Студия сценариста Гу Яньцзы находится на окраине города Б, вблизи от кино-города.

В своё время он купил там коммерческий лофт под офис и нанял двух человек. Постепенно количество заказов увеличилось, и число работников тоже выросло. Сейчас в студии вместе с ним работает уже восемь человек, помимо нанятой тётушки, которая помогает им убирать в офисе и готовить.

Рабочая обстановка в студии всегда была очень расслабленной. От сотрудников даже не требовалось соблюдать чёткий график прихода - ухода, пока они добросовестно выполняли поставленные задачи.

Гу Яньцзы считал себя очень хорошим начальником. Ровно до того момента, как несколько его сотрудников предали студию и ударили ножом в спину.

Конечно, не все в компании были не чисты на руку.

С такими мыслями Гу Яньцзы подошел к выходу отеля, чтобы забрать своих сотрудников.

Пятеро человек, которым он позвонил, были трое мужчин и две женщины. После того как в прошлой жизни в компании разразилась буря, за исключением Чжао Тянье, с которым у него были самые лучшие отношения, все остальные ушли. Но в любом случае, они его не предали и не мутили воду после увольнения.

Что же касается двух других, Гу Яньцзы решил немедленно расторгнуть с ними контракт.

Нет, возможно, ему и не нужно об этом заботиться, эти двое сами скоро прибегут увольняться.

Отель «Аньхуа» — пятизвездочный; самый обычный стандартный номер стоит больше тысячи юаней за ночь, что по средним меркам очень дорого.

Дело не в том, что Чжао Тянье и остальные раньше не видели роскоши, но всё же были немного удивлены. А когда перед воротами появился Гу Яньцзы, удивление на их лицах стало откровенным.

Три месяца назад к ним в студию пришла женщина средних лет, очень высокомерная, весь ее внешний вид говорил о высоком статусе. Она обругала брата Гу, и с тех пор их студия столкнулась с большими неприятностями.

Из-за её постоянных визитов, брат Гу даже закрыл офис и велел им работать из дома. Обычно они общались с ним через Интернет.

С тех пор они видели босса несколько раз, но было понятно, что он не в лучшем состоянии. Однако теперь это совсем другая картина! Перед ними стоял молодой человек с нежной улыбкой на лице, в хорошо сидящем костюме. Он выглядел особенно энергичным и красивым.

— Вы здесь. Сначала пройдите к стойке регистрации, а потом следуйте за мной.— Сказал Гу Яньцзы.

— Брат Гу, ты сколотил состояние?— Спросила Линь Лин, самая молодая из них, — Это же пятизвездочный отель! Я посмотрела в Интернете, он такой дорогой!

Гу Яньзцы весело рассмеялся:

— Да, я разбогател.

На самом деле, после того, как местонахождение студии стало известно матери Пэн Цзинхуна, и она с завидной периодичностью начала наведываться со скандалами, он перевёл сотрудников в недорогой отель. Нужно было закончить сценарий, и Гу Яньзцы планировал вместе со всеми работать сверхурочно в том месте.

К сожалению, этой женщине не потребовалось много времени, чтобы снова найти его. Он мог только позволить сотрудникам оставаться дома и работать по интернету.

Как будто одной проблемы было мало, почти сразу он поссорился с Пэн Цзинхуном и тот начал избегать его. А в скором времени обручился. Как после всего этого молодой парень мог спокойно работать?

Срок сдачи сценария был не за горами.

Окончательный вариант оказался весьма посредственным, к тому же нашпигован плагиатными отрывками.

Сценарий, который должен был стать его шансом, вместо этого стал клеймом позора.

***

После регистрации, Гу Яньцзы отвел пятерых сотрудников в здание Хайтан.

— Брат Гу, почему ты не позвал Ма Хуа и Ху Сяоли?— Снова спросила Линь Лин.

Гу Яньцзы не стал скрывать от них истинное лицо коллег:

— Что вы ребята думаете, как мать Пэн Цзинхуна нашла нас, когда мы прятались в отеле в прошлый раз?

— Это они?— Линь Лин и другие поменялись в лице.

— Мм, — кивнул Гу Яньцзы, и, улыбнувшись, продолжил, — Я специально предупредил вас не распространяться о том, что идёте сюда. Вы ведь никому не говорили?

Линь Лин, и остальные быстро замотали головами:

— Нет-нет!

— Хорошо, вы должны скрывать своё местонахождение и в будущем. Это важно для меня. Если у кого-то не держится язык за зубами... что ж, такого сотрудника я не смогу себе позволить.

В этот момент все подумали об одном и том же. Хоть в студии они свободно общались с Ма Хуа и Ху Сяоли, но по сравнению с ними, работа определенно важнее.

Гу Яньцзы всегда щедро платил и практически не ограничивал рабочую среду. Таких хороших начальников ещё поискать надо!

— Почему они такие!— Разговорчивая Линь Лин пожаловалась за всех. Не желая дальше портить всем настроение, она сменила тему, и с улыбкой посмотрел на Гу Яньцзы:

— Брат Гу, ты сейчас выглядишь очень хорошо и даже пригласил нас в такой большой отель. Это компенсация мастера Пэна тебе за все неприятности?

Гу Яньцзы общался с сотрудниками довольно открыто. Естественно, он не скрывал от них своих отношений с Пэн Цзинхуном, и в последние два года они периодически видели его.

Благодаря такой открытости, сотрудники не косились на него, хоть мать Пэн неоднократно его прилюдно ругала. В конце концов, Пэн Цзинхун первым начал ухаживать за ним.

После вопроса Линь Лин, Чжао Тянье и другие тоже с интересом посмотрели на Гу Яньцзы. Они все обычные люди с простым кругом общения, и, конечно, не знают о помолвке молодого мастера Пэн с актрисой Цзян Сю. Они только чувствуют, что Гу Яньцзы в хорошем настроении и даже в состоянии пригласить сотрудников в шикарный отель. Естественно они считали, что помог Пэн Цзинхун.

— Нет, мы с ним расстались,— Сказал Гу Яньцзы с улыбкой.

— А?

Пять пар глаз ошарашено смотрели на Гу Яньцзы. Линь Лин была самой эмоциональной:

— Что? Как? Брат Гу порвал с Пэн Цзинхуном? Тогда почему ты все еще так счастлив?

— Потому что отделался от проклятой семейки. Мужчина с такой матерью не должен вообще ни с кем иметь отношений, — Гу Яньцзы посмотрел на Линь Лин:

— Сяо Линь Лин, когда найдёшь себе парня, смотри в оба, чтобы не столкнуться со злой свекровью.

