Чизман шагал по дороге прямо к торчащему на холме особняку. Особо не торопился. Валера быстро догнал его.

- Эй, ты куда?

- Туда.

- С голыми руками пойдем?

- Нет, - программист бросил на него короткий взгляд, - у тебя пушка. У меня пушка, - он задрал мастерку, показав черную рукоять за поясом, - а уж без гранат - я даже отлить не хожу.

- Фух, - покачал головой парень, - я уж перепугался. Какой план?

- Входим, забираем, выходим, - пожал плечами Чизман, - или ты что собрался тут спецоперацию проводить?

- Ну, мы же не знаем кто там?

- Пачка громил, пачка каких-нибудь выродков и их главарь.

- Значит, мы просто войдем? – они уже поднимались в гору. На холм, где за кованым забором возвышался большой особняк. Окна его светились. Кто-то внутри буйно праздновал.

- Хм, надо подумать, - программист прошел вдоль изгороди. По густой и мягкой траве. Будто бы специально здесь посадили. Ворота были совсем недалеко. До них шла дорога, но шла она петлями, взбираясь по косогору.

Решетчатая воротина была распахнута. Похоже, здесь никого не боялись. Еще б. Если уж они местная мафия. Внутри стояли всякие повозки. Где-то среди них была и их карета.

Но Чизман не пошел туда. Он двинулся к большим красивым дверям. Главному входу.

- Погоди, - одернул его Валера, - может, просто угоним нашу карету?

- Во-первых, - программист резко выдернул рукав, - заберем свое. Во-вторых, ты что? Хочешь себе врагов нажить?

- А что ты хочешь сделать? Поговорить с ними? – изумился Валера.

- Нет. Я сразу перейду к финальному акту, - усмехнулся тот, - без прелюдий.

- Хм, а как попадем внутрь? Они что нас впустят?

- Вряд ли. Сами зайдем, - программист присматривался ко входу. Роскошное крыльцо с балясинами. Какой-то плющ обвивал их. Цветочки высажены. Пара широких ступень отделяли гравийную дорожку от блестящих мраморных плит. А уж двери какие – массивные, полированные. Витражные вставки. Цветные. Так что перед дверьми весь пол был радужным.

- Как это сами?! – оглядев дом, спросил парень, - тут же наверняка охрана.

Для него это было очевидно. Еще б. Такой домина. Три этажа, громадные окна. Ухоженный весь. Всюду свет, всюду какие-то голоса. Смех. Но не такой, какой бывает у хороших людей. Грубый, хамоватый.

- Конечно, есть. Слышал этот ржач? Вот это и есть охрана. Судя по всему, там их с десяток – не меньше, - Чизман утер нос, - бухают, гады. И без нас... – пробормотал он, - впрочем, это нам на пользу. Ворвемся внутрь, а пока они сообразят – бах, бах и всё.

- Так, там и на входе кто-нибудь должен стоять! – воскликнул Валера.

- Зачем? Это их владения. Тут все свои. Чего им бояться-то. Вон, даже ворота не запирают. Это же бандиты, а не армия. Тут никакой дисциплины.

- Ладно. Итак, какой план?

- Пошли уже, - усмехнулся программист, но вдруг замер, - хотя, что-то я не хочу получить по башке от какой-нибудь крысы. Укроется где-нибудь за углом…. – он призадумался.

- Вот-вот, - неуютно поежился Валера. Они стояли прямо перед крыльцом. Вот выглянет кто-нибудь в окно и сразу заметит их. А если покурить кто выйдет… Хотя стоп. Тут же нет сигарет. Да и если бы были – кто б им запретил курить прямо внутри.

- Всё, я придумал, - заявил Чизман, - подходим, стучимся. Ждем пока кто-нибудь выйдет.

- А потом?

- Представимся Святой Инквизицией.

- Чего?! – парень опешил, - инквизицией? Почему?

- Студент. Летний вечер. Они пьют в свое удовольствие. И меньшее кого они ждут это инквизицию. Хотя, никто не ждет инквизицию. В любом случае - сбегутся все.

- Это даже не план! Откуда ты знаешь, что здесь вообще есть инквизиция? – воскликнул тот, но было поздно. Программист поднялся на крыльцо и застучал по роскошным дверям.

