Чонгук бы соврал, если бы сказал, что не думал о господине Киме, как только оказался за пределам его апартаментов. Думал, конечно. Этот странный мужчина не выходил у него из головы. Потому что мыслям не прикажешь — они мыслят в какую-то им одним нужную сторону. А ты — хочешь или не хочешь — подчиняешься. Особенно если руки у тебя заняты, а голова — нет.

А руки у Чонгука были заняты, стоило только встать к накопившейся горе мусора и заняться его сортировкой. Но рано или поздно Чонгук обнаруживал, что думал о Ким Тэхёне… Он красивый, холёный, властный… такой что одним взглядом мог к стенке припечатать. Столько притяжения было в его янтарных глазах, что Чонгук изо всех сил старался не жмуриться от удовольствия, вспоминая их. Тэхён всего лишь несколько секунд сверлил его своим невозможным взглядом, но мгновенно проник внутрь и зацепил. Под этим взглядом пол уплыл из-под ног, и тихое, безотчётное желание заструилось холодком по позвоночнику… Желание поскорее смыться.

Что Чонгук и сделал. Вот только оказалось, попав под гипнотизирующий взгляд господина Ким Тэхёна, он прихватил случайно эту чёртову ручку.

Грозный окрик Пак Соён, администратора отеля, вывел Чонгука из прострации. Тот вздрогнул, и его руки заработали с удвоенной скоростью. Нарываться на конфликт не хотелось, госпожа Пак хоть и согласилась на его сокращённый день, но недовольство всё ещё булькало в ней.

Мужчина, которого Ким Тэхён вызвал и вполголоса дал ему указания, сопроводил Чонгука на рабочее место. Там он пригласил администратора отеля и сообщил госпоже Пак:

— У Чонгука сегодня будет короткий рабочий день. Он должен освободиться к четырём часам. Тебе ведь хватит двух часов чтобы собраться? — уточнил он, даже не глядя на Чонгука.

— Хватит, — заверил тот.

— Куда это он собрался? Что, собственно, происходит? — попыталась возмутиться госпожа Пак.

— Вас это не касается. Просто прошу обеспечить требование vip-клиента вашего отеля — господина Ким Тэхёна. Или мне пригласить управляющего? Этот молодой человек должен завершить сегодня работу до шестнадцати ноль-ноль. Компенсация за неполный рабочий день уже включена нами в счёт, — на этих словах мужчина протянул руку для рукопожатия госпоже Пак — и Чонгук был готов поклясться, что видел, как в её ладони исчезла зелёная банкнота.

После чего взгляд Пак Соён потеплел, а лишние вопросы прекратились.

К назначенному часу Чонгук ждал господина Ким в холле отеля, изредка бросая взгляд на зеркальную стену, но только чтобы проверить — всё ли в порядке с его внешним видом. Пиджак Ушика, который Чонгук позаимствовал из его шкафчика в раздевалке персонала, был чуть великоват. Но всё же этот синий пиджак с матовым блеском выглядел лучше, чем тот единственный костюм, что был у него дома. Тот был даже не костюм, а серая школьная форма, с которой Чонгук аккуратно спорол все нашивки. Душ он успел принять в номере, который только освободили постояльцы, договорившись с Хаюн, что убирать она его начнёт в последнюю очередь, так что домой ехать даже не понадобилось. В камере вещей, забытых постояльцами, Чонгук нашёл подходящий галстук и, помучившись минут десять перед зеркалом, подглядывая одним глазом в видео-урок на ютубе, умудрился завязать его виндзорским узлом. Это вам не шутка!

Ровно в шесть в холле к нему подошёл тот самый мужчина, сопроводивший его из пентхауса и очень формально представился:

— Меня зовут Чон Хосок, я глава службы безопасности герцога. Сегодня я буду лично сопровождать тебя.

— Очень приятно познакомиться, — согнулся в поклоне Чонгук. — Спасибо, что позаботитесь обо мне.

