РАБОТА НАПИСАНА В РАМКАХ ЧЕЛЛЕНДЖА ❄️СНЕГ ЛЮБОВЬ ВИГУ❄️  ОТ МАРУСИ

— Ну, что, Тэхён, тебе слабо? — раздался вкрадчивый голос прямо ему в ухо.

Тэхён вздрогнул.

«Нет! Нет! И ещё раз — нет! Давайте я сделаю вид, что ничего не слышал», — начал молиться Тэхён.

— Чего молчишь? — настырно приставал сослуживец. Он даже толкнул его слегка в плечо, проверяя, не заснул ли Тэхён под длинную речь капитана.

— Ты это мне? — Тэ повернулся к Сону, одарив его убийственной ухмылкой.

Эта чёртова фраза «А тебе слабо?» действовала на Тэхёна, как красная тряпка на быка. Всегда! Рубильник в мозгу отключался и падал. Нужно было доказать всем, а в первую очередь самому себе — не слабо! Вижу цель — не вижу препятствий!

— Блин, Тэ, ты не представляешь, как я разволновался, — оправдывался перед ним одноклассник, который уговорил его пойти за компанию на прослушивания в агентство Big Hit. — Да ещё и голос начал ломаться. Я такого петуха дал. Стыдно вспоминать, но я там пищал, как кот, которому яйца прищемили.

— Ничего страшного, — успокаивал его Тэхён, сидя на подоконнике и болтая ногами. — Будут ещё прослушивания. Порепетируешь — и в другой раз споёшь лучше.

— Да-а, — с обидой в голосе проныл друг. — Все так говорят. А тебе слабо пойти и спеть перед незнакомыми людьми?

Слабо? Тэхёну было не слабо. Он уверенно зашел в комнату, где проходило прослушивание, и спел песню, которая только что играла в его наушниках. И его приняли. Он стал трейни, а буквально через полгода его привели в небольшой душный танцзал и представили мальчишкам, которые только закончили репетировать.

— Знакомьтесь ребята, это новый участник группы, — сказал стафф, слегка подталкивая его вперёд. — Он будет нашим секретным оружием.

— Здравствуйте, я Ким Тэхён, — с волнением произнёс он, почтительно склоняясь в поклоне. — Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

А когда разогнулся, то первое, что увидел, были наивные, светящиеся искреннем восторгом глаза напротив. Глаза Чонгука. И всё… всё пространство схлопнулось, воздух исчез из лёгких, как-то мгновенно навалило осознание — он попал. Ещё не понятно, во что именно, но он точно влип!

Чонгук был самый младший среди них, самый скромный и стеснительный, всегда дико смущался от шуток старших. Краснел, когда Юнги начинал материться, разучивая новую хореографию Сондыка. Заглядывал в рот Намджуну и старательно выполнял то, что говорили старшие. Тренировался дольше и больше всех, до седьмого пота, при этом почтительно склонял голову, ежесекундно готовый говорить: «простите, я буду стараться ещё больше».

Намджун решил, что Тэхён будет лучшим наставником для макнэ — и тот послушно прилип к нему. Свою ношу Тэхён принял без жалоб. Старательно опекал Чонгука, подсказывая, как вести себя на публике, какой ракурс лучше держать на камеру, подбирал ему образ для аэропорта. Они дурачились на пару в общежитии, и Чонгук подхватывал любую херню, которая приходила в голову Тэхёна. А когда силы заканчивались, они падали на одну кровать и вырубались, едва долетев до неё. Сильное тело Чонгука грело лучше любого одеяла, а его рука под головой была мягче любой подушки.

Они вдвоём вытворяли полную дичь на сцене и перед камерами, пользуясь тем, что они самые мелкие в группе и на их шалости закрывали глаза. Главное в конце обязательно было сделать эгьё. Зачинщиком и провокатором безусловно был Тэхён. Он дразнил мелкого, подшучивал и подначивал. Вот только на его шалости Чонгук реагировал с улыбкой, а всем остальным прилетали нехилые звездюлины от него.