Грохот ударов разлетелся по округе. Даже, казалось, шум в доме стих. Хотя, нет. Всё было так же. За дверьми только кто-то затопал. Такой пьяной походкой.

- Кого там принесло!? – завопил хамоватый голос.

- А ну, открывай, - прорычал Чизман, - Святая инквизиция!

- Чего? – тот, кто стоял за дверью явно обалдел. Прямо аж засипел.

- Инквизиция! Вы обвиняетесь в том, что неоднократно наводили хулу на святую церковь!

- Церковь? Здесь? – мужик явно перепугался.

- Чего ты там застрял? – другой голос подключился.

- Тут церковники! – прямо паника у него была.

- Откуда тут церковники, дурья башка! Их во всем наделе нет!

- А я почем знаю? Обвиняют в чем-то!

- Давай открывай, глянем на них, - уверенно заявил второй и заорал, - ребята, давай сюда! Тут к нам гости!

Затопали ноги по дому. Послышался лязг металла. Кто-то что-то уронил. Массивное такое. Пробежало мимо двери несколько человек. В окнах замаячили тени.

- Держи, - программист протянул Валере какие-то комочки.

- Что это? – спросил тот.

- Вата. Засунь в уши. Как полетит – глаза закрывай, понял?

- Угу, - кивнул он и принялся затыкать уши, - погоди, что полетит-то?

В доме тем временем закончилась беготня. Затихло. А потом створка распахнулась.

- Проходи или вали прочь, - ухмыльнулся Чизману большой здоровяк. Шрам через всё лицо, лысая башка. Половины зубов нету. Замечательный персонаж. Еще и нож на поясе. Верзила отошел назад. Приветливо махнул рукой. С гадкой улыбочкой.

- Благодарю, - процедил программист. Достал свои очки. Нацепил на нос. И с важным видом шагнул внутрь. Валера двинулся следом. Сразу же у него внутри всё замерло. Аж ноги затряслись.

Внутри прямо напротив входа была большая красивая лестница. Красный бархатный ковер застилал её ступени. Чуть поднявшись, она расходилась на две стороны. Каждая вела на большой и длинный балкончик. Там торчало несколько человек. У каждого арбалет. Взведенный. Кончики болтов смотрели прямо на них. Парень даже лица не смог разглядеть. Только эти острые наконечники. Еще б тут не обалдеть – всё-таки в него никогда не целились. Особенно из арбалета. Такие железные кирасы пробивают, а он в какой-то толстовке.

И если бы это было всё. Угу. Как же. Возле входа собралась целая толпа. Мужики были суровые. Не какие-то хлюпики. Мышцы, шрамы, ухмылки. Явно привыкшие валить всех без разбора. Даже Чизман выглядел на их фоне слабаком. В руках эти личности вертели что-то смертоносное. Каждый свое. У этого кинжал. У того дубинка. Блек-джек. Короткая и тяжелая. Кто-то даже двуручный меч притащил.

Тут Валера кое-что понял. Единственное, что сдерживало этих ублюдков – любопытство. Хотелось им посмотреть на наглецов, что заглянули к ним в гости. Поэтому и глазели, будто бы в зоопарке. И собрались все, кто был в доме. Почти. Главаря только не было.

Даже площадка перед лестницей была пуста. Дабы гости вышли на всеобщее обозрение. Они и вышли. Наступила тишина. Так только всякие смешки было слышно. Да шорохи. Вот как в театре – перед представлением. Когда вот-вот занавес откроют.

- Господа, - гордо начал Чизман, оглядевшись вокруг, - с прискорбием сообщаю вам, что вы обвиняетесь в ереси слов, ереси мыслей и, что самое важное, ереси поступков. Покайтесь, отриньте мирское. И обретите прощение в вечных молитвах, - он картинно развел руки. Вокруг все замолчали. Обдумывали сказанное.

- А если мы не хотим?! – выкрикнул кто-то. Это был не вопрос, а явная насмешка. Остальные громилы тоже переглянулись с издевательскими ухмылками.

