МЫ НАД ПРОПАСТЬЮ ВО ЛЖИ * 9 глава
Стоя у огромного зеркала в спальне, Чонгук смотрел в отражение. Взгляд сосредоточился на лице. Отёк уже спал, но шрам и синяк под глазом бросались в глаза. Перед ним на туалетном столике стоял арсенал всевозможных тональных средств на зависть любой девчонке, гели и крема для разглаживания шрамов и рубцов. Рука на мгновение задержалась, выбирая нужную баночку и… проигнорировала всё, что приказал Тэхён доставить для Чонгука после их возвращения. Он воспользовался обычным кремом, без запаха и отдушек, который привёз с собой из дома. А всю косметику, что стояла на столике, без сожаления сгрёб в урну.
Чтобы выйти к ужину, потребовалось чуть больше времени, точнее — сил. Последние он потратил, чтобы продемонстрировать Тэхёну, что между ними всё изменилось. Чонгук заставил себя не оглядываться, пока тот шёл за ним до дверей спальни. Тэхён слова не сказал, просто молча смотрел, как он прошёл мимо двери в главную спальню пентхауса, услужливо распахнутой перед ним горничной. Он, волоча за собой чемодан, зашёл в соседнюю комнату и поспешно закрыл дверь. Буквально перед носом Тэхёна.
Практически целый день Чонгука не беспокоили, даже обед подали в спальню. Но тот к еде не притронулся. Из кровати его буквально за шкирку вытащил Хосок под благовидным предлогом: уточнить — сервировать ли ужин на две персоны в столовой? Чонгук понимал, что прятаться в номере от Тэхёна до конца его пребывания в Сеуле не получится, поэтому и ответил согласием.
Тэхён уже ждал его за накрытым столом. Внимательно считывая каждую эмоцию на лице Чонгука, он проводил взглядом, как тот вошёл и сел на своё место.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Тэхён, слегка прокашлявшись.
— Всё хорошо. Не стоит беспокоиться.
— А я беспокоюсь. Поэтому договорился: тебя завтра отвезут в клинику, на консультацию к лучшему специалисту, — сказал Тэхён, откладывая в сторону салфетку.
— Зачем? — настороженность фонила в голосе Чонгука. — Со мной всё в порядке.
— Шрам. Его уберут так, что чуть позже даже не заметно будет.
— Это лишнее, — жёстко ответил Чонгук, смотря прямо в глаза Тэхёну. — Пусть остаётся. Я не стыжусь увечья.
— Но его стыжусь я…
— Я никуда не поеду. Не считаю необходимым исправлять в себе что-то, чтобы только вам было приятно на меня смотреть.
Чонгук с вызовом взглянул прямо Тэхёну в глаза, показывая, что он на самом деле не будет больше безропотно позволять, чтобы кто-то распоряжался его жизнью. Он согласился быть личным помощником, а не личной игрушкой, которую можно при желании погладить или ударить.
В глазах напротив плескались боль и раскаяние, было видно, что Тэхёну с трудом давалась эта молчаливая зрительная дуэль.
Когда к ним подошёл официант, выражение лица Тэхёна резко изменилось. Он раздражённо зыркнул на того, кто посмел им помешать. Бедный парень с трудом сменил блюда, опасаясь поворачиваться в сторону герцога.
— Можно спросить кое-что? — задал вопрос Тэхён, разорвав затянувшуюся тишину после ухода официанта.
— Когда вы стали спрашивать разрешения?
— Что ж, тогда спрошу прямо: насколько сильно ты на меня обижен и как мне загладить вину?
— Вы серьезно спрашиваете?! Вы просто!.. — Чонгук, от возмущения, начал хватать ртом воздух.
— Значит очень, — констатировал Тэхён и немного склонил голову на бок. — Как мне стоит просить прощения? Что именно мне сделать, чтобы ты вновь вернулся ко мне в спальню? Встать на колени? Заявить всем о том, какой я подонок? У меня не хватает фантазии, Гуки. Я исполню что ты скажешь, лишь бы всё стало так, как было раньше.
— Как раньше уже никогда не будет.
— Уверен?
— Я отработаю долг и вернусь домой, а вы уедете в Европу, — ещё тверже заявил Чонгук.
Тэхён молчал. Конечно, а что ему было сказать? Но по его удивлённому выражению лица можно было понять, что он вряд ли ожидал, что Чонгук окажется настолько непреклонным. Не ожидал, что в этом мальчишке столько силы и чувства собственного достоинства.
— Ну что ж… — процедил Тэхён. — Значит, бизнес и ничего личного. Тогда давай закончим ужин и пойдём завершим дела, которые накопились за целый день, — сказал Тэхён, сведя брови на переносице.
Он сидел, демонстративно закинув ногу на ногу. Что-то просматривал в телефоне, ожидая, пока Чонгук доест. Их взгляды ни разу не встретились, хотя Чонгук продолжал время от времени поглядывать на Тэхёна, пытаясь понять настроение. Раздраженным или злым он не выглядел, скорее задумчивым. Казалось, что он составляет какой-то план.
В кабинете Тэхён поручил Чонгуку разобрать корреспонденцию, которая поступила на электронную почту, а сам занялся подписанием документов. Этот вечер можно было бы назвать самым спокойным, если бы не раздался максимально странный звонок. Чонгук не хотел подслушивать, но звонивший говорил на таких повышенных тонах, что он невольно всё слышал.
Сначала мужчина просто уточнил, правда ли Тэхён в Сеуле, а потом категорично настоял на встрече. Но вот причина для встречи Чонгуку показалась очень странной: и без того эмоциональный и зычный голос перешёл на удивительно высокие и истеричные ноты. Он начал орать, что Тэхён ворует его деньги и отвечать за это ему придется лично.
Внешне Тэхён спокойно воспринимал невменяемые крики. Лишь изредка отводил телефон подальше от уха, чтобы раздражающий ор не порвал барабанные перепонки. Только вздувшиеся вены на шее выдавали, чего стоило ему это спокойствие.
— Уверен, что досадное недоразумение мы уладим при личной встрече, — чеканя каждое слово, жёстко прервал он вой в телефоне. — Мы встретимся завтра днём, я позвоню, как только мой самолёт приземлится в Сингапуре.
Телефон забулькал в ответ, но уже не так громко. Чонгук не смог разобрать ни слова.
— Мы не первый день знакомы, господин Вонг, и вы прекрасно знаете, что я никогда вас не обманывал и не подводил. До встречи.
После телефонного разговора Тэхён сразу вызвал Хосока и Чимина.
— Хосок, кто имел доступ к моему ноутбуку в последние дни? — рявкнул Тэхён, а от его вопроса у Чонгука внутри похолодело.
То, что закрутились очень хреновые события, до Чонгука дошло моментально. Это не было очередной неурядицей, иначе бы всегда спокойный Тэхён не стоял сейчас посреди кабинета, раздувая гневно ноздри. Чонгук судорожно начал вспоминать, кто из команды имел непосредственное отношение к ноутбуку Тэхёна и знал от него пароль. Таких людей было немного. И он в том числе.
— Чимин и я, — отчеканил Хосок. — А в чём дело?
— Ещё я, — хрипло выдохнул Чонгук, робко поднимая руку.
Он слишком долго сидел, не моргая, судорожно переводя взгляд с Тэхёна на Хосока и обратно, так что даже глаза защипало.
— Ты исключаешься, — заткнул его порыв Хосок.
— Почему это? Потому что он живет в покоях герцога, а мы нет? — с прищуром спросил Чимин и обошёл Чонгука, подозрительно осматривая.
— Кто живёт со мной, тебя не касается, — поставил его на место Тэхён. — Чонгук исключается по той причине, что он не знал нового пароля. Я сменил его перед тем, как ехать на день рождения к Ли Гон Хи. А ему не успел сообщить.
— А что случилось-то? Что за экстренный сбор?
Тэхён кратко обрисовал ситуацию, пересказав телефонный разговор.
— Я буквально чувствую, что нормального разговора у вас не выйдет, — хмуро заявил Хосок. — Если действительно всё так, как ты рассказал, то этот нервный тип не планирует решать проблему и искать пути исправления ошибок, нужно готовиться к худшему развитию событий. Его обвинения вообще могут быть правдой? Может быть ошибка с нашей стороны?
— Исключено. Проводку по последней операции я сам подписывал вчера вечером лично. Чимин, подготовь всё для вылета. Завтра утром мы должны быть в Сингапуре и уладить эту проблему, пока она не рванула. Как бомба. — Чимин кивнул и вышел из кабинета, уже на ходу раздавая кому-то поручения по телефону. — Чонгук, на сегодня закончим. Иди к себе в комнату, — попросил Тэхён, поднимаясь из-за стола. — Нам с Хосоком нужно всё обсудить.
— Мне осталось немного доделать. Я возьму отчёты с собой в комнату, а потом принесу.
Чонгук схватил в охапку все папки со стола и припустил из кабинета, прекрасно понимая, что ему сейчас там не место.
Он механически сортировал бумажки, особо не вчитываясь в их содержимое. В коридоре слышались приглушённые голоса и шаги людей. А потом всё стихло. Было далеко за полночь, когда он разобрался со всеми отчётами и привёл в порядок документацию. Только сейчас, когда он закончил, почувствовал, как от напряжения тряслись руки. Из головы не выходил телефонный звонок и реакция Хосока. Что он имел ввиду когда сказал, что нужно быть готовым к худшему развитию событий?
Чонгук выглянул в коридор: никого не было — вся охрана Тэхёна словно испарилась. Даже у дверей его спальни не было привычной тени охранника. Получается, что Хосок объявил общий сбор и все готовились к вылету, буквально все! Напряжение витало в воздухе.
Вскоре Чонгук услышал, как в кабинете что-то разбилось и раздался голос Тэхёна, который кричал на Хосока.
Чонгуку нужно было знать и понимать что происходит!
Подхватив папки со стола: на тот случай, если его застукают за подслушиванием, будет хорошее объяснение — он нёс Тэхёну отчёты. Чонгук выскользнул в коридор и на цыпочках пробрался к кабинету. Он замер у двери, прислушиваясь к разговору.
— Я же говорю, что мы рассчитались с ним полностью! С нашей стороны не может быть никакой ошибки! Слишком мало информации, ещё меньше времени, чтобы перепроверять счета и перемещения средств по ним! — кипятился Тэхён.
— Получается, что кто-то намеренно заменил цифры. Когда Лоуренс Вонг увидел, что ему на счёт вернулась не вся сумма, то понятно, что весьма… расстроился.
Кто такой Лоуренс Вонг? Вернулись не все деньги? Кто-то заменил цифры? Чонгук ничего не мог понять.
— Кто-то… Ты хочешь сказать, что у нас завелась крыса?
— Моя вина. Но я неоднократно говорил вам, что держать столь ценную информацию на личном ноутбуке — не лучшая идея, — ответил непреклонно Хосок.
— Хочешь что-нибудь спрятать — прячь на самом видном месте.
— И посмотри, к чему это нас привело? Кто-то узнал о том, что дистрибутив программы по движению средств в офшорах у тебя на ноутбуке, и взломал его. С этим еще предстоит разобраться. Юнги уже роет носом землю, но пока безрезультатно, — на мгновение Хосок умолк, обдумывая что-то. — Если наши партнёры узнают об этом конфликте, то вся наша схема сотрудничества с чеболями рухнет, как карточный домик.
— Согласен. Главная наша проблема не то, что кто-то взломал мой компьютер и вовсе не украденные деньги, — Тэхён глубоко вздохнул. — Этот припадочный Вонг — вот главная проблема. Он наш постоянный клиент и всё выглядит так, что он не получил полный расчёт за поставленный товар. Наверняка считает, что мы сделали это специально. Я не могу предположить его следующий шаг, но зная его характер…
На минуту все затихло. С каждым мигом Чонгуку становилось все дурнее и дурнее.
— Собери всех наших ребят. Пусть будут готовы к тому, что переговоры пойдут по самому худшему сценарию. Наш главный приоритет — объяснить Вонгу, что произошла ошибка, пока он не совершил непоправимое. Нельзя допустить войны с китайцами.
— Уже всё готово к вылету, босс, — покорно ответил Хосок. — Охрана получила красный код. Пустить Юнги по следу взломщика?
— Пусти, посмотрим, что за крыса завелась у нас.
— А после?
— Узнай, кто стоит за всем этим, а после — избавься от него.
Чонгук заткнул себе рот рукой, чтобы не вырвался ни единый вздох. Это галлюцинация. Шутка измотанного разума… Чонгук затряс головой. Вряд ли то, что он сейчас услышал, не могло быть правдой! Тэхён хладнокровно отдал приказ ликвидировать человека?!
— После этого мы улетаем в Европу? Контракт с чеболями заключён. Ты ведь завершил все дела в Сеуле?
— Нет! — резко ответил Тэхён.
— Оставь эту затею, Тэхён, — тяжело процедил Хосок. — Знаю я твоё незавершённое дело. Опусти от себя мальчишку, не ломай ему жизнь. Для него представляет опасность твоё окружение, Орден, который ты возглавляешь, но главная опасность — это сам ты. Всё происходит именно так, как я и говорил. Тэхён, ты никогда не сможешь забыть прошлое и всегда будешь их сравнивать! — от громкого голоса Хосока Чонгук вздрогнул и вжался в стену. Он никогда не слышал, чтобы тот так кричал. — Что случилось на яхте? Почему ты накинулся на него?
— Дежавю… У меня вдруг всё помутилось и поплыло перед глазами, когда я увидел его на кухне в обнимку с Джису. Всё было точно так же, как много лет назад. Когда я застал Эдварда, трахающего нашу горничную на кухонном столе в поместье.
— Ты… ты не рассказывал мне про это.
— А как я мог рассказать? Признаться всем, что мужчина, которого я, влюблённый мальчишка, наплевав на запрет отца, привел в дом — мне изменяет?!
— Твой отец был прав насчёт Эдварда…
— Прав, — с отчаянием в голосе подтвердил Тэхён. — Вот только понял я это слишком поздно. Именно тогда, поймав Эдварда на измене, я убедился, что своими руками запустил змею в наш дом. Думаешь, почему я инициировал полную проверку Эдварда и его связей? Сработала моя природная интуиция? Нет! У меня открылись глаза на этого человека. Если он с такой лёгкостью мог предать нашу любовь, значит, ему ничего не стоило и стать шпионом в Ордене. И ты знаешь, чем всё это закончилось.
— Понятно. Но, Тэхён, они совершенно разные! Как ты этого не видишь?
В голове Чонгука вихрем пронеслись слова, сказанные Тэхёном во время их ссоры: «Ты такой же как он! Один в один!»
— Вижу! Знаю! — рявкнул Тэхён. — Но в тот момент на меня как-будто плита бетонная рухнула, раздавив остатки самообладания. Я почувствовал себя мальчишкой, которого предали и снова собирались предать.
— Чонгук никогда не забудет, что ты поднял на него руку. Он не сможет простить тебя. Опусти его, Тэхён. Не ломай парня. Сейчас самый удачный момент. Ты улетаешь, а он останется здесь, со своей семьёй и друзьями. Он будет не один.
— Он не один… А я?.. А то, что я остаюсь один и с разбитым сердцем, тебя мало волнует?
— Ты справишься, — уверенно ответил Хосок. — Ты сильный. А твоя любовь только сломает парня. Решай сейчас, Тэхён.
Голоса в кабинете стихли. Похоже, что Тэхён всерьёз задумался над словами своего наставника. Следующая фраза раздалась не так быстро.
— Позвони нашему юристу. Пусть отзывает иск против Ушика. Проследи, чтобы завтра его выпустили из тюрьмы и удалили запись о задержании из личного дела. На счету в клинке для матери Чонгука, должно быть достаточно средств, чтобы она завершила курс. Я жду еженедельных отчётов от Стэна о её состоянии. Сворачивайте всё. Мы улетаем. После Сингапура возвращаемся домой.
Подслушанное оглушило. До звона в ушах. Чонгук на ватных ногах побрёл к себе в комнату, не решившись зайти в кабинет к Тэхёну. Пока он шёл, в кабинете вновь что-то разбилось. Тэхён в отчаянии крушил всё вокруг себя. Оставалось надеяться, что Хосок при этом не пострадал.
Войдя в спальню, Чонгук сполз на пол и беззвучно разрыдался. Документы веером рассыпались на полу. Он сам не понимал, что с ним происходило. Но эта история предательства Тэхёна человеком, которого он любил, которому доверял, потрясла Чонгука до глубины души. Юному герцогу было так больно и стыдно, что он не рассказал об этом даже своему верному другу и наставнику — Хосоку. Он жил один на один с этой болью все годы и только тот нелепый случай на кухне вскрыл гнойный нарыв.
Никаких оправданий тому, что Тэхён набросился на Чонгука, быть не могло, но теперь появилось понимание, почему он так поступил. При всей внешней силе Тэхён, оказался очень уязвимым человеком.
Многие вещи начали вставать на свои места…
Тэхён улетит, и они больше никогда не увидятся. Они никогда не подходили друг другу. Слишком разные. Как характерами, так и мировоззрением. Мальчишка, который пытался выжить на те крохи, что с трудом ему удавалось зарабатывать, и мужчина, который с детства жил в роскоши, даже не задумываясь о том, сколько тратит денег…
С самого начала всё было обречено на провал.
Чонгук не рожден для такого. Его место в крохотной квартирке размером с обувную коробку, а никак не подле столь влиятельного мужчины. Это хорошо, что Тэхён решил его оставить в покое.
Но почему же так больно? Почему слёзы катились сами собой?
мы над пропастью во лжи
очень может повлиять на сюжет команда. они могут прочитать и сказать: НЕ ВЕРЮ. тогда думаем вместе, ищем дыры и ошибки. и может получиться так, что сюжет немного меняется.