— Это что? У тебя засос?! — охнул Тэхён, заметив синеву на шее Чимина.

— Если бы засос! Я бы его с гордостью показывал. Синяк! Это его мелкий поставил.

— Это как?

— Стафф сказал добавить на камеру фансервис, девочкам это нравится.

— А ты что?

— Ну я и решил потеребить Чонгука за ухо. Ласково так, мило.

— А он что?

— Ущипнул, зараза. Причем прямо перед камерой. Совсем оборзел, никакого уважения к старшим. Кто же знал, что он терпеть не может, когда его трогают за ухо. Он как граната с выдернутой чекой, а я очутился в эпицентре взрыва.

Тэхён согнулся пополам от хохота.

— Смешно ему! А ты сам попробуй! Тебе слабо Чонгука за ухо потрогать?

Пф-ф-ф… Легко! Наплевать, что между ними стоял Намджун. Тэхён закинул руку лидеру на плечо, дотянулся до уха Чонгука и начал его щекотать. Тэхён с замиранием сердца ждал, что вот сейчас тот извернётся и обязательно пнёт его за широкой спиной Намджуна. Но… Чонгук млел, не отводя взгляд от камеры, светился при этом такой милой и тёплой улыбкой, что совершенно не хотелось прекращать ласкать его ушко…

А потом Чонгук вырос. Как-то резко, словно за ночь повзрослел сразу лет на десять… Вместо мягкого животика отчётливо прорисовывались мышцы пресса, пропали пухлые детские щёчки. Теперь у Чонгука была такая линия челюсти, что об неё порезаться можно. Он не скрывал свои глазища под длинной чёлкой — наоборот, откидывал мягкие локоны назад, приводя этим блядским движением в экстаз всех девиц на концерте. Макнэ говорил со стаффом на равных, не стесняясь и не волнуясь. И с ним считались, к его мнению прислушивались. Чонгук очень изменился. И его уже не нужно было опекать.

А Тэхён не понимал, как ему быть дальше, потому что не мог остановиться, потому что не хотел отдаляться, потому что остаться без близости мелкого страшно было до чертиков. Уже не хотелось играть в любовь на камеру в угоду фанаткам. Потому что Тэхён и сам не заметил, как чувства стали настоящими, прорастая внутри всё сильнее. Он полюбил. Ни на что не надеясь, ни на что не рассчитывая, обречённо понимая, что никто не будил в нем столько желаний, как этот чёртов макнэ.

Уже недостаточно было просто теребить чужое ухо или висеть коалой на спине мелкого. Хотелось, обжигаясь об обнажённую кожу, прикоснуться к телу, которое мелкий довёл до совершенства. Хотелось губами коснуться губ Чонгука, только чтобы проверить — действительно ли они такие мягкие, как представлялось во сне… Со страшной остротой Тэхён осознавал степень своей токсичной зависимости и до судорог в теле боялся, что об этом кто-то узнает.

Юнги — он понимал Тэхёна лучше всех. Он первым догадался о всех его страданиях, всего лишь проследив за жадным и голодным взглядом, прикованным к Чонгуку, когда тот репетировал на сцене танец с Чимином.

«Comming of Age Ceremony» — название этой песни такое… дурацкое! «Совершеннолетие»! Чонгук как будто специально дразнил и провоцировал: плавными и отточенными движениями, которым могла бы позавидовать любая стриптизёрша.

— Мне кажется, что он сейчас не просто танцует, а намекает на что-то. Во-о-от такими буквами намекает, — Юнги раскинул широко руки.

— На что? На то, что Гук давно вырос? Я это знаю и без его намёков.

— А мне, кажется, он намекает, что готов к отношениям. Совершенно другим отношениям. И Чонгук не побоялся об этом заявить. А что ТЫ будешь делать?

— А должен? — растеряно спросил Тэхён. — Мне кажется, ты ошибаешься. Чонгук видит во мне лишь хёна. В этом я не сомневаюсь.