- Что ж, - программист сложил ладони на груди, будто бы в молитве, - тогда настигнет вас кара божья, - а затем что-то выхватил из рукава. Цокнула чека. Прямо к лестнице полетел белый цилиндр. Шипя и осыпая искрами дорогой ковер.

- Вспышка! – крикнул Чизман. Валера зажмурился. Даже уши руками закрыл. Бахнуло. Даже через сжатые веки слегка ослепило. В ушах повис мерзкий визг. Парень открыл глаза.

Пистолет в руках его спутника начал палить по балкончику. Падали, как подкошенные, арбалетчики. А кто-то уже заранее валялся на полу. Мгновенно программист разобрался со вторым этажом. А потом грациозно сменил магазин, сразу же оборачиваясь назад.

Впрочем, не зачем было. Вокруг вся компашка валялась в жутких судорогах. Кто-то орал, как сумасшедший. Кое-кто вообще ударился в жуткий визг. Даже не скажешь, что это мужик вопил. Один здоровяк ползал на коленях и выл. Выл, словно побитый пес. Всё это было слышно несмотря на оглушение. Что уж там, в деревне, подумать могли – и страшно было.

А выстрелы продолжали грохотать. Программист, словно пересчитывал бандитов. Грохнулся здоровяк, затих. Еще б. С дырой в башке-то. Еще одного, потирающего глаза, Чизман шлепнул походя, шагая к лестнице. Валера дернулся за ним. Тот толкнул его в плечо, махнув рукой. Парень не сразу понял, но потом вытащил и протянул ему свой пистолет.

- Аааа, - вцепился в его ногу лысый мужик со шрамом. Захлопал по колену в каком-то диком ужасе.

Один выстрел. Дернулись его мышцы в агонии и он развалился по полу. Валера вытянул ногу из мертвой хватки.

Программист махнул парню рукой, мол пошли уже. И направился к лестнице. Кто-то уже отходил от ослепительной вспышки. Видимо, психика была более крепкой или мозгов меньше – проснулся простой тупой инстинкт убивать.

Вот один поднялся на ноги и кинулся на них. Бум! Упал. Еще бы. Ведь программист теперь вообще стрелял с двух рук. Но не так, как всякие герои в фильмах – выставив вперед две руки и бездумно пуляя в одну точку. Нет, Чизман раздавал направо и налево. Стволы в разные стороны, лишь головой вертел. Только и разлетался грохот по комнатам особняка.

Стоило хоть кому-то поднять голову, как он тут же падал. Дорогой бархатный ковер забрызгало кровью. Оказалось, даже на красном её вполне видно. Темные пятна растекались на их пути.

Возле лестницы какой-то мужик с бельмом на глазу вжался в перила и поднял руки.

- Нет, прошу! – взвыл он, - я завяжу! Завяжу! Буду молиться, молиться целую вечность!

- Тогда вали прочь. И не возвращайся, - процедил ему Чизман, перешагивая через его раскинутые ноги.

- Хорошо, хорошо, - тот пополз к выходу, но вдруг замер, - скажите только, какому богу мне молиться?

- Всем и сразу! – программист пристрелил еще одного верзилу. Тот покатился с лестницы. Раскаявшийся взвизгнул и убежал прочь. Прямо на четвереньках.

А двое «инквизиторов» тем временем поднялись по лестнице. Внизу остались лишь мёртвые тела. Похоже, здесь собрались все завсегдаи особняка. Вот только главного среди них явно не было.

Так что Чизман поднялся на второй этаж. Осторожно, с перебежками, направился по коридору. Как-то по особенному заглядывал в каждую комнату. Будто бы спецназовец какой-то.

Но везде было пусто. Бутылки валялись. Еда на столах остывала. Стулья сдвинутые. И никого.

- Так, - пробормотал программист, - где-то главарь сидеть должен.

- А? – не понял его Валера.

- Вату из ушей вынь, - махнул рукой тот. Парень вытащил, - как думаешь, где главный?

- Не знаю.

- Погоди, - размахивая пистолетами, Чизман двинулся по коридору, - где открыто его нет, значит, он там – где закрыто.

Коридор как раз упирался в большие резные двери. Глухие и запертые. Накрепко. По пути были комнатушки. Но там всё чисто. То есть нет никого. А так всякие вещи валялись. Книги разбросанные, хлам какой-то. В одном месте было наблевано. Здорово. В другом целый склад пустых бутылок.