— Брат Гу! — Смущенно воскликнула Линь Лин. Коллеги тихонько посмеивались, глядя на неё.

После выяснения ситуации и нескольких подтруниваний, обстановка разрядилась, и Гу Яньцзы вернулся к привычному стилю общения с сотрудниками.

К этому времени все уже добрались до ворот нужного здания. Подождав, пока они уберут багаж, Гу Яньцзы проводил их в конференц-зал на совещание.

Некоторые известные режиссеры, планируя фильм, могут готовиться к съемкам несколько лет. Но подавляющее большинство кинокомпаний, снимающих телевизионные драмы, не могут позволить себе бездействовать столько времени. Решив снять драму, они сделают ее как можно скорее, чтобы быстро заработать деньги.

Именно из-за этого, сценарий исторической драмы времён династии Сун должен будет представлен через 20 дней.

Общий план сценария, как и план каждого эпизода, уже был написан, но конкретное содержание еще не было закончено. Эти задачи Гу Яньцзы поручил своим сотрудникам. В начале совещания он спросил об их прогрессе.

У них оставалось немного работы и если они «закроются» в отеле, то смогут закончить всё за пять или шесть дней.

— У меня для всех плохие новости,— Вдруг сказал Гу Яньцзы.

Те, кто с нетерпением ждал начала работы, были несколько озадачены. Плохие новости? Какие плохие новости?

— Я планирую полностью переписать десять эпизодов,— сбросил бомбу Гу Яньцзы.

Он написал общий набросок и мини-биографии всех персонажей для этой драмы, но сценарий — это многослойная, сложная конструкция. Если вы хотите, чтобы весь сценарий действительно был написан хорошо одним человеком, для 40 или 50 серий ему потребуется не менее года на его завершение. Поэтому, как правило, над таким объемом трудится группа людей: кто-то пишет наброски, кто-то реплики, кто-то расписывает сцены.

В работе задействовано много людей, скорость выполнения и нагрузка у всех разная. В итоге, в прошлом, сценарий был написан, когда все разумные сроки прошли. В ходе проверки Гу Яньцзы обнаружил отличия готового варианта от первоначального плана, но исправлять или дорабатывать уже было поздно. По предложению Ма Хуа были добавлены несколько эпизодов в середине, они-то как раз и оказались заимствованными из чужого произведения.

Работа, на которую ссылались, была неизвестной, и Гу Яньцзы в своей предыдущей жизни даже не знал о ней. А когда она всплыла позже, сериал уже транслировался!

Теперь Гу Яньцзы намерен изменить все заимствованные эпизоды. Кроме того, прочитав различные комментарии интернет - пользователей к сериалу, он также захотел улучшить и изменить некоторые другие, менее подходящие сюжеты.

Возможно, он вернется в семью и больше не будет писать сценарии в будущем, поэтому, естественно, хотел сделать этот сценарий самым лучшим!

Чжао Тянье и другие были ошеломлены, это... это огромный проект! Значит, они приехали в этот пятизвездочный отель не для того, чтобы наслаждаться жизнью, а чтобы красиво умереть от переутомления?!

— За это вините Ма Хуа и Ху Сяоли.

Гу Яньцзы рассказал, что сделали их товарищи и сообщил название книги, которую они сплагиатили:

— Если мы не изменим эти эпизоды, то в будущем нам придется носить репутацию плагиаторов!

Все бросились к своим телефоном, чтобы найти эту работу.

Ма Хуа вставил все строки из чужого текста в свой сценарий, даже не изменив ни слова, чтобы заманить студию в ловушку!

Возложив всю вину на Ма Хуа и Ху Сяоли, Гу Яньцзы с удовлетворением наблюдал, как его люди скрежещут зубами и ругают «товарищей» отборным матом. Без дополнительной стимуляции, эту работу действительно невозможно выполнить за короткий срок.

Гу Яньцзы посмотрел на часы. Увидев, что время почти подошло, он встал:

— Всё ребята, действуйте! У меня ещё есть дела, когда закончу, вернусь. Кстати, купоны на шведский стол вам передадут из отеля перед обедом. Не забудьте написать мне, когда пообедаете и вернётесь к работе.

Помощник Чжу сказал, что Чжэн Цзяхэ вернется в полдень, и он собирался пообедать с ним.

Чжэн Цзяхэ уже возвращался в отель, когда Гу Яньцзы вышел из конференц-зала. В руке он крепко держал информацию о Гу Яньцзы, которую расследовал его помощник.

Начиная с Пэн Цзинхуна, заканчивая жизненным опытом Гу Яньцзы за последние несколько лет, всё было в отчёте. И чем больше Чжэн Цзяхэ читал, тем больше злился. Однако к тому времени, когда он вернулся в отель, на его лице уже ничего не было видно.

— Дядя Чжэн, ты вернулся, проходи обедать! — Гу Яньцзы был очень рад, что успел вовремя и весь светился, словно лампочка.

Очевидно взрослый, двадцатичетырехлетний парень, превращался в милого юношу, после того как у него появлялись две ямочки на щеках и ослепительная искренняя улыбка.

...Чжэн Цзяхэ отвёл глаза от этого лица и сел за стол.

Встреча, которую он проводил в этот раз, имеет отношение к правительственному сектору, и нужно было ещё многое обсудить. После утренних переговоров, дела отложили на вторую половину дня.

Просто после того, как собрание закончилось в 12 часов, дальнейшее обсуждение продолжится только в 2:30, поэтому он воспользовался этой возможностью, чтобы вернуться.

Прокручивая в голове только что прочитанную информацию, Чжэн Цзяхэ вздохнул. Он и хотел бы утешить Гу Яньцзы какими-то словами, но боялся ткнуть в шрамы парня, поэтому промолчал.

А Гу Яньцзы, не замечая его душевных метаний, продолжал болтать:

— Дядя Чжэн, выпей тарелку супа, чтобы согреть желудок перед едой.

— Дядя Чжэн, я подам тебе рис.

— Дядя Чжэн, я слышал, помощник Чжу говорил, что ты любишь есть рыбу, возьми ещё.

Рот Гу Яньцзы не замолкал, при этом палочки в руках двигались со скоростью вентилятора. Он даже положил рыбу в свою тарелку, удалил косточки и налил немного супа, прежде чем подать всё Чжэн Цзяхэ.

Мужчина был немного ошеломлен и одновременно расстроен. Гу Яньцзы, молодой мастер, даже занимался подобными вещами, и при этом был весьма искусен. Делал ли он это, чтобы доставить ему удовольствие, или же по привычке, но независимо от причины, такое поведение невольно заставляло сердце сжиматься.