— А может ты ошибаешься? Намекни ему тоже о своих чувствах. Или тебе слабо?

«Слабо… Тебе слабо…» — истерично звучало в голове, а ноги уже сами собой несли Тэхёна по сцене огромного стадиона «Citi Field» в Нью-Йорке. Тысячи глаз смотрели на них, но всё пространство схлопнулось до одной единственной фигуры с микрофоном в руке. Чонгук в лучах софитов пел свою партию, и его голос, насквозь пропитанный чувственностью, взлетал ввысь. Тэхён на одеревеневших ногах подошёл и встал за его спиной, тихо дыша в затылок. Он придвинулся ещё ближе, прижимаясь грудью к спине Чонгука, которая моментально напряглась. Тэхён вдохнул запах тёплой кожи, ощущая, что его повело, как наркомана…

Тэхён закрыл глаза и качнулся вперёд, прижимаясь губами к изгибу шеи невесомым нежным поцелуем, ощущая, как Чонгук вздрогнул, словно от удара током.

Гук замер на мгновение в неподвижности.

Это полное фиаско!

Чонгук отстранился… но расстроиться Тэхён не успел, потому что поймал в мониторе счастливый и смущенный взгляд Чонгука.

Нет такого понятия «слабо» для Тэхёна. Ради этой улыбки он горы готов свернуть.

После концерта была обязательна съёмка эпизода для фильма о туре «Love Yourself», и они отработали интервью на отлично. Стафф выносил осветительные приборы из номера Юнги, а у парней сил хватило только на то, чтобы лечь на горизонтальную поверхность: кто на кровать, кто на диван, Хосок и вовсе сполз тряпочкой на пол. Концерты в Америке завершились, завтра предстоял семичасовой перелёт в Лондон…

Щелчок закрываемой двери моментально вернул их к жизни, они встрепенулись и приняли боевую стойку. С заговорщицким видом Юнги выудил пару бутылок вискаря из чемодана:

— Имеем мы право расслабится или нет? В конце концов, все уже совершеннолетние! Ну что, бухаем?

Все укоризненно смотрели на Юнги — Хосок не выдержав, первым начал хохотать. И понеслось: песни, выпивка и снова песни, а за ними танцы, а за ними снова выпивка. Спиртное стремительно исчезало. Пришлось начать играть на выбывание.

Хосок ржал, как ненормальный, придумывая идиотские задания: либо выполняешь и выпиваешь, либо отдаёшь свой стакан и сидишь дальше на трезвую голову и жуёшь только снеки.

— Ну так что, Тэхён, слабо тебе поцеловать Чонгука по-настоящему, а не просто в шею клюнуть? — Хосок отсалютовал стаканом и сделал два небольших глотка.

Тэхён закатил глаза. Хоби посмотрел на друга, выжидая, примет ли тот вызов. Тэ сощурил глаза, глядя на провокатора. От стыда захотелось провалиться сквозь землю. Как вообще можно было такое предложить?

— Мы не можем ждать всю ночь, — бросил Намджун, протягивая руку за стаканом. — Давай, время пошло. Десять секунд на поцелуй — или ты выбываешь из игры.

— Очень смешно, Хоби, — зло прошипел Тэхён, мгновенно протрезвев. — Почему Юнги досталось…

Он не успел договорить, потому что Чонгук прижался губами к его губам. Первое прикосновение ударило током. Тэхён не смог сдержать вздоха и легкой дрожи — как же он давно мечтал об этом… Чонгук целовал чувственно, ласково. Он обнимал Тэхёна так трепетно, словно он был сделан из стекла и мог рассыпаться от неосторожного прикосновения. Чонгук притянул его ещё ближе и углубил поцелуй, а Тэхён легко покорился напору.

Этот поцелуй был чистым безумием, которое никто из них не мог обуздать. Внутри всё бурлило, отдаваясь в клетках мучительным восторгом. Они изучали друг друга, сплетаясь, срастаясь в единую сущность. Тэхён запустил пальцы в шёлковые волосы Чонгука, нарушая идеальную укладку, не желая отпускать желанные губы из плена собственных.

