Небольшая история для вас 💜💚

***

Ага. Гаечным и по голове.

Ну если то, что какой-то наглый ребенок толкнул его, пролил на него свою сладкую газировку и в довесок показал длиннющий и синий от леденцов язык, а его мамочка наорала на охреневшего от такой несправедливости Гука и едва не шандарахнула его по голове своей сумочкой, хотя он вообще вот ни разу ни в чём не был виноват, а на пешеходном переходе его едва не сбил автобус — это непередаваемые эмоции, тогда да, конечно.

Здесь вообще мимо — он буквально ненавидит этот цвет.

Чонгук фыркнул, закрывая на телефоне вкладку с гороскопом.

Пресловутое guilty pleasure — по-другому и не скажешь. Постыдное удовольствие, которое ото всех прячешь и никогда, даже под пытками, в нем не признаешься. Ну ничего он не может поделать с практически непреодолимой тягой ежедневно быстро пролистывать новостной сайт к нужной рубрике, искать значок «Virgo» и читать свой зодиакальный гороскоп. И ведь не сбывается, зараза, никогда. А всё равно тянет узнать, о чём там сегодня ему шепчут звезды.

В испорченной газировкой футболке и в заведенном до красной отметки настроении Гук, наконец, добрался в парк. Уселся на самой удобной лавочке, достал из кармана бумажный пакет с купленными в киоске бангео-ппанг — пирожными в форме рыбок, и открыл крышечку на стаканчике с кофе. Но едва он успел сделал глоток, как подлетело что-то нахальное, едва не садясь ему на голову и, быстро-быстро трепыхая крыльями, попыталось стащить одну из рыбок.

Возмущенный Чонгук вскочил на ноги, проливая кофе на свои брюки и пытаясь прогнать наглого воришку. Он яростно взмахнул обеими руками, а ворона с вызывающими угольными пуговицами глаз и острым клювом в отместку за это цапнула охреневшего Гука в ладонь — до крови — и сделала еще одну попытку оторвать кусок от пирожного.

Не на того напала! Чонгук рыкнул и принял угрожающую позу, давая противнику понять, что так просто он не сдастся.

Как раз в момент борьбы Чонгука с птицей, упорно пытающейся отжать у него еду, он скорее почувствовал, чем увидел мелькнувшее желтое пятно и прожигающий его взгляд.

Разъяренный схваткой Гук быстро оглянулся, чтобы увидеть длинные стройные ноги в черных велосипедках, желтую футболку и темные волосы стремительно отдаляющегося от него бегуна.

Когда Чонгук повернулся обратно, это наглое пернатое, спотыкаясь и едва не падая, уже убегало с куском пирожного.

Гороскоп, как всегда, оказался мимо.

***

Честно говоря, Чонгук даже не знал, что у него есть мечта. Но, судя по всему, и гороскоп точно так же был не в курсе, что у него за мечта такая, без конкретных очертаний.

Чонгук лишь хмыкнул на это. Еще только гороскопы не указывали, что ему делать.

Ну да. Счастье, очертание которого пока еще непонятно.

Чонгук выключил телефон, сунув его в задний карман брюк, занимая ту же лавочку, что и днем ранее. В этот раз никаких пирожных — только кофе.

Он достал из кармана своих джинсов iPod, но не успел его включить, как рядом послышалось тихое и неуверенное:

— Извините, мне кажется… я заблудилась.

Гук поднял глаза, чтобы увидеть перед собой очень красивую девушку — миниатюрную, тоненькую, в жемчужном приталенном костюмчике с очень короткой юбкой, открывающей ноги в плотных розовых колготках, обутые в такие же розовые туфли на высоких тонких каблучках, пухлые губки бантиком и сложенные перед собой руки, сжимающие ремешок такой же миниатюрной, как и сама девушка, сумочки.

— Я заблудилась, — повторила она, огорченно затрепетав длинными ресницами.

Чонгук поднялся на ноги, и девушка смущенно улыбнулась, заправляя волосы за ухо.

— Скажите, куда именно вам надо?

