папа вздрогнул и чертыхнулся.

Они отправились к лестнице, но честно говоря, очень медленно. Братья то и дело замирали разглядывая пациентов, хотя отец каждый раз тыкал им в спину, заставляя идти вперед. Том зависал у каждого плаката — черт возьми, они шевелились!

На плакате “ЧИСТЫЙ КОТЕЛ НЕ ДАСТ ПРЕВРАТИТЬСЯ ВАШЕМУ ЗЕЛЬЮ В ЯД” выразительно хватался за горло и испускал душу волшебник, перед которым стоял большой котел с надписью “Антипростудное”.

На плакате, призывающем к четкости артикуляции, на волшебника падал буйвол.

“НЕ ИСПОЛЬЗУЙТЕ ПОВРЕЖДЕННУЮ ВОЛШЕБНУЮ ПАЛОЧКУ!” — гласил третий плакат. Изображенная на нем волшебница получала луч в живот из собственной палочки.

Тома тыкала в спину мать. Но они замерли все, когда мимо неожиданно проплыли висящие в воздухе носилки, на которых неподвижно лежал мужчина в разорванной алой мантии. На его выломанной руке виднелись странные черные следы, похожие на отпечатки ладоней.

Потом они все так же дружно замерли у указателя:

ТРАВМЫ ОТ РУКОТВОРНЫХ ПРЕДМЕТОВ....................1 этаж
Взрыв котла, обратное срабатывание волшебной палочки, поломка метлы и проч.

РАНЕНИЯ ОТ ЖИВЫХ СУЩЕСТВ.............................................2 этаж
Укусы, ужаления, ожоги, застрявшие шипы и проч.

ВОЛШЕБНЫЕ ВИРУСЫ.......................................................................3 этаж
Инфекционные заболевания, как то: драконья оспа, болезнь исчезновения, грибковая золотуха и проч.

ОТРАВЛЕНИЯ РАСТЕНИЯМИ И ЗЕЛЬЯМИ.............. 4 этаж
Сыпи, рвота, неудержимый смех и проч.

НЕДУГИ ОТ ЗАКЛЯТИЙ.......................................................................5 этаж
Наговор, не совместимый с жизнью, порча, неправильно наложенные чары и проч.

БУФЕТ ДЛЯ ПОСЕТИТЕЛЕЙ

И БОЛЬНИЧНАЯ ЛАВКА.....................................................................6 этаж

ЕСЛИ ВЫ НЕ ЗНАЕТЕ, КУДА ОБРАТИТЬСЯ, НЕ В СОСТОЯНИИ НОРМАЛЬНО ГОВОРИТЬ
ИЛИ НЕ ПОМНИТЕ, ЗАЧЕМ ПРИШЛИ, НАША ПРИВЕТ-ВЕДЬМА С УДОВОЛЬСТВИЕМ ВАМ ПОМОЖЕТ.

Том глазел на указатель и до него медленно доходило что… Это другой мир! Не просто спрятанный от обычных людей тайный мир фриков, а какая-то другая культура… К примеру, кто такие животные четвертого класса опасности, которых следующий плакат крайне не рекомендовал держать в качестве домашних любимцев?

Долго раздумывать над этим не получилось — мисс Фичерс мягко, но достаточно настойчиво вела их к лестнице, терпеливо давая насмотреться, а потом начиная подзывать.

А на пятом этаже все закончилось быстро, даже почти обидно быстро. Стремительно вылетевший откуда-то из-за дверей целитель мгновенно освободил от пузырей икающего бедолагу, отправил в палату Сюртука с его хвостом и минут пять колдовал над Томом, после чего ветки просто отпали…

Обратно, от больницы они добирались своими силами. Хотя Том бы предпочел волшебный способ — ну да, в пупке странные ощущения, но зато быстро!

Но с ним никто не согласился. Деннис сказал, что лучше умрет, чем еще раз тронет этот ведьмин медальон. Отец заподозрил волшебников в садомазохизме, а Грей сказал что у него все кишки на позвоночник намотались.

Зато, когда Фичерс сказала, что покупки для школы надо будет делать в каком-то Косом Переулке, никто не пожелал сопровождать Тома… Чему он только обрадовался.