Валера даже оценил местные гобелены. Такие ковры со всякими рисунками. Только изображена была на них всякая чепуха. Даже не разберешь толком. Какие-то кони, люди, мешанина. Ничего не понятно.

- Так, - Чизман отдал парню пистолет, - держи. Там могут быть еще ребята. А может быть и нет, - а затем долбанул ногой по большим дверям. Те прогнулись, но выдержали. Ударил еще раз. Опять устояли.

- Ладно, - процедил программист, - тащи топор. Там внизу у мужика был.

- Угу, - парень подскочил и метнулся к лестнице. Спустился вниз. Топор валялся возле одного здоровяка. Пол вокруг был пропитан кровью. Ковер будто бы лесной мох после дождя. Он подошел, схватился за рукоять. Мужик вдруг открыл глаза. Поднял руку. Опустил.

- Б…. больно…. – просипел он. Изо рта потекла струйка крови.

Валера дернул топор на себя. Что ж они натворили. Столько людей погибло. Он испуганно огляделся. Будто бы осознал всё. Они ведь живые. У каждого своя жизнь была. Сидели, выпивали и бах. Проклятье. Накатила какая-то паника. Сделал глубокий вдох. Еще один. Это же бандиты. Бандиты. Да еще и из гребаного средневековья! Наверняка, мучили кого-то. Пытали. Поделом. Поделом. Вон в фильмах постоянно таких рубят. И в играх тоже. Там-то не задумываешься – схватил двуручник и бац! Только лут собирай. Но как-то в жизни лут не так весело было собирать. Всё в кровище, раненые стонут. Даже желания не было прикасаться к мертвым. Отвратительно.

Он закрыл глаза. Всё. Хватит о них думать. Надо успокоиться. Развернулся к лестнице и взбежал наверх. Прочь от этого ужаса.

Чизман стоял у двери прислонившись к ней ухом. Что-то выслушивал. Хотя стояла тишина. Будто бы всё вымерло. Ну, на самом деле так и было. Черт, опять эти мертвецы в башку лезут.

- Ага, давай сюда, - бросил он, заметив парня, - чего такой бледный?

- Да, там просто…

- Бойня? Ну, а ты думал. Иначе никак, - сказал и размахнулся. Топор со всей дури врезался в дверь. Полетели щепки.

- А вот и Чизман! – завопил программист. С трудом вытянул лезвие из дерева. Замахнулся еще раз.

- Подожди! – воскликнул кто-то из-за двери. Голос был не такой, как у парней внизу. Гордый, властный. Похоже, Гильермо не сбежал, а остался, - послушай, это дубовые двери. Толщиной в ладонь. Их просто так не возьмешь.

- Сейчас посмотрим! – отозвался программист.

- Они стоят целое состояние! – воскликнул хозяин особняка, - у меня есть другой вариант.

- И какой же?

- Я открою сам. И мы поговорим. Нет смысла убивать друг друга, слышишь?! Нам есть, чем поделиться.

- Что-то я не уверен, - Чизман опустил топор, - ладно, в любом случае я тебя достану. Так что открывай.

Скрипнул засов. Тихо так. Потом еще один. И еще.

- Входите, - голос удалился.

Программист распахнул дверь. Выхватил пистолет. Но в комнате был всего один человек. Прилизанные каштановые волосы. Изящная эспаньолка. Камзол расшитый, этот дурацкий воротник, похожий на воздушный фильтр от жигулей. Жабо или как его. Из рукавов рубашка торчит. Всё по местной моде.

Валера вошел следом за своим спутником. Комната была большая. Книжные шкафы, чучела звериные. Прямо вот как обычно у богатеев. В центре стоял стол. Большой. С кучей еды. Поросенок во главе. Фрукты. Запеченный картофель. Какие-то еще овощи. Графин с вином.

Гильермо обошел этот пир и уселся на роскошное кресло. Взял в руки бокал вина. Отпил.

- Итак, зачем вы здесь?