Они даже не заметили, как пролетели отведённые десять секунд. Когда воздух в лёгких закончился, Чонгук медленно прервал поцелуй, но не отклонился. Они замерли, уткнувшись лбами, тяжело дыша прямо в губы друг друга. Тэхён открыл глаза и утонул в пелене желания, которая затянула темные глаза напротив.

— Кто-нибудь сейчас возбудился от поцелуя? — спросил Хосок с неловким смешком.

Тэхён посмотрел на друзей и заметил, что все они кивали в ответ, а у Чимина глаза округлились настолько, что из полумесяцев превратились в полную луну.

— Вы только это… Не вздумайте палиться, — предупредил Намджун, благословляя их пару.

Они были осторожны. Ну как были… Старались. Если ехали отдыхать на горнолыжный курорт Vivaldi Park, то брали с собой Хёншика. Если и гуляли ночью по Лас-Вегасу, то в компании Хосока. Они с трудом переносили разлуку, потому что эта одержимость друг другом разрасталась внутри. Они жили сиамскими близнецами, поэтому и отрываться друг от друга было больно — словно уезжая куда-то, они прихватывали с собой ровно половину души и сердца. Они так и не научились друг друга отпускать.

— Чонгук-и, — простонал Тэхён в телефон. — Я так соскучился, но я застрял здесь надолго с этими съемками и не успею приехать на день Святого Валентина. Ты меня простишь?

— Прощу, конечно. Но выпорю, как только увижу! Давно мечтал попробовать секс пожёстче.

Тэхён знал, как сформулировать предложение, от которого Чонгук будет не в силах отказаться. Потому что Чонгук был такой же азартный, как и он сам, а главное, он был такой же влюблённый, как и Тэхён.

— Гуки-и… а тебе слабо прилететь ко мне?

Чонгуку было не слабо тут же купить билет и через десять часов оказаться в объятиях любимого. А потом, уже служа в армии, Тэхён разметил в инстаграме их селфи с Чонгуком с того незабываемого уикенда на Гавайях, ненавязчиво намекая компании, что чихали они на запрет их отношений.

Но после последнего случая Тэхён запретил себе вестись на слабо. Начиналось всё невинно, они сидели в студии звукозаписи, шлифовали дорожки, сводя треки для альбома «Proof», заодно обсуждая предстоящий уход в армию. Арми ещё не знали об этом, сми тоже не были в курсе. У них самих это пока слабо укладывалось в голове. Как это возможно — не видеть друг друга полтора года?

— А я хочу пойти в армию, — предельно серьёзно сказал Чонгук, вклинившись в паузу между двумя темами. — Мой отец и брат служил. Я горжусь ими.

— Юнги из-за операции дольше всех придётся служить.

— Зато у него не будет этих безумных марш-бросков на двадцать километров. Я как представлю, что на себе ещё вещмешок в двадцать килограмм тащить — в дрожь бросает, — буркнул Сокджин.

— А ты представляй, что у тебя не вещмешок, а Юнги за спиной, и тащишь ты его на вручение премии, а не бежишь на время, — отшутился Тэхён.

— Ха! Сравнил, — засмеялся Хосок. — Ещё скажи, что не переживаешь, как у нас всё сложится!

— Переживаю, но больше не за себя, а за всех вас, парни. Хотя с той школой, которую мы прошли в Big Hit, с нашим безумным графиком и изнуряющими репетициями, мы такую броню нарастили, что теперь действительно пуленепробиваемые. Нам в спецназе бронежилет можно не выдавать, — ответил Тэхён, сияя спокойной улыбкой.

— Я хотел бы служить в спецназе, — напомнил на всякий случай Чонгук, ощущая, как пальцы Тэхёна сжались на запястье до боли.

— Тэхён, а тебе слабо? — с тысячей пляшущих дьяволят во взгляде подзадорил Чимин.