— Дядя Чжэн...

Гу Яньцзы увидел, что Чжэн Цзяхэ ничего не говорит. Его рука замерла в воздухе, и он поставил тарелку с рыбой обратно на стол, немного смутившись:

— Дядя Чжэн, я не очень хорошо умею удалять рыбьи хребты. Мясо нежное и на этой тарелке уже немного разломилось пока я чистил его.

Он подумал, что Чжэн Цзяхэ ничего не сказал, потому что не выносил такого вида нецельной рыбы.

Чжэн Цзяхэ оторвался от своих мыслей.

— Я люблю рыбу, но не очень хорошо умею выбирать мелкие косточки. — Он улыбнулся и ухватил палочками с тарелки кусочек, — Спасибо.

— Тогда я почищу для тебя еще! Дядя Чжэн, не волнуйся, я пользуюсь палочками с твоей кухни, они абсолютно чистые,— Гу Яньцзы снова занялся делом, нисколько не заботясь о своём собственном обеде.

Хотя о Чжэн Цзяхэ с детства заботились няни, они не делали для него таких вещей, как накладывание риса и очищение рыбных костей. Он чувствовал себя неловко, но не сопротивлялся.

Если Гу Яньцзы чувствует себя счастливым, делая это, то пусть так и будет.

Через полчаса они, наконец, закончили с едой. Убрав со стола, Гу Яньцзы повернулся к нему:

— Дядя Чжэн, не хочешь после обеда прилечь ненадолго, отдохнуть. Я сделаю тебе массаж.

В прошлой жизни Гу Яньцзы был тяжело ранен, ему сломали обе ноги. И хотя впоследствии его удалось спасти, у него остались последствия, и в дождливую погоду ноги сильно болели.

Позже его родители нашли массажистку, которая помогала ему растирать мышцы и надавливала на акупунктурные точки каждый день. По мере того, как боль уходила, он начал обращать внимания на движения массажистки, и со временем научился это делать.

— Нет, тебе тоже нужно отдохнут, — отказался Чжэн Цзяхэ.

Было нормально, когда Гу Яньцзы заботиться о нем во время обеда, но массаж... в этом точно нет необходимости.

— Дядя Чжэн, моя техника действительно хороша, я специально изучил массаж, — Гу Яньцзы смотрел на Чжэн Цзяхэ сияющими глазами.

Он действительно хочет это сделать? Чжэн Цзяхэ про себя вздохнул. Он уже позволил парню обслуживать себя за столом. Как говорится, сгорел сарай, гори и хата. В конце концов, Чжэн Цзяхэ согласился.

Там же, в гостиной, Чжэн Цзяхэ вытянулся на диване, Гу Яньцзы не стал садиться рядом, а принёс стул. Сосредоточенное лицо парня и правда напоминало настоящего массажиста, Цзяхэ приподнял уголки рта, но быстро подавил желание рассмеяться. И хоть поначалу мужчина ничего не ожидал, очень скоро он обнаружил, что это действительно комфортно. Настолько, что человек, не привыкший даже брать перерыв на обед, очень быстро задремал.

Через некоторое время его отдых прервал помощник. Из-за того, что он обедал в отеле, на обратную дорогу до места встречи уйдут лишние полчаса. Как только Чжэн Цзяхэ проснулся, Гу Яньцзы перестал давить на акупунктурные точки, осторожно встал, налил чашку чая и поднес ее Чжэн Цзяхэ:

— Дядя Чжэн, выпей чая.

Он действительно немного хотел пить, и чай был заварен в самый раз. Мужчина опустил глаза и сделал глоток. В этот момент он почувствовал, что его обслуживают с исключительным комфортом.

В детстве рядом с ним была няня, сейчас — помощник по личным делам, но он привык многое делать сам. С ним никогда раньше так не обращались. У Чжэн Цзяхэ уже сложилось очень хорошее впечатление о Гу Яньцзы, и прямо сейчас оно стало ещё на порядок выше.

Проводив Чжэн Цзяхэ, Гу Яньцзы сразу же направился в конференц-зал, ему пришло сообщение, что сотрудники пообедали. Судя по несдержанному тону, еда пришлась им по вкусу. Ну что ж, в следующую неделю из хорошего у них будет только эта шикарная пища. Даже солнечный свет станет роскошью.

Как только Гу Яньцзы прибыл, он забрал у всех мобильные телефоны и положил их на шкаф рядом с собой. С лицами, как перед смертной казнью, все открыли ноутбуки, и через 5 минут из зала доносился только быстрый стук клавиш.

В это же время молодой человек отправил сообщение Ма Хуа и Ху Сяоли с целью закидать их работой.

Эти двое делали то, что он не будет использовать, но он все равно не даст им времени прохлаждаться и наслаждаться жизнью.

Его команда упорно работала, этот сценарий высосет из них все соки, они все так устали, так почему он должен облегчать жизнь этим двоим? Кроме того, он с нетерпением ждал выражения их лиц в будущем, когда они узнают, что кропотливо скопированные части были совершенно бесполезны.

Гу Яньцзы работал весь день, пока в отель не вернулся Чжэн Цзяхэ. Увидев смс, великий босс снова пошел «служить» ему.

Когда он встречался с Пэн Цзинхуном в прошлом, хоть и любил его очень сильно, но никогда не заботился о нем до такой степени. Но Чжэн Цзяхэ был его спасителем, которого он так и не успел поблагодарить.

Некоторые вещи, которые Гу Яньцзы раньше делал только чтобы порадовать своих бабушку и дедушку, теперь он делает для Чжэн Цзяхэ. Например, после совместного ужина он принёс ванночку для замачивания ног, которую купил помощник Чжу по его просьбе.

Увидев, что в руках у Гу Яньзы, Чжэн Цзяхэ почувствовал себя бессильным.

—…

Замачивание ног в горячей воде нужной температуры может улучшить кровообращение в периферических кровеносных сосудах и снизить нагрузку на сердце. Когда он это прочитал, Гу Яньцзы решил ежедневно следить за ногами Чжэн Цзяхэ!

С абсолютным спокойствием, будто уже сотни раз это проделывал, Гу Яньцзы поставил тазик перед мужчиной и одним движение перекинул полотенце с руки на стул. Наконец Чжэн Цзяхэ не выдержал:

— Яньцзы, ты хочешь попросить меня о помощи? Если у тебя есть, что сказать, я выслушаю тебя.

Усердие и преданность Гу Яньцзы слишком заметны. Но парню не о чем беспокоиться — забота о младшем и прочие мелочи даже не считались для него проблемой.