Том только ночью сумел разобраться в том, что это за тянущее чувство поселилось в груди. Он рыдал, вцепившись в подушку, и чем дольше он плакал, тем легче ему становилось. Облегчение ширилось в его груди все сильнее и сильнее — Том вспоминал взгляды и шепотки одноклассников и смачивал подушку новой порцией слез.

К нему больше не будут относиться как к какому-то… прокаженному, только потому, что он умеет что-то странное. Есть целое сообщество таких как он! Он будет для них нормальным!

Братья исходили завистью всю неделю. Мисс Фичерс доступно объяснила им, что продажа души дьяволу — глупые средневековые предрассудки. Талант к магии — он того же рода, что и талант к пению. Вот и все.

И они тоже так захотели, а кто бы не хотел?

Но мисс Фичерс так же мягко и спокойно объяснила, что это — врожденное. И научиться нельзя, вообще нельзя, никак. Если бы у них была магия, это бы уже заметили, у волшебников есть специальные артефакты.

Братья злились и завидовали, а Том видел все это и упивался злорадством. Никакой вам сказки, неудачники!

“А вот фиг вам, а не парк аттракционов!”

Да, тогда Том воспринимал это так. Лунапарк и Диснейлэнд в одном флаконе. И Косой Переулок не обманул его ожиданий! Там были такие прикольные старинные здания, что Том невольно чувствовал себя, как в исторических романах. Кругом было столько всего чудесного и необычного! Но уже тогда его кое-что смутило.

Птичьи перья восхитительно смотрелись в качестве письменных принадлежностей в книгах и на экране, но Том серьезно сомневался в своей способности что-либо ими написать.

— А можно я возьму в школу обычную ручку? — спросил он у Фичерс.

— Не стоит, — покачала головой та. — Если боишься не справиться с пером, возьми перьевую ручку, а шариковые в Хогвартсе отбирают.

— Почему? — изумился Том. — Они ведь удобные!

— Перо развивает мелкую моторику, снижает нагрузку на руку и помогает выработать каллиграфический почерк, — сообщила Фичерс наставительно.

Следующим камнем преткновения стала шляпа. Точнее колпак, в котором Том выглядел полным идиотом.

— У вас в школе Хэллоуин круглый год?

— Том, это традиция.

Колпак пришлось купить.

На мантии Том смотрел с большим подозрением, но вот этот-то предмет гардероба оказался неожиданно удобным. Свободная, глубокие карманы, капюшон в который можно спрятаться.

Последней покупкой была волшебная палочка. Мисс Фичерс объяснила, что колдуют волшебники только ей, а колдовства без палочки, обозванного “детскими выбросами” у взрослых волшебников и вовсе не бывает.

Том ничего не понял:

— Значит взрослые волшебники колдуют хуже детей? — удивился он.

Мисс Фичерс посмотрела не него, он посмотрел на мисс Фичерс. Наконец она нарушила молчание:

— Взрослые волшебники сильнее. Но чтобы заклинание подействовало, магию надо сконцентрировать, понимаешь? Без палочки это практически невозможно. Есть народы, которые не используют концентраторы, но их магия довольно… непредсказуема, сильно зависит от настроения заклинателя и положения светил…

— А, — произнес Том. Он, кажется, понял. Пытаясь сконцентрировать магию без палочки он не смог ее контролировать — и вот вместо кусочка льда у него прорванная труба…

И они пошли за палочкой.

Фичерс описывала это как таинство, но на взгляд Тома было больше похоже на эксперимент. Он брал в руки палочку и палочка сопротивлялась — или искажала то, что он по ней посылал. Рушились полки, колокольчик на столе вдруг превратился в лягушку, а держатель обернулся зажавшей ее в зубах гадюкой.

— А у вас неплохой талант к трансфигурации! — оживленно заметил мистер Олливандер. Казалось его совершенно не смущал тот бардак, который Том утворил в его магазине за жалкие пять минут: — Но нет, это не то… давайте попробуем вот это: пихта и сердечная жила дракона, десять дюймов, довольно твердая, особенно хороша… нет!

Палочке Том не понравился. Захватывающее было ощущение.

— Попробуйте вот эту: эбеновое дерево и сердечная жила… Нет!