Незнакомка сообщила адрес, который был ей нужен, а на предложение Гука воспользоваться гугл-картой, смутилась и негромко призналась, что не знает, что это.

Вот честно — Чонгук очень сильно сомневался, что она реально не знает о существовании онлайн/оффлайн карт, геолокации и GPS, но позволил себе вовлечься в этот завуалированный флирт и явную попытку познакомиться. В конце концов, почему бы и не пригласить эту милашку в кафе на чашечку кофе?

— Давайте, я покажу вам, как с помощью телефона можно проложить путь куда угодно.

Девушка подарила ему еще одну смущенную улыбку, разблокировала свой смартфон и отдала его Гуку. И максимально приблизила к нему свою голову, в попытке заглянуть в телефон, и практически касаясь и щекоча своими кудрями его шею.

Чонгук свайпнул к значку геолокации (которая уже была включена), нашел иконку гугл-карты (которая была на главном экране) и открыл приложение. Сомнений не оставалось — к нему подошли не для того, чтобы уточнить дорогу, а чтобы познакомиться.

Тем не менее, он начал всё подробно объяснять этой девушке, периодически поднимая глаза и наблюдая за тем, что происходило вокруг. Неожиданно что-то отвлекло его внимание, и он перевел взгляд на дорожку.

То, что это был вчерашний бегун, Гук ни секунды не сомневался — те же стройные сильные ноги и апельсиновые адидасовские кроссовки, сегодня темно-зеленые шорты до середины бедра, серая борцовка, массивные часы на запястье, черный чехол на бицепсе, белые аирподсы в ушах и взгляд, скрытый за узкими спортивными солнцезащитными очками.

Может Чонгуку это показалось, но он мог поклясться, что бегун смотрел прямо на него.

Когда он скрылся из вида, Гук посмотрел на часы на телефоне — кажется, вчера он пробегал здесь в это же время.

Девушка нетерпеливо кашлянула, привлекая его внимание, и когда Чон посмотрел на нее, неторопливо облизала свои розовые губки.

— Видите здание почты? — поинтересовался он, кивая на небольшое здание в конце аллеи, к которому было метров десять. И когда она кивнула, добавил: — Обойдите его и справа увидите вход в метро.

Чонгук отдал ей телефон, но девушка не спешила уходить — ждала продолжения беседы и того, что этот красавчик попросит номер ее телефона. Но Гук уже вернулся обратно на свою лавочку, включил плеер и по примеру бегуна вставил наушники в уши.

***

Чонгуку двадцать восемь, он как раз прошел жизненный период "хочу покорить мир и всем показать себя" и находился в очень приятной локации "мне нравится моя жизнь и то, что у меня есть". Так что никаких новых высот покорять категорически не хотелось. У него есть работа, которая ему нравится и которая позволяет ему не торчать в офисе 24/7, веселые встречи с университетскими друзьями по пятницам и выходные с пиццей и футболом на большой плазме, за которую он, наконец, в прошлом месяце выплатил кредит.

Чонгук всегда спокоен и тверд, как просроченный пряник. Ничто не может вывести его на эмоции, кроме вороны — похитительницы пирожных и мамашки с наглым отпрыском с синим языком.

Фыркнув, Чонгук закрыл вкладку. Ну что за мелодрама? Почему нет четких установок, инструкций, фактов, в конце концов? Вот сколько он давал себе зарок не читать больше гороскопы! Но guilty pleasure, мать его...

В этот раз Гук пришел в парк чуть раньше, чем было нужно. Но ему дико хотелось рассмотреть этого бегуна. Скорее всего, он пробегает здесь приблизительно в 9.05, плюс-минус несколько минут.

Чонгук примостился на той же лавке, изредка поглядывая на наручные часы. Сегодня ни кофе, ни рыбок, ни ворон, ни девушек — только Чонгук и привлекший его внимание бегун минут через — он еще раз проверил время на часах — пять.

От нетерпения Гук принялся постукивать ботинком по земле, поднимая вверх легкое облачко пыли. Время приблизилось к 9.07, и заполняющее грудь разочарование едва не вырвалось наружу огорченным вздохом. Неужели бегун изменил свой обычный маршрут? Или заболел? Или...