— Нет, — без колебаний ответил Гу Яньцзы.

Немного поразмыслив, он понял, что зашёл слишком далеко. Человек, с которым ты не виделся несколько лет, вдруг неожиданно начинает следить за твоим здоровьем. Да тут любой был бы сбит с толку. После небольшой паузы он медленно сказал:

— Ну есть кое-что… Дядя Чжэн, я все еще хочу продолжать работать сценаристом. Когда мой отец приедет, не мог бы ты помочь мне его уговорить?

Эту причину он придумал на ходу, и после того, как произнес, вдруг понял, что такой исход будет действительно самым лучшим.

Его родители сейчас еще молоды, так что он предпочёл бы заниматься любимым делом, а не спешить возвращаться, чтобы унаследовать семейный бизнес.

Услышав его слова, Чжэн Цзяхэ почувствовал облегчение и рассмеялся:

— Я сделаю это, тебе больше не о чем волноваться!

Сначала он не хотел заботиться о делах семьи Гу, но Яньцзы был искренен, он чувствовал, что должен помочь парню, когда придет время, и сказать в его защиту пару слов перед его отцом.

— Отлично! Но дядя Чжэн, не обращайте внимания на меня, я привык делать такие вещи, это действительно не сложно! — Гу Яньцзы рассмеялся, — И спасибо тебе!

Он похлопал ладонью по креслу, ослепительно улыбаясь. Выяснив, наконец, причину своего беспокойства, Чжэн Цзяхэ окончательно расслабился и принял заботу Яньцзы, как старший.

Пока его ноги наслаждались тёплыми водными процедурами, двое мужчин мирно разговаривали и строили план переговоров с родителями.

Когда на телефоне Гу Яньзцы сработал таймер, Чжэн Цзяхэ вытер ноги и собирался вылить воду, но Гу Яньцзы уже поднял ванночку:

— Я сделаю это, я сделаю это!

Наблюдая, как Гу Яньцзы уходит легкой походкой, Чжэн Цзяхэ ещё больше укрепился в своем мнении о Пэн Цзинхуне.

Даже если бы Гу Яньцзы не обладал личностью молодого мастера семьи Гу, он все равно был симпатичным, воспитанным и милым молодым человеком, а такое ничтожество из семьи Пэн посмел обидел его.

Пока впечатление Чжэн Цзяхэ о Пэн Цзинхуне падало ниже плинтуса, ничего не подозревающий глава обормотов пил в баре с друзьями.

Бар, в котором развлекалась толпа, назывался «Ключ», и принадлежал Шань Цюню. Что же касается названия, по словам владельца-обормота, он надеется, что бар поможет скинуть оковы человеческого разума. Конечно, никто не знал, бред ли это пьяного человека, или и правда в название вкладывался смысл.

В ложе бара царил полумрак и сильно пахло алкоголем. Обычно, когда Сунь Миньи и другие зависали здесь, их обязательно сопровождали всевозможные спутницы. Редко бывает, чтобы вокруг не было женщин. Сегодня все единодушно сопровождают Пэн Цзинхуна выпить вина и отвлечься.

Толерантность к алкоголю у Пэн Цзинхуна была хорошая, но любой имеет свою норму, особенно если опрокидывать бокал за бокалом. Он был пьян ещё до того, как бар стал оживленным.

Сунь Миньи и другие раньше не осмеливались заговорить, но видя очередную опустошенную бутылку, в конце концов, не смогли удержаться и наперебой заговорили:

— Пэн-гэ, в мире существует не только этот придурок Гу Яньцзы, если он не слушается, просто измени ему!

— Правильно! В вашей компании так много молодых парней, которые выглядят лучше, чем Гу Яньцзы.

— Он такой бесчувственный, почему бы тебе не заменить его на того, кто понимает тебя?

Его друзья узнали об ориентации Пэн Цзинхуна много лет назад и с тех пор всегда помогали ему скрывать этот факт.

А мужчины, с которыми Пэн Цзинхун встречался до Гу Яньцзы, хоть и не заглядывали им в рот, но по крайней мере, не осмеливались открыто ненавидеть их так сильно, как Гу Яньцзы.

Для взаимной ненависти была причина, и не одна. Пэн Цзинхун долго и упорно преследовал Гу Яньцзы, в отличие от остальных, которые сами стелились перед ним. К моменту, когда они начали встречаться, друзья уже невзлюбили его новую пассию за надменность. Позже Пэн Цзинхун привел этого лиса в бар, чтобы они познакомились. Гу Яньцзы весь разговор вёл себя как будто он ровня Пэн гэ, сидел с прямой спиной и смотрел им прямо в глаза, не считая себя обязанным разговаривать, они были очень злы.

К тому же Цзян Сю нравился Пэн Цзинхун, они всегда это знали и думали, что он просто развлекается с этими мужчинами и, в конце концов, выйдет замуж за Цзян Сю. Поэтому не волновались особо, но оказалось, что у Пэн Цзинхуна все серьезно с этим Гу Яньцзы.

— Заткнитесь!

Пэн Цзинхун вытянул руку и смахнул все бокалы и бутылки с вином, стоявшие на кофейном столике перед ним.

Сунь Миньи и остальные не осмелились вновь заговорить, Пэн Цзинхун тоже немного очнулся от пьяного угара. Он откинулся на спинку дивана, но злость накатила с новой силой. Нет, он был чертовски зол!

Да, его друзья правы. Если Гу Яньцзы может найти кого-то другого, он, естественно тоже может.

Конечно, его друзья видели, как меняется лицо Пэн Цзинхуна и могли догадаться, о чем он думает. Сунь Миньи решил подтолкнуть его и подлил масла в огонь:

— Пэн-гэ, а где Гу Яньцзы сейчас?

После того как вчера Гу Яньцзы устроил сцену на банкете по случаю помолвки, его родители и Цзян Сю были так рассержены, что хотели выпотрошить Гу Яньцзы, но не нашли даже его волоска!

Пэн Цзинхун зло усмехнулся:

— Он? В отеле «Аньхуа».

Гу Яньцзы удивительно быстро приспособился к жизни после перерождения, и ему это даже нравилось. Он уже давно не чувствовал себя так легко.

Последние два дня парню везло, но не успел он этим насладиться, как столкнулся с одной из тех, кого сильно ненавидел в прошлой жизни — матерью Пэн Цзинхуна.

В этот день Чжэн Цзяхэ застрял на званом обеде и не вернулся в полдень, поэтому Гу Яньзцы взял купон на шведский стол в отеле, и отправился в местный ресторан со своими людьми.