Хосок оглядел его оценивающе и обречённо вздохнул.

— Галстук лучше снять, — посоветовал он.

— Почему? — искренне недоумевал Чонгук, сам-то Хосок был при галстуке, — Это хороший галстук, дорогой.

— В этом-то и дело, Чонгук. Этот галстук стоит дороже, чем твой пиджак, поэтому он смотрится нелепо. Ужин будет проходить в неформальной обстановке, можно обойтись без него. Снимай, — Хосок протянул требовательно руку и, получив галстук, спрятал его в карман. — Так лучше, расстегни просто две верхние пуговицы на рубашке. Не отставай, следуй за мной, Чонгук, — бросил на ходу, направляясь к лифту.

— А разве ужин будет не в ресторане отеля?

— Нет.

«Значит, сейчас мы поднимемся в пентхаус», — решил Чонгук, но как же он удивился, когда Хосок в лифте нажал кнопку «Н» — так обозначался технический этаж. Мужчина стоял напротив, не пытаясь что-то пояснить, глядя в глаза спокойно и уверенно, зная, что никуда Чонгук от него не денется. По лестнице они поднялись на крышу отеля. Только когда они покинули технический шлюз Хосок соизволил пояснить:

— Нас ждёт вертолет на площадке.

На крыше было прохладно. Ветер от лопастей разметал волосы, и шум стоял такой сильный, что собственных мыслей не было слышно, да их у Чонгука и не было. Он просто не понимал, что происходит. К нему подошёл специально обученный человек, надел спасательный жилет, застегнул ремень вокруг пояса, нацепил наушники, сам лично усадил и помог пристегнуться. Все произошло в считанные минуты и было настолько чётко сработано, что Чонгуку оставалось только выполнять указания покорной марионеткой, не задавая вопросов. Хосок сел спереди, рядом с пилотом, а Чонгука с двух сторон поджали мощные телохранители.

Полет длился минут двадцать. Они приземлились на вертолетной площадке огромной резиденции, где-то за пределами Сеула. Чонгук пытался посмотреть в окно во время полета, но его удерживали на месте, не давая двинуться с места, и выпустили из вертолета только тогда, когда пилот уже заглушил винты.

— Мы в гольф клубе «SKY72» в Инчхоне. Господин Ким сейчас завершает игру, а после неё состоится ужин, на который ты приглашён.

Чонгук шёл рядом и впитывал всё, что говорил Хосок. Кажется, тот сейчас был настроен поговорить, и возможно, он расскажет что-нибудь новое о своём боссе.

— А откуда вы приехали? — невинно спросил Чонгук.

— Большую часть времени Тэхён проводит в Европе. У него фамильное имение в Шотландии, есть дома в Ницце, Венеции, Париже, квартира в Нью-Йорке.

— А как давно вы знаете Тэхён-ши?

— Я с господином герцогом почти тридцать лет. С тех пор, как он пошёл в школу. Не отставайте, Чонгук.

Хосок ускорил шаг, а Чонгук мысленно чертыхнувшись «ну вот и поговорили», чуть ли не вприпрыжку направился следом к дому на вершине холма.

Дом был похож на европейское шале, приютившийся в глубине дикой природы. Внутри — полированное дерево и потолки с открытыми балками. Огромные панорамные окна открывали вид на террасу, выходящую к небольшому озеру. Чонгук остановился, любуясь видом на патио с лоскутной бетонной плиткой и деревянной мебелью, которое располагалось под великолепным навесом из древних дубов. Широкие ступени из натурального камня вели в сад, пленяющий буйством красок. Это был оазис, красоту которого омрачало застланное сизыми тучами небо. Вдруг серую пелену пронзил ласковый луч солнца, пробившийся сквозь небольшую проплешину.

И Чонгук улыбнулся, приняв это как за очень хороший знак. Он окинул взглядом гостиную, в которую его привели, но изучить всё подробнее помешал Хосок. Он сел на кожаный диван, взглядом указав Чонгуку сесть напротив.