Из его груди всё же вырвался вздох, но не расстроенный, нет. А восхищенный. Потому что стройная гибкая фигура, подтянутое тело, видимые глазу хорошо развитые мышцы на руках и ногах. Белая майка, оголяющая крепкие плечи и острые ключицы, на которых была выбита какая-то надпись. Короткие черные шорты, плотно обтягивающие мускулистые бедра. В ушах — капельки аирподсов и... блядский горячий взгляд.

Чонгук едва позорно не отвел свои глаза, когда они неожиданно столкнулись с большими пронзительными янтарными омутами. Божеспаситепомогитекудакричать!

Сегодня на бегуне не было очков — он держал их в руке. Неужели снял перед тем, как забежать в эту аллею? Тоже надеялся увидеть здесь Гука?..

Те четыре с половиной секунды, пока длился этот взгляд, разожгли в Чоне такой огонь, что сердце едва не выпрыгнуло из груди. Он с шумом выпустил воздух из легких, призывая тело и мозг так не реагировать на этого бегуна.

Что там было о твердом и спокойном просроченном прянике? У Гука едва слюна изо рта не капала. Хорошо, что тот бегун этого не увидел, так как, не снижая скорости и темпа бега очень быстро (к огромному сожалению Чонгука) скрылся из вида, оставив после себя финальным вкусным кадром округлые крепкие ягодицы, отлично прорисовывающиеся под легкой тканью шорт.

***

Если выбирать между маленьким и большим прорывом — Чонгук, конечно, выберет большой. Главное, чтобы это был не прорыв трубы у него дома.

"Не забывайте уделять внимание своему здоровью — небольшая физическая активность принесет много пользы"

Единственная физическая активность, на которую сейчас был согласен Гук — это на недельный (как минимум) секс-марафон с горячим бегуном.

Чонгук сунул телефон в карман брюк. Как всегда — обо всём и ни о чём, никакой конкретики, общие фразы и вообще... Пора завязывать с этой гороскопоманией.

Долгожданные 9.07, и в конце аллеи, наконец, появился Он. Всё же у этого б̶о̶г̶а̶ ̶с̶п̶о̶р̶т̶а̶ бегуна четкий маршрут и такой же четкий тайминг.

Сегодня он был одет в свободные спортивные шорты, черные тайдсы, красную футболку с короткими рукавами, а на голове красовалась бежевая бини. Темные волнистые волосы красиво обрамляли безусловно идеальное лицо. И Чонгук бесконечно залип на эту красоту. Настолько, что едва не проворонил того, кого караулил в этом парке четыре долбанных дня.

Кого выбрать: мужчину, вышедшего из здания почты и рассматривающего небольшую коробку в своих руках, или почти поравнявшегося с ним горячего бегуна?

Матеря себя внутри, на чём свет стоит — совершенно потерял бдительность и даже не заметил, как тот тип зашел в здание — Чонгук подорвался на ноги, чтобы в два счета преодолеть те десять метров до почты.

Но перец, которого поджидал Чон, оказался очень бдительным и крайне проворным: едва он увидел, что кто-то быстро бежит в его сторону, то тоже сразу же начал бежать — в противоположную.

Гук прибавил скорость, сканируя пространство перед собой и радуясь, что сегодня надел удобные кроссы. Да, он был быстрым, но у того придурка всё же была небольшая фора, а дальше был вход в метро, и если он успеет нырнуть туда…

Но прежде, чем тот действительно сумел раствориться в толпе, его настиг кое-кто намного более скоростной, чем Чонгук.

Ошарашенный Гук сначала увидел красное пятно, обогнавшее его, а уже через пять секунд тип, которого он преследовал, вынужденно затормозил — бегун встал прямо перед ним, хаотично двигаясь из стороны в сторону и не позволяя себя обойти. А догнавший их Гук на ходу проворно вытащил из внутреннего кармана удостоверение, конверт и планшет.