После еды все сотрудники вернулись в свои комнаты отдыхать, а он отправился на прогулку по отелю.

После прошлого предсмертного опыта и долгой болезненной реабилитации, он особенно серьезно относился к своему здоровью и всегда прогуливался после обеда.

В этот момент его вдруг кто-то окликнул.

Мать Пэн Цзинхуна звали Луо Цинцин, ей было за пятьдесят, но она была ухоженной. Глядя на эту внешность, можно было подумать, что она благородная женщина с мягким нравом и грацией, но на самом деле… Иногда Гу Яньцзы и правда думал, что она пересмотрела сериалов о гаремных интригах и воспринимала их как учебное пособие. Уж слишком эта женщина любила разыгрывать всевозможные трюки.

— Гу Яньцзы! — Как только Луо Цинцин увидела парня, она сердито направилась к нему.

— Что-то случилось? — Гу Яньцзы с ухмылкой посмотрел на женщину.

В это время, в своей предыдущей жизни он был очень сдержан в отношении Луо Цинцин. Даже если был обижен, он не стал бы ввязываться в неприятности, потому что этот человек — мать Пэн Цзинхуна. А он надеялся прожить с ним долгую и счастливую жить.

Но это было раньше.

Луо Цинцин была довольно маленького роста, меньше метра шестидесяти, чего ему было бояться такой маленькой старушки?

— Что это за выражение на твоём лице, у тебя вообще есть какое-нибудь воспитание! — Увидев усмешку Гу Яньцзы, она разозлилась ещё больше, по привычке выплевывая всевозможные неприятные слова: — Айй, как можно ожидать какого-то воспитания от такого продавца задниц, как ты…

— Это ты, открывающая рот и плюющаяся дерьмом, действительно невоспитанная, неудивительно, что твой муж захотел найти себе любовницу.

Гу Яньцзы сверкнул улыбкой:

— Наверное, он думает, что у тебя слишком вонючий рот.

Проведя так долго с Пэн Цзинхуном, Гу Яньцзы знает все о семье Пэн.

Отец Пэн — владелец и председатель совета директоров «Синьюэ». Его постоянно окружают знаменитости и красивые люди из всех слоёв общества. Скромность и целомудренность совсем не в его характере, так что спал он со многими.

Из-за этого Гу Яньцзы действительно сочувствовал Луо Цинцин раньше, и даже мог понять ее мерзкое поведение. Муж постоянно изменяет, но она не может ничего сделать, поэтому, в итоге и переложила все свои мысли и чувства на единственного сына. С такими мыслями Яньцзы был более терпим к ней, однако жизнь доказала, что у плохих людей всегда будет причина ненавидеть других.

— Ты с ума сошел! Что ты за тварь такая? — Луо Цинцин свирепо уставилась на него.

— Типа ты не тварь. — Гу Яньцзы больше не собирался разговаривать с такой несносной женщиной, — Довольно, не приходи ко мне в будущем! Мы с Пэн Цзинхуном уже расстались, если хочешь создавать проблемы, найди кого-нибудь другого.

— Отродье Гу, не думай, что если пригрозишь моему сыну расставанием, он снова придет к тебе! — Не сдавалась Луо Цинцин.

— Лучше бы он ко мне не приходил! — Гу Яньцзы повернулся и ушел, не желая больше тратить время на старую ведьму.

Луо Цинцин смотрела в спину Гу Яньцзы, дрожа от гнева. Она достала мобильный телефон и позвонила Пэн Цзинхуну, и плача в трубку, пожаловалась, что Гу Яньцзы отругал ее.

После того, как родители Пэн узнали об их отношениях, дома был скандал. Луо Цинцин так плакала, что её пришлось везти в больницу с высоким давлением. Она вытрясла у сына адрес студии Гу Яньзцы и начала ходить к нему, чтобы посмотреть «на этого лиса». После таких встреч у неё часто были проблемы со здоровьем.

Пэн Цзинхун чувствовал себя виноватым перед Луо Цинцин и под давлением, в итоге согласился на свадьбу. Когда она и после этого продолжила ходить к Гу Яньцзы, то постоянно звонила и жаловалась на него. Пэн Цзинхун всячески успокаивал мать.

Но на этот раз Пэн Цзинхун не стал ее утешать:

— Мама, разве я не говорил тебе не ходить больше к Гу Яньцзы? Почему ты снова это делаешь?

— Я просто неожиданно встретила его по дороге! Кто бы мог подумать, я даже пары слов не успела сказать ему, как он отругал меня! Цзинхун, этот Гу Яньцзы действительно возмутительный!

Чем больше Луо Цинцин говорила, тем больше распалялась, но не успела она закончить мысль, как Пэн Цзинхун повесил трубку.

Луо Цинцин опешила и замерла, но в этот момент ее телефон снова зазвонил. Приготовившись выслушать извинения сына, она посмотрела на экран, но это была Цзян Сю.

Луо Цинцин всё ещё была очень довольна этой невесткой.

Хотя семейное происхождение Цзян Сю не дотягивало до их уровня, она была лучше этого Гу во всех отношениях. Особенно воспитанием и послушанием. И что бы то ни было, она была женщиной, которая преданно любила ее сына.

— Тетя, вы встретили Гу Яньцзы? Вы ведь не пострадали? —Голос Цзян Сю был тихим и мягким, — Вы знаете, он не особо настроен…

— Не настроен — моя задница! У него просто отвратительный характер! —Луо Цинцин была обижена, и ей некому было жаловаться, поэтому она с радостью впилась в уши будущей невестке. Обругав Гу Яньцзы на чём свет стоит, ее недовольство поутихло. После паузы она вдруг вспомнила о деле:

— Кстати, Цзян Сю, ты говорила, что сможешь проучить Гу Яньцзы, как всё продвигается?

Тот факт, что Пэн Цзинхун любит мужчин, всегда скрывался от семьи. И хотя до его отца долетали какие-то слухи, он списывал это на молодость и любопытство. Не было причин воспринимать юношеские забавы всерьез.

Только ближнее окружение знало всю правду. Видя, что Пэн Цзинхун и Гу Яньцзы встречаются уже больше года, и нет даже намёка на расставание, Цзян Сю забила тревогу. Она решила разобраться с этим вопросом раз и навсегда, поэтому осторожно раскрыла это отцу и матери Пэн.

Узнав, что её любимого сына соблазнил на отношения «какой-то заднеприводный», Луо Цинцин захотела раздавить Гу Яньцзы. Но какое-то время она не могла придумать, с чего начать.