— Тебе нужно знать несколько правил, раз Тэхён удостоил тебя чести провести с ним время, — начал инструктировать он.

— Я знаю как вести себя за столом. Не беспокойтесь. Это всего лишь ужин.

Хосок подозрительно хмыкнул, пряча усмешку.

— Я сейчас говорю не о твоих манерах. Ким Тэхён очень влиятельный человек. Любой, кто оказывается рядом с ним, должен придерживаться правил и ты должен их них знать.

— Наизусть? — попробовал пошутить Чонгук, а Хосок в ответ возвёл глаза к небу, взывая к своему терпению.

— Ты можешь посидеть молча и не перебивать? Если ты думаешь, что у Тэхёна нет недоброжелателей, стремящихся опорочить его имя, ты ошибаешься. Они действует незаметно, используя его близкое окружение, нанося удар в спину. Заучивать правила не придётся, они тебе хорошо известны: «Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу». Придерживайся этих принципов и ты избежишь огромных проблем. Ты никому не рассказываешь, что здесь увидишь или услышишь. Никогда. Держи рот на замке. Вы, молодёжь, просто помешаны на соцсетях и гаджетах. Уясни — никаких фото, видео без разрешения Тэхёна ты не делаешь. Достаточно настырных папарацций, что его преследуют по пятам. Всё понятно?

Уже набрав полную грудь воздуха, чтобы возмутиться гневной тирадой: «за кого меня принимают?!», Чонгук неожиданно сделал над собой усилие и сдержался. Порой мудрее было промолчать, что он и сделал.

— И огромная просьба от меня лично: ты никуда не уходишь и не исчезаешь из поля зрения не предупредив меня. Поверь, это для твоей же безопасности, — очень серьёзно заверил Хосок.

Чонгук натянуто улыбнулся, но с долей иронии ответил:

— Хоть мне ещё и нет восемнадцати лет, но я давно живу самостоятельно, сам зарабатываю деньги и сам принимаю решения относительно своей жизни. Вы предлагаете мне, как пятилетнему ребёнку, спрашивать у вас разрешения, можно ли прогуляться в том красивом саду или выйти в туалет? Серьёзно?

— Как никогда. Иначе я просто не пущу тебя на ужин, а посажу обратно в вертолёт и отправлю в Сеул разгребать то дерьмо, в которое вляпался твой друг, самостоятельно, — угрожающе прошипел Хосок, поднимаясь с дивана.

Волнение зашкаливало. Чонгук и думать не хотел о неблагоприятном варианте: что будет, если Хосок исполнит свою угрозу? А то, что он мог это сделать, Гук не сомневался. Этот ужин был нужен! Чонгук раздумывал недолго, бессильно сжимая кулаки.

— Хорошо. Я запомнил и буду соблюдать эти дурацкие правила.

— Ну вот и замечательно. Пока можешь подождать здесь. Тебя пригласят к столу.

Сквозь стеклянные двери Чонгук видел, как в столовой суетились официанты, сервируя огромный стол. В предстоящем ужине всё было настолько манерно и чопорно — как в фильмах или книгах про аристократию прошлого века. Какая кухня будет — азиатской или европейской, — Чонгук не знал, но за свои манеры он не переживал. Он одинаково ловко управлялся палочками и не терялся в многообразии столовых приборов. Сейчас он мысленно поблагодарил официанта ресторана отеля «Хилтон» Сунбина, который преподал ему пару уроков, когда Чонгук работал мойщиком посуды на кухне.

— Зачем столько вилок и ножей разных размеров? — удивлялся он тогда, сортируя и загружая приборы в посудомоечную машину.

— Каждый прибор предназначен для определённого блюда, поэтому и размеры у них разные. Самая большая вилка — это для мяса, вот этот нож, похожий на лопатку — для масла, самая маленькая вилка для закусок, а с тремя зубчиками — для рыбы. Вилку держим в левой руке, значит выкладываем их слева от тарелки…

— Зачем мне всё это знать?