Хоть Тэхён и чувствовал, что этого не стоит делать, но всё же повернулся к другу и вскинул вопросительно бровь. Тэ оказался совершенно не готовым к тому, что прозвучало:

— А тебе слабо подать заявление в спецназ? — предложил Чимин и тут же пожалел об этом.

— Мне? Не слабо, — отрезал Тэхён и заметил, как вспыхнул отчаянной болью любимый взгляд Гука. Ему из-за татуировок не светило попасть в эти войска. А он хотел… Он мечтал об этом.

С тех пор, как Тэхён отобрал мечту своего парня, он запретил себе реагировать на фразу «А тебе слабо?». И это у него получалось. Ровно до той минуты, пока не услышал ехидный голос Сону:

— Чего молчишь? — упорно приставал к нему сослуживец.

— Ты это мне? — Тэ повернулся к нему, одарив убийственной ухмылкой.

— Ну да. Слабо побить рекорд на полосе препятствий?

Тэхён ещё раз оценил маршрут и время. Рекорд прохождения трассы был установлен четыре года назад Юн Джи, и с тех пор его никому не удавалось побить. Пять километров восхождения на хребет Тхэбэк, спуск по отвесной скале, переправа вброд через ледяной Ханган, затем коридор с огнём, где надо отстреляться, не отправив ни единого выстрела «в молоко». Сложно? Пиздец как сложно! Учитывая, что уложиться нужно в 29 минут и 17 секунд. Только тогда этот чёртов рекорд будет побит. Только тогда победитель получит… один внеплановый день отпуска!

Тэхён не сомневался, сможет он это сделать или нет. Он знал, что костьми ляжет, приползёт к финишу на последних волевых, но побьёт рекорд. Потому что помнил их последний телефонный разговор с Чонгуком, от которого выть хотелось, как последней девчонке.

— Тэ, а я ёлочную игрушку разбил. Понимаешь, металлическая верхушка осталась в руке, а сама игрушка упала на пол и разбилась.

— Какая игрушка? Стеклянная? Ты порезался? — с беспокойством в голосе спросил Тэхён.

— Не порезался. А игрушка та самая, заяц. Помнишь, ты подарил его мне на наш первый Новый год. Снял с ёлки в нашем общежитии и отдал мне, сказав, что это не порядок, что у тебя куча подарков, только лишь потому что накануне был день рождения, а у меня ничего нет.

— Ты хранил его? Столько лет? — ахнул Тэхён.

— Ага. И взял с собой. Хотелось, чтобы в Новый год было что-то, что напоминало мне о тебе. А теперь ни зайца, ни праздника, ни тебя рядом нет.

— Гуки, ну не грусти, улыбнись, — пытался он подбодрить любимого, — ещё полгода — и мы снова будем вместе. Мы же виделись совсем недавно, Чусок праздновали вместе. Бама навестили в его учебном центре. Всё будет хорошо, Гуки…

— Я знаю, — но голос Чонгука всё равно был очень и очень печальным. — Это всё новогоднее настроение виновато. Я не привык встречать Новый год без тебя. Я опять, как и в прошлом году, не поцелую и не поздравлю тебя в день рождения. Это же пиздец как неправильно… Какой это праздник?

«Хуёвый праздник», — согласился с ним мысленно Тэхён и тут же выпалил:

— Мы что-нибудь придумаем.

— Обещаешь? — с надеждой в голосе спросил мелкий.

— Обещаю.

И вот теперь, ради этого «Обещаю», а не ради нелепой провокации «На слабо» Тэхён первым вышел из строя и, отдав честь капитану, отрапортовал:

— Капрал Ким Тэхён готов к прохождению полосы препятствий.

На улице шёл мелкий снег, он летел Чонгуку в глаза, а тот, даже не смаргивая, бездумно глядел куда-то в выбеленный горизонт и чувствовал себя таким бессильным, как никогда в жизни. В казарме остро пахло свежей хвоей, мягко сияли гирлянды, струившиеся тёплым дождём на окнах. Он заказал и отправил подарки всем родным и друзьям. А новогоднее настроение так и не приходило.