Студия Гу Яньцзы независима и не связана с «Синьюэ Интертэймент». Мало того, большая часть работы, за которую берется его студия, также не в их ведении.

Семья Пэн не хотела раздувать громкий скандал. Некоторое время они не могли иметь дела с Гу Яньцзы и давить на него своей властью.

— Тетушка, не волнуйтесь, я уже всё устроила. На этот раз я позабочусь о том, чтобы Гу Яньцзы не смог дальше находиться в нашем круге! — Цзян Сю сделала паузу, — Но это дело… нам нужно немного подождать.

Они ещё немного поговорили, и у Луо Цинцин наконец-то улучшилось настроение.

Хотя Гу Яньцзы не знал точно о заговоре двух ядовитых женщин, он уже имел общее представление об их дальнейших действиях.

Однако в данный момент эта возня волновала его меньше всего. Что действительно натянуло его нервы… Его отец и мать были здесь.

Счастливо послав в пешее эротическое мать Пэн, Гу Яньцзы в прекрасном настроении возвращался в конференц-зал, его сотрудники должны были уже отдохнуть и с головой зарыться в ноутбуки.

Подходя к воротам Хайтан, он краем глаза заметил машину помощника Чжу, из которой выходили его родители вместе с Чжэн Цзяхэ!

Эти двое были моложе, чем он помнил, и немного более… свирепыми, чем он помнил.

Особенно его отец.

— Ублюдок! Отродье! Крылья у него выросли! Сбежал из дома и даже об отце с матерью не подумал!

Его родители сидели в гостиной на диване, их лица были необычайно серьёзны. Как только за Гу Яньцзы закрылась дверь, он не прячась, подошёл и встал прямо перед ними. Его отец увидел Гу Яньцзы таким и мгновенно напрягся как тетива, с которой вот-вот сорвётся стрела.

— Нет, ты посмотри на него! Мы так хорошо тебя воспитали, и чем ты отплатил? Как мило с твоей стороны было просто сбежать! Ты хоть думал, как мы с матерью будем волноваться?

— Я писал, что в безопасности. Вы ежемесячно получали мои письма, я ни разу за последние 4 года не пропустил отправку.

Он действительно писал вполне мирные письма каждый месяц. Независимо от обстоятельств и настроения, он никогда никого не обвинял и не жаловался. Хоть ни одно письмо не превышало пары строк, информации было достаточно, чтобы понять — он жив-здоров.

На данном этапе своей жизни он всегда считал, что хорошо справлялся со своей работой.

Его родители были слишком заняты, чтобы заботиться о нем с самого детства, но они дали ему много учителей и организовали особенно тяжелые учебные задания. Он редко видел своих родителей, а если и видел, они всегда обсуждали его учебу. Поэтому, естественно, он не испытывал к ним особой привязанности, и постепенно даже стал довольно отталкивающим в своём общении с ними.

Затем родители сказали ему изучать то, что ему не нравилось, и распланировали в соответствии со своими ожиданиями всю его будущую жизнь. Всякому терпению приходит конец. Гу Яньцзы больше не мог этого выносить, поэтому устроил сцену и, в конце концов, вышел из шкафа. В этот момент отец в гневе избил его, обругал последними словами и проорал, чтобы тот убирался, потому что не хочет видеть его своим сыном.

Яньзцы сделал некоторые приготовления, а потом просто сбежал.

— Что такое несколько писем! Отродье, как ты посмел не приехать домой на Новый год! — Отец Гу все еще выглядел разъяренным.

— Вернуться, чтобы что? В последний Новый год я прождал вас почти до утра, а когда дождался — отчитывался о своей учёбе. И я не видел, чтобы вы хотели поговорить о чем то ещё со мной... — Гу Яньцзы перевёл взгляд на ошарашенную мать и вновь повернулся к отцу:

— Вы ведь никогда не знали, чем я хочу заниматься и чего я хочу. Вы не провели со мной и нескольких дней с тех пор, как я был маленьким. В детстве, я хотел игрушечные гоночные машинки и, наконец, набравшись смелости, попросил их на свой день рождения. Помнишь папа свою реакцию? Ты полвечера читал мне лекцию.

Гу Яньцзы уже говорил всё это своим родителям в прошлой жизни. Тогда разговор был на полтона ниже, но его слова, как и сегодня, были теми же. После, они окончательно примирились. Поэтому он решил сказать это снова.

Отец Гу хотел продолжать, но проглотил свои слова, переварив только что сказанное сыном. Впервые за многие годы он слушал то, что ему говорят со смущением на лице.

Он и его жена были очень заняты, и после рождения ребенка его воспитывала няня. Из-за этого, когда Гу Яньцзы подрос, они не знали, как с ним ладить, не говоря уже о том, что понятия не имели, о чем думает ребёнок.

Просто говоря о гонках… В то время он не знал, что Гу Яньцзы хочет игрушечные гоночные машинки. Он думал, что сын говорит о настоящих автомобилях. Заботясь, чтобы не вырастить никчёмного транжиру и денди, что ещё ему оставалось? Конечно, он должен был сделать ему выговор!

Отец Гу смотрел на своего сына сложными глазами.

— Я не видел вас несколько лет, а вы даже не спросили, все ли у меня хорошо; вы просто ворвались и отчитали меня… — Гу Яньцзы посмотрел на своих родителей, на его лице ясно читалась обида.

Благодаря тому, что он и его родители когда-то разрешили свои разногласия, он хорошо знал, как с ними ладить.

Когда Гу Яньцзы был ребенком, то действительно не чувствовал большой любви от своих родителей. Повзрослев, он разочаровался в их отношениях и перестал ценить семейные узы, особенно после всех недопониманий.

Но теперь он надеется помириться с родителями, а раз так, то он должен говорить открыто.

Гу Яньцзы сказал обо всём, что много лет сковывало его сердце, после чего отец и мать погрузились в долгое молчание.

Когда случился разлад в их семье, они не успели вовремя отреагировать. Естественно, они понимали, что сексуальную ориентацию Гу Яньцзы невозможно изменить, и они также знали, что то, как они учили своего ребёнка в предыдущие годы, было неправильным.

Но, даже понимая всё это, родители не могли не злиться, когда их сын сбежал, бесследно исчезнув из дома на несколько лет.

— Мама, папа, на самом деле я всегда хотел вернуться домой, — Гу Яньцзы передал родителям ступеньку, — Я просто не осмелился вернуться.

Увидев полное печали лицо сына, у мамы Гу, которая от начала и до конца ничего не говорила, комок встал в горле. Услышав, что сказал Гу Яньцзы, уголки ее глаз покраснели.