— Господин Чо Гвансон, вам вручена судебная повестка о вызове в суд. Распишитесь, — он протянул планшет, и когда агрессивный господин Чо, у которого, тем не менее, в панике глаза бешено бегали туда-сюда, протестующе фыркнул и сложил руки на груди, Чонгук указал на небольшую камеру, прикрепленную к его рубашке. — Факт вручения вам повестки уже зафиксирован. В ваших же интересах не злить судью, который будет рассматривать ваше дело.

Чо Гвансону не оставалось ничего другого, как, скрепя сердце и громко матерясь, расписаться в получении судебного извещения и, напоследок обложив их обоих трехэтажным матом (даже несмотря на то, что камера по-прежнему была включена), поспешно уйти.

Гук спрятал планшет и документ, удостоверяющий его личность, выключил камеру, которую успел включить, пока бежал за Чо Гвансоном, и впервые прямо посмотрел на так неожиданно пришедшего ему на помощь бегуна.

Чонгук уже три года работал сертифицированным курьером, вручающим повестки в гражданском суде. За это время он стал мегаспецом в своем деле, ему доверяли самые сложные дела — тех, кто прятался от суда. И от Чона еще пока никто не сумел уйти.

Получая новый запрос, он тщательно изучал биографию того, кого ему необходимо было найти. После этого Гук создавал ловушку. Как, к примеру, с этим типом, который уже четыре года скрывался от бывшей жены и не платил алименты за своих двоих детей. Чонгук сделал так, чтобы до Чо Гвансона дошло извещение о том, что он выиграл особо ценный подарок, который придет в конкретное отделение почты и будет находиться там всего четыре дня. Гук отправил на имя Чо Гвансона тщательно упакованный в крафтовую бумагу кирпич с запиской: "Нельзя бросать своих детей", нашел идеальную лавочку для наблюдения и принялся ждать.

— Спасибо за помощь.

— Думаю, вы бы и сами с ним справились, — парень пожал плечами, — но я решил вас подстраховать.

Это было так... сексуально. Бегун решил помочь ему, даже не зная кто он, и почему побежал за тем типом.

Теперь, когда он был вблизи, было понятно, что он еще более охуенный, чем Гук только мог себе предположить. Высокий лоб, ровные четкие скулы, аккуратный нос с крошечной родинкой на кончике и обалденные губы.

Между ними было всего каких-то жалких сантиметров пятьдесят, и Чонгук вдруг осознал, что не способен думать ни о чём другом, только о том, чтобы скользнуть своим языком в теплоту чужого рта. Он едва не зажмурился.

— Кажется, я принял участие в чём-то хорошем, — тем временем продолжил объект его желания и причина возбуждения. Гук, стараясь абстрагироваться от чужих алых губ, кивнул.

— Так и есть. Этот тип бросил своих детей и годами скрывался, только чтобы не давать деньги на их содержание. Но с вашей помощью он теперь так просто не отвертится от своих обязательств.

На лице незнакомца нарисовалась улыбка.

— Ну что ж, это приятно, — он окинул Чонгука пристальным задумчивым взглядом. — Если честно, мне было интересно, что в одно и то же время и на том же месте каждое утро вы делали в парке. Кроме битвы с вороной.

Чонгук нахмурился, вспомнив эту пернатую воровку.

— Она пыталась отжать мое пирожное.

— Получилось?

— Ага, — незнакомец расплылся в улыбке, а Чонгук постарался в ней не утонуть. — Вы, кажется, бегаете в одно и то же время. Хоть часы по вам сверяй.

Его соблазнительный собеседник сунул большие пальцы в карманы своих шорт. Чтобы стать еще более соблазнительным.

— Да, так и есть. К бостонскому марафону готовлюсь. 42 км 195 м.

— Ого! — Чонгук впечатленно присвистнул. — Сорок два километра — это же... дохерища! Без остановок?

Незнакомец кивнул. Всё это время он так же внимательно рассматривал Гука, как и Гук его.

— Без. Согласно легенде, — он слегка понизил свой голос, — именно столько — 42 километра — к Афинам пробежал греческий воин, чтобы сообщить, что греки победили персов. Успел лишь крикнуть: «Радуйтесь, афиняне, мы победили!», после чего... упал замертво.