— Хорошие манеры — это такой багаж, который всегда пригодится. Неважно, что сейчас ты моешь посуду, кто знает — может, скоро я буду тебе подавать омара по-кантонски в нашем ресторане, а ты даже не знаешь, как его правильно разделывать. Не руками же! Поэтому запоминай…

И Чонгук запомнил, что не нужно бояться количества столовых приборов, нужно просто начинать от тарелки двигаться к самому краю, знал какие вилки для мяса, а какие для лимона. Пусть не с первого раза, но он даже освоил, как управляться щипцами для омара.

В эту минуту зашёл Хосок и объявил, что ужин подан.

Столовая в своём великолепии ничем не уступала гостиной. Огромные зеркала во всю стену создавали иллюзию открытого пространства. Огромный стол изыскано сервированный выглядел на столько роскошно, что казалось, он был накрыт для английской королевы, а не для ужина на двоих. Чонгук растерянно озирался, не понимая, куда ему сесть. Хосок незаметным кивком головы отправил его в другой конец стола и встал у него за спиной.

Дверь открылась, и в столовую вошёл Тэхён. Его тело словно расслабилось, сбросив с плеч лишнюю нагрузку, и он весь преобразился от этого. Ему безумно шла легкая белая рубашка, распахнутая на груди, белые брюки изо льна — казалось, что они даже слегка просвечивают. Всё выглядело дорого и эксклюзивно. Тэхён был красив мужественной красотой, наверняка женщины сходили от него с ума.

«Он идеальный, — подумал Чонгук и тут же смутился от этих мыслей. — Стоп. А это откуда взялось? Я же не интересуюсь мужчинами, и парни не должны мне казаться красивыми».

Чонгук покраснел ещё больше и, взглянув в зеркало, невольно сравнил себя и Тэхёна. Хосок был прав, в галстуке он бы смотрелся нелепо. В этом респектабельном месте Чонгук чувствовал себя не очень уютно. Здесь, наверное, один салат стоил дороже, чем костюм Ушика.

Тэхён, не обращая внимания на смущение Чонгука, сел напротив и кивком подозвал официанта. Чонгуку подали меню, и он обнаружил, что оно полностью было написано на английском. Тэхён быстро озвучил свой выбор официанту и обратился к Чонгуку:

— Помочь? Что бы ты хотел заказать?

— I'll have salad nicoise and duck leg confit (я буду салат нисуаз и конфи из утиных ножек), — произнёс Чонгук на чистейшем английском.

Тэхён удивлённо посмотрел и уточнил:

— Что ты будешь пить? Вино, сок, воду?  К мясу утки отлично подойдут красные вина средней насыщенности, например "Pinot noir".  

— Воду. Без газа, — отказался Чонгук.

— Минеральной воды мне и молодому человеку — и оставьте нас. Все, — Тэхён выразительно посмотрел на Хосока.

Он заговорил, лишь когда на столе появились закуски и все покинули столовую:

— Откуда ты так хорошо знаешь английский? Ты удивил меня, твой британский акцент он…

— Идеальный? Я билингвер — в детстве со мной мама говорила на английском, а папа на корейском, — как само собой разумеющееся, пояснил Чонгук, ловко разделывая утиные ножки.

— Расскажи, кто твои родители? Ты живёшь с ними?

— Папа погиб шесть лет назад. Живу с мамой, — скупо ответил Чонгук, опустив взгляд в тарелку.

Эта тема была очень болезненна для него, и Чонгуку не хотелось продолжать разговор.

— Как умер твой отец? — давил Тэхён, пронзительно глядя в глаза Чонгуку.

Честно говоря, Чонгук не рассчитывал, что разговор пойдёт в этом ключе и был не готов к таким вопросам. Вот почему они не могли поговорить о погоде или о музыке, о политике, в конце концов?

— Папа погиб, разбирая завалы после северокорейского авиаобстрела острова Ёнпхёндо. Я бы предпочёл сменить тему разговора.