Рация пискнула так неожиданно, что он чуть не уронил её из рук. Сквозь хрипы и свист раздался голос Чимина.

— Перерыв окончен. Чонгук, ты куда пропал? Топай живо на склад «С» за продуктами. Новогодний стол сам себя не накроет.

— Понял я, понял, — буркнул Чонгук недовольно. — А почему на «С»?

Но рация уже щёлкнула, разъединившись.

— Ну, конечно… Кто у нас мускулистый кролик? Естественно, Чонгук! Поэтому не стесняйтесь, гоняйте его со спокойной совестью за пределы части, на самый дальний склад. Пусть притащит на своём горбу пару тяжеленых ящиков, — шёл и бубнил себе под нос Чонгук. — Не могли, что ли, за ними на машине сгонять? Эй, есть тут кто живой?! — гаркнул он, заходя на склад.

Рация опять ожила и щёлкнула.

— Чего орёшь, как на концерте? — издевался над ним хриплый голос. — Седьмая секция. И поторопись.

— Ишь ты… раскомандовался, — до конца не понимая, кто сейчас с ним разговаривал по рации. Голос больно знакомый, но точно не Чимина.

Решив не уточнять, а разобраться на месте, всё же припустил рысцой — получать нагоняй не хотелось. За стойкой выдачи никого не было, но… стояла коробка со свежей клубникой, бутылка шампанского и небольшой подарочный пакет.

Чонгук оглянулся: никого и подозрительно звенящая тишина. Любопытство взяло вверх. Чонгук на цыпочках подошёл ближе и заглянул в пакет…

Там лежали две новогодние игрушки! Заяц и тигр!

— Я подумал, что зайке будет скучно без своего тигра, — раздался хриплый голос сзади.

Чонгук подпрыгнул от неожиданности и чуть не выронил пакет из рук.

— Осторожнее, — рассмеялся Тэхён. — Не разбей их. Я с таким трудом нашёл эти игрушки.

— Тэ!

Тэхён легко поймал в объятия рванувшегося к нему Чонгука.

— Как? Как ты здесь оказался? — заполошно шептал Чонгук, а его губы уже лихорадочно выцеловывали любимые родинки на лице. — У нас же отпуск будет только в феврале.

— Я же пообещал тебе, что мы обязательно встретим Новый год вместе. А я привык выполнять обещания, — хрипло выдохнул Тэхён и поплыл от поцелуев Чонгука, ласково поглаживая в ответ мускулистую спину.

— Я ничего не понимаю… Как ты смог? — растеряно прошептал Чонгук и, моментально став серьёзным, спросил: — Что с твоим голосом? Я не узнал тебя.

— Пришлось доказать всем, что влюблённому море по колено, точнее река Ханган по пояс. Не переживай, небольшая простуда, скоро всё пройдёт, — заверил Тэхён.

— Ты сумасшедший! Но я очень тебя люблю.

В карих глазах Тэхёна плескалось море любви — и Чонгук утонул в нём, не понимая, как он выжил без этого столько времени.

— Ты не поверишь, но я тебя тоже, — промурлыкал Тэхён, а Чонгук от этих слов засиял еще ярче. — Ты — моя главная слабость.

Для меня эта работа - вызов самой себе:

Во-первых, это мини! У меня это первый опыт написание работы такого формата. Надеюсь, получилось.

Во-вторых, это "пыжик"! Фанфик рейтинга PG-13! Здесь нет нц! Но при этом я постаралась сделать его эротичным. 

В-третьих, фанфик написан по канону. Это трудно! Это очень трудно. Вплести реальные факты в историю так, чтобы не выглядело, что я сову на глобус натягиваю.

Очень жду от вас откликов - получилось ли у меня история?

Всех с наступающим Новым годом! Всего вам самого хорошего и берегите себя!