— Веселая история... А откуда взялись еще 195 метров?

Б̶о̶г̶ ̶с̶е̶к̶с̶а̶ Бегун ухмыльнулся.

— На Олимпиаде в начале прошлого века стартовые ворота специально были перенесены так, чтобы королевской семье было удобно наблюдать за соревнованиями из окон Виндзорского замка.

Поток выходящих из метро людей вынудил их еще больше приблизиться друг к другу. И теперь между ними было сантиметров тридцать, не больше. Но ни один из них не отодвинулся, когда наплыв пассажиров схлынул.

— Ты раньше уже бежал марафон? — задал вопрос Гук, чтобы хотя бы как-то отвлечься от тех эмоций, прошибающих его из-за близости чужого соблазнительного тела, и даже не замечая, что соскочил с формальной речи на неформальную. Как будто они знакомы уже тысячу лет. Но его собеседник заметил.

— Да. Стараюсь раз в год обязательно принять участие в одном. Бостонский — самый крутой из всех. Я давно хотел в нем поучаствовать.

— И какое твое лучшее время?

— Четыре часа и двенадцать минут. Но этот марафон хочу пробежать за три пятьдесят.

— У тебя это точно получится, — уверенно сообщил ему Гук. Как иначе — он стопудов из тех, из греческих богов.

— Ну если ты так говоришь... — этот красавчик продолжал своим пытливым взглядом ощупывать ладную фигуру и лицо Чонгука. И Гук ощущал этот рыщущий взгляд где-то под своей кожей, напряжением в паху и приятным и тягучим томлением в каждой клетке тела. — Я буду думать о тебе во время марафона, — негромко добавил он.

И вот здесь Чонгук должен был что-то сказать, как-то дать понять, что симпатия абсолютно взаимна, и что он ОЧЕНЬ НЕ ПРОТИВ, что красавчик-бегун будет думать о нем во время сорока двух греческих километров и сто девяносто пяти винздорских метра.

Но он продолжал тупо пялиться в ответ. Слишком горячим сиропом разлилось по венам признание марафонца.

Его собеседник помедлил.

— Ну... Я тогда побегу дальше.

— Да, — пробормотал Гук, пряча руки в карманы и не понимая, почему его язык вдруг плотно прилип к гортани. — Из-за меня вы и так сбились со своего хронометража, — опять вдруг перейдя на "вы". — И… спасибо за помощь.

Бегун еще раз улыбнулся — в этот раз на прощание, и убежал.

А Чонгук, пришибленный своим феерическим проебом, так и остался стоять.

Да, хоть Чонгуку и не нужно было больше приходить в этот парк — повестка тому долбоебу была вручена, но на следующий день в 8.55 он снова был здесь.

Гук продумал целую речь, и ему было совершенно не стыдно за то, что он опять собирался сбить того красавчика с его тайминга и нужного ритма.

Но ни в 9.07, ни в 10.07, ни в 11.07 его не было.

И на следующий день его не было, хотя Чонгук дежурил там с восьми утра.

И через день не было.

И еще через день.

И тогда Гук понял, что его здесь больше не будет.

***

Чонгук фыркнул, пряча телефон в карман. Кажется, гороскоп уже начал повторяться. Опять это «не упустите свое счастье».

Он целый месяц не заглядывал во вкладку с гороскопом, но guilty pleasure со временем всё же без шансов взяло над ним верх.

Гук сидел на веранде в кофейне и зорко наблюдал за офисным зданием, куда — и он это знал точно — рано или поздно пожалует за своим выходным пособием один хрен, не дающий оспорить завещание своего двоюродного дяди, который под давлением племянника перед смертью переписал на него всё свое имущество.

Сначала он заценил широкие голубые безбожно рваные джинсы, чудом держащиеся на тазовых косточках, и упругий зад парня, покупающего у стойки за стеклянной панелью кофе навынос. Задумчиво рассматривал красивые рельефные руки и длинные тонкие пальцы, почти что ласкающие разрисованный стаканчик с напитком, принимая его из рук бариста.