— Отродье...— голос отца Гу стал хриплым на середине и он не смог больше ничего сказать.

Матушка Гу собралась с мыслями, вздохнула и спросила, сдерживая кислый блеск в глазах:

— Яньцзы, как ты жил последние несколько лет? Прости маму и папу, что не спросили сразу.

Отец Гу что-то прогудел, взяв жену за руку.

Гу Яньцзы не ожидал, что родители извинятся перед ним. Услышав вопрос матери, он, наконец, отпустил своё сердце, и расслабился. Яньзцы улыбнулся, сел рядом с родителями, и начал рассказывать о том, что сделал за последние четыре года.

Конечно, он сосредоточился на своей карьере, и вообще не упомянул Пэн Цзинхуна.

— Моя студия сейчас довольно известна, плюс мой доход от написания статей в интернете. В прошлом году чистая прибыль превысила миллион, а в этом году должно быть еще лучше, — Гу Яньцзы показал немного самодовольства и гордости, его ямочки были глубокими, когда он улыбался.

Отец и мать Гу редко видели, чтобы их сын так счастливо улыбался. На какое-то время в их сердцах что-то кольнуло, и они немного расстроились.

Когда этот ребенок раньше был дома, из-за своего хорошего темперамента, и потому что никогда не тратил деньги без разбора, на Новый год его красные конверты от старших только начинались с миллиона…

В тот день Гу Яньцзы не вернулся к Чжао Тянье, Линь Лин и другим, а продолжал разговаривать с родителями. Чжэн Цзяхэ вначале не присутствовал при их разговоре. Хоть он и вернулся с родителями Гу в отель, сразу ушёл в кабинет на видеоконференцию. Когда Чжэн Цзяхэ освободился, они сели поужинать все вместе.

Раньше Чжэн Цзяхэ пообещал Гу Яньцзы помощь в разговоре с родителями. Поэтому сейчас использовал своё красноречие за ужином. Он человек из делового мира и сложные переговоры у него в крови.

Чжэн Цзяхэ очистил свои мысли от работы и полностью сосредоточился на родителях Гу. Он красноречиво рассказывал и хвалил Гу Яньцзы, будто говорил не об их сыне, а продавал инвесторам отличный проект маленькой фабрики с отличным потенциалом. Он также намеренно сравнил несколько представителей второго поколения из своего круга с Гу Яньцзы. Каждый, у кого есть глаза, может увидеть его трудолюбие и целеустремленность.

В общем, фабрика была хорошая и прибыльная, директор дальновидный и целеустремлённый, а инвесторы должны были рады вложиться.

Что касается вопроса ориентации, Чжэн Цзяхэ от начала до конца не упомянул ни слова. Он считал, что это не тот вопрос, который хотят обсуждать отец и мать Гу.

— Я думаю, что Яньцзы — хороший парень. Он сам построил свою карьеру, и это гораздо лучше тех, кто, полагаясь на своих родителей, начинает бизнес и продолжает терять семейные деньги. Или тех, кто умеет только есть, пить да играть, — Чжэн Цзяхэ рассмеялся, — Вообще-то, это хорошо — позволить ему прорваться в индустрию развлечений. Теперь, когда индустрия развлечений переживает самое жаркое время, весь капитал ушел туда.

Когда отец и мать Гу приехали в город Б, они хотели забрать своего сына обратно, но теперь после разговора с Гу Яньцзы и Чжэн Цзяхэ, их отношение смягчилось.

Они рано поженились, и теперь, когда обоим еще не было пятидесяти, они вполне могли работать еще несколько лет. Было неплохо позволить сыну заниматься собственным бизнесом и пробиться своими силами.

Самое главное, конечно, они боятся, что если не согласятся, их сын снова убежит из дома.

Что касается сексуальной ориентации, то давайте притворимся, что её не существует…

У семьи Гу есть дом в городе Б. После ужина родители тепло попрощались с Чжэн Цзяхэ и уехали в свою резиденцию.

Гу Яньцзы в тот вечер отправился с ними. Остаток дня он усердно работал, чтобы укрепить отношения и окончательно уговорить их.

Чжэн Цзяхэ осталась один в отеле «Аньхуа», и когда вечером включил свой компьютер, чтобы заняться делами компании, он вдруг не удержался и огляделся вокруг. Два дня подряд Гу Яньцзы крутился вокруг него, не позволяя засиживаться допоздна, и уговаривая ложиться спать вовремя. Но сегодня его здесь не было.

«Что со мной не так...» Чжэн Цзяхэ взял телефон в руки, включил его и тут же увидел сообщение в WeChat от Гу Яньцзы: [Дядя Чжэн, я сегодня не вернусь, не забудь погреть ноги в тёплой воде], и два милых смайлика.

Он слегка усмехнулся, встал и пошёл наливать воду для ног.

Прежний способ общения Гу Яньцзы с родителями был такой: они спрашивают, он отвечает. Без лишних эмоций и ответвлений в разговоре.

Но на этот раз он использовал всю свою сыновью почтительность и хорошие манеры. Этому мастерству по уговариванию родителей он научился в своей предыдущей жизни, после тяжелого ранения, чтобы не волновать их.

Эффект оказался на удивление хорошим.

Когда отец и мать Гу приехали, то были полны гнева. Пробыв в городе Б два дня, гнев в их сердцах полностью исчез, и они даже необъяснимо раскисли.

Они и не знали, что можно так ладить со своим сыном.

Видя, что их сын несколько лет прожил на улице и стал гораздо живее и общительнее, их сердца больше не могли быть жёсткими. Нехорошо было заставлять его снова возвращаться домой. В итоге, они не забрали Гу Яньцзы обратно, но скоро должны были уехать сами.

Бизнес семьи Гу был настолько большим, что они оба были очень заняты.

Рано утром на третий день, помощник Чжу отвез семейство Гу в полном составе в аэропорт.

— Когда закончишь свою работу, поезжай навестить бабушку и дедушку, — проинструктировал отец Гу с суровым лицом.

Старики с обеих сторон на самом деле очень хотят увидеть ребенка, но его сын сказал, что в эти дни у него самая большая нагрузка, сценарий должен быть готов через полмесяца.

— Яньцзы, отныне ты не можешь больше жить в гостинице. Наш дом в этом городе всё равно пустует, перебирайся туда. Если он тебе не нравится, можешь купить другой, — Матушка Гу сунула Гу Яньцзы карточку.

— Если тебе чего-то не хватает, просто купи это, — Отец Гу также добавил, — Твоя студия… ее тоже можно сделать больше.