Палочка была выхвачена из пальцев, лишь только Том ее коснулся. В итоге он совершенно сбился со счета — но скоро заметил, что Олливандер начал подсовывать ему только палочки с пером феникса и длиной только в двенадцать дюймов… наконец, одна из них, сосновая, легла в руку как-то особенно хорошо, и сила вырвалась из Тома облаком серебряных искр…

Фичерс расплатилась и они наконец смогли покинуть разгромленную лавку.

— Вау! — весело воскликнул вошедший следом подросток. — Тут, как будто, была неплохая вечеринка!

А вечером у Фрезеров состоялся грандиозный семейный скандал.

***

Том был чертовски рад, что Фичерс не преподаватель и больше они не увидятся. Его сборы в Хогвартс обошлись отцу… ну, как и должны обходиться сборы ученика в хорошую частную гимназию — папа так и сказал. Он как-то ухитрился поговорить с Фичерс и выдать ей нужную сумму без матери, зато Фичерс догадалась отчитаться при ней.

Лицо у матери сделалось такое, что волшебница поспешно добавила:

— Дальше будет дешевле. Многие учебники и оборудование покупаются на все семь лет…

— Спасибо, — поблагодарил отец. — Кинг-Кросс, э… платформа три-четыре?

— Девять и три четверти, — чирикнула Фичерс, попрощалась и… просто исчезла с негромким хлопком.

— Круто! — однозначно оценил способ ухода Денни.

— Ты взял деньги с накоплений на университет?! — ледяным тоном вычеканила мать.

— Я взял деньги, которые откладывал Тому на гимназию, — спокойно сказал отец. — Накопления на учёбу Денни и Грея не пострадали. Давай не будем спорить.

— Ты знал, что я против идеи с гимназией, — с тихой яростью произнесла мать. — Ты сделал все по-своему и теперь просто предлагаешь мне… заткнуться?

Том предпочел поскорее скрыться. Все повороты этого разговора ему давным-давно известны. Мать будет наступать, отец — пытаться увернуться от конфронтации, не уступая позиций. А потом она зажмет его в угол… И отец сдастся, согласится со всем, что она говорит, но сделает все равно по-своему.

И, так как мать это знает, она будет нервничать и пытаться отца контролировать. Иногда Том жалел, что не дал им развестись два года назад, но папа так мучился…

Тогда матери пришлось кое в чем уступить — папа объяснил, что он не молодеет и уйти на пике карьеры лучше, чем запомниться зрителям старым неудачником. Том лежал и все думал — как могло так получиться? Он еще помнил, как мать с отцом друг друга любили. А теперь у них война… Из-за него.

Отец поднялся к нему через час. Встал в дверях.

Том поднял на него взгляд, некоторое время они просто молчали.

— Без меня всем будет легче, — сказал Том. — Вы перестанете ругаться с мамой…

— Дело не в тебе, — отец прошел через комнату и сел рядом на кровать. — Дело никогда не было в тебе. Люди тяжело принимают тех, кто выделяется, но в этом нет твоей вины. Я надеюсь… в новой школе у тебя сложится лучше. Не то, чтобы я был в большом восторге от школы-интерната, но… — дернул плечом он.

— А уж я-то как надеюсь! — признался Том. — Знаешь, ведь тогда с ребенком мисс Райли… Я уже знал, что могу нечто особое. Я пытался его вылечить…

Папа молча потрепал его по голове. Вид у него был усталый.

— И все-таки, — тихо сказал Том, — у тебя теперь не будет повода ругаться с мамой. Всем правда будет легче — и мне и тебе…

— Все — это я и ты? — грустно улыбнулся отец. — Вот как ты видишь… Люди так непредсказуемы, Том. Меня когда-то привлекло в твоей матери ее глубокое чувство собственного достоинства. Даже странно, что она не видит, насколько ты на нее похож.

Том скривился.

— Когда-то она была прекрасной матерью, — с глубоким вздохом сказал папа. — Том, запомни пожалуйста, за отношения двух взрослых людей только они одни и в ответе. Как только твои братья поступят в университет, я буду считать, что исполнил свой долг.

— Ты?.. — вскинул голову Том.

— Да, — твердо сказал папа. — Но в этом нет твоей вины. Джейн сама разрушила нашу семью. Думаю, мы вполне сможем жить вдвоем, — улыбнулся он.

Том широко улыбнулся в ответ, в голове отчаянно считая годы — университет… братьям будет восемнадцать… А ему пятнадцать… Долго! Но все равно здорово!

***