Sergey Vershinin 

Дневник Мартина Штеглиха – это взгляд на войну глазами немецкого офицера, прошедшего путь от спокойной службы в Голландии до Восточного фронта и Демянского котла. В этих записях почти физически чувствуется, как уверенность первых недель похода постепенно сменяется усталостью, ожесточением, страхом и пониманием, что война на Востоке совсем не похожа на прежние кампании. Это редкий источник с той стороны фронта – без послевоенной ретуши, прямо изнутри событий. Один из самых ярких и необычных эго-документов о Второй мировой, что я когда-либо читал и переводил:

"21 июня 1941

          Вчера вечером
инструктировал командиров взводов на границе. Наползался на четвереньках и по-пластунски. Уточнили все и вся. Вернулся только в 1:00 ночи. Распили со взводными бутылку шампанского.

         До обеда – занятия с ротой на случай особых приказов по ведению боя. В полдень – раздача приказов командирам взводов и всему младшему командному составу. Подготовлено все до самых последних мелочей.

         Только что прочел указ фюрера! Сейчас буду зачитывать его роте! Завтра утром мы выступаем: от Финляндии до Черного моря. Пятая рота – на участке главного удара дивизии! Выше голову, смотреть в оба, нос по ветру, ухо навостро: и все у нас получится! Ведь все подготовлено безупречно!

          Дома никто ни о чем и не догадывается. Когда, проснувшись утром, они обо всем узнают, я уже буду несколько часов как в боях на русской земле".

Фридрих Айтель – не герой, не антифашист и не человек, который после войны произнес правильные слова и все понял. Тем он и интересен.

Перед нами обычный немецкий солдат: его погнали на войну, он оказался на Восточном фронте в Заполярье, в первом же бою попал в плен, прошел через госпиталь, этапы, «вагоны смерти», лагеря, голод, холод, болезни – и чудом выжил. Эти воспоминания написаны почти как дневник: без «правильных» выводов, без попытки объяснить все задним числом. Айтель просто рассказывает, что с ним происходило и что он чувствовал.

Именно в этом ценность текста.

Это редкая возможность увидеть систему советских лагерей для военнопленных изнутри – через личный опыт человека, пытавшегося выжить. Читать Айтеля важно не потому, что он «осознал» или «не осознал» свою ответственность. Это пример мышления обычного солдата, волею судеб попавшего на несправедливую войну  и чудом с нее вернувшегося.

Редчайший пример текста личного происхождения – о страхе, слепоте, самообмане, надежде и воле выжить.