- Просто пришел в твой особняк и убиваю твоих парней, - усмехнулся Чизман, - а вообще, ты кое-что украл у меня. А этого делать не следовало, - махая пистолетом, он направился к столу, - я не запрещаю тебе воровать – у каждого свой путь. Но мое трогать нельзя.

- Я ничего не крал, - смерил его холодным взглядом Гильермо, - поэтому ваши обвинения ложны.

- Да? А повозка от трактира куда делась?

- Карета стоит на заднем дворе. И всё в ней в полной сохранности.

- Ну вот, - криво усмехнулся Чизман, - а говоришь, не крал.

- Нет. Меня попросил один мой знакомый. Попросил, чтобы она постояла здесь.

- Ладно. Запишу этого знакомого следующим. Кто это?

- Пьер Галерри, - бросил в ответ Гильермо и глотнул вина.

- Ох, гадёныш, - прорычал Валера, - он это всё затеял!

- Да. Он сам пришел ко мне и попросил о некоторых услугах. Первая - чтобы мои люди забрали карету. Вторая – помочь избавиться от одного человека. Я так понимаю, это вы, господин Чизман? – Гильермо махнул в сторону программиста полупустым бокалом.

- Как же так, - разочарованно покачал головой программист, - ты всё знал и даже не подготовился?

- Признаюсь, ваш визит был неожиданностью, - вяло пожал плечами хозяин особняка, - думал, что вы придете с утра. Жаль, конечно, ребят. Эти вопли до сих пор стоят у меня в ушах…

- Это ненадолго…

- Стойте, - поднял руку Гильермо, - забирайте карету, я могу выплатить вам компенсацию. И забудем о случившемся. Разберитесь с этим проходимцем Пьером и уезжайте. Даю слово – никто вас не тронет, - он откинулся на спинку кресла.

- А где гарантии? – воскликнул Валера, выступая вперед.

- Слово дворянина – закон!

- Дурдом какой-то, - рассмеялся программист, - как в дешевом кино, - он поднял пистолет и застрелил Гильермо. Пуля пробила тому голову. Кровь брызнула на дорогую обивку кресла. Тело владельца особняка обмякло. Бокал грохнулся на пол, разлетелся в осколки.

Чизман положил оружие на стол. Деловито прошелся кругом. Подхватил кувшин вина. Поболтал его. Отхлебнул.

- Добротное, - усмехнулся он. Взял двузубую вилку. Оторвал кусок мяса от жареного поросенка. Поставил кувшин и схватил булку.

- Давай, присоединяйся, - бросил программист Валере, - это тебе не дешевый трактир.

- Я не могу, - покачал головой тот. Чизман удивленно взглянул на него:

- Как это не можешь? Рот у тебя не зашит, руки целы. Бери и жуй. Думаю, мы такого еще долго не увидим.

Парень вздохнул. Покосился на мертвеца в кресле. Еще раз вздохнул. И тоже взял вилку.

Поросенок был просто шикарен. Сочный, мягкий, с ароматом дыма. Ух. Выпечка тоже поражала своим вкусом. Свежайшая.

Программист налил вина в кубок и протянул ему. Вот оно было так себе. Хотя в таком Валера не разбирался. Кислое, крепкое, терпкое. Впрочем, сойдет.

Он даже сам не заметил, как вошел во вкус. Начал хватать со стола всё подряд. Наконец-то. После стольких дней на сухпайке – нормальная еда.

Чизман быстро наелся. Вытер жирные пальцы об скатерть. Прошелся по комнате. Возле окна был большой письменный стол. Программист немного пошарился там. Полазил в ящиках. Грубо вываливая содержимое на пол. Потом проверил полки, раскидывая книги. Добрался до большого шкафа в углу.

- Проклятье, - внутри оказался большой сейф. Ковырять его он не стал. Еще раз обошел комнату.

- Что ты ищешь? – спросил его парень, жуя яблоко.

- Золото. Нам же нужна местная валюта. Чтобы не жрать помои в трактирах.

- А, - протянул Валера, - нашел?

- Пару монет. Сохраню на всякий.

- Может, у него в карманах есть?

- Вряд ли. Часто ты по дому с рублями в кармане ходишь?

- Нет, - покачал головой парень.

- Ладно, - Чизман сплюнул на пол, - пошли уже. Надо забрать повозку.