— Откуда твоя мама так хорошо знает английский? Кем она работает?

Чонгук обречённо вздохнул и отодвинул тарелку от себя. Аппетит резко пропал, а настроение ушло в минус.

— Мама в юности жила в Англии, закончила там университет. А потом она познакомилась с моим отцом, вышла замуж и они вернулись в Корею. Сейчас она временно не работает.

— Понятно, почему ты подрабатываешь в отеле. Ты учишься?

— Не получилось поступить. У меня слишком низкий балл по Сунын. Но я готовлюсь к повторной пересдаче, учусь дистанционно на дополнительных курсах, — ответил Чонгук, чувствуя, как сдавливает горло.

— И что ты планируешь делать дальше? — Тэхён поднёс ко рту бокал с водой.

— Собираюсь поступить в университет, закончить его и найти достойную работу.

— Какая специальность тебя интересует?

— Мне интересно математическое моделирование.

— А почему именно эта специальность? Откуда вдруг такая тяга к цифрам? Мне казалось, тебя интересует другое.

— Что именно, например? — улыбка Чонгука стала насмешливой. — Иностранные языки?

— Ну, как вариант, — уверенно кивнул Тэхён. — Или можно сделать карьеру в гостиничном деле, начав подниматься с самых первых ступеней.

— Нравится математика, она всегда мне давалась легче других предметов. Люблю чёткость и однозначность в доказательствах, математика учит размышлять и принимать решения.

— Решения? Интересно какие?

Чонгук пошевелил пальцем в кроссовке и нащупал им дырку.

— Если у меня только Х вон, а на кроссовки последней модели надо Х плюс ещё двести тысяч вон, то я выберу вариант подешевле, скорее всего с распродажи, так как математика научила меня сравнивать. И как бы мне ни хотелось купить крутые кроссы, суровая математическая реальность говорит, что не получится.

— Понятно, — Тэхён еле сдержался чтобы не рассмеяться. — Ты всё очень доступно объяснил. Значит ты будущий великий аналитик.

— На математическое моделирование очень сложно поступить. Поэтому, скорее всего, подам документы на «Экономику». Но сначала нужно повысить на пересдаче балл аттестата.

— Мне нравится твой настрой. Нечасто встретишь молодого человека, который способен сам себя содержать и, не смотря на трудности, ставить перед собой реальные цели и уверенно идти к ним, — уже более мягким тоном сказал Тэхён.

Чонгук смущённо улыбнулся и, кажется, покраснел. Он не понимал, но что-то вдруг изменилось. У Чонгука сложилось такое впечатление, что своими честными ответами он как будто прошёл некую проверку.

— Мы могли бы обсудить тот инцидент? — предложил первым Чонгук, чувствуя, что настроение Тэхёна изменилось и грех было бы не воспользоваться этой ситуацией.

— У меня есть предложение к тебе, Чонгук. Деловое предложение. Ручку я себе уже вернул. Пришлось заплатить двойную цену той, за которую продал её твой друг. Обиду я на него не таю, его поступок можно списать на банальную юношескую глупость. Так что я готов отозвать своё заявление в полицию. Правда, придётся договариваться, подключать свои рычаги воздействия… финансовые.

Чонгук вытянулся на стуле в струнку. Он до побеления костяшек сжал в руках салфетку, понимая, что сейчас Тэхён озвучит цену своей невиданной щедрости.

— Ведь будет какое-то «но»? — тихо спросил он.

— Будет, Чонгук. Обязательно будет. Я деловой человек и не привык разбрасываться деньгами направо и налево. Поэтому я предлагаю тебе отработать все мои потери.

— Что? — ахнул Чонгук. — Как?

Больше всего ему хотелось сейчас провалиться сквозь землю, он покраснел и буквально умирал со стыда.

Тэхён позвонил в колокольчик, стоящий на краю стола. В тот же момент в столовой появилась армия официантов, унося посуду.

— Десерт подайте на улицу, в патио. Мы продолжим там.