— Сяо Ли, который играл с тобой в детстве, сейчас разрабатывает компьютерные игры. Он вложил десятки миллионов на начальном этапе, так что ты тоже можешь попробовать, — добавила мать Гу.

— Мама, папа, я так и сделаю, — Гу Яньцзы без стеснения взял карточку.

Его сценарная студия не нуждается в десятках миллионах инвестиций, но иметь деньги не так уж плохо. Он вернулся на 5 лет назад, и точно знал, какие фильмы и телешоу могут хорошо заработать в этот промежуток времени. Поэтому он мог инвестировать в них и получить хорошую прибыль без особых усилий.

Кстати, он также может привлечь к кормушке Чжэн Цзяхэ!

Обьявили посадку, родители попрощались и неохотно сели в самолет. Гу Яньцзы наблюдал за взлетающим самолетом со смешанными чувствами.

Эти два дня прошли как нельзя лучше, такой гармонии между ними никогда не было. Отношения, наконец, ушли от точки замерзания и смягчились. Но была одна вещь, которую ни одна из сторон не затрагивала.

За все время пребывания в городе Б, его родители ни разу не упоминали, что он вышел из шкафа, он тоже не затрагивал эту тему.

Гу Яньцзы знал, что родители пока не могут принять его ориентацию. Что касается самого Яньцзы — после встречи с Пэн Цзинхуном его мало волновал вопрос отношений.

У него не было цели искать себе мужчину, а по опыту предыдущей жизни, он ближайшие лет пять, скорее всего, точно будет одинок. Поскольку все было так, нет необходимости спорить из-за этого с родителями.

Выйдя из аэропорта, Гу Яньцзы сел в машину. Помощник Чжу заранее включил кондиционер, так что Яньцзы окунулся в привычную атмосферу хорошего авто.

Эта машина принадлежит Чжэн Цзяхэ, в ней просторно и удобно, но нехорошо постоянно пользоваться чужой добротой. Гу Яньцзы вдруг пришла в голову идея купить машину.

Раньше он об этом не задумывался. Во-первых, в городе хорошо развит общественный транспорт и легко найти такси в любое время суток. А во-вторых — там, где он жил раньше, не было даже места для парковки, не говоря уже о том, что у него не было личного счета в городе Б. А чтобы купить машину, нужно было подтверждение личности и счёт, но тогда бы его быстро нашли. Так что раньше, у него не только автомобиля не было, он вообще мог купить лишь небольшое жилое или коммерческое помещение.

Однако с сегодняшнего дня эта проблема исчезла!

Быстро все обдумав, Гу Яньцзы позвонил Чжэн Цзяхэ и спросил, может ли тот помочь с получением номерного знака машины.

У него больше нет видимых причин оставаться рядом после примирения с родителями. Чжэн Цзяхэ знал о доме Гу в городе, поэтому продолжать следить за ним стало неудобно. В таком случае он сначала попросит дядю Чжэн что-нибудь сделать, а потом придёт, чтобы поблагодарить за оказанную услугу. Ну а там придумает ещё что-нибудь.

— Пришлите мне адрес, а я попрошу кого-нибудь прислать номерной знак,— Сказал Чжэн Цзяхэ с улыбкой.

— Спасибо, дядя Чжэн!— С благодарностью в голосе сказал Гу Яньцзы.

Он получил водительские права в 18 лет, и после этого практиковался на машине своей семьи. Кроме того, он также водил машину до перерождения, поэтому ему не нужно было беспокоиться, что не сумеет водить. Просто он не очень хорошо разбирался в марках авто.

Его хобби «коллекционировать всевозможные автомобили» было задушено на корню отцом еще в детстве, и позже он даже не думал в этом направлении. Гу Яньзцы также не любил спортивные машины. В прошлой жизни он купил Бэнтли и ездил на нем каждый день, а на машину родителей пересаживался только когда на своей приходило время технического обслуживания.

Гу Янцзы решил купить тот же автомобиль, что и в прошлой жизни.

После того, как он поговорил с Чжэн Цзяхэ, помощник Чжу сразу же сменил направление и поехал к дилеру Бэнтли.

В наличии было не так много автомобилей этой марки, но город Б — это большой деловой центр, нет никаких проблем найти то, что нужно.

Гу Яньцзы осмотрел модельный ряд в салоне и остановился на внедорожнике.

— Я могу забрать машину сейчас? Номерной знак скоро пришлют, так что проблем не будет.

Продавец в салоне привык к подобным ситуациям, люксовые модели приобретали в основном те, у кого много денег и мало времени:

— Конечно, можете, молодой господин. Наш работник проверит машину и оформит документы, после этого, вы сможете забрать её сегодня днем, — сказал он с улыбкой. Пока есть деньги, будь то страховка или что-то еще, все можно сделать в тот же день.

— Через несколько часов машина будет готова к выдаче.

Гу Яньцзы решил подождать в салоне, и продавец спросил, не хочет ли господин пообедать, пока ждёт свой автомобиль.

Отец и мать Гу сели в самолете в 10 часов утра, а сейчас уже было время обеда.

Гу Яньцзы действительно был голоден, поэтому он попросил дилера принести ему и помощнику Чжу поесть.

После того как дилер ушел, Гу Яньцзы сел на диван, взял свой телефон и начал читать сценарий, который прислали его работники. Ноутбука под рукой не было, так что вносить правки пришлось через специальную программу на телефоне.

Он был погружён в работу, как вдруг услышал, как кто-то позвал его:

— Гу Яньцзы?

Он неохотно поднял голову и увидел друзей Пэн Цзинхуна — Шань Цюня и старшего мастера семьи Шань, Шань Сиюаня.

Семья Шань была довольно богата, не в такой степени, как семья Чжэн и семья Гу, но близко к семейному состоянию Пэн. Однако Шань Цюнь — всего лишь племянник главы семьи Шань. У его отца не было акций на руках, поэтому Шань Цюнь был закадычным другом Пэн Цзинхуна.

Гу Яньцзы вдруг почувствовал, что ему не очень-то везет. Почему он все время натыкается на этих людей?

— Кто это?— Шань Сиюань не знал Гу Яньцзы, поэтому небрежно спросил Шань Цюня.

— Просто маленький человек. Гу Яньцзы, что ты здесь делаешь? — спросил Шань Цюнь, недобро глядя на Гу Яньцзы.

— Покупаю машину, — Гу Яньцзы нахмурился.

— Ты здесь, чтобы купить машину?! Сколько денег дал тебе Пэн-гэ? — Глаза Шань Цюня вспыхнули завистью

Гу Яньцзы:

— ...

Почему все эти люди думают, что Пэн Цзинхун дал ему много денег?

***