Они вышли из комнаты. Позади остался мертвый хозяин особняка. И комната полная его богатств. Столько всего накопил. Вещей на целое состояние. И всё теперь лежит мертвым грузом. Хотя, наверное, разграбят скоро.

Валера оглянулся. Блин. С одной стороны – это был бандит. С другой – он всё же человек. Подумал пару секунд. Потом вздохнул и пошел за программистом. Всё равно уже ничего не изменить.

Они прошли сквозь залитый кровью и заваленный трупами холл. Здоровяк уже умер. Стеклянные глаза смотрели в потолок. Кровь капала с подбородка.

Чизман осторожно обходил лужи крови. Хотя кроссовки, конечно, у него были и без того запачканные. Из белых стали коричнево-серыми. Да и сам костюм его был покрыт грязью. Впрочем, Валера сам тоже не ступал в кровь. Противно было.

Так и вышли на улицу. Свежий ночной воздух. Мотыльки летают. Звезды над головой. Самое интересное, что в деревни внизу не было ни единого огня. Все как будто бы попрятались. Видимо, догадывались, что за дела тут творятся.

Карету они нашли на заднем дворе. Всё как и сказал Гильермо. Чизман сразу залез в сумку. Проверил всё ли на месте. Судя по его реакции – ничего не тронули. Иначе бы он явно разъярился.

Коней пришлось запрягать. С этим повозились, да. Но кое-как справились.

- Ладно, поехали, - буркнул программист, хлестая коней, - но!

Те тронулись. Сами пошли по дороге. Карета покатилась прочь. Ворота всё так же были распахнуты настежь. Они проехали мимо и, виляя по извилистой дороге, начали спускаться вниз.

Там всё было действительно тихо. Даже у трактира никого не было. Огни погашены. Лишь возле входа кто-то нервно ходил кругами. Судя по следам – натоптал уже сотню-другую.

Его фигуру можно было узнать издалека. Толстяк. Интересно даже было – что решит Чизман. Ведь Пьер предал их. В очередной раз. Валера вдруг подумал, что смерть алхимика будет крайне жестокой. Захотелось спрыгнуть и отойти подальше.

- Тпруу! - программист подъехал ближе и одернул лошадей, - хорошая поездочка! Мне это даже понравилось.

- Господин Чизман! – толстяк упал на колени, - вы вернули повозку!

- Ага. Обидно, что мои вещи уехали вместе с ней. Пришлось рвать этих ублюдков на части голыми руками, - нахально заявил он, - слышал, как орали?

- Да, это просто какой-то ужас!

- Но они заслужили это. Подонки! Ограбили такого честного человека, как ты!

- Наверное, - Пьер затрясся и нервно сглотнул, - а Гильермо?

- Мертв.

- Он что-нибудь сказал?

- Только молил о пощаде, - программист спрыгнул с повозки, - что ж. Давай на свое место. Думаю, не стоит тут задерживаться.

- Хорошо, - кивнул толстяк и полез на скамью.

Валера тоже слез. Вслед за Чизманом забрался в карету. Хлопнул дверью. Пьер ударил лошадей, и они покатили прочь. Прочь от особняка залитого кровью. Прочь от мерзкого трактира. Прочь от этого всего.

Чизман вжался в угол и сразу заснул. А вот парню спать не хотелось. Мысли гуляли в голове странные. Вроде бы то, что случилось сегодня было ужасно. Бойня. Месиво. Но складывалось ощущение, что об этом говорила только совесть. Привитая цивилизацией человечность.

То есть, его это беспокоило из-за того, что должно было беспокоить. Глубоко внутри он будто бы не задумывался о случившемся. Они были в опасности и хотели выжить. Вот и вышло, что вышло. Куча мертвых тел. Нет, серьезно. Барьер морали словно таял. Исчезал. Обычно Валера бы никого бы не убил. Даже зверя. Обычно. В городских условиях. В том мире.

А в этом, в этом он почему-то мог себе это позволить. Конечно, другой мир. Другие люди. Не такие как он. Отношение другое, как говорил Чизман. Нужно было защищать себя. Спасать свою жизнь. Вот только стоило ли это всё того?