Чонгук на дрожащих ногах направился следом. На улицу уже выкатили тележку со всевозможными десертами, но ни один их них не вызывал аппетита. Внутренности все стянуло от приближения неизбежного. Чонгук наугад ткнул в один из десертов и сел в плетёное кресло рядом с Тэхёном.

— Так вот, Чонгук. Так получается, что я вынужден задержаться в Сеуле. Осталось несколько нерешённых вопросов. Но вот незадача, я лишился своего секретаря. Он не справился со своими обязанностями, и мне пришлось его уволить. Думаю, пока я буду здесь, ты мог бы занять его место.

Рука Чонгука дрогнула — блюдце с миниатюрным пирожным выскользнуло из рук и разбилось о плитку.

— Что с тобой? — встревожился Тэхён. — Тебе плохо? Позвать врача?

— Нет… я просто… Не обращайте внимания, это моя неловкость.

Тэхён, нахмурившись, посмотрел на Чонгука. А затем отчеканил так, что кровь застыла в венах:

— Не смей мне лгать, Чонгук. Что сейчас было?

— Я думал, что вы меня заставите отрабатывать долг сексом.

Тэхён посмотрел на покрасневшего Чонгука.

— А ты бы согласился?

— Нет, — твёрдо сказал Чонгук, а Тэхён молча кивнул, словно знал заранее его ответ. — Но я не понимаю, почему я? Да ещё на такую должность.

— Временно, — уточнил Тэхён. — Ты произвёл на меня впечатление с первой нашей встречи. Ты достаточно умён, несмотря на то, что экзамен ты сдал не совсем блестяще, но думаю, у тебя были на то веские причины. Ты честный. Если ты думаешь, что я просто поверил твоему рассказу, ты ошибаешься, у меня было на тебя досье. И в своём рассказе ты ни в чём не солгал. Ты хорошо воспитан. И я всё больше убеждаюсь, что ты мог бы стать для меня идеальным… секретарём. Мне в любом случае пришлось бы искать человека на эту должность. Так я сэкономлю своё время и деньги. Ну так что? Ты согласен? Другого предложения от меня не будет.

— Спасибо, что внесли ясность, — ответил Чонгук. — Но у меня есть некие обязательства, от которых я не могу отказаться.

— Твоя пьющая мать? — прищурясь уточнил Тэхён.

— Вы знаете и это? — опешил Чонгук.

— Естественно знаю. Да, это может стать серьёзной проблемой. Мы поступим следующим образом. Сегодня ты ночуешь здесь. Этот гольф-клуб забронирован за мной на целый день. Никого, кроме нас и моих людей, здесь не будет. В комнате для гостей есть всё необходимое. Не спорь! — осёк Тэхён, заметив как Чонгук уже открыл рот, чтобы возразить. — А завтра тебя отвезут домой, чтобы ты собрал нужные вещи. Минимум. Всё необходимое тебе предоставят. И переедешь ко мне в пентхаус. Займёшь одну из гостевых спален. Секретарь мне нужен 24/7, поэтому это даже не обсуждается. А на то время, пока ты будешь со мной, мы определим твою маму в рехабРеабилитационный центр для зависимых.

Чонгук покачал головой.

— Бесполезно. Она сбегает оттуда, и потом становится ещё хуже.

— Это ты говоришь про государственную клинику. А речь веду о частной. И для надёжности приставим к ней охрану. Стэн, я думаю, справится с этим великолепно.

— Почему? Почему вы всё это делаете для меня? — шёпотом спросил Чонгук.

Он чувствовал, что почти против своей воли уступает. Если бы Тэхён был напорист, груб — это бы вызвало закономерный внутренний протест, но он скорее не давил, а предлагал, причём такое, о чём Чонгуку и не мечталось никогда. И поэтому предложение было сложно не принять.

— Считай это прихотью безумного миллионера, — Тэхён с лёгкой улыбкой посмотрел на Чонгука, абсолютно не жалея, что солгал ему.