Расплатившись, покупатель спрятал портмоне в задний карман, развернулся, доставая зеркальные солнцезащитные очки и цепляя их на нос, и вышел из кофейни, а Чонгук едва не подпрыгнул на месте. Ну не может же такого в реальности быть! Чтобы снова столкнуться со своим крашем, которого он по собственной дурости потерял, но о котором весь этот месяц думал и усиленно фантазировал о нем в ду́ше.

Он бросил быстрый взгляд на офисное здание — если сдвинется с места, может упустить свою цель. А если не сдвинется…

Гук снова посмотрел на быстро удаляющуюся спину и почти что расплывающийся чужой силуэт.

Да хрен с ним, с этим хреном! Он всё равно его достанет, если не сейчас, то позже. В конце концов, от него еще никто без судового извещения не уходил.

И, больше не тратя ни единого пустого мгновения на размышления, достал деньги, оставив очень неплохие чаевые (меньше купюры попросту не было), и бросился вдогонку.

Гук настиг незнакомца, когда тот взялся за ручку двери в часовую мастерскую, находящуюся сразу за поворотом. Парень развернулся, едва Чонгук тронул его за плечо.

Они почти одного роста, но незнакомец чуть шире в плечах. У него немного растрепанные волосы и сережка в виде двух переплетенных платиновых колечка в ухе. А в его очках отражаются два застывших Чонгука, которые тупо уставились на тату на его ключицах, щедро открытое для них белой H&M-ской майкой.

Гук закусил губу.

— Ну как? Ты его выиграл? — негромко поинтересовался он. — Марафон?

Незнакомец медленно снял очки, прежде чем удивленно выдохнуть.

— Я его пробежал, — после паузы ответил он.

— За три пятьдесят?

— За три пятьдесят.

— И ты… думал обо мне? Когда его бежал?

— Думал, — подтвердил тот, очень серьезно глядя в его глаза. — О красавчике, сражающегося с вороной за пирожное.

Чонгук ощутил, как что-то сжимающее его внутри, стало отпускать.

— Я приходил, — признался он, — в парк. Но тебя там больше не было.

— Я уехал в Бостон, — в голосе незнакомца проскользнуло сожаление. — На марафон.

В принципе, так Гук и думал.

— Но мне показалось, — между тем, добавил тот, — что ты был не заинтересован. В продолжении общения.

Чонгук огорченно вздохнул. Это тоже было ожидаемо.

— Неправильно показалось. Я был очень, очень заинтересован. Ты ведь здесь работаешь? — он указал на дверь, так как видел, что незнакомец переворачивал табличку с "Closed" на "Open".

— Ага. Часовых дел мастер, — чуть улыбнувшись, собеседник показал на себя стаканчиком с кофе.

По скромному мнению Чонгука, если бы существовал конкурс самых сексуальных часовщиков, его визави, без сомнения, взял бы гран-при.

— Ты выходил за кофе. Значит, у тебя сейчас перерыв? — продолжил Гук свой допрос. — Или он уже закончился?

Сексуальный часовщик пожал плечами.

— Это моя мастерская. Я работаю на себя и сам составляю свой график… Так что да, у меня сейчас может быть перерыв.

— Тогда позволишь пригласить тебя в кафе? Хочу больше узнать о том, что именно ты думал обо мне во время своего марафона. Заодно есть шанс выследить одного мудака, который не желает делиться чужим наследством.

Незнакомец ухмыльнулся. В его глазах постепенно зажигался тот же огонь, как когда они впервые столкнулись взглядами.

— Это предложение, от которого я точно не смогу отказаться. Я, кстати, Ким Тэхен.

— Чон Чонгук, — представился Гук, уже вовсю рисуя в своем воображении, как он будет проходиться языком по этим буквам на ключицах, составляющих слово «счастье», и дарить им тысячи, миллионы собственнических поцелуев.

— Сегодня мой гороскоп сказал, что меня ждет чудо, — пробормотал Тэхен, закрывая дверь на ключ и переворачивая табличку с «Open» обратно на «Closed».

Чонгук куснул себя за губу, чтобы не улыбнуться.

Кажется, у них одно guilty pleasure на двоих.