— Мы на месте, — мягко произнес Чонгук и указал на заднее окно.

Тэхён повернулся и увидел, что машина стояла на подъездной дорожке двухэтажного особняка. Он прекрасно знал, что Чонгук не из бедной семьи, но все равно не смог сдержать тихого возгласа удивления. Вроде бы дом родителей Чонгука ничем не отличался от соседних, он был в меру большим и очень уютным, но располагался на большом участке с прекрасным видом и ухоженным садом. Великолепным садом! По его пышной красоте совершенно не было заметно, что хозяев долго не было.

Отец Чонгука решил расширить бизнес — открыть филиал своей компании в Китае, — и родители переехали из страны почти на год. Старшие Чоны уговаривали и сына поехать с ними, но замаячившее на горизонте капитанство в команде вынудило его отказаться. Гук остался в Сеуле. Жить одному в таком огромном доме он не хотел, да и находился особняк слишком далеко от университета, в элитном районе у подножия горы Бухан — в Пхёнчхан-доне, в сеульском «Беверли Хиллз».

Тэхён попытался представить, каково бы ему здесь жилось. Наверное… скучно и тоскливо. Здесь ты будто оторван от всего мира. Даже если тебе понадобится помощь, никто об этом не узнает. Ощутив тревогу, Тэхён чуть воспрял, когда Чонгук накрыл его руку своей.

— Хочешь, поедем обратно? — спросил Гук. — Я позвоню отцу и скажу, что чувствуем себя неважно. Подхватили неизвестный вирус.

Тэхён покачал головой.

— Это поможет?

— Нет, — констатировал факт Чонгук. — Если отец что-то решил, значит, это обязательно должно произойти. А родители очень хотят познакомиться с тобой.

Тэхён замолчал. Чонгук не отпускал руку, только начал бережно выводить восьмёрку на ладони любимого. Услышав чьи-то крики с другой стороны улицы, Тэхён чуть не подпрыгнул.

— Это строители укладывают плитку у соседнего дома, видишь? — мягко сказал Чонгук.

Тэхён кивнул, но не смог успокоить волнение, которое нарастало с каждым мгновением. После того нападения в парке громкие крики вызывали у него приступы паники.

— Тэ, посмотри на меня, — приказал Чонгук, беря в ладони его лицо, — сделай вдох и не дыши. — Тэхён сделал, как он сказал, но не смог задержать дыхание. — Попробуй еще раз.

Тэ тяжело сглотнул и повторил вдох. Чонгук взял его за руки и приказал повторять за ним: вдохнуть и задержать дыхание. Тэхён подстроил свои вдохи и выдохи под дыхание Чонгука, стараясь дышать синхронно. И это сработало лучше, чем любые слова поддержки. Просто дышать вместе.

— Идём, — твёрдо сказал Тэхён, успокоившись. — Всё в порядке.

Массивная деревянная дверь открылась прежде, чем Чонгук успел к ней прикоснуться.

— Добро пожаловать, господин Чон.

Их встретила невысокая приветливая женщина средних лет. Она помогла снять куртки и проводила в гостиную, где уже был накрыт стол.

— Кто это? — шёпотом спросил Тэхён, следуя за Чонгуком.

— Это Лина, наша экономка. Она из Таиланда, живёт с нами давно — сколько я себя помню.

Тэхён завороженным взглядом смотрел, как женщина поклонилась им и ушла на кухню. В доме было необычайно тихо. К такой тишине Тэхён не привык: у них с Чонгуком в квартире всегда звучала музыка, цокал когтями Бам, неотступно следуя за каждым шагом хозяев, со стороны улицы днём и ночью доносились звуки кипящей в городе жизни.

Он огляделся, пребывая в восхищении от окружающей его роскоши: интерьер будто срисовали с обложки журнала, посвященного ремонту. Тэхён остановил взгляд на портрете супружеской пары над камином — оба со строгими и надменными лицами. Сидящий в кресле хмурый мужчина смотрит на зрителя холодными, пронзающими насквозь глубокими глазами. Рядом с ним, положив руку на плечо, — утончённая женщина с идеальной причёской.

— Дай угадаю. Это твои родители? — спросил Тэхён, пытаясь в лице Чонгука рассмотреть черты людей с портрета.

Внезапно дверь позади распахнулась и они обернулись. Перед ними возник мужчина: в дорогом костюме, с тёмными, чуть тронутыми сединой волосами и властным лицом. Он поочередно оглядел их, и Тэхён вздрогнул, почувствовав дикое желание спрятаться куда-нибудь. А дальше произошло то, чего ни Тэхён — ни, уж точно — Чонгук не ожидали.

— Гук-и! Сынок! — радостно воскликнул мужчина.

Он широко раскинул руки для объятий и двинулся в их сторону. Тэхён попятился, с лёгкой долей испуга наблюдая, как Чонгука сграбастали и крепко прижали к груди.

— Как же мы давно не виделись, — мужчина огромной пятернёй взлохматил волосы Чонгука.

— Не нужно было уезжать в Китай на год, — раздался мелодичный женский голос сзади. — Можно подумать, что без тебя бы не справились. Да отпусти ты ребёнка, Сонху, задушишь единственного сына!

Мужчина расцепил крепкие объятия и удивлённо уставился на взъерошенного и смущенного Чонгука. Тот был в полном замешательстве от происходящего.

Отец был ровно таким, каким был в детстве — до того, как его бизнес пошёл в гору и он из любящего заботливого отца превратился в безжалостную акулу бизнеса. Почему маленький осколок воспоминаний о словах, которые сказал отец после суда, сейчас так больно ранил сердце?

Чонгук нервно поджал губы и мысленно отчитал себя за то, что опять позволил удивиться происходящему в этой реальности. Пока он соображал, как выкрутиться из неловкой ситуации, положение спас отец:

— Я скучал, — виновато пояснил он.

Это была так мило, что все рассмеялась. Напряжение немного отпустило. Родители повернулись к Тэхёну, который стоял чуть в стороне и с улыбкой наблюдал за происходящим. Тэ, заметив, что его разглядывают, слегка смутился. Лично с родителями Чонгука он не был знаком, Тэхён всегда старался выйти из поля зрения веб-камеры, когда тот общался с родителями. Точнее, звонила по Фейстайму обычно мама, отец чаще всего был занят.

— Сынок, представь нас своему парню, — шёпотом подсказала мама Чонгука.

Она поправила причёску и посмотрела на мужа. Было заметно, что она волновалась не меньше Тэхёна.

— Ты — само совершенство, дорогая, расслабься, — шепнул он ей на ухо.

— Это мои родители. Господин Чон Сонху и госпожа Хаюн, — спохватился Чонгук. — А это Ким Тэхён. Мой Тэхён.

Родители Чонгука окинули Тэхёна оценивающим взглядом с головы до ног. Переглянулись… И господин Чон первым шагнул вперёд и протянул Тэхёну руку.

— Рад познакомиться, Тэхён.

Тот на мгновение растерялся, потому необходимое приветствие застряло в горле, но собрался, пожал поданную руку с поклоном, выглядя так, будто вот-вот был готов потерять сознание.

— Приятно познакомиться, — напряженно выдавил из себя Тэхён.

— Да что же мы стоим в дверях! Давайте сядем за стол и продолжим знакомство там, — сказала мама Чонгука, указывая на стол, который ломился от угощений.

Тэхён перевёл удивлённый взгляд на Чонгука, глазами спрашивая: «Это всё возможно съесть вчетвером?»

— Мама любит принимать гостей, — пояснил Чонгук, смущаясь.

Папа Чонгука, хитро сверкнув глазами, сел во главе стола. Справа от него расположилась госпожа Хаюн, напротив неё — Чонгук. Тэхён занял место рядом с ним.

— Мани тысейо (ешьте с удовольствием), — сказал господин Сонху, первым взяв в руки металлические палочки.

— Прошу, угощайтесь, — предложили мама Чонгука, указывая на главное блюдо, самгетан: курицу, фаршированную рисом, женьшенем и финиками, — я приготовила её сама.

Тэхён почувствовал какое-то шевеление под столом и удивлённо посмотрел на Чонгука. Отец явно пихнул сына ногой. Чонгук прокашлялся и попросил умоляюще:

— Мама, давай начнём с папсан и закусок?

— Ты прав, сынок, — она повернула стеклянный круг в центре стола так, что блюдо с курицей уехало на другую сторону, а перед ними оказалось множество тарелочек с разнообразными панчанами на любой вкус: кимчи, намуль и чорим, овощи-гриль, грибы, яичные блинчики и ростки сои. Стол был заставлен так, что на нём не было пустого места.

Отец Чонгука налил в два высоких фужера рисовое вино Макколии и нахмурился.

— Молодёжь, выпить за знакомство не предлагаю, знаю про ваш сухой закон во время соревнований. Но, дорогая, а где же домашний лимонад? Я что, зря стоял у соковыжималки?

Хаюн всплеснула руками, сославшись на своё волнение, и удалилась на кухню.

— Лина! Быстро! — скомандовал отец Чонгука.

В гостиной появилась экономка, держа в руках точно такое блюдо с самгетаном, которое было на столе. Она ловко поменяла их и, ни слова не говоря, исчезла из гостиной. Тэхён непонимающе смотрел на эти манипуляции.

— У мамы ужасно получается готовить, — шёпотом пояснил Чонгук. — Слава богу, она делает это редко, только по праздникам и только одно блюдо. Никто из нас не решается сказать ей об этом, она всегда так старается. Папа уговорил экономку тайно готовить точно такое же главное блюдо и прятать его. А мы потом незаметно их меняем.

— Она не догадывается? — спросил Тэхён, пряча улыбку.

— Пока ни разу не прокололись.

Тут Тэхён уже не сдержался и рассмеялся от души.

— Тэхён, если ты проболтаешься, я буду вынужден тебя убить, — совершенно серьёзно сказал отец.

Тэхён внезапно оборвал смех и побледнел.

— Отец просто неудачно пошутил, — Чонгук тут же поспешил его успокоить и погладил Тэхёна по руке.

В гостиную вошла госпожа Чон, неся на серебряном подносе большой кувшин с кубиками льда, задорно позвякивающих о стенки. Все вели себя непривычно тихо, и она заподозрила неладное.

— Что у вас произошло? — встревоженно спросила госпожа Хаюн.

— Ничего, все в порядке, — заверил Тэхён маму Чонгука.

Решив, что некоторыми проблемами при первом знакомстве с родителями парня лучше не делиться.

— Но я же чувствую, что что-то произошло, пока меня не было. Сонху, ты опять приставал со своими скучными историями к детям?

— Мам, всё в норме! Уверяю тебя! — Чонгуку пришлось потратить лишние силы на весёлый возглас.

— Ого, какая экспрессия, — усмехнулась госпожа Хаюн, не купившись на заверения сына. — Сонху-у-у…

Мама Чонгука выпрямилась на стуле, выразительно посмотрела на мужа, постучав ногтем по столу. Моментально стало понятно, что отец Чонгука хоть и был биг-босс на работе, дома главой семейства была его мама.

— Я неудачно пошутил, — пробормотал отец Чонгука, почесывая кончик носа.

— Боже мой, дорогой, ни на минуту нельзя тебя оставить… — мама повернулась к Тэхёну. — Что бы ни сказал мой муж, не принимай всё близко к сердцу, Тэхён. Расскажи лучше о себе, нам интересно знать всё-всё. Как вы познакомились с Чонгуком?

— Случайно. Оказались у одного такси, — с улыбкой ответил Тэхён.

— Эта была любовь с первого взгляда? — она мечтательно сложила руки под подбородком.

Чонгук как раз отхлебнул лимонада и поперхнулся — напиток пошел через нос.

— Мама-а! — возмущённо протянул он.

Подобный допрос был для Чонгука не в новинку. Мама являлась особой весьма любопытной, но вот Тэхён… Чонгук видел, как были напряжены его плечи. Он определённо нервничал и смущался от того, что кто-то обратит на это внимание. Чонгук судорожно соображал, как же его поддержать в такой ситуации.

— Не мамкай мне! — продолжила госпожа Хаюн невозмутимо. — Я же должна быть уверенна в человеке, которому доверяю своего сына. Единственного, смею напомнить.

— Нет, это не была любовь с первого взгляда, — честно признался Тэхён. — При первой нашей встрече мы не слишком поладили, но потом пересеклись на студенческом мероприятии и…

— Мы опять не поладили, — со смехом добавил Чонгук.

— Но Чонгук был очень настойчив, и лёд между нами начал таять.

— Узнаю своего сына! — восхитилась мама Чонгука, видимо, уже нарисовав в своём воображении романтичную сцену. — А что было дальше?

— Чонгук хитростью выманил меня на свидание, — напомнил Тэхён.

— Я ни о чём не жалею, — пожал плечами Чонгук.

— У нас всё серьёзно. Мы очень любим друг друга, — заверил родителей Тэхён с тенью улыбки на губах, и напряжение, которое было в начале знакомства, постепенно спало.

Еда была безумно вкусной, родители Чонгука очень доброжелательные, а атмосфера в их доме тёплой и уютной. Тэхён продолжал рассказывать о себе:

— Я учусь с Чонгуком в одном университете, только на факультете журналистики и на курс старше. Планирую после окончания стать спортивным обозревателем.

— А ещё Тэхён участвует в конкурсе «Звёздный трамплин» и уже дошёл до финала, — с гордостью поделился Чонгук.

— Ты хочешь стать айдолом? — удивился отец Чонгука.

— Я хочу победить в конкурсе. Это скорее «разумный авантюризм» — хочу проверить свои возможности и… приобрести уверенности в своих силах.

Чонгук дёрнулся, бросив на Тэхёна недобро сверкающий взгляд. Пока участие в конкурсе подарило Тэхёну панические атаки вместо уверенности. Тот в ответ послал извиняющуюся полуулыбку. Оставалось надеяться, что никто не обратил внимания на их переглядки.

— Пап, пожалуйста, — тихо произнёс Чонгук, слегка остужая его пыл.

— Я только имел в виду, что быть айдолом весьма непросто, — быстро пояснил господин Чон. — Они фактически лишены семьи, постоянно на репетициях и выступлениях, это строгие диеты и колоссальные нагрузки — как физические, так и психологические. Постоянное давление со стороны компании и фанатов. У айдолов адские условия контрактов, до конца доходят самые сильные. Ещё на них обрушивается хейт и тонны слухов. Любое неверное движение или даже шутка — тебя растопчут те, кто вчера превозносил. Знаешь за что приходиться извиняться айдолам перед фанатами? За неудачный комментарий, за недостаточное внимание, за грустный вид, за очень хороший вид... за появившиеся отношения.

За столом все замолчали, думая каждый о своём.

— Грустно, когда человек загнан в такой тупик, из которого он не видит выхода. Я ещё не решил окончательно, буду ли я дальше выступать на сцене или нет.

— Тэхён, я считаю тебя хорошим парнем. Ты очень искренний и открытый. Не спеши, подумай и ты обязательно примешь правильное решение. Но я обязательно похвастаюсь своим подругам, что у моего сына бойфренд — популярный певец, — сказала госпожа Хаюн, озорно улыбаясь. — Тебя ведь уже узнают на улице?

— Не так как хотелось бы, — Тэхён покачал головой и нахмурился, мысленно отчитав себя за то, что вообще заговорил на эту тему.

Чонгук накрыл ладонью его руку на столе и одобряюще похлопал, придавая уверенности. Словно сказал: «я рядом, я с тобой».

Тэхён набрал в лёгкие побольше воздуха и начал рассказывать о том, как на него набросились безумные фанатки в парке, старясь не сильно сгущать краски. Но как бы он не старался, по завершении рассказа родители Чонгука сидели потрясёнными.

— Это нельзя так оставлять, — господин Сонху решительно хлопнул по столу. — Вы сообщили о случившемся стафф? Заявили в полицию?

— Тэхён запретил, — поморщился Чонгук.

— Почему, детка? — ласково спросила госпожа Хаюн. — Такие вещи нельзя скрывать. И стыдиться, что это тебя напугало, абсолютно не стоит.

— Согласен! — господин Чон раздосадовано покачал головой. — Дерьмовые люди всегда были, есть и будут. Бояться таких отморозков — это нормально. Не нормально — не защищаться, а сносить происходящее молча. Будто бы так и надо. Будто бы ты это заслужил. Тэхён, тебе предстоит большое выступление, там зрителей и фанатов будет в разы больше. Организаторы должны усилить охрану и следить за тем, чтобы это не повторилось.

— Были и ещё угрозы, — выдохнул Тэхён раньше, чем подумал.

— Что-о? — протянул ошарашено Гук. — Почему я ничего не знаю?

— Было несколько смс в «Какао» с неизвестного номера. Странные сообщения, в них не было угроз, но когда я их читал, становилось жутко. Поэтому и удалял, чтобы даже не думать про это. А однажды подбросили под дверь конверт. А там… Мои фотографии. Точнее грязно сфабрикованный фотошоп. Моё лицо приляпали к чужому телу, и получалось, что я участник дикой оргии, — сдавленно говорил Тэхён, избегая смотреть Чонгуку в глаза.

— Суки! — взорвался Чонгук, подпрыгнув на стуле.

— Сынок, не выражайся так при родителях, — мать с укоризной посмотрела на Чонгука.

— Почему ты скрывал это? — с обидой в голосе спросил Чонгук.

— А что, я с гордостью должен был продемонстрировать тебе это фото? — попытался оправдаться Тэхён. — Я тебя знаю, ты бы вычислил, кто это делает, и просто убил бы его. А мне потом тебя десять лет в тюрьме навещать?

— Тэхён прав в одном, — господин Сонху задумчиво почесал подбородок, — вам не нужно самим заниматься этим делом. Наломаете ещё дров. Это нужно доверить профессионалу. То, о чём ты сейчас рассказал, не похоже на действия влюблённого фаната. Это поступки сасэн (Корейский неологизм, означающий поклонников K-pop-музыкантов. Они теряют грань между любовью и одержимостью, преследуя своих кумиров). А это неадекватные и очень опасные люди.

— Что ты предлагаешь? — настороженно спросил Чонгук.

— Сын, я знаю, что ты у меня очень самостоятельный и редко тревожишь меня просьбами. Но не отказывайся сейчас от моей помощи. Есть у меня один человек, очень толковый и грамотный. Давай я попрошу его заняться этим делом? Он быстро вычислит нападавших.

Чонгук вздрогнул. Ему тут же пришла мысль о Чон Хосоке. Если кому и доверить это дело, то только такому проныре, как он. Вот чёрт! Это значит, что ему опять понадобятся деньги на адвоката. Хорошо, что он не поторопился и не завёл разговор с отцом о том, что будет снимать квартиру самостоятельно. Жилищный вопрос, как и запланированный разговор с отцом, придётся отложить. Сейчас важнее решить проблему преследования Тэхёна сасэнами.

— Спасибо, отец, но я знаю, к кому обратиться. Позволь мне самому заняться этим делом? Если понадобится твоя помощь, я обязательно позвоню.

— Я горжусь, что воспитал такого сына, — вздохнул господин Чон.

Тэхён наклонился к Чонгуку и тихо прошептал ему на ухо:

— У тебя потрясающая семья. Они очень тебя любят.

— А давайте пить чай! — хлопнув в ладоши, предложила мама Чонгука и ласково им улыбнулась. — Я испекла такой замечательный пирог с манго!

— О Боже, только не… нам нельзя мучное! — нашёлся Чонгук. — С меня тренер три шкуры сдерёт, а Тэхён на строгой диете пред конкурсом. Пусть папа съест пару кусочков за нас двоих.

Старший Чон побледнел. Кажется, к такому повороту они с экономкой Линой